Веера

      Зазвучала "Поступь весны", и перед зрителями закружилась Ли Цинь. Держа Шуанхуа наготове и вознося молитвы небожителям, Сяо Синчэнь следил за декорациями, изображающими небо, откуда должен был появиться Сюэ Ян. Вдруг он услышал справа от себя легкие шаги. Кто-то шел по крыше и… даос вдруг осознал свое положение! Привыкнув преследовать темных тварей с помощью цингуна, Сяо Синчэнь даже не подумал, что смотреть с крыши на представление — это не то же самое, что гнаться за каким-нибудь обнаглевшим призраком. Его бросило в жар от стыда за то, что он использует чужую крышу в личных целях, но прятаться было некуда, а сбегать поздно.       Сяо Синчэнь положил Шуанхуа и опустил голову. Сердце стучало как бешеное, с языка уже были готовы сорваться слова покаяния и объяснения своего проступка… Но человек прошел мимо него, не останавливаясь. Сяо Синчэнь поднял лицо, и увидел, как в темное небо взмывает Сюэ Ян! Но, как он мог пройти, не остановившись, не сказав ни слова? Почему сделал вид, что… И тут даос понял, что Сюэ Ян двигался мимо него незрячим левым боком и вполне мог не разглядеть его из-за челки. Понял, но сердце все же кольнуло обидой и разочарованием.       Сюэ Ян прошел мимо нерадивого стражника, который даже не глянул в его сторону, пролетел прямо над головами людей, сидевших за столами и приземлился к ним спиной. Кинул взгляд через плечо, повернулся и одарил своих перепуганных зрителей клыкастой, торжествующей улыбкой.       Женщины взвизгнули, мужчины схватились за кинжалы, кто-то вскочил. Сюэ Ян слегка склонил голову на бок и вдруг улыбнулся так мило и тепло, что паника стихла, а зрители заулыбались ему в ответ. Они соотнесли его одежду с нарядом выступавшей перед ними танцовщицы, успокоились и с любопытством стали ждать, что же будет дальше.       Сяо Синчэнь от улыбки Сюэ Яна чуть не спрыгнул с крыши. Его тело сошло с ума. Руки задрожали, кровь прилила к щекам и к низу живота, а внутренности скрутило нестерпимым желанием оказаться рядом, схватить Сюэ Яна, прижать к себе и не отпускать. Все его существо стремилось вниз, туда, где стоял тот, о ком он не переставая думал последние полгода. Тот, кого сейчас хотелось до безумия. Сяо Синчэнь распластался по черепице и схватился руками за конек крыши, пытаясь справиться со своими чувствами.       Не отводя взгляда от зрителей, Сюэ Ян медленно пятился к сцене, гипнотизируя их загадочным взглядом. Он правильно рассчитал время и оказался рядом с Ли Цинь в нужный момент. Сяо Синчэнь выдохнул: на смену возбуждению пришла горечь реальности, в которой ему не было места. Ну и пусть. Ему достаточно смотреть. Просто ему нравятся танцы, вот и все. Сюэ Ян слишком хорошо танцует, в этом все дело. Вон, даже равнодушные прежде зрители не смогли устоять перед ним. Смотрят, не отрываясь, ловят взгляды Сюэ Яна и его улыбки, одобрительно вскрикивают и хлопают в особо эффектных местах... К ревности примешивалась гордость за мастерство Сюэ Яна, и огромная благодарность за то, как он изменился.       Музыка ускорялась, танец близился к концу. Сяо Синчэнь любовался им и с замиранием сердца ждал окончания. Разумом он понимал, что нужно немедленно покинуть чужую крышу, но не мог сдвинуться с места. Не хотел. Если Сюэ Ян с танцовщицей после номера приземлятся рядом с ним, так тому и быть. Он успокоит бывшего врага, попросит не думать о нем и спокойно закончить выступление. Поговорить они могут и после…       Но в конце танца Сюэ Ян с Ли Цинь под дружные аплодисменты улетели за нарисованные небеса, и Сяо Синчэнь почувствовал разочарование. На душе заскребли кошки, и до следующего номера Сюэ Яна он уговаривал себя, что все хорошо, что все к лучшему. Ему больше нет места в жизни своего “безымянного друга”. “У него новая жизнь, семья и любовь,” — без конца напоминал он себе, но на номере с тэшанем не выдержал и заплакал от бессилия.       “Танец пяти стихий” Сяо Синчэнь смотреть не стал, отправился к “Зеленому дракону”. Если Сюэ Ян пойдет на ночную охоту, он пойдет за ним.       Управляющий домом помощника главы города самодовольно ухмылялся, глядя на реакцию хозяина и его гостей. Он специально умолчал о том, что “Лунные кролики” — необычная труппа, и эффект неожиданности сработал великолепно. Когда представление закончилось, гости попросили повторить первую часть программы, которую смотрели невнимательно. Разумеется, за отдельную, щедрую плату.       Пока девушки танцевали, Сюэ Ян по привычке отправился на крышу обозревать окрестности и заодно шугануть стражника-разгильдяя, но там никого не было. Он взлетел повыше, оглядел двор и остальные постройки. Никого. На краю сознания махнула тонким хвостиком какая-то мысль, но тут же исчезла, оставив Сюэ Яна заслуженно гордиться своим сегодняшним выступлением. Он улегся на крыше так, чтобы видеть сцену и вход в кладовку, и предался мечтам о даочжане.       Сяо Синчэнь терпеливо ждал возвращения “Лунных кроликов” возле постоялого двора в надежде, что сегодня Сюэ Ян снова отправится на ночную охоту, и ему посчастливится увидеть еще один танец. И тот действительно отправился за город, но с танцами даосу не повезло. Сюэ Ян прилепил на дерево огненный талисман, разложил на пеньке какие-то непонятные штуки и принялся что-то создавать. Время от времени он издавал странные звуки. То ли звал кого-то, то ли пытался напевать. После каждой фразы, он чего-то ждал от стоящей на пеньке конструкции, но ничего не происходило. Темный заклинатель поднялся, походил взад-вперед, размышляя. Достал бумагу для талисманов, принялся что-то чертить.       Сяо Синчэнь достал из-за пазухи подзорную трубу и разглядел символы, похожие на знаки звуковых сигнальных талисманов. Судя по виду Сюэ Яна, то, что он задумал, никак не получалось. Спустя пару часов он смирился с неудачей и отправился обратно в город. Сяо Синчэнь смотрел ему вслед, пока он не скрылся за городской стеной, а затем пошел на ночную охоту.       Обойдя город в первый раз, даос решил, что был слишком рассеян, поэтому не заметил ни одного темного существа. Он отругал себя за переживания, которые мешали исполнению заклинательского долга, сосредоточился, достал Шуанхуа и пошел обратно. На третьем круге он сдался. Иньские сущности словно веником вымело. И, кажется, он догадывался, как назывался этот самый “веник”. Мысль о том, что всю ночь праздника Циси Сюэ Ян посвятил борьбе с темными тварями, вместо того, чтобы провести ее со своим возлюбленным, Сяо Синчэня очень обрадовала. Он как следует отругал себя за это и вернулся в город.       Еще неделю “Лунные кролики” выступали только на закрытых праздниках, куда даос больше не позволял себе приходить.       