«Навсегда» бывает коротким

— Вставай, соня, — Порко внаглую навалился на Мей, капая на её лицо водой, что стекала по волосам. Он впридачу потряс головой, чтобы на Мей попало побольше. — Ты что творишь?! Перестань! — возмущаясь и смеясь, Мей уперла руки в грудь Порко и попыталась его спихнуть с себя, но тот не сдвинулся и на миллиметр. — Магат голову открутит, если я опоздаю. Так что давай, поднимай свою задницу и иди в душ, — он быстро слез с Мей, придерживая слетевшее в пылу борьбы полотенце. — Порко! — возмутилась Мей, пряча голову под одеяло. Но вид накаченных упругих ягодиц буквально впечатался в память. В штанах, которые Мей ненавидела из-за их узкого фасона, бампер Порко выглядел очень привлекательно. Она иногда даже засматривалась и завидовала чёрной завистью, но вот сейчас, видя это великолепие его тела без одежды, Мей буквально распирало от желания вытащить голову из-под одеяла и продолжить пялиться. — Чего? — непонимающе протянул он, заматывая полотенце вокруг пояса. — Ты вообще нормальный ходить передо мной голым? — Мей медленно высунулась, и, к счастью или к разочарованию, Порко уже скрыл свою задницу под полотенцем. Но всё равно его вид сводил с ума. Тело было невозможно зрелищным, с загорелой кожей, россыпью веснушек и боевых шрамов, которые Мей знала наизусть. — А что тут такого? — Порко пожал плечами и не спеша подошёл к шкафу, напоследок хлестнув себя по ягодице, чуть задрав полотенце, на что Мей густо покраснела и, путаясь в ногах, побежала в ванную и даже не посмотрела на этого красивого нахала.       Уже стоя под струями холодной воды, она более-менее пришла в себя, вспоминая события прошедшей ночи. Она точно уснула в объятьях Порко и со слезами на глазах. Они опять вспоминали Марселя, и Мей не смогла держать себя в руках. Но проснулась она не в его постели, а в соседней. Значит, он её переложил. Зачем и для чего — непонятно. Много места Мей не занимала, относясь к типу девушек «доска», по ночам не пиналась и спала спокойно. Так зачем он тогда её переложил? За этими размышлениями Мей в спешке приняла душ, долго сомневаясь: нормально ли будет использовать мыло Порко? Хотя выбора не было.       Наспех вытерев себя, она нацепила помятое платье и тихонько ушла обратно. Нужно было переодеться и привести себя в должный вид.       Порко уже застегивал пуговицы рубашки и откровенно матерился себе под нос. — Может, поможешь? — рыкнул он, выпячивая свою полуобнаженную грудь. Мей уже порядком привыкла видеть его без футболки и, благо, могла реагировать нормально. Хорошо, что он додумался надеть сначала брюки. — Струны перебирать так ловко можешь, а пуговицы застегнуть нет? — насмешливо бросила Мей, в который раз прикрывая восторг за нелепой шуткой. — Знала бы, что я ещё могу перебирать этими пальцами, — нисколько не смутившись, выдал Порко и с огромным удовольствием наблюдал, как Мей краснеет, потом бледнеет и, в наконец, спешит убежать к своим вещам. — Извращенец, — буркнула Мей, изо всех сил стараясь держать лицо. — Я? — наигранно возмутился Галлиард. — Вообще-то я имел в виду документы, деньги и книги. А ты о чём подумала? А? — не в силах сдержать победоносный оскал, Порко подошел к Мей, обнимая её сзади, и чуть придушил галстуком. — Прекрати! — пропищала Мей и хотела собраться с силами, чтобы оттолкнуть этого нахала, но просто не могла. Ей до безумия нравилось чувствовать его сильные руки на себе, жар мужского тела и опаляющее дыхание у самого уха. Почти до дрожи в руках, до подкашивающихся ног, до отсутствия воздуха в лёгких. — Да я шучу! — рассмеялся Порко, отходя от подруги. — Чего ты такая серьезная-то? — Не думаешь, что для шуток не