Край ночи

— Так быстро убежала… — разочарованно вздыхает Флорин, когда её помощь в очередной раз оказывается лишней. — Не принимай близко к сердцу — складывая руки на груди, Валентина высокомерно смотрит вслед сорвавшейся с места Карины — Хватает же наглости так хамски отвергать благодеяния. — Нет, не волнуйся, все в порядке. Меня скорее заботит наш план… — розововолосая девушка мрачно хмурится — Что нам делать без Карины? — Изволь не корить, это мой огрех. Не следовало полагаться на неё целиком. Жадность до времени сыграла злую шутку. — Может, стоит вернуть её, пока не поздно? Вдруг что-то случится. — Напрасно. Пока на кону жизнь дорогой сестрицы, Карина и в Судном дне участия не примет. Гордая герцогиня устало закрывает глаза и потирает переносицу. Юная целительница бессильно опускается на холодную землю и подтягивает колени к груди, не спуская взгляда с остывшего следа эльфийки. В тиски сжимает сердце жалость. Алиса всерьёз нацелилась на Селену. Зная упорство Кровавой королевы, она пойдет на все меры, дабы заполучить желаемое. Ради своей цели она собственноручно создала монстров из мертвых людских тел, коих в Бездне было в избытке. Они издали примечали эльфов и атаковали любого, кто был хоть сколько то на них похож. Потому не Валентину, не Флорин их атаки не затрагивали. Это было личной трагедией Карины, в которой никто, кроме неё, участия принять не мог. К несчастью, она не меньше Алисы упряма. И вернётся она обратно либо с сестрой, либо с головой Дьявольской королевы. Либо не вернётся совсем… Флорин горестно вздыхает, роняя голову на колени. Она снова не могла помочь. Вокруг неё страдали, казалось, абсолютно все, пока она, как и прежде, жила в своем цветущем оазисе. Чувствуя вину за прежнюю безмятежность, она поклялась сделать жизнь каждого, кто встречается ей на пути, лучше. И что в итоге? Эймон пропал без вести, Карина бросилась в Бездну на верную смерть, а план Валентины оказался провален… — Ты сбита с толку. Я понимаю. — в несвойственной ей манере начинает Валентина, — Однако, остановиться здесь мы не можем. Время истекает, с ним наши шансы на успех. Остается уповать на фортуну. — Но что мы можем сделать? Без Карины наш путь не имеет смысла. Если уговоры не сработают, мы не сможем дать бой! — едва ли не плача скулит девушка. — Доведется ли нам вовсе столкнуться с главной угрозой? — вдруг заиграла хитрая улыбка на губах бывшей герцогини Паксли, — Он заметно нездоров. Не замечались ли тебе подобные признаки? — В последнее время Эймон часто отказывался от утоления примитивных человеческих потребностей… Я считала, что это просто от недостатка времени. Но неужели ты намекаешь на то, что он мог…? — мягкий голос её начинает подрагивать, а зрачки сужаться от страха после представленных картин. В немом потрясении она поднимает голову и с надеждой смотрит в лицо волшебницы, ожидая опровержения своих мыслей. — Скажем так, меня ведёт исходящая от артефакта сила, — Валентина отворачивается, не выдерживая такого отчаянного взгляда, — и ничего иного я не чувствую. Кто знает, быть может, это одна из мышеловок. Но так или иначе, тебе стоит подготовить себя. Не мала вероятность найти хранителя безжизненным. — Нет… Н-нет…. Этого не может быть… — подступающая паника душила, по лицу непроизвольно текли слезы, вид становился до омерзения жалким — Он не может умереть… — Эймон все же человек и… — обеспокоенная Валентина поспешно принялась успокаивать бедную возлюбленную герцога, чтобы не потерять последнюю союзницу, но неожиданно была перебита громким криком. — Нет! Этого не могло случится! Он должен использовать силу Сердца Анимы! — в порыве ярости кричало миловидное и совершенно безобидное создание, повергая в абсолютный ступор Валентину. Женщина сверлит взглядом пышущую злостью юную девушку. Её тело трясло от переполняющих эмоций. Невероятно, как быстро из тоскующей по умирающему жениху юницы она перевоплотилась в меркантильную бестию, готовую за свои цели рвать. Флорин, несомненно, с самого начала преподнесла себя как эмоциональную и чувствительную особу, но никто и предположить не мог, что это не только на сочувствии работает. Валентина с презрением смотрела на неё сверху вниз. Отныне ей вовсе не было жаль. — У тебя свои планы на Сердце Анимы? — леденящим душу голосом спрашивает властная женщина. Флорин все ещё тяжело дышит, не в силах отойти от внезапного порыва, но грозный голос Валентины заставляет испуганно сжаться. Она переводит взгляд на вдруг охладевшую союзницу и заливается краской. Милое лицо принимает прежние невинные черты. Предельно жутко выглядели её грустные щенячьи глазки и жалостно поднятые брови вкупе с воспоминаниями о внезапно ярко вспыхнувшем гневе. Воплощение двуличия, не иначе. — Нет, я… Извини, прошу, сама не знаю, что нашло на меня… — неловко теребя в руках край подола платья, напоминающего цветочные лепестки, дрожащим голоском оправдывалась девушка, — Я не хочу использовать его, чтобы получить силу или нечто подобное, нет, я вовсе… Я только хочу вернуть Ирлана к жизни… Владыка Сумерек не выдерживает. Взмахом руки призывает свою магическую сферу и впитывает хранящуюся там силу. Пурпурно-розовые, ярко-бирюзовые и чисто черные языки магического пламени стали стекаться к её ногам. Все они слились воедино, образовав жуткую тень за спиной женщины, что моментально сделала вид ещё более угрожающим и оттого великим. — Отколе ты проведала об Ирлане? — громко, отдаваясь эхом в самом сознании, звучит её голос. — Карина рассказала мне обо всем! — совсем не думая выпалила Флорин, прижав руки к груди и зажмурившись от страха, — Клянусь всем, что имею, я не хотела использовать Сердце Анимы ради себя! — Довольно. Внимать твоим лживым бредням нет желания. — взмах рукой и вот уже сила теней поднимает хрупкое тело над землей и сдавливает горло, — Вашего трепа я наслушалась. Божусь, Карина слова не молвила о нем. — Кх-х! Постой! Молю, не убивай! — задыхаясь от страха и слез, хрипела жертва. Валентина была непреклонна. И лишь когда крики о помощи наконец прекратились, а её тело обессилено повисло в воздухе, жестокая герцогиня отозвала свою магию. Флорин с грохотом рухнула на землю. Нет, она не была мертва, лишь потеряла сознание. Валентина жестока, но не бездумна. Она понимала, что оставаться без союзников было невыгодно, потому сохранила жизнь предательницы. Надолго ли? Покажет допрос, что состоится сразу же, как только очнется миловидная бестия.