Я не дам ему захлебнуться во тьме // Into Darkness and Howling (I'll Keep Him From Drowning)

Родерик Берджесс встретил его у входной двери с маниакальной улыбкой на лице: — Мистер Голдинг, мне не терпится увидеть, что вы приготовили для меня сегодня. Абсолютное отвращение овладело Хобом, когда ему пришлось выдавить из себя схожую ухмылку: — Маг. Я нахожусь в таком же предвкушении. Благодарю, что перенесли встречу на удобное для меня время. — Никаких проблем. Вы оказываете мне большую услугу. Хоб замешкался. Так, лучший способ солгать — говорить как можно больше правды, поэтому: — Могу я спросить? В доме сейчас есть кто-то еще? На лице Берджесса проскользнуло подозрение: — Почему вы спрашиваете? — Что ж, — Хоб тряхнул сумкой, которую принес с собой, — некоторые из моих приемов могут быть немного… шумными. — Насколько? — Настолько, что посторонние, услышав их, могут позвонить в полицию. Глаза мужчины заблестели: — Конечно-конечно, я понимаю. Нет, сейчас в доме только я и моя охрана. Хоб ухмыльнулся: — Тогда все в порядке. Могу я? — Ах да, конечно, — Берджесс отошел в сторону, пропуская его в дом. Хоб оглядел сводчатые потолки, пытаясь скрыть одолевающее его волнение. Маг тем временем закрыл дверь и повернулся к нему, изогнувь бровь: — Что вы планируете сегодня делать? Вы заставите его снова заговорить? — Да, и для этого я принес вот это, — он хлопнул по сумке. — Эта часть обряда нужна, чтобы заставить таких существ, как он ответить на любой ваш вопрос. Я могу провести его большую часть внизу, но есть ли там окно, выходящее на южную сторону? — Это подвал, — сухо заметил Берджесс. Хоб хлопнул себя по лбу в притворном смущении: — Ах, да, конечно. Хорошо. Тогда нам понадобится открыть самое большое окно на юг в этом доме. Маг в изумлении уставился на него. — Послушайте, вы же знаете, какими странными могут быть подобные ритуалы? Я только следую инструкциям. Окно на юг. Вы хотите сделать это или нет? Через мгновение он нахмурился: — Это будет окно моего кабинета. Там есть вещи, которые нельзя оставлять без присмотра, раз мы открываем такой большой проем. — Почему бы вам не поставить туда своих охранников? Берджесс бросил на него еще один изумленный взгляд. — Что? — Хоб пожал плечами. — Мы будем вдвоем в подвале, так что пусть охранники останутся наверху. — Это действительно так важно для ритуала? — Абсолютно точно. Он вздохнул и махнул рукой: — Очень хорошо. Идем. Хоб внутренне возликовал и направился вслед за магом. Они дошли до начала лестницы в подвал, и Берджесс приказал охранникам подняться и оставить их. Через мгновение двое мужчин с налитыми кровью глазами вышли. Отдав указания, маг повел Хоба в подвальную тьму. Шаг за шагом они спускались, пока он снова не обнаружил, что смотрит на своего друга, смотрит на Сна. На Сна, до сих пор прижимавшего свою ладонь к стеклу со скорбным выражением лица. На Сна, глаза которого выспыхнули и расширись, едва он услышал звук приближающихся шагов. Рука безвольно упала. Хоб поставил свою сумку на землю и повернулся к магу: — Начнем?

***

Охранники неловко расхаживали по кабинету Берджесса. Окно было широко распахнуто, впуская солнечные лучи, освещавшие массивный сейф в углу комнаты. — Как ты думаешь, что у него там? — спросил один из охранников. — Да какая разница, старикашка запрет нас внизу с этой тварью, если мы попытаемся что-то сделать. — Думаю, ты прав, — вздохнул второй. — Эй, а это что такое? Чья-то рука вцепилась в деревянную панель снаружи. Охранники подобрались и вытащили оружие. Как только они это сделали, в комнату забралась лысая женщина в очень необычном пальто. Поднявшись на ноги, она отряхнула свой претенциозный костюм и подняла бровь, глядя на них в упор: — Привет, ребята. Не могли бы вы освободить комнату, пожалуйста? Охранники направили на нее пистолеты: — Подними руки, или мы будем стрелять. — Да ладно, давайте вы не будете этого делать. Вы ведь еще не встречались с моим другом? С этими словами в комнату залетел ворон, нацелившийся на одного из мужчин. Тот уронил пистолет, пытаясь скинуть с себя птицу, а в это время женщина вытащила из-за спины лом и ударила им другого охранника по голове, прежде чем он успел выстрелить. Затем эта же участь постигла и второго мужчину, все еще боровшегося с птицей. Теперь та сидела на полу возле двух неподвижных тел, истекающих кровью. — Ого, не знала, что в тебе есть такое, Люси, — сказала Джессами, садясь на один из трупов. — Обстоятельства заставили, подруга. Обстоятельства. Они одновременно повернулись и бросили взгляд на сейф: — А ты знаешь код? — спросила Джессами. Люсьен склонила голову, коварно улыбаясь: — Вообще-то я принесла лом именно для этого.

***

Берджесс стоял перед клеткой Сна: — Держу пари, ты думал, что я никогда не найду способа нарушить твое молчание! — он зло рассмеялся, — Что ж, теперь здесь мой друг, который заставит тебя говорить! Если бы ты сделал это раньше, то мне бы не пришлось прибегать к магическим силам. Хоб поднял взгляд и увидел, как взгляд Сна, устремленный на Берджесса, метает молнии. Затем он перевел глаза на Хоба и его выражение лица смягчилось. К несчастью, маг заметил эту перемену: — А, так ты его знаешь. Ладно, тогда начнем. Продолжая неотрывно смотреть на Хоба, Сон чуть шевельнул уголком рта. Хоб подмигнул ему, прежде чем привлечь внимание стоящего позади мужчины. — Для этого мне нужно, чтобы вы повернулись лицом к пленнику и закрыли глаза. Крайне важно, чтобы ваши глаза оставались закрытыми. Я проведу ритуал и сообщу вам, когда вы сможете задать интересующие вас вопросы. Ваши глаза должны оставаться закрытыми, что бы вы ни слышали, иначе навлечете на себя смертельное проклятие. Иногда обряд может быть громким. Вы готовы? — Конечно! — воскликнул маг и, следуя инструкции Хоба, повернулся лицом ко Сну, закрыв глаза. «Какой же глупый мудак», подумал Роберт. Все, что он только что сказал, конечно же было полной ерундой. Он порылся в своей сумке и достал крупный резак, который он забрал из одного из своих тайников. Он обошел мага и перешагнул через ров, чтобы встