«Навсегда» бывает коротким

      Когда Порко более-менее залечил свои раны и восстановил ногу, они побежали дальше. Находясь ещё на территории врага, они просто не могли расслабиться. К тому же гул от десятка машин и дирижаблей был слышен издалека. Но Галлиард был быстрее, преодолевая все препятствия молниеносно. И лишь когда они ступили на отвоеванные Марли территории, смогли вздохнуть спокойнее. Тут всё тщательно охранялось, особенно воздушное пространство. Оставался лишь небольшой рывок и они окажутся в штабе, но, по просьбе Мей, они остановились в оазисе, чтобы наконец-то смыть с себя кровь. В тени раскидистых пальм, у прохладной воды, было поистине волшебно. Живая частичка в безжизненной пустыне. — Медленнее, — с наслаждением рычал Порко, глядя на то, как Мей снимала с себя ханьфу. — Не ты ли говорил, что нам стоит поторопиться? — усмехнулась девушка, отбрасывая пропитанную кровью ткань. Она брезгливо отрывала от себя ошметки, что успели засохнуть и буквально намертво прилипли. — Тут уже не догонят. Так что можно расслабиться. Да и от тебя ужасно воняет.       Порко звонко рассмеялся, увидев, как вытягивается лицо Мей от возмущения. Она резко срывала с себя многочисленные юбки и, собрав всё в ком, швырнула в парня, что лежал рядом. Ей самой не нравилось, что даже шевелиться было тяжко под слоем грязи и крови, так что она не мешкая побежала к водоему. — Как же хорошо… — шептала Мей, пока смывала с себя всю грязь, наконец-то ощущая, как может нормально сгибать пальцы. Она улыбалась, переминаясь с ноги на ногу, наслаждаясь приятным массажем песчаного дна.       Ей безумно хотелось, так же, как эту грязь, смыть с себя воспоминания прошлого месяца и совсем недавний «забег». Такого хаоса и кровопролития изнеженная принцесса никогда не видела. Она себя успокаивала тем, что она бы могла сделать то же самое. И все это нужно было для спасения не только ее, но и Марли. К тому же эти люди в основном были ублюдками. Но, несмотря на убеждения, тело всё равно потряхивало, а во рту стоял привкус чужих потрохов. — В чём же ты вернешься в штаб? Твои тряпки вряд ли отстираются, — прорычал Порко, на ухо девушке, довольно грубо прижимая её к себе. — Серьёзно? — Мей шумно выдохнула, ощущая, как Порко начал тереться вставшим членом о её ягодицы. — Я соскучился, — болезненно кусая любимую в плечо, Галлиард едва не простонал от удовольствия, что охватило его тело. Укусы доставляли ему нечеловеческое наслаждение, а кусать Мей — отдельный вид зависимости. — Я тоже, но сейчас?.. — из последних сил держалась Мей, но страсть стремительно стирала все её ужимы, страхи и пережитой ужас. Сейчас хотелось забыться в руках любимого, не думать ни о чем и ни о ком. Просто быть рядом с Порко. — Если потерплю ещё хоть минуту, мой член взорвётся, — усмехнулся Галлиард, резко поворачивая Мей к себе лицом. Он спешно приподнял её за ягодицы, заставляя ногами обвить бедра. Он настолько же хотел забыться, расслабиться, чтобы не думать о том, насколько был близок к смерти и сколько всего навалилось на них за этот чертов день. — Я так соскучился по твоим стонам. — Тогда наслаждайся, — шепнула Мей и укусила Порко за подбородок, выбивая последние остатки самообладания. — Ох, детка, — простонал Порко, ощущая её изнутри. Он провел десятки бессонных ночей, мечтая о её податливом теле, о том, как она выстанывает его имя в экстазе. И плевать было на всё. Сейчас был важен этот миг, где они могли забыться друг в друге.

