Край ночи

— Эймон! Эймо-он!! Это очень срочно! В очередной раз внимание герцога привлек громкий крик девушки. С ней невозможно было расслабиться ни на секунду. Не то, чтобы это сильно напрягало, но все же вечно одинокого Эймона, привыкшего к абсолютной тишине и спокойствию, это немного пугало. Но, стоит признать, теперь он стал относиться к взрывному характеру Карины спокойнее. В последнее время им приходилось видеться гораздо чаще в силу служебного долга. К сожалению, хоть Повелитель Бездны отступил и скрылся в самых глубинах, некоторые демоны все ещё высовывались на поверхность. Сначала рыцари испуганно сглатывали, когда вдруг замечали, как на одном поле боя сражаются и благородный герцог Паксли, и хладнокровная убийца из темных эльфов. Все никак не могли забыть тот бунт, что устроила однажды Карина. Но время шло, уже спустя два месяца командиры единогласно признавали их невероятную синергию и удивительное взаимопонимание. Так, до них наконец дошло, что вместо целых отрядов задания по истреблению демонов можно поручать одному лишь дуэту. Впрочем, так думали они сами. На самом деле, у рыцарских отрядов просто закончилось терпение. По долгу службы, много времени Карине и Эймону приходилось проводить вместе, а поэтому между ними постепенно устанавливалось доверие и крепкая дружеская связь. Оказалось, Эймон вовсе не похож на тех занудных, консервативных стариков, что представляются в голове сразу же, стоит только подумать об образе типичного герцога. Да и Карина ещё не пропитана болью насквозь, что не позволяла бы ей думать ни о чем, кроме своих трагедий. Пройдя глубочайшие страдания, они обрели долгожданную свободу. Неожиданно пришло осознание того, что молодость и пылкость им, вообще-то, тоже присущи. Ну и где, конечно же, испытывать привилегии быстротечной молодости, как не на поле боя? Воинам долго приходилось терпеть спектакль из двух актеров. Поначалу — вполне безобидные соревнования, вроде "кто быстрее пустит кровь". Такие соревнования были даже на руку, ведь армия демонов уничтожалась в разы быстрее. После враги показались чересчур слабыми, те стали заканчиваться слишком быстро, им пришлось усложнять задачу самостоятельно. Уже тогда рыцари беспокоились, видя, как они прямо среди ответственной битвы меняются оружием. Но, кажется, ни теневой убийце, ни отреченному герцогу не были интересны их чувства. Ещё не раз они вызывали осуждение у союзников дипломатическими переговорами с врагами, не имеющими разума, натуральными инсценировками смерти от малейших порезов и настойчивыми попытками отловить и зажарить какого-нибудь демона, "в качестве эксперимента". Последней каплей стал призыв. Армия отступила, но у обоих ещё осталось невероятное множество энергии. Великий маг из Паксли вновь нарушил правила, о которых в последнее время даже не вспоминал, и использовал магию для ритуала призыва самого доминатора Бездны. Огромная мощь, молниеносная реакция, несравнимая разрушительная сила. Все, как в тот раз, но теперь добровольно. Уставшим рыцарям пришлось отложить грезы о долгожданном отпуске и ещё несколько дней подряд сражаться с Повелителем. До тех пор, пока маг, сделавший это, не отозвал его обратно по щелчку пальцев. Предательство? Пренебрежение чувствами? Глупость? Чем это называть, было не известно. Известно лишь то, что после этого ни Эймона, ни Карину никто больше не хотел видеть на одном поле боя. Лишь они сами были способны терпеть выходки друг друга. — Эймон! Смотри! Ох, точно. Карина. Герцогу пришлось силой вытащить себя из собственных мыслей и, наконец, подойти к эльфийке. Она прямо светилась от счастья, словно маленькое солнышко. Возможно ли после такого воспринимать эту милашку как самую опасную воительницу темных эльфов? Карине удалось поднять один из упавших осколков с помощью магии. И не чьей-то, а своей собственной! Для Эймона — мелочь, для Карины — невероятное достижение в истории всего человечества. Хладнокровно усмехнувшись, парень слегка подул на парящий над её рукой осколок и тот безжизненно рухнул на землю, словно с ним ничего и не происходило. Возмутительно! — В них все ещё оставалась моя магия, так что это было слишком легко. — грубо и бесцеремонно Эймон обесценил все её старания. Совсем не меняется. — Пфф! Да тебе просто не хватает смелости признать, что