Веера

*** Ночь Сяо Синчэня       Сяо Синчэнь смотрел на улетающего Сюэ Яна и чувствовал, что сходит с ума. Презрительное “да кто ты такой” вонзилось в душу ледяными иглами. Стало так больно, что он согнулся пополам, уперев руки в колени. Кто он такой… Кто... Он… Такой... Воздух с хрипом вырывался через скованное обидой горло. Он несколько раз стукнул себя кулаком по груди, разбивая спазм, и выпрямился. — Небожители, да за что мне это все… — Сяо Синчэнь бросил жалобный взгляд на звездное небо. Повернулся к гулям, высунувшим из воды свои склизкие головы. — Он что, не помнит меня? Не может быть! Сказал же, что любит и найдет… Но как он собрался искать, если не помнит?       Гули подплыли поближе. Сяо Синчэнь посмотрел на них, а потом крикнул туда, куда улетел Сюэ Ян, показывая руками на озеро: — Мог бы и помочь, между прочим! И зачем только прилетал…       Гули одобрительно забулькали. Сяо Синчэнь прошел на причал и уселся на доски, еще хранившие в себе тепло жаркого летнего дня. Дождался, пока его невольные слушатели подплывут поближе, и начал распутывать клубок загадочных событий. — Итак. Начнем с конца. Зачем Сюэ Ян прилетел в Вэньшань сегодня, если “Лунные кролики” все равно должны приехать сюда завтра? Хм… Он прилетел заранее… и отправился на озеро, в котором завелись гули! Потому что… Потому что с артефактом он работу закончил, вот и стал снова ходить на ночные охоты. — Сяо Синчэнь задумчиво потер подбородок и продолжил свои рассуждения: — Итак. Он прилетел, чтобы сходить на ночную охоту и разобраться с вами, но встретил меня… Меня… Ну, конечно! С двумя глазами, в черно-красном ханьфу и с улыбкой на лице… — Сяо Синчэнь рассмеялся, вскочил на ноги и принялся ходить взад-вперед по причалу. — Он же думает, что я его ненавижу… Вот и решил, что встретил не меня, а кого-то похожего! Хм… Я бы тоже сбежал на его месте.       Даос повеселел и благодарно посмотрел на гулей, которые пытались взобраться на причал, чтобы утянуть его к себе. — Теперь о главном. Кто такой Се Фэн для Сюэ Яна? Что у них за отношения? — Сяо Синчэнь перестал улыбаться и замолк. Тема была щекотливая и неприятная, как царапанье когтей по сваям причала. Даос нахмурился, вспоминая то, что слышал на завтраке в “Зеленом драконе”. — Танцовщицы назвали их “влюбленными голубками”... Нет... “влюбленными дурачками”! Се Фэн оказывал Сюэ Яну внимание, и Сюэ Ян его не отталкивал… Не отталкивал, но и не говорил ничего такого, что можно было бы истолковать, как взаимную влюбленность! Что, если эти девушки уже знали то, о чем я сам узнал только вчера? — Сяо Синчэнь снова сел. Сейчас тот разговор за столом предстал для него в новом свете. — Поэтому их обоих назвали влюбленными. Се Фэн влюблен в Сюэ Яна, Сюэ Ян влюблен в меня… О, Небожители…       Один из гулей догадался влезть на спину другого и по пояс взобрался на причал. Цепляясь когтями за доски, он пополз к Сяо Синчэню. Двое других замычали, схватили его за ноги и через пару секунд все трое рухнули обратно в воду. Даос дождался, пока стихнет плеск воды и продолжил рассуждать. — Конечно, это только предположения… Я не могу знать наверняка. Возможно, я ошибаюсь… — и тут он вскочил на ноги, подброшенный гениальной мыслью. — Нам с Сюэ Яном надо поговорить! Завтра же, после выступления. Пусть объяснит, что за отношения у него с Се Фэном и со мной. В конце концов, я столько пережил, я имею право знать. Так же?       