самое лучшее время? — на выдохе шепнула Мей, глядя на незаправленную кровать Марселя. — Да ладно тебе, — нервно улыбнулся Порко. Сегодня утром он переступил через все свои нормы по доставанию Мей. Просто-напросто он пытался закрыться за всем этим, чтобы вновь не упасть в яму отчаяния, чтобы не думать о том, что брата нет. — Порко… не нужно так делать, — в глазах задрожали слёзы. Опять. Мей повернулась к Порко и заметила, как он нервно поджимал губы, а в его глазах столько боли, что Мей не смогла себя сдержать и прильнула к его груди, крепко обнимая.       Он прекрасно понял, что она имела в виду. Они всегда понимали друг друга, настолько хорошо, что порой пугало. — Марсель умер давно. Не вчера и не год, а пять лет назад. Всё это больно, но прошло слишком много времени. Так что, одевайся. У нас есть дела в этом мире. Нам нужно выходить, — мягко сказал Порко, аккуратно поцеловав Мей в макушку. — У нас еще уйма времени, — Мей не желала отпускать его. Хотелось постоять так ещё немного, просто ощущая рядом. Его слова были до боли правдивыми, и Мей понимала, что стоит двигаться вперёд, что нужно оставить это. Но просто не могла. Она поражалась тому, как Порко стойко выдерживал всё, ещё и утешал ее. Она как никто другой знала, как он любил брата. — Знаю я тебя. Вечно одеваешься долго. Поэтому и разбудил заранее. — Ладно, — согласилась Мей и, отойдя к вещам, которые вчера с недовольным лицом принёс Сяо. Вещи и всё для того, чтобы она смогла привести себя в подобающий вид. — А… ты что, не выйдешь? — Мей скосила взгляд на Порко, который завалился на кровать, и достал из-под подушки книгу. Она невольно засмотрелась на него. Порко до чертиков шла форма — так он выглядел в разы мужественнее. Жаль, что надевал он её крайне редко, отдавая предпочтение обычным вещам. — Зачем? — Я не буду переодеваться при тебе, — заставив себя, Мей отвела взгляд от него. — Да ладно тебе. Что ты мне там нового покажешь? — буднично говорил Порко, а сам делал вид, что увлечён книгой. — Выйди, — рыкнула Мей и сквозь зубы добавила: — пожалуйста. — Ну раз «пожалуйста», — усмехнулся Галлиард и, забрав свой галстук, покинул комнату. — Невыносимый, — вслед бросила Мей и прижала руки к груди. Вечно он заставлял её скакать на эмоциональных качелях: то вверх, то вниз, то в пропасть. Но Мей видела в этом извращённое наслаждение. Вся её жизнь была рутиной, обыденностью, где тебе не позволяли и пальцем пошевелить, и лишь в редкие моменты удавалось сбежать из дворца, чтобы наслаждаться жизнью. С переездом в Марли она стала свободной и благодарна брату, что он настоял на её кандидатуре для этой роли.       Мей окинула взглядом свою одежду с украшениями и устало вздохнула. Принести-то попросила, но как надевать и закалывать, она не особо помнила: за неё это всегда делали другие. Но нельзя упасть в грязь лицом, поэтому она выбрала совсем простую прическу, почти все волосы оставив распущенными, и лишь собрала пряди на макушке, украсив шпильками. С ханьфу она провозилась долго, даже пришлось звать Порко, чтобы он помог, но через каких-то сорок минут Мей собралась. Устала с утра пораньше, но зато всё сделала сама и, признаться, выглядела довольно неплохо. Даже Порко оценил. Хотя он привык, что волосы Мей всегда затянуты в причудные причёски, а с распущенными волосами он видел её крайне редко, поэтому в такие моменты постоянно трогал её пряди. Порой даже для того, чтобы успокоиться, накручивая на палец локон.       От завтрака они тактично отказались, да и Жаклин была, мягко говоря, не в состоянии что-либо делать. Пусть она и старалась улыбаться, но сгорбленная фигура, опухшие и покрасневшие глаза говорили сами за себя.       Путь до командного штаба не занял много времени. Порко неустанно пытался развеселить Мей, когда у самого кошки на душе скребли, но он очень хорошо это скрывал. Они, по обычаю, шли под руку. Даже когда на пути встречались знакомые, Порко не отпускал Мей. — Опаздываете, — упрекнула Пик, тепло улыбаясь только подошедшим друзьям и Сяо. — А чего тогда вы тут стоите? — Порко в ответ улыбнулся Пик и рядом стоящему Кольту, но, как взгляд зацепился за Райнера, улыбка тут же сменилась на гримасу отвращения. — Мей, — Пик чуть поддалась вперед, чтобы получше услышать аромат. И не ошиблась. — Вы оба пахнете мятой. Одинаково. Вместе утренний душ принимали? — Пик! — смутилась Мей, аккуратно пытаясь вытащить свою руку из руки Порко, но он не дал этого сделать, сильнее её схватив. Так ещё и прижал к себе! — Даже если и так. Что тут такого? — Порко перевёл взгляд на подругу и с хитрой улыбкой поиграл бровями. — Да совсем ничего, — Пик подняла руки вверх в жесте капитуляции, а сама всё не могла отделаться от чувства опасности, что Сяо уж слишком сильно сжимал своё страшное копье. Так, что кольца на наконечнике подрагивали. — Не принимали мы душ вместе, — буркнула Мей, украдкой глядя на неподалеку стоящих титанов. Они совсем не походили на «мразей», как о них отзывался Порко. По крайней мере, самая главная «мразь» Райнер был очень подавленным и явно раскаивался. Но неразумно поднимать такую щепетильную тему сейчас, поэтому они молча пошли в здание.

***

— В связи с обостренной ситуацией на фронте нужно усилить войска тут и тут, — Магат стоял во главе стола и объяснял положение дел, попутно показывая на карту. — А что насчёт Прародителя? Где результат? Прошло пять лет, — с кислой миной высказался один из чинуш, с укором глядя на носителей титанов и кандидатов, что сидели напротив. — Мы что, просто так их кормим? Столько сил и средств ушло на эту операцию! Да лучше бы я сам туда пошел. Больше толку было бы.       Райнер и Бертольд молчали, ничего не смея говорить в своё оправдание. Да ничего сейчас и не помогло. Они потеряли двоих, не заполучили Прародителя и вернулись домой спустя пять лет, поджав хвосты. Если Райнер с Бертольдом и Зиком покорно выслушивали всё дерьмо, что на них выливали, то Порко буквально кипел от злости, что было видно, как минимум, по его взгляду и желвакам, которые настолько сильно натягивались, что Мей почти слышала их треск. — Но Зубастого удалось вернуть, — попыталась разрядить обстановку Мей, на что взгляды всех присутствующих тут же обратились к ней. — Госпожа Чжоу, — вздыхая, начал Магат, — я считаю, что это не то, о чём вам следует знать, — он с укором глянул на кандидатов, а в частности на Порко. Этот мальчишка явно много трепал языком. — А я считаю, что тогда меня не следовало сюда приглашать, — холодно бросила Мей, вцепившись в Магата суровым взглядом. — Но раз уж я тут, то имею права высказаться.       Порко прикрыл ухмылку рукой, отворачиваясь к Пик. Его всегда веселила такая Мей. Веселила и восхищала. Той язвительной милашкой Мей, с которой он проводил все свободное время, и не пахло. Сейчас она выглядела величественно, с чрезмерно гордой осанкой, даже несмотря на многочисленные заколки и прочую лабуду на её голове. Пока все сидели, развалившись на стульях, Мей грациозно восседала на самом краю, даже не думая облокачиваться на спинку. — При всем уважении, капитан Магат, я не понимаю, для чего вы пригласили меня на собрание и не посвящаете в дела. — Прошу простить мою бестактность, — откашлялся Магат, едва сдерживая раздражение. Как бы он не пытался огородить эту девушку от тонкостей их внутренней политики, им нужна