даже я, с рождения владелица клинков, способна использовать магию не хуже, чем ты. — Карина оставалась все такой же заносчивой. Кажется, проведенное вместе время совершенно не повлияло на их отношения. — Если хочешь, я могу научить тебя большему, — он добродушно улыбнулся, словно слышал совсем не то, что сейчас сказала эльфийка. — Не то, чтобы я хочу, но… Я была бы не прочь, если ты согласишься ненадолго побыть моим наставником, — её заостренные ушки смущенно покраснели. Это все ещё самое милое явление, что можно увидеть за всю жизнь. — А знаешь… Я передумал. Заклинания, что знаю я, считаются тайными и пользоваться ими в праве только члены дома Паксли. Увы, даже учитывая тот факт, что ты моя подруга, я не могу сделать исключение, — герцог коварно усмехнулся, разрушая надежду, которую сам же и дал. — Ты недооцениваешь мои способности. Знаешь ли, мне ничего не мешает просто взять и украсть их. И тогда мы посмотрим, кто из нас окажется сверху, — теневая убийца мечтательно вздохнула, невольно представляя, как она становится сильнейшей не только среди эльфов Бездны, но и среди магов. — А ты недооцениваешь влияние дома Паксли. Где бы ты ни скрывалась, рано или поздно тебя все равно найдут и заставят ответить за все. В лучшем случае, тебя просто убьют. В худшем… — он сделал многозначительную паузу, чтобы не упустить момент, когда янтарные глаза начнут сиять от любопытства. — Мне нечего терять. Разве для такой, как я, может быть участь хуже мучительной смерти? — Ты не способна представить, насколько жестоки могут быть старейшины, когда речь идет о священных реликвиях… Поверь, смерть станет для тебя заветным желанием. — Хм? Так что же со мной будет? — Ох, даже говорить о таком тяжело… — снова сделав паузу, Эймон драматично вздохнул и продолжил, — Главенствующей семье не выгодно сообщать общественности о том, что они подошли к защите древних артефактов недостаточно ответственно, раз даже такая жалкая эльфийка, как ты, смогла украсть их, но и отпускать тебя без наказания тоже никто не станет. Единственный вариант, при котором потери будут минимальны, это насильно заставить тебя стать частью Паксли. — Но… Я ведь никогда не принадлежала к аристократии… Как это возможно сделать? — Самым жестоким способом. Вопреки твоему желанию, тебе придется выйти за одного из её членов. К твоему сожалению, мои братья слишком молоды для этого и единственная подходящая кандидатура - я. Это ведь в тысячу раз хуже простой смерти, не так ли? — Это ведь даже на наказание не похоже! — резко возмутилась Карина, разочарованная такой концовкой. Она ведь искренне верила, ожидала что сейчас он расскажет о чем-то на самом деле ужасном, полностью раскрывающем всю жестокость семьи Паксли, и тогда уж Карина могла бы иметь полное право ненавидеть их. — Хочешь сказать, что была бы только рада, если бы тебе пришлось выйти за меня? — Эймон вопросительно изогнул бровь, не веря, что такой страшный рассказ действительно не напугал её. — Э-э, мы ведь говорим не только обо мне, верно? Я хотела сказать, что, может, другие девушки были бы вовсе не против, если бы, э-эм- — Не важно. Я хочу знать твоё мнение. Ты бы вышла за меня или предпочла смерть? — Нет, конечно нет, я бы ни за что не… Но если все же… Вроде, ты раздражаешь меня не так сильно, как раньше. И раз мы смогли стать союзниками, то, может… Эй. А что случилось бы, если бы на месте преступницы оказалась бы не великая и непревзойденная королева убийц, как я, а обычная девушка, не подходящая тебе по статусу? Неужели старейшинам выгодно подставлять главу дома? — Ничего. В любом случае. Такого правила просто нет. Я выдумал его только что, мне было интересно узнать, как ты отреагируешь. — совсем без тени совести, спокойно признался парень. И тут же увернулся от последовавшего удара. — Как же ты меня раздражаешь! Такая милая, когда злится. И когда смущается тоже милая. А ещё очень мило надувает щеки, когда обижается. Кто бы мог подумать, что спустя всего полгода девушка, которую Эймон оставил в живых по чистой случайности, станет ему так близка. Карина. Даже имя её звучит непозволительно мило. Он бы мог до бесконечности наблюдать за ней, но, увы, каждый раз их встречи заканчивались одним и тем же. Эльфийка не особо думала о чувствах, поэтому выполнив задание, тут же