Гули дружно замычали, и Сяо Синчэнь достал Шуанхуа. *** Та же ночь Сюэ Яна       Сюэ Ян мчался прочь от озера, поднявшись на мече как можно выше, но холодный воздух не спасал. Ему нестерпимо хотелось Сяо Синчэня всего и сразу и прямо сейчас. Он не понимал, как мог вытерпеть столько месяцев без него, не понимал, почему в похоронном доме не поцеловал его ни разу, не присвоил себе. Перед внутренним взором мелькали картины прошлого. Лунный свет, воин с мечом, прекрасный, как небожитель. Летний день, река, парень, после купания подставляющий слепое лицо солнцу. Завывания ветра, полумрак похоронного дома и плечо рядом, теплое, как огонь их домашнего очага. Шелк волос под щекой, который заставил его забыть о всех полученных на ночной охоте ранах. Сяо Синчэнь носил его на спине! Они были так близко…       Сюэ Яну пришлось спуститься вниз. Его тело взбунтовалось и отказывалось слушаться, ци металась, как сумасшедшая, сердце разрывалось от тоски и понимания, что он все сделал правильно. Не было у них с Сяо Синчэнем будущего. Если клан Чан можно было списать со счетов, то Байсюэ и искалеченный Сун Лань проложили между ними непреодолимую пропасть. Да, он найдет Сяо Синчэня. Но что будет дальше? Сюэ Ян вытер слезы, которые лились у него от самого озера, и сел, обхватив колени руками. Наконец-то правильный вопрос. Что дальше? Что он может предложить Сяо Синчэню? Вот о чем действительно нужно было думать, вместо того, чтобы готовить какой-то там танец.       Осознав это, Сюэ Ян встал и остаток пути прошел пешком, пытаясь придумать для них с Сяо Синчэнем общее будущее. Сам он с удовольствием вернулся бы в похоронный дом, чтобы все было как прежде. Днем перебранки с А-Цин, заставляющие уши даочжана очаровательно краснеть, ночью — охоты на нечисть. По утрам — конфеты из рук своего персонального небожителя. Вечерами — уютные посиделки у огня. Вот только он больше не безымянный приятель, он — Сюэ Ян, который в глазах Сяо Синчэня достоин только казни, а не любви и конфет.       Так ничего и не придумав, Сюэ Ян вернулся в лагерь “Лунных кроликов”. Ему безумно хотелось разбудить Сун Лиин и выпросить пару бутылок “Слез Дракона”, но он понимал, что проблему это не решит, поэтому не стал. Проверил охранные талисманы — они были развешаны безупречно. Хмыкнул. Непроста была наставница, ох непроста. Он бы не удивился, узнав, что у нее развито Золотое ядро. Пошел к лошадям. Нашел Толстика, угостил морковкой и зарылся носом в густую гриву. Общение с этим гнедым мерином действовало получше всяких медитаций. Ему можно было рассказать все и не получить ни одного неудобного вопроса и ни слова упрека. Сюэ Ян обнимал крепкую шею, чесал за ушами, гладил спину и шептал, шептал… Шептал, пока не нашел решение своей проблемы. — Слушай сюда, мой пухлый пирожок, я придумал! Просто спрошу у даочжана, что нужно сделать... чтобы снова быть рядом! Честно признаюсь, что сам не додумался. Хотя, кто знает, может быть и придумаю что-нибудь, пока буду его искать. И это… доведу танец до конца. Осталось всего ничего: придумать и записать в артефакт музыку. Шифу сказала, что поможет. И тогда я сразу отправлюсь к нему. — Сюэ Ян обнял коня и прижался щекой к его мощному плечу.       Мерин, почувствовав перемену в настроении своего приятеля, взбодрился и принялся шарить верхней губой по одежде заклинателя. Его всегда разбирало любопытство, где этот человек умудряется прятать столько морковки, если ни карманов, ни сумок у него нет.       