была она. Точнее не она, а сила её страны. — Вы приглашены на собрание, чтобы обсудить совместное наступление на Северо-восточный Альянс. Ваша страна — наши единственные союзники с незапамятных времен. Но ни разу не было моментов, когда Марли просила помощи у Хайнаня. Однако настали тяжёлые времена, — на одном дыхании выпалил Магат, словно отрепетированную речь. — Моя страна держит нейтралитет много столетий. Вы прекрасно знаете, что альянс был создан сугубо для того, чтобы наши страны не воевали, — Мей пнула Порко ногой, чтобы прекратил так улыбаться, а у самой даже мускул на лице не дрогнул.       Остальные присутствующие тихо наблюдали за натянутыми переговорами. Это чувствовалось в атмосфере, взглядах, холоде голосов. — Да, я изучал историю, — невзначай бросил Магат, — и там были сведения о нападении Северо-восточного альянса на ваши территории. Как думаете, на кого они нацелятся, когда уничтожат Марли? И вам не дорога страна, в которой вы выросли? Или люди, которые живут здесь, — он окинул взглядом Порко, Пик и Кольта, отчего они напряглись.       Мей сглотнула ком, что застрял в горле. Она прекрасно всё понимала и осознавала, но против воли её семьи не могла идти. Отец, а ныне брат, наказывал её не участвовать в политических распрях. Она должна быть лишь послом в Марли, решать незначительные вопросы с людьми, которые перебрались сюда, поддерживать их на новом месте, но не более. Мей действительно большую часть жизни провела в Марли: ей было дорого все здесь. Дело было даже не в конкретных людях. — Дороги, — не стала лукавить Мей. — Знайте, если бы войска принадлежали мне, все было бы проще. Но я могу лишь уповать на понимание Императора. Клянусь своей честью, что приложу все усилия, чтобы войска Хайнаня поддержали Марли, — Мей еле заметно склонила голову в знак обещания. Хоть она и расплылась в громких речах, но откровенно не знала, как будет убеждать. Она не единожды просила помочь, лично. Да, это было до жути эгоистично, но она хотела спасти Порко, помочь ему хоть чем-то. Император же каждый раз отвечал отказом. — Надеемся на вашу поддержку. И более не смею вас задерживать, госпожа Чжоу, — Магат уважительно отступил, чуть наклонился, указывая на дверь.       Сяо, что стоял всё это время позади Мей, подал ей руку, и она тут же поспешила уйти под пристальные взгляды в спину. — Эта девчонка просто занимает отличные земли. Она и все эти желторотые выродки, — бросил худощавый мужчина, едва не плюнув на дверь. — Эти, как вы высказались, выродки выделяют казне достаточно средств, чтобы оплачивать все ваши покупки и развлечения, — презренно бросил рядом сидящий. — Попрошу не выражаться, — в который раз замечая, как злится Порко и нервно сжимает рукав своего пальто, Магат решил прекратить это, пока слишком горячий малец не взорвался. — Галлиард, — грозно рыкнул он, отчего Порко дёрнулся, переводя взгляд. — Да, капитан, — сквозь зубы процедил он. — Ты унаследуешь Зубастого. Тебе даётся неделя, чтобы взять силу под контроль. После вы все возвращаетесь на Парадиз, чтобы заполучить силу Прародителя. Если у вас не получится, нам придётся надеяться лишь на Хайнань. Мы уже терпим колоссальные потери. Нам нужна страховка. — А… — запнулся Порко, пытаясь осознать информацию. Но все слова, возражения, отчаянно застряли в глотке. — Да вы издеваетесь?! Хотите потерять ещё кого-то? Мы не в том положении, чтобы раскидываться титанами! — вскочил со своего места чиновник. — Нельзя полагаться на этих ускоглазых! Да и есть ли вообще у них войска?! Всё это лишь красивые слухи! — Прародитель нам нужен, как и поддержка Хайнаня. А вы не думали, почему есть только слухи, а