Днем Сяо Синчэнь помогал людям и наблюдал за репетициями артистов, которые проходили в одном из внутренних двориков “Зеленого дракона”. Ночами он незримо сопровождал Сюэ Яна, но так и не догадался, над чем тот работал. В остальное время он старался занять себя каким-нибудь делом, чтобы перестать думать об отношениях флейтиста и Сюэ Яна. Сяо Синчэнь несколько раз видел, как на репетициях, во время перерыва они садились в стороне от остальной труппы и о чем-то беседовали. На людях они не показывали свои романтические чувства, но даже их разговоры вызывали в душе Сяо Синчэня постыдную зависть. *** — А-Ян, ты уже рассказывал про это, — смеялся Се Фэн. — Он дал тебе пилюлю и взвалил на спину так, как будто бы ты ничего не весил. Чуть ли не бегом отнес в ваш похоронный дом, где раздел тебя, чтобы вылечить рану на спине… А-Ян, пощади мои уши, им и так досталось. Расскажи лучше, как продвигается твой музыкальный артефакт?       Сюэ Ян надулся, но потом заговорил: — Никак не продвигается. Существует всего одно сочетание иероглифов, которое дает звук, используемый в сигнальных талисманах. Других нет. Так что моя попытка записать звуки в виде иероглифов и потом активировать их, чтобы звучали по примеру сигнального талисмана, провалилась. Мне нужна субстанция, которая впитает звук, а потом сможет его воспроизвести. Это должно быть что-то способное к вибрациям… Как струна циня… — О, нет, это слишком сложно для меня, — закатил глаза Се Фэн и сменил тему обратно. — Что, говоришь, ты испытал после того, как даочжан раздел тебя? Не понимаю, почему ты не поцеловал его…       Сюэ Ян задумался. Нет. Он не будет рассказывать Се Фэну про их с даочжаном прошлое. Он не хотел об этом вспоминать, чтобы не разрушить свою уверенность найти даочжана. Узнав их историю, любой нормальный человек подтвердит, что Сяо Синчэнь никогда не простит его и не захочет иметь с ним дела. — Дурак был, вот почему, — ответил он Се Фэну и это была чистая правда. Если у него и был шанс сблизиться с даочжаном, то этот шанс был только в похоронном доме, в том времени, когда Сяо Синчэнь был слеп. Теперь же все, о чем он мог мечтать, — чтобы даочжан не убил его при встрече. — А сейчас поумнел? — рассмеялся флейтист. — Кстати, может ну его, этот артефакт? В ноябре работы уже не будет, найдем твоего даочжана вместе, я сыграю, ты станцуешь? — Сойдет, как запасной план, если мне не удастся изобрести эту хренову ловушку для звуков, — кивнул Сюэ Ян. — М-м-м… а потом мы отыщем для тебя “благородного мужчину самых высоких моральных качеств”... И, если ты его в себя не влюбишь, я тебя убью.       Се Фэн икнул, вспомнив меч в руках Сяо Яна, но тот рассмеялся, и толкнул его в плечо. — Ладно, я пошутил. Убью тебя, если ты в него влюбишься, — сказал заклинатель. — Сяо Ян! — Не переживай, я подниму тебя лютым мертвецом, будешь круче Призрачного генерала.       Се Фэн округлил глаза, снова икнул, придвинулся к заклинателю и шепотом спросил: — Сяо Ян… Ты что… практикуешь Темный путь?       Сюэ Ян мысленно выругался. Это ж надо было так проболтаться… И тут ему в голову пришла идея. Темная печать управляла некроэнергией и мертвецами. Но, что, если заставить иньское железо управлять звуками? — А-Ян… — Что? Да ну тебя, какой еще Темный путь. Уже и пошутить нельзя. Посмотри на меня, я же сама доброта. — И Сюэ Ян улыбнулся ему той самой улыбкой, при помощи которой покорял зрителей.       Где-то далеко, на крыше, в руках Сяо Синчэня жалобно затрещала подзорная труба.       ***       Выступления в Цзыяне закончились, и “Лунные кролики” отправились странствовать дальше. Сяо Синчэнь последовал за ними. Он, как мог, заботился о труппе. Поняв, в какой город они едут, он улетал вперед, очищал местность от темных тварей и заботился о свободных комнатах на постоялых дворах. Если труппа останавливалась за городом, отправлял к ним торговцев с продуктами.       