Сюэ Ян захихикал от щекотки, выдал Толстику приличную порцию угощения, и пошел спать. В повозку не полез, расстелил футон за ней. Он лег на бок, положил рядом раскрытый тэшань, провел пальцами по гравировке. Живот скрутило желанием и тоской. Сюэ Ян свернулся клубочком, накрыл изображение “Сяо Синчэня” четырехпалой ладонью и провалился в тяжелое забытье. *** День Сяо Синчэня       Утром Сяо Синчэня снова накрыло сомнениями. Пусть даже он улыбался, пусть сменил одежду… Как Сюэ Ян мог не узнать его? Это же невозможно.!       К обеду к сомнениям добавился страх, что он сам тронулся головой и все не так понял. В конце концов, сам Сюэ Ян сказал всего лишь: “я найду тебя, даочжан”. Слова про любовь издавал странный камень.       К вечеру, поскольку “Лунные кролики” в Вэньшане не появились, Сяо Синчэню ничто не помешало впасть в настоящее помешательство и увериться, что он ошибся во всех своих предположениях. Может, Сюэ Ян все-таки готовит изощренный план мести, который еще не готов, вот и делает вид, что не узнает и не замечает Сяо Синчэня?       Всю ночь Сяо Синчэнь боролся с желанием полететь обратно и разыскать труппу. Его грызла обида на Сюэ Яна и на свою судьбу, которая раз за разом сталкивала его с этим парнем, и раз за разом эти встречи оставляли в душе Сяо Синчэня глубокие, болезненные борозды. Только к утру ему удалось убедить себя, что ему никто не нужен, особенно один прекрасно танцующий темный заклинатель. *** Тот же день Сюэ Яна — Шифу, какого гуя вы меня не разбудили? Уже обед! Мы что, с колес в Вэньшане выступать будем? — возмутился заспанный Сюэ Ян. — Успокойся, А-Ян. В Вэньшань поедем. Если посланник приедет сегодня… — задумчиво протянула Сун Лиин. — Странно, обычно он не опаздывает… — Что еще за посланник? — подозрительно спросил Сюэ Ян. — А ты думал откуда у меня “Слезы Дракона”? Кстати о драконах. Ну-ка пошли в реквизитную, дело есть. Я вчера придумала, когда ты на охоту свою свалил.       От задумки шифу Сюэ Ян пришел в восторг. Высунув кончик языка, он старательно рисовал на больших листах бумаги самых страшных чудовищ, которые только приходили ему в голову. Рогатые, хвостатые, скалящиеся как покойный глава Не при виде босяка из Куйчжоу, улыбающиеся приторной двуличной улыбкой, как Мэн Яо своему отцу… Правда, их с Сун Лиин затея чуть не провалилась: после первой же пробы девушки наотрез отказывались прикладывать к нарисованным чудовищам активирующий талисман. Пришлось достать Цзянцзай и объяснить танцовщицам, кого на самом деле тут нужно бояться, и репетиция началась. Теперь, вместо того, чтобы бросать в Сюэ Яна шарики с лентами, две девушки выносили стопки рисунков. На каждом был нарисован талисман, наводящий иллюзии. Когда его касались активирующим талисманом, бумага взмывала в воздух, превращаясь в реалистичное, движущееся изображение чудовища. Эффект сохранялся не дольше минуты, но этого вполне хватало, чтобы Сюэ Ян успел достать “монстра” тэшанем. С недавних пор, благодаря постоянным тренировкам, стальной веер стал его духовным оружием, поэтому от соприкосновения с тэшанем “монстры” ярко вспыхивали и тут же осыпались пеплом. Выглядело это впечатляюще даже днем, а уж в полумраке вечера будет просто ослепительно. Если же “монстр” улетал в другую сторону, то спустя минуту на землю падал лист с рисунком, и его можно было запускать снова.       