***

      Они лежали прямо на песке в тени пальм. Казалось, что весь мир исчез за пределами их маленького зеленого мирка. Тут не было проблем, потерь, не было обязанностей и долга — ничего. Лишь Он, Она и их безграничная любовь к друг другу. — Мей, — хриплым голосом начал Порко, нервно заёрзав на своём месте. — М? — непонимающе протянула она, приподнимаясь, а вскоре и вовсе села вслед за Галлиардом. — А кто у нас был? — сдавленно начал Порко. Мысль о нерождённом дитя всё ещё тяжелым грузом висела над ним. Всю дорогу от заброшенного города до оазиса он прокручивал в голове тысячу и одну жизнь, где бы было по-другому. Что он мог дать? Ничего. Кроме огромных проблем, изгнания и жизни в концлагере. Это угнетало и заставляло задуматься о будущем, а не жить в воздушных замках. На словах он был очень уверен в себе и своих силах, а на деле: ничего не сделал для Мей. — Я не знаю… — шепнула она, чувствуя, как к горлу подкатил ком боли и отчаяния. Тот, о котором она предпочла бы никогда не вспоминать. Она нашла в себе силы принять удар судьбы и пережить потерю. — Я виноват, Мей. Это моя ошибка, — продирая слова через пересохшее горло, Порко трепетно обнял возлюбленную. — Прости, что меня не было рядом. — Но и моя тоже. Это я сказала, что у меня не может быть детей, — обвивая его в ответ, шептала Мей. Она не один раз думала, что бы было, если бы ребенка не убили. Самым очевидным было то, что он всё равно бы был убит. Старейшины не терпели неподчинения и нарушения правил. А Мей посмела нарушить огромный перечень и всё равно осталась в живых. — Что я ещё должен о тебе знать? М? Чтобы после не было сюрпризов, — усмехнулся Порко и, отстранившись от любимой, стал шарить по карманам плаща. — После чего? — непонимающе изогнула бровь Мей, внимательно следя за Галлиардом. — Чёрт, это так сложно, оказывается, — нервно улыбнулся Порко, пытаясь прикрыть волнение за неудачной фразой. Безудержно захотелось закурить. Снова. Третью подряд. — Что сложно? — теряясь в непонимании, отвечала вопросами Мей. — Когда закончится эта война и мы вернемся в Марли, — шумно выдохнув, он продолжил. — Ты станешь моей женой.       Мей зачарованно смотрела на кольцо, что уже красовалось на её пальце, и глупая улыбка так и просилась на лицо. Всё тот же сияющий камень, как и её кулон — частичка Порко. Безрассудное счастье переполняло, и остальное было не важно. Она решила для себя, что поиграет роль принцессы ещё немного, пока не закончится война, а после — пошлёт всё к черту и станет свободной от оков семьи. И не важно, что станет изгоем. Рядом с Порко всё было преодолимо. — Я согласна, — едва сдерживая слезы радости, шепнула Мей. Она крепко обняла любимого, не веря, что это действительно происходит. Что понадобилось так мало времени, чтобы осознать, насколько они важны друг для друга, что они не представляли жизни врозь. Они прошли длинный путь от друзей к симпатии, но их путь до возлюбленных случился в один прыжок. — А я и не спрашивал. Я утверждал, — обнимая в ответ, отшутился Порко, за что получил легкий удар по спине. — Вот вечно ты так. Как можно было испортить такой момент? — беззлобно бубнила Мей, а сама всё так же глупо улыбалась. В этом весь её Порко, и без таких шуточек был бы не он. — Будто бы ты не согласилась, — храбрился Галлиард, но у самого внутри были куча сомнений и страх, что она откажет, что они из разных миров, но все опасения оказались напрасными. Осталось дело за малым: победить в чертовой войне. — А вот возьму и не соглашусь. — Ну, конечно. Так я тебя и отпустил.       Порко повалил Мей обратно на песок, жадно целуя её в губы: — Ты от меня никуда не денешься. — И не собираюсь, — с теплой улыбкой шепнула Мей прямо в губы любимому. Она нежно провела ладонью по его щеке, улыбаясь шире от ощущения колючей щетины. Напрасно она полагала, что сможет такими нелепыми способами, как игнорирование и холод, оттолкнуть его. Это и впрямь было бессердечно и эгоистично. — Ну так в чем ты собралась возвращаться в штаб, м? — Могу пойти голой, — подхватила пошлые шутки Мей. На самом деле, ей не хотелось покидать этого волшебного места как можно дольше. Как можно дольше не окунаться в мир проблем и обязанностей. Ещё хоть немного побыть беззаботной влюбленной дурочкой. — Но тогда придется убить всех, кто посмел увидеть тебя голой. — Какой ты жадный. — Не отрицаю…