фактов нет? Никто не выживает. Там, где они сражаются, лишь выжженная дотла земля. Никто не знает их силу, но факт остается фактом: их боятся. Северо-восточный Альянс уже много столетий подряд выплачивает им дань за ошибки прошлого, — Магат устало вздохнул. Ему уже порядком надоело сглаживать все углы, уговаривать и распинаться перед бестолковыми чинушами. Если бы не парочка вразумительных людей, Марли давно полетела бы в бездну. — Могу я поговорить с вами наедине? — всё это время молчавший Зик хрипло попросил Магата, вставая со своего места. — Да, только чуть позже. Вы можете быть свободны, — махнул капитан рукой, и все с удовольствием стали покидать кабинет. — Галлиард, задержись.       Порко нервно сел рядом. Он всё ещё был в прострации от новости, что завтра заполучит силу титана. Не Бронированного, к которому готовился, а Зубастого. Титана Марселя. — Галлиард, — Магат вытащил из-под папок потрепанный дневник, и Порко тут же узнал в нём вещь брата. — У Марселя было задание. Второстепенное, но достаточно важное. Из вас всех он был самым обходительным и воспитанным. — К чему вы клоните? — несдержанно перебил Порко, всё буравя взглядом дневник. — Я дал ему задание войти в доверие к Чжоу Мейли, и заполучить информацию о их военной мощи. Но, кроме размытых записей и зарисовок Хайнаня, я тут не нашел, — Магат толкнул дневник к Порко. — Не думал, что именно у тебя получится, но это на руку. Теперь задание Марселя переходит к тебе. Или, быть может, ты уже что-то знаешь? И не говори мне, что вы не близки. Я не слепой и не глухой, Порко, — с укором глядя на него, высказался Магат. — Не знаю, — процедил Порко. Он был в шоке от новости про титана, а теперь ещё словно обухом по голове ударили с этим шпионажем. А по-другому не назвать. Если ему стало мерзко на душе от мысли, что всё это было притворством, то какого будет Мей, когда вскроется, что сначала Марсель, а потом и он были рядом лишь для того, чтобы вытащить из неё информацию. — Тогда принимай задание. Изучи дневник Марселя. И я знаю, что ты можешь повлиять на неё. Постарайся, Галлиард. Это в твоих же интересах. Подумай о родных, — надавив на больное, Магат поспешил выйти и оставил Порко одного.       «Это всё какой-то гребанный бред!» — орал в себя Порко, а сам до дрожи в руках сжимал дневник брата. Тот самый, который он ему когда-то подарил.

***

— Мог бы и помочь, — недовольно буркнула Мей, присаживаясь на кан рядом с Порко.       Он даже не отреагировал на неё и не прекратил играть на гитаре. Медленно, цепляюще, ужасно душевно. Так, что каждый звук больно впивался в сердце, разлетаясь эхом по всему телу. Мей мягко положила руку на плечо Порко, но он даже не взглянул на неё. Он смотрел вдаль, пытаясь собраться с вклохом мыслей и ураганом в душе. После прочтения дневника Марселя появилось множество вопросов, а ответов всё не находилось. И в довершении ко всему было мерзкое чувство предательства и глупой ревности. — Я завтра унаследую Зубастого. — Что? — словно не веря своим ушам, бросила Мей, а по телу невольно пробежался холод. — Я думала, ты унаследуешь Бронированного. — Я тоже так думал. — Получается… только тринадцать лет? — выдавила из себя улыбку Мей, смотря на побитые руки Порко. Опять он бил стену — она уверена в этом.       