Оставив девушек привыкать к вылетающим из их рук чудовищам, Сюэ Ян уединился с Се Фэном и Сюй Фэйхуном. Они быстро уловили суть танца и стали придумывать под движения музыку. За делами Сюэ Ян совсем забыл про таинственного “посланника”, поэтому очень удивился, когда раздались радостные крики танцовщиц: “Приехал, он приехал!”       Рядом с лагерем "Лунных кроликов" остановилась боевая колесница, запряженная парой горячих, вороных красавцев. Ее борта были разукрашены орнаментом из виноградных лоз и драконов. С нее к артистам спустился почтенный пожилой господин. — Лао Чэнь, лао Чэнь, — щебетали девушки, — мы заждались вас, лао Чэнь. С вами все в порядке, что случилось, почему вы опоздали? — Ну-ка брысь отсюда, — шикнула на них старшая и поклонилось гостю. — Приветствую тебя, Чэнь Гофэн. — Госпожа Сун… — еще ниже поклонился посланник. — Госпожа Сун, простите, что задержался… Но, надеюсь, причина задержки вас порадует. Нам удалось достать… — он замолк, когда Сун Лиин приподняла бровь.       Посланник дал своему вознице знак, и колесница подъехала к одной из повозок труппы. Она оказалась с секретом: ее сиденье было устроено по принципу мешочка цянькунь. Артисты привычно стали перегружать оттуда какие-то ящики и свертки, а Сун Лиин уединилась с посланником в повозке с реквизитом.       Сюэ Яна не просили, но он все равно пошел помогать таскать вещи. Сказалась приобретенная после расставания с Сяо Синчэнем привычка оказывать помощь всем нуждающимся. В основном там были ящики с вином. “Улыбка императора”, “Слезы дракона” и еще несколько незнакомых сортов. Свертки оказались подарками для танцовщиц и музыкантов.       Спустя час колесница умчалась прочь, а его позвала Сун Лиин. — Сяо Ян, у меня для тебя радостная новость. — Она подняла ладонь, в которой лежала маленькая скромная баночка и улыбнулась — Эта мазь восстанавливает утраченный орган, если его парный все еще цел. Ты можешь вернуть себе глаз или мизинец.       Сюэ Ян недоверчиво покосился на простое стекло. — Выглядит так себе. — Сяо Ян, ее взяли у целителя, который ее приготовил, а не у перекупщиков, заманивающих покупателей красивой упаковкой. — Что-то я впервые слышу, чтобы кто-то умел изготавливать подобное снадобье… — Вот же наглец. Просто бери и скажи спасибо своей шифу! — Шифу. Я рассказывал, как потерял глаз? — Нет. — Я отдал его Сяо Синчэню. Потому что из-за меня он остался без глаз. — Сюэ Ян сглотнул. Ему очень хотелось, чтобы шифу оказалась права, но он не мог рисковать. — Если эта штука действительно работает… Я должен быть уверен, что не причиню вред. Но ее мало, на себе проверить не смогу… — Ох, А-Ян… Ты хочешь отдать мазь ему?       Сюэ Ян кивнул, не отводя взгляда от ладони Сун Лиин. Это был его шанс. Еще одна соломинка через пропасть, разделяющую его и Сяо Синчэня. Повод остаться рядом. — Сяо Ян… Ты слышал когда-нибудь о множестве миров? — спросила старшая. Сюэ Ян снова кивнул. — Эта мазь оттуда. Из другого мира, где ее придумал один талантливый целитель, чтобы вернуть своему возлюбленному отрубленную руку. Один из потомков Дракона, мой… мой хороший знакомый, обладает даром путешествовать между мирами. Я уверена в нем, как в самой себе. Если он говорит, что мазь работает, значит, так оно и есть. — Она поставила мазь на столик и достала из-за пазухи исписанный лист. — Вот. Здесь написано, как ею пользоваться.       