***

      «Свобода»…       Мей буквально ощущала как летит, как душа её освобождается от оков и боли. Она сидела на голове титана Порко, на всякий случай привязав себя его волосами, и, расставив руки в стороны, истинно наслаждалась теплому ветру, что ласкал её. Ей пару раз в жизни удалось уговорить брата покататься на лошади, но титан — это что-то запредельное. От забавных сравнений Мей невольно улыбалась шире, но, стоило на горизонте замаячить палаточному городку, улыбка стерлась с лица. Мей попыталась максимально оттянуть рубашку Порко, чтобы, хоть немного, но прикрыть интимные места. Плащ его был безнадежно испорчен, и Мей не стала его надевать. Оставалось лишь рубашка. Которая, мало того, что была коротковата, но и до неприличия прозрачна, и, к тому же, мокрая в некоторых местах. — Вы только гляньте, какие ножки… — слышались перешептывания со всех сторон, стоило Мей слезть с головы дымящегося титана.       Порко грозно зыркнул в толпу товарищей, стараясь всеми силами прикрыть Мей, и ему было плевать на то, что сам был лишь в драных брюках и одном сапоге. — Держи.       Кольт накинул на плечи Мей свой плащ, посильнее запахивая его. Словами не передать, как он был рад видеть их живыми. Потрепанными, но всё же живыми. Верхушка Марли за это время уже успела распрощаться со своими жизнями и потеряла надежду на победу в войне. Потерять титана, и, возможно, поддержку союзников в одночасье было огромным провалом. Но всё обошлось. И не важно, каким чудом. — Галлиард! Чертов дезертир! Ты будешь наказан! — надрывисто орал Магат, срываясь на бег. Его пугающие впалые глаза буквально прожигали дыру в воине, что смиренно опустил голову и молча выслушивал всё. — Быстро ко мне! Беспечный мальчишка! Совсем не думаешь, что творишь!       Порко ничего не отвечал. Понимал, что заслужил. Что, если бы не момент неожиданности и чистое везение, то на Марли можно было поставить жирную точку. Он поступил очень безрассудно, когда, рванув следом за Мей, бросив товарищей, проник в одиночку в сердце врага. Без плана, без поддержки. Но выбрался же, черт возьми. — Я отведу Мей в её комнату. Идите, Галлиард, — улыбнулся Кольт и пошел вслед за девушкой в штаб. — Спасибо, — шепнула Мей, чуть обернувшись на друга. Было до дрожи стыдно появится на глазах сотен мужчин практически обнаженной. Мысли по поводу окровавленного ханьфу больше не казались плохими. В голову невольно закралась мысль: «А что скажут старейшины?» Но Мей быстро отмела всё это, списав на старые травмы и установки. Сейчас ей плевать на всё, что думали там. Главное, чтобы поддержали Марли, а остальное не важно. Они попросту не посмеют игнорировать её прошение.       Всю недолгую дорогу до кабинета, Магат продолжал причитать и предполагать, как Порко накажут за его своевольный поступок, но, стоило тяжелой двери закрыться за воином, Магат замолк, резко оборачиваясь. Он цепко всматривался в Галлиарда и терялся в куче упреков и слов благодарности. Как бы это не было безрассудно, он всё же смог предотвратить катастрофу, вернулся живым, защитил важного человека, и, возможно, раздобыл ценную информацию. — Спасибо, Порко, — осипшим от криков голосом, шепнул Магат, протягивая воину руку, нисколько не кривя душой.       