Мей ушла вглубь грота и вернулась совсем скоро с коробом в руках. Она молча стала обрабатывать руки Порко, не решаясь опять ворчать на него. — Получается, что так, — он неотрывно смотрел за нежными прикосновениями к своим рукам и не мог даже пошевелиться. Такая странная с ним одна, а со друзьями иная — с незнакомцами совсем другая. Он всегда восхищался этой её способностью менять маски так искусно и быстро. Но никогда не задавался вопросом: просто ли то для неё, и настоящая ли она с ним, или она холодная и расчётливая? — Мей… — тихо начал Порко, отложив гитару. — Я должен тебе кое-что сказать. — Что? — испуганно спросила она, прогоняя в голове тысячу и одну мысль, о чём он мог говорить столь серьезно. Так Порко говорил с ней крайне редко: нервно, едва продирая слова, с силой сжимая руки. — Марсель. Он… — Порко шумно выдохнул, собирая себя в кучу. Ему крайне не хотелось порочить имя брата. О мертвых не говорят плохо, но он должен это сказать. Порко закурил. Никотин медленно, но верно успокаивал его. — Он шпионил за тобой, — наконец смог высказать Порко, с опаской смотря на Мей, но, к его удивлению, не заметил на её лице ничего. Совсем. — Я догадывалась, — едва улыбаясь, ответила Мей, отложив коробку с бинтами. — И это всё? — недоумевающе выпалил Порко. Его до глубины души задела такая реакция, что он отчаянно пытался ей сказать. А как терзался мыслями, что она обидится, что поймет не так, что возненавидит? Но она бросила лишь эту невзрачную фразу. — А что я должна была сказать? — опешив от внезапной смены атмосферы, выпалила Мей. Ей крайне не понравился упрёк Порко. — Ну не знаю. Разозлиться, например. Но точно не «я догадывалась», — передразнил Порко, нервно выпуская клуб дыма прямо в лицо подруге. — С чего бы мне злиться? — отмахиваясь, бросила Мей. — Я об этом догадывалась ещё с первого дня нашего знакомства. И Сяо тоже говорил, что это подозрительно. Это было его задание, и он не мог сказать: «я не буду этого делать». Да и все те моменты, что мы провели вместе, не были игрой или притворством, чтобы вытащить из меня информацию, — разъяснила Мей, недовольно глядя на друга. Они на самом деле хорошо проводили время вместе, и она была уверена, что Марсель говорил и делал всё искренне, а не потому, что ему приказали. — Ну да. Я читал. Как вы тут смеялись, целовались. Очень мило, — не скрывая яда в голосе, фыркнул Порко. — Отк… — запнулась Мей, пытаясь скрыть смущение на щеках. Да, перед тем, как она уехала домой, Марсель поцеловал её, обещая, что они обязательно еще встретятся. Но на этом всё. И никто об этом не знал, кроме них двоих. — Откуда? — закончил Порко, швырнув на колени Мей дневник Марселя. — А ещё очень много всего. Ты мне такого никогда не рассказывала. Про то, что сбегала с братом, что всегда любила свободу. Знаешь, если бы Марсель вчера вернулся, мы бы тут не сидели вместе. Это очевидно. — Что ты такое говоришь?! — взорвалась Мей. Она вскочила со своего места. Он всегда умел завести её с пол оборота, а она, в свою очередь, раззадоривала его. В итоге, они орали друг на друга до хрипоты. И что-то ей подсказывало, что сейчас будет именно один из таких моментов. — А что не так? Просто скажи, что я плохая замена Марселю. И если бы он вернулс…       Но Порко не успел договорить, Мей хлестнула его по щеке. Ей было больно такое слышать. Сердце ещё болело от осознания смерти дорогого ей человека, потому что Порко говорил такие вещи, потому что она любила его. Обида, злость и боль сотворили гремучий коктейль, и Мей не могла его контролировать. Столько ей хотелось ему сказать, в стольком признаться, но она просто не могла этого сделать. Тогда бы всё полетело в бездну.       