уходила. После её ухода становилось порой так грустно, словно вместе с ней из жизни исчезает все хорошее. Парень все время ждал, пока она сама сделает первый шаг и задержится хоть на пару минут после задания. И, кажется, этот момент наконец настал. — Эймон, — девушка строго нахмурилась, заставив герцога испуганно сжаться, как маленького котенка во время грозы. — Ты снова отвлек меня. И знаешь, что? Теперь я понятия не имею, где мы. Как эльфийка, Карина отлично ориентировалась в лесах и была в прямом смысле путеводной звездочкой. Каждый раз, отправляясь на задание, она отважно брала на себя роль проводника. А раз даже она потерялась — это точно судьба. — Разве это так плохо? — он неловко улыбнулся. Атмосферу это совсем не разбавило. — Может, для меня и нет, но вот тебе стоит всерьез задуматься о своей жизни. Твоя вина что мы оказались здесь. — неожиданно, Карина коварно улыбнулась и хихикнула, доставая свои клинки. Кто проиграл - тот и виноват. Это по жизни было её девизом. — Мы только закончили с демонами, неужели тебе этого не хватило? — Эймон был разочарован, как никогда. Вместо того, чтобы использовать это время и узнать друг друга получше, она снова предлагает устроить поединок. — Я хочу видеть кровь на своих клинках, а не демонический пепел! — всего за пару секунд приготовившись к бою, она почему-то все ещё медлила. — Ты даже готова ранить меня? — как-то особенно грустно и недоверчиво спросил герцог. — Ранить? Ты виноват в том, что отвлек меня. Ранить – это меньшее, что я могу с тобой сделать сейчас, — её настрой из игривого перешёл в серьёзный. Так казалось со стороны. — Мне жаль. Если для тебя это правда много значит – я не стану сопротивляться. Странная покорность отчего-то заставила сердце сжаться. Карина растерянно вскинула брови, пытаясь понять, что ей сейчас делать. В голове все смешалось, ни единой более-менее отчетливой мысли. Стоит напасть? Но вдруг он и правда не станет защищаться? Это ведь всего лишь игра. Ох, зря это все началось. Нужно было просто промолчать. Но он и в самом деле виноват! Все равно жалко. Карина на секунду опустила голову, чтобы собраться с мыслями, и вдруг её взгляд упал на клинки. Длинные, красиво изогнутые, светящиеся мягким лазурным светом клинки показались ей до тошноты отвратительными. Царапины на лезвии напоминали их истинную цель - причинять боль. Разве она может причинить боль кому-то, кто ей так дорог? — Может, я и правда скучаю по тем временам, когда уходила с поля боя полуживой, но ты явно не тот, с кем я хочу испытать это снова. — Карина изо всех сил старалась скрыть дрожь в голосе из-за внезапно нахлынувшего волнения. Она показательно спрятала клинки в ножнах за спиной и неуверенно шагнула навстречу. — Извини, я погорячилась. — Эй, подожди, ты что… признала свою вину?! Поверить не могу, что ты наконец научилась это делать. — вместо того чтобы поблагодарить эльфийку за проявленное великодушие, Эймон так же нагло и бесстыдно продолжал над ней издеваться. А ведь всего пару минут назад он упорно доказывал, что способен проявлять что-то кроме привычной надменности. — Просто я вдруг поняла, что не смогла бы тебя ранить, даже если бы очень захотела, — Карина медленно приблизилась и, затаив дыхание, замерла. — Знаешь, почему? Не дожидаясь ответа, она объяснила сама. Её руки нежно обвили тело, тепло от прикосновений растеклось по коже. Девушка прижималась так близко, что можно было без труда почувствовать её сбитое дыхание и участившееся от волнения сердцебиение. Она была настолько мягка и ласкова… Поистине лучшее, что может произойти в жизни. Эймон в миг лишился дара речи. Слишком много чувств. Карина пообещала спасти его. Спасти от жизни, в которой нет ничего, кроме боли и страданий. И она не солгала. Ведь сейчас герцог наконец почувствовал что-то, кроме болезненной усталости от самого себя. — Ты не нравишься мне чуть менее, чем остальные люди, — тихо прошептала Карина, а после безжалостно разрушила ванильную сказку. Совсем незаметно она переместила руки на его шею и плавно начала сдавливать, лишая кислорода. — поэтому я готова удостоить тебя честь пасть без крови, боли и ран, но при этом все еще от руки величайшей теневой убийцы! — Прекрати, Карина! — Не прекращу. Ты за все ответишь, жалкий маг! И это я-то не умею признавать свою вину?!