Галлиард подумал, что ему почудилось. Он несмело взглянул на капитана, но теплая, насколько это возможно, улыбка, тронула сухие губы. Осталось лишь поддаться на удачу судьбы и принять благодарность. Порко нервно пожал руку Магата, всё ещё не веря в услышанное. — Я даже думать не хочу, что бы было, если бы ты не вернулся. Ты и Принцесса, — Тео шумно выдохнул, обессиленно падая в кресло. — Мне изначально её идея не понравилась, я долго оттягивал момент и не хотел идти на поводу, но она настояла на таком скудном сопровождении. Она знала, что ты пойдешь за ней? — Скорее наоборот, — необдуманно ляпнул Порко, но, заметив недоумение на лице Магата, стал судорожно думать, как выкрутится. Рассказывать про то, что Мей хотела уничтожить крепость Слава, было нельзя, поэтому Порко отрапортовал почти правду и едва не выдохнул, заметив, что Магат вроде как поверил. — Она хотела попасть к ним в плен, чтобы дать своей стране причину поддержать Марли в войне. Император не смог бы проигнорировать угрозу жизни Принцессы. — Если бы она там погибла, отвечали бы мы. Как же это было безрассудно. Всё это, — негодующе бросил мужчина. — И что теперь? Благо вы вернулись живыми. — Она напишет на родину письмо, что её взяли в плен, что Альянс угрожал ей, и будет просить выступить с нами в войне. — Если это сработает, то мы точно продержимся до прибытия Зика и остальных. Когда они принесут Прародителя, то мы окажемся очень близки к победе, — мечтательно проговорил мужчина. — А сейчас иди. Тебе выдадут новую форму. И займитесь письмом. — Так точно!

***

— Фалько, как ты? — мягко спросила Мей, уже сидя в лазарете, разглядывая перебинтованные руки. На соседней койке лежал мальчишка и немигающим взглядом глядел в брезентовый потолок. — Голова болит, — честно признался он, даже не взглянув на девушку. Фалько предполагал, что на передовой будет нелегко, что придется видеть смерть товарищей каждый день, но и подумать не мог, что первый его день в окопе закончится полным разгромом отряда и они вчетвером чудом уцелеют. Габи, Удо и Софи остались поближе к фронту, отделавшись лишь ушибами и контузией, а вот ему досталось при попытке спасти друга. Рядом разорвался снаряд, и пару осколков попало в ногу и спину. Война закаляет. А детей — как никого другого. Если раньше он был немного скрытным и молчаливым, то сейчас это словно вышло на новый уровень. Хотелось просто быть в тишине. Не слышать криков: умирающих товарищей, свиста пуль, грохота поездов и лязг пушек. — Скоро заживёт, и ты будешь вместе с ребятами. К обстановке быстро привыкаешь, — попыталась приободрить Мей, присаживаясь на кровать к Фалько. А после пробормотала, более серьезно и едва не проронив слезы. — Если тебе страшно — это нормально. Мне тоже было страшно вчера. Я думала, сойду с ума, но Порко защитил меня. Он и вас не даст в обиду.       Фалько молчал. Он знал это и без слов. Ещё когда прошелся слушок о том, что Мей уехала к врагам на переговоры, первой мыслью было то, что Галлиард пойдет за ней — и Фалько не ошибся. — Боги, что я несу, — с чувством выдохнула Мей. — Как можно привыкнуть к войне. Особенно когда ты ребенок. — Я не ребенок, — хотел было сухо и бесцветно бросить Фалько, но получилось не очень. Где-то в глубине души ему хотелось вернуться в те времена, когда они были теми самыми детьми, которые радовались каждой мелочи в их тяжелой жизни, которые дурачились с ребятами, ходили на тренировки и потом все вместе уминали булки дядь Сэма. Быть ребенком рядом с друзьями, а не вариться в самом центре котла. Сейчас он даже не знал, живы ли его товарищи. — Поправляйся, — Мей несмело прикоснулась к перебинтованной руке мальчика и покинула шатёр. Нужно было ещё много сделать, и откладывать не было времени. — И вы… — вдогонку шепнул Фалько, глядя на такую непривычную Мей в военной форме Марли.