Порко медленно потер пылающую щеку, потемневшим от злости взглядом вцепившись в Мей: — Обалдела? Думаешь, если принцесса, то можешь делать всё, что хочешь? — он порывисто встал, хватая её за плечи и с силой встряхнул. — Ненавижу… — шипела Мей, не смея добавить, что ненавидит и любит. В такие моменты Порко её буквально резал без ножа. Самодовольный, надменный, злой и не думающий о чувствах других. Он всегда был таким, но Мей научилась подстраиваться под него и в большинстве случаях, просто пропускала всё мимо, принимала как должное, однако в такие моменты она не могла игнорировать его обидных слов. Мей никогда не ставила себя выше него или кого-то другого. Никогда не махала своим положением перед лицом других, но Порко вечно ей напоминал об этом. Если в шутку, это воспринималось хорошо. Сейчас же всё было иначе. Сейчас этот упрёк подобен лавине, что погребла под километрами снега все теплые чувства, оставляя после себя лишь безжизненную, холодную пустыню из ненависти. — В самом деле? Тогда чего бегаешь ко мне? — пристально глядя в глаза Мей, Порко буквально чувствовал её сбитое дыхание, дрожь хрупкого тела. Он метался в желаниях прекратить такую бессмысленную ссору и продолжить выливать на неё всё, что навалилось на него за последние два дня: начиная от смерти брата и заканчивая, что завтра его жизнь начнёт обратный отсчет. Но остановиться просто не мог. Ярость застилала ему глаза, напоминая жжением на щеке. — Не хочу больше видеть тебя! — едва сдерживая горькие слезы, бросила Мей. Она вырвалась из его хватки и побежала прочь, на бегу вытирая покатившиеся по щекам дорожки. Девушка не могла больше держать эту боль в себе. Боль, которую он причинял ей своими необдуманными словами. — Ну и пожалуйста! — с чувством прокричал Порко вслед, возвращаясь на своё место. Он нервно закурил, прикончив сигарету в пару затяжек. На душе погано. Постепенно он начал остывать и прокручивать в голове весь этот нелепый разговор. Понимал, что наговорил лишнего, но и Мей хороша! Сказала, что ненавидит и не хочет больше видеть. Была один раз такая ссора, когда он впервые вернулся с горячей точки — контуженный, со сломанными руками, пробитым плечом и в полном шоке от реальности. Мей тогда пыталась ему помочь, постоянно ходила к нему в больницу, а он вспылил и сказал, что не будет ей заменой Марселя. Прямо как сейчас.       Порко растрепал волосы и гневно прорычал сквозь зубы. Взгляд упал на аккуратно перебинтованные руки, и сердце противно сжалось от отвращения к самому себе. Всегда он сначала наговорит, а спустя какое-то время, понимает, что неправ. Но время уже не отмотать, сказанное не вернуть. Да и извиняться Порко никогда не умел. Считал это чем-то постыдным и низким. Только Мей слышала его искренние извинения, но и для них нужно было время. Нужно собраться с мужеством и дойти до крайностей, что больше невыносимо без её заботы и нежных рук.

***

— Госпожа, я могу… — Не нужно, — Мей махнула рукой, останавливая Сяо. Она прекрасно понимала, что он хотел предложить. Пусть она и обижена на Порко, но не хотела, чтобы его побили. Она выше этого. — Вам не следует так реагировать на него. Госпожа, я всё же буду настаивать на том, чтобы вы более не приходили сюда, — в который раз говорил одно и то же Сяо. Он слышал, как она плакала ночами, как страдала, как смотрела на этого никчемного, по его мнению, парня. Сяо мог лишь советовать, но приказать госпоже забыть Порко, не ждать встречи с ним как маны небесной, не мог. Влюбилась. Так глупо, так безрассудно и неподобающе, но что он мог? Только поддерживать Мей, прикрывать её — лишь бы она была счастлива. Но в моменты, когда этот неотесанный грубиян обижал его госпожу, Сяо готов был спустить с него шкуру. — Наверное, ты прав, — сдавленно ответила Мей, поднимаясь вверх по склону, сменяя прибрежный пейзаж на лесную чащу. Мей буквально ощущала, как по сердцу скреблись кошки, оставляя рваные раны. Она обняла себя за плечи, всё ещё чувствуя его сильную хватку. — Поторопимся, время позднее.