Ночные эксперименты Сюэ Яна продолжались, но стали более опасными. То, что он стал использовать, притягивало призраков, ходячих мертвецов, одержимых животных и демонов. Шуанхуа позволял чувствовать их приближение и заранее уничтожать, но однажды Сяо Синчэнь не справился. Пара злобных духов все-таки прорвалась к Сюэ Яну, а демона-пересмешника ему удалось догнать и уничтожить только возле самой поляны, где работал темный заклинатель. Сяо Синчэню пришлось замереть в густых кустах, чтобы не выдать себя. Тем временем, Сюэ Ян призвал Цзянцзай и расправился с демонами. Почесал в затылке, выругался и принялся устанавливать защитный купол. — Вот же долбоеб, надо было сразу… Хм… Но почему только сегодня и всего-то два духа? Эй, подружка, ты не протухла часом? — Сюэ Ян покрутил в руках копию Стигийской Тигриной печати, но с ней все было в порядке, и он продолжил свои эксперименты.       Невольно оказавшись рядом, Сяо Синчэнь все слышал. — Так… а что, если? Ты же можешь передавать мысленные приказы…       Сюэ Ян кинулся к краю поляны, срезал побег бамбука, проделал в нем дырочки… Потом сломал и отшвырнул в сторону. — Сюэ Ян, ты дурак. Нельзя приказывать воздуху… Но, если прикрепить на Поющий кристалл один кусок иньского железа, а через другой передать ему мысленную команду… Прости, дорогая, но тебя придется расчленить. Ха-ха-ха. Хорошо, что Мэн Яо не видит, его бы удар хватил.       Выполнив задуманное, он закрыл глаз и сосредоточился…       “Сяо Синчэнь, я люблю тебя!” — пронеслось по ночному лесу мелодичным перезвоном. Сюэ Ян открыл глаз. В кустах за защитным барьером что-то упало. — Получилось! — торжествующе сказал он и покосился на качающиеся кусты. — Так, а теперь музыка…       Он сосредоточился, и на этот раз из розового, полупрозрачного кристалла полилась нежная мелодия. Сюэ Ян бросился к холсту, на котором лежали добытые им редкости, отделил от Печати еще один небольшой кусочек и прикрепил его к деревянному диску, добавил туда талисман-хранитель и нарисовал на нем знак повторения. Диск стал издавать размеренные удары. Сюэ Ян закружился по поляне. — Кто молодец? Сюэ Ян молодец, — сказал он, и Поющий кристалл повторил его слова. Кусты снова закачались, и темный заклинатель весело обратился к ним: — Осталось решить проблему с темными тварями.       Он провозился около часа, пока не подобрал сочетание печатей, направляющее энергию иньского железа в обратную сторону. Призраки, летающие за барьером, отшатнулись и скрылись в лесу.       Сюэ Ян еще раз прослушал, как звучит его признание через Поющий кристалл. Затем еще. Достал свой шелковый веер, раскрыл его и тихо сказал нарисованному заклинателю: — Я люблю тебя, даочжан. И что ты мне сделаешь, ты где-то далеко… — Он вздохнул. — Но я найду тебя, Сяо Синчэнь. Обязательно найду.       Он уложил свои вещи в мешочек цянькунь и снял защитный барьер. Посмотрел на кусты, но они были неподвижны — измененная иньская печать распугала всех тварей. Довольный собой, Сюэ Ян вприпрыжку отправился в город.       Пошатываясь, как пьяный, Сяо Синчэнь выбрался из гуевых терновых кустов и обессиленно уселся посреди поляны. Его ханьфу было порвано в нескольких местах, руки и лицо расцарапаны. — Я убью тебя, Сюэ Ян… Да какого… Почему? А как же… Зачем тогда Се Фэн? Не могу поверить… — говорил он, глядя туда, куда удалилась причина его переживаний.       