***

      «Придушу…»       Рычал про себя Порко, до дрожи сжимая кулаки. Порой Мей его выводила из себя до скрежета зубов, и сейчас её и вправду хотелось отлупить, как следует, чтобы выбить все дурные мысли. — Я буду на передовой вместе со своими войсками, — продолжала упрямиться Принцесса. Она горделиво сидела напротив Магата, который был едва не в той же ярости, что и Порко. Капитан уже битый час пытался втолковать, что ей следует вернуться в Марли, под усиленную охрану, но она ни в какую не соглашалась. — Госпожа Чжоу, — откашлялся Тео, пытаясь смягчить раздраженный тон. — Тут опасно, я не могу гарантировать вашу сохранность. На войне может произойти всё, что угодно. В городе будет безопаснее. — При всем уважении, капитан, я в который раз вынуждена вам отказать. Мои войска выступят на войне как мои защитники. Как я могу отсиживаться в безопасности, когда мои люди будут проливать за меня кровь? — Не ты ли говорила, что плевать хотела на Хайнань и всё, что с ним связано?! — взорвался Порко. Он буквально дымился от злости. В первую очередь, его бесило то, что она совершенно не думала о себе. — Галлиард, сбавь тон, — пригрозил Магат. Не столько из-за того, что этот юнец мог оскорбить Принцессу, сколько из-за того, что их могли подслушать. Он прекрасно знал, что эти двое довольно близки: не просто так закрывали глаза на некоторые вещи вне правил. — Прошу прощения, — сквозь зубы процедил Порко, прожигая в затылке Мей не дыру, а целую бездну. — В любом случае, пока мы не получим ответного письма, я точно никуда не уеду. А дальше решим по ситуации, но я вряд ли изменю своё решение, — Мей решительно встала с кресла, проскрипев старыми деревянным ножками о каменный пол.       Она еле заметно склонила голову и двинула на выход из кабинета: — Капитан, — пусть Мей и старалась вести себя невозмутимо, но сердце бешено билось о ребра от переполняющих чувств. Отнюдь не положительных. Ей хотелось как можно быстрее оказаться с Порко наедине, чтобы высказать ему обо всем, что думала. И он не заставил себя долго ждать. Магат дал указ идти следом.       Стоило отойти от штаба на якобы прогулку, Порко потащил Мей за палаточный городок. — Ты, мать твою, совсем ополоумела?! — заорал Галлиард, не в силах больше сдерживаться. Он с силой сжал хрупкие плечи Мей, едва не встряхнув её от злости. — То же могу спросить у тебя?! Как ты мог такое ляпнуть Магату?! — не уступала девушка, вцепившись тонкими пальцами в грубую ткань нового плаща. — Ты сейчас же собираешь матаки и возвращаешься в Марли. Это не обсуждается! Я тебя предупреждал, Мей! Ещё до того, как ты уехала домой! Хочешь опять прокатиться в моей пасти? — прошипел Порко и продолжил бы свою тираду, но маленький песчаный вихрь нарушил его планы. Галлирад резко прижал Мей к себе и повернулся спиной к непредсказуемости природы. — Чт… что ты делаешь? — возмущенно-смущенно пробубнила Мей в грудь Порко, но отстраняться не собиралась. Его одежда еще пахла красителем. Так было непривычно не ощущать его родного запаха мяты. — Помолчи, а, — буркнул Галлиард, едва открывая рот. Так он ещё и зарылся носом в волосы Мей, чтобы точно минимизировать попадание песка. Он невольно улыбнулся, вдыхая её аромат: нежный запах цветов под солнечными лучами. Стоять бы так вечность и просто обнимать её, просто чувствовать рядом и никуда не отпускать, но суровая реальность давила со всех сторон: тут не было места чувствам, по крайней мере, до окончания войны, а пока нужно было научится держать себя в руках. Ярость сошла на нет, оставляя после себя привычный осадок обиды, но с этим можно было справится. Как обычно. — Порко… никому не говори о том, что я тебе рассказала. Это должно остаться в тайне. — Знаю, я не идиот, — фыркнул он, но