Сюэ Ян схватил бумагу и стал жадно вчитываться. “Специальное питание за три дня до процедуры… очистить место применения… нанести равномерным слоем… следить за течением ци…” Он с хрипом вдохнул. Все мысли были о Сяо Синчэне. Где он сейчас? Поверит ли ему? Если нет, то что делать? — А-Ян… Сяо-Ян! — А? Что? — На тебе лица нет, говорю. Все будет хорошо. Уж точно не хуже, чем сейчас. Прячь мазь и пошли, послушаю, чего вы там насочиняли к твоему танцу.       Первый вариант музыки шифу забраковала. А за ним второй и третий. Только к ночи им удалось сочинить и записать что-то более-менее приличное. Засыпал Сюэ Ян снова тяжело и сны ему снились мерзкие. Кровь, убитые люди, живые, но с вырезанными языками, лютые мертвецы, Мэн Яо, Чан Циань с кнутом... *** Утро Сяо Синчэня       С первыми лучами солнца Сяо Синчэнь встал на меч, чтобы улететь как можно дальше. Туда, где он никогда не встретит труппу “Лунные кролики”, и где Сюэ Ян не сможет его найти. Полный решимости он мчался вперед, стараясь думать только об А-Цин, о Сун Лане и о том, как они встретятся... Но стоило ему хоть на секунду отвлечься, как его мысли возвращались к Сюэ Яну, а Шуанхуа к Вэньшаню.       Солнце поднялось довольно высоко, когда Сяо Синчэнь в третий раз увидел под собой город с прилегающим озером. Даос остановил меч. Все бесполезно. Пока он не убедится, что с Сюэ Яном все хорошо, он не успокоится и не сможет никуда улететь. Ему надо знать, почему вчера “Лунные кролики” не приехали в Вэньшань. Да, в этом все дело. Он просто переживает, не случилось ли чего с труппой. Вдруг на них напали разбойники. Или кто-то заболел… Найдя себе оправдание, Сяо Синчэнь стрелой сорвался с места и через минуту увидел на дороге, ведущей к городу, три знакомые повозки. Он достал подзорную трубу. Сюэ Ян сидел рядом с Сун Лиин и что-то увлеченно обсуждал с нею, а не с Се Фэном. Сердце Сяо Синчэня радостно забилось. Он предвкушал вечернее представление, а решение поговорить, принятое у озера, стало снова казаться логичным и правильным. Сюэ Ян должен все ему объяснить. И пусть только попробует снова сбежать и бросить его одного! Он ему все уши оборвет. Отходит фучэнью пониже спины, и... И заставит танцевать всю ночь только для него. *** То же утро Сюэ Яна       Утром, после тяжелых кошмаров, Сюэ Ян проснулся совершенно разбитый, с пошатнувшейся уверенностью, что такому, как он, стоит искать Сяо Синчэня, но подзатыльник от Сун Лиин вернул его в реальность. — А-Ян, хватит щелкать клювом, вечером мы должны выступить в Вэньшане, а до него надо нарисовать побольше бумажных чудовищ и потренироваться с ними. И музыку тебе надо доделать, и танец твой на публике опробовать. Так что к гуям переживания. Запомни: если принял какое-то решение, то следуй ему, пока не выполнишь. Не сделаешь — не узнаешь правильно решил или нет.       Шифу была права. Шифу, которая достала для него лекарство. Из другого, блять, мира! Великая женщина. Он обязательно должен познакомить Сяо Синчэня с ней. И это... Это будут еще несколько дней вместе с ним! Сюэ Ян выкинул дурной сон из головы, и счастливо зажмурился.       “Лунные кролики” быстро свернули лагерь и направились в Вэньшань. Их лошади отдохнули и везли повозки бодрой рысью.       На подъезде к Вэньшаню Сюэ Яна охватило необъяснимое волнение. Уши горели пламенем, на месте не сиделось. Хотелось вскочить и танцевать. Ловить на себе восхищенные взгляды даочжана и не останавливаться, чтобы это длилось вечно. Наверное потому, что здесь начнется новый этап его жизни, отсюда он отправится на поиски Сяо Синчэня.