Лжец Семи Королевств

      Череда аудиенций Серебряного Холма подходила к концу, мысли Эрика были далеко от приемного зала, в котором он провел несколько часов, стоя неподвижной молчаливой фигурой за плечом лорда Серретта.       Карта Вестероса, испещренная метками и символами, кругами и линиями, лежала на столе, Джослеф в задумчивости подпер подбородок рукой. Механизм сложной политической машинерии славно вращал лопастями, вороны приносили вести об исполнении ожидаемых результатов стратегического плана один за другим.       Пламя перемен охватит Семь Королевств от Красного Замка до Утеса Кастерли, от Хайгардена до Стены.       – Велите Аллексу явиться сюда, – вдруг произнес Джослеф, повысив голос.       Стражник по ту сторону дверей тут же отправился выполнять распоряжение. Эрик очнулся от наваждения.       Лорд Серретт задавал какие-то вопросы, советник отвечал, почти не вовлекаясь в беседу… Эрику не было жаль наивных глупцов, попавшихся в сети паука, он уже даже не рисовал в воображении картинки сотен смертей, которые повлечет очередной шаг коварной игры.       Перед глазами представали совсем иные картинки.       – Ты хотел меня видеть, отец, – прозвучало из распахнувшихся створок.       За несколько секунд до появления наследника внутренности сжались от ощущения физической близости, приближения, тепло разливалось по телу.       Красивое бледное лицо осталось непроницаемым – лишь взор темных глаз царапнул по белой маске. Эрик невольно закусил губу.       – Можешь начинать собирать вещи, – бросил лорд Серретт. – Приказ о твоем назначении в Гвардию уже подписан лордом-главнокомандующим. Через несколько дней тебя ждут в Королевской Гавани.       Аллекс моргнул.       – Я не слышу возгласов радости, – усмехнулся повелитель Серебряного Холма в свою остроконечную бороду, не глядя на сына, поочередно снимая с пальцев перстни и расставляя их по поверхности карты. – Ты же так этим грезил. Ты же этого хотел?       Наследник молчал и таращился на блестящие массивные украшения, а затем взор быстро метнулся на высокую фигуру советника.       – Отец, я не понимаю, – наконец молвил он. – Ты же был категорически против.       – Я, против? – в недоумении воскликнул Джослеф. – Отнюдь. Рыцарство – почтеннейшее звание, а служение Семи Королевствам в числе лучших воинов – лучшее, что может отец желать для сына. Все в нашем роду становились рыцарями в юном возрасте: мой прадед Солломон, мой дед Кварл, и его братья, Гермитт, Никлолас, Рогер – все были верны своей клятве. Мой отец, Варен Серретт, тоже до последних своих мгновений был рыцарем…       – Пока ты не убил его, – одними губами прошептал Аллекс, и звук просто не мог достигнуть ни чьих ушей, однако Эрик услышал каждое слово.       Мороз пробежал по позвоночнику. Сомнительная история схватки двух рыцарей, вступивших в бой по правилам испытания поединком – занимая две противоборствующие стороны чужих интересов, – была известна советнику, но в замке, судя по всему, никто под страхом смерти не смел упоминать дела давно минувших дней.       У местных лордов свои причуды.       – Я не поеду, – отчеканил Аллекс.       Повелитель Серебряного Холма резко поднял голову и упер в сына острый и пронзающий насквозь взгляд черных глаз.       – Передашь лорду-главнокомандующему и нескольким сирам кое-что от меня. Я распоряжусь, чтобы шкатулки доставили тебе в покои, – словно не слыша, продолжал Джослеф.       Юноша резко втянул воздух через нос.       – Я не поеду, – повторил он.       – Поедешь.       – Отец, я…       – Поедешь, неблагодарный ты гаденыш, – ровным, но пугающим тоном говорил Серретт. – Думаешь, я напрасно столько трудов вложил, чтобы обучить тебя всему? Лучшее образование, лучшие инструкторы, пристроить на самую лучшую службу? Ты смеешь ослушаться приказа отца? Ты смеешь ослушаться приказа главнокомандующего, а может, и самого короля?       Глаза юноши были широко распахнуты. Не так он хотел получить известие об исполнении заветной мечты.       – Столько лет! Слабый как девка, вспыльчивый, неуправляемый щенок, придворный шут! Ты считал, сколько я твоих учителей казнил, потому что ты…       – Был умнее них!       – Молчи! Теперь ты будешь молчать, иначе с тобой будет то же самое, что и с твоими предыдущими игрушками! Из тебя не вышел бы толк, если бы не мои старания! Ни таланта, ни мозгов, одни проблемы. Вспомни, как тебя никто не хотел брать в оруженосцы!       Музыкальные пальцы были стиснуты в кулаки, Аллекс дрожал от ярости, но не мог сдвинуться с места и издать ни звука. Эрик же в ужасе осознавал, что отец отправляет наследника в самое Пекло – в эпицентр рукотворных событий, созданных лордом Серреттом в содействии его советника в маске.       Мысли скребли друг друга шестеренками, противоречие, тугое, неповоротливое, застряло между элементами механизма.       Что-то не так. Даже помимо доказательства невероятной жестокости, картинка не складывалась в голове. Сейчас не время.       – Милорд, не лучше ли подождать… – начал Эрик, но властный жест тяжелой руки лорда Серретта оборвал его на полуслове.       – Тебе следовало лучше выбирать себе приятелей, Аллекс, – усмехнулся Джослеф. – Лучше бы ты трахал собак, чем ходячий труп!       Невидимая рука сдавила горло. Юный лорд был бледный как мел, темные глаза блестели от слез, которые он силился не пролить, чтобы не показать слабость. Эрику стало дурно – от удушливой тошноты и отвращения, хлестнувшего как пощечиной, как свистящим ударом хлыста.       – А теперь ступай прочь и готовься к дороге. И не досаждай мне больше своими пустяками.       Будто заклятие спало с наследника Серебряного Холма, он тряхнул головой с копной каштановых волос, наконец сделал судорожный вдох.       Он посмотрел на Эрика. Эрик не мог пересилить себя и взглянуть на него в ответ, пусть и чувствовал кожей жадный, умоляющий о спасении, жмущийся к груди взор.       Он ощущал себя трусом. Подлым и жалким. Он уже падал в бездну, и мечтал, чтобы падение было сокрушительным и смертельным.       В то же мгновение Аллекс резко развернулся на пятках и направился к предусмотрительно распахнувшимся снаружи створкам. Пока звук быстрых шагов исчезал, удаляясь по коридору, мысли советника остановились.       – Продолжим с монетного двора, – как ни в чем ни бывало произнес лорд Серретт. – Не отвлекайтесь, Эррик.       Эрик молчал, замерев по-прежнему неподвижной фигурой за спиной у повелителя Серебряного Холма.       Тот счел это молчаливым согласием.       – Если ты еще раз приблизишься к нему, твоя уродливая голова будет отправлена в одном из сундуков в Королевскую Гавань, – спокойно молвил Джослеф. – Отныне он не твоя забота.