более мягко добавил, — просто из-за злости вырвалось. Приоткрыв глаза и убедившись, что природное нашествие улетело вперед, Порко сел прямо на песок, увлекая за собой Мей, и та села на его ноги. — У тебя всегда так, — грустно улыбалась девушка, поглаживая большие руки любимого, отчего он едва не урчал от удовольствия. На него невозможно было злиться долго. За такое продолжительное время вместе, Мей уже привыкла к его выпадам и несносному характеру. — Ну, а если серьезно и спокойно, — подчеркнул он, — тут небезопасно, детка. Я не всегда буду здесь. Точнее, меня тут почти никогда не будет. Кто тебя защитит, а? — Если Император всё же пришлет воинов, то с ними прибудет один из восьми легендарных бойцов, чтобы защищать меня.       Мей говорила спокойно и размеренно. В таком тоне, без криков и упреков ей говорить нравилось куда больше. Как жаль, что Порко в конфликтах почти невозможно было вывести на конструктивную беседу. — Ага, ахеренно они тебя защитили в крепости Слава, прямо лучшие войска. Да я, если его меч взял бы в руки, то лучше бы справился, — презренно фыркнул Порко, вспоминая противную рожу с неестественно странными рыжими патлами. — Ты и без того справился лучше, — парировала Мей, — а он был лишь кандидатом в отряд. Не входил в восьмерку. — А Сяо же третий, — не подумав, ляпнул Галлиард, запнулся, прикусив себе язык, и натуженно добавил, надеясь что Мей не придаст значение его замешательству, — был…? — Да, был третьим… — куда тише шепнула Мей, ощущая, как болезненно кольнуло в груди. В глазах защипало, и она списывала всё на песок. На что угодно, лишь бы не вспоминать, что дорогого человека больше нет. — Он чертовски силен, — признал Порко, приобнимая любимую. — Не плачь на солнце. Пятнами покроешься. — Я не плачу, — шмыгнула Мей, проморгавшись, окончательно прогоняя наваждение. — Будет забавно смотреться на тебе форма Марли и красные пятна на лице. А ещЁ более забавно то, что тебе впору детский размер, — хохотнул Галлиард, разворачивая Мей к себе лицом. — Порко, нет ничего забавного в том, что у вас есть военная форма для детей. Тут как раз плакать нужно, — нахмурившись, пробубнила Мей. Она нервно одёрнула белый китель, действительно детского размера, и стало так грустно от осознания того, сколько детей погибло под пулями. — Твоя правда, — Порко достал сигареты и протянул одну Мей.       Та без лишних слов приняла медленный яд, и они сидели в тишине на остывающем песке и любовались алым закатом. — Так почему ты так защищаешь Хайнань? Ты же ненавидишь их за всё, что они сделали, — развеял волшебную нирвану пустыни Галлиард. Этот вопрос разрывал его голову уже очень давно, и он всё не мог собраться с духом и успокоиться, чтобы это опять не вылилось в ссору и крики. — Правящая верхушка и обычные люди — это разные вещи. Да, я никогда не прощу старейшин и Императора, но народ тут не при чём. Я более чем уверена, что сейчас среди простого населения смута и непонимание происходящего. И всё ещё не знаю, зачем случившемуся придали такую огласку. Ровно как и многим странным событиям до и после. Что Император, что Сяо говорили много странных вещей. Я пыталась, — запнулась Мей, и бубня под нос выбросила сигарету, что начала печь пальцы, — я пыталась думать трезво, собирать все факты, но не получалось. Да и постоянно будто не хватает последнего, самого главного пазла для полноты картины. Меня это жутко бесит. — Слушай. В штабе есть одна фигня, которую Сяо мне ещё давно отдал, и сказал передать тебе. Я просто забыл, — Порко очень старался говорить непринужденно и легко, и, кажется, у него это удалось. — А что там? — Без понятия. Даже не знаю, как её открыть. — Шкатулка? — предположила Мей. — Не знаю. Похоже на то. Давай вернемся, и я отдам тебе.