Поняв, что вопросов у него опять больше, чем ответов, Сяо Синчэнь принял решение подождать, пока Сюэ Ян его не найдет, как и обещал, и все не объяснит. В конце концов, все хорошо. Ему очень нравилось путешествовать вместе с “Лунными кроликами”. Заботиться о конкретных людях гораздо приятнее, чем спасать весь мир. Днем он будет любоваться репетициями, вечером выступлением, ночью охранять неугомонного изобретателя и охотиться. Он прижал окровавленными пальцами уголки губ, которые неумолимо ползли вверх, потому что Сюэ Ян сказал, что любит его… Радоваться пока было нельзя: у Сюэ Яна был Се Фэн.       Взяв себя в руки, Сяо Синчэнь нашел ручей, умылся, залечил царапины и переоделся в запасное черно-красное ханьфу. Синее ему нравилось больше, и он надеялся, что где-нибудь найдет портниху, которая сможет починить его. ***       Сюэ Ян соскучился по заклинательской работе. Они проехали несколько городов, но ни в одном из них ему не удалось сходить на ночную охоту из-за отсутствия темных тварей. Видимо, на пути “Лунных кроликов” опять странствовал какой-то бродячий заклинатель. Сначала он был рад этому и посвятил свободное время изобретению музыкального артефакта. Его добрые дела ограничились починкой крыш, заборов, наказанием воров и местных задир. Но после того, как вчера он нашел способ создать артефакт и упокоил двух злых духов, ему захотелось развеяться и всерьез погонять Цзянцзаем каких-нибудь темных тварей. Поэтому сейчас он летел вперед труппы, покинувшей Цзиньшу, чтобы разыскать того заклинателя, который путешествовал перед ними, и приби... и настоятельно попросить его охотиться где-нибудь в других местах.       Прилетев в Вэньшань, Сюэ Ян принялся искать следы соперника. На его счастье в городе видели только одного странствующего заклинателя. С двумя глазами и в черно-красном ханьфу. Он должен был разобраться с гулями, которые появились в озере. Сюэ Ян поморщился. Он не любил озера с их топкими берегами. Потом сапоги чистить. Ладно. Он просто пошлет этого… выскажет этому… попросит этого заклинателя оставить города, где будут выступать “Лунные кролики”, ему, “Сяо Яну”.       В сумерках озеро выглядело, как огромное черное зеркало, в котором отражались звезды. Луны не было, поэтому Сюэ Яну пришлось постараться, чтобы найти на темном берегу заклинателя в темном же ханьфу. Обнаружив его неподалеку от рыбацкого причала, он направил туда Цзянцзай.       Сяо Синчэнь почувствовал приближение какого-то заклинателя, повернулся к нему и облизал мгновенно пересохшие губы: к нему спускался Сюэ Ян! Сердце запрыгало, в груди разлилось тепло. Сяо Синчэнь с улыбкой сделал шаг навстречу: Сюэ Ян нашел его, как и обещал! Слова столпились в горле, ему столько всего хотелось сказать…       Сюэ Ян раздраженно глянул в лицо заклинателю. Как он смел быть таким похожим на Сяо Синчэня? Если бы не второй глаз и счастливая улыбка, он бы подумал, что это его даочжан. С другой стороны, в последние годы без повязки он видел Сяо Синчэня только спящим, перед пересадкой глаза… Может быть сходство преувеличено… Тем не менее, оно было, и это выбило его из колеи. Ему безумно захотелось бросить все, найти Сяо Синчэня, схватить его и утащить обратно в похоронный дом. Сюэ Ян зло посмотрел на заклинателя. Приветливая улыбка на лице, так похожем на лицо даочжана, выглядела издевательством. — Да кто ты такой! — процедил он, развернулся и взмыл в темное небо, оставив Сяо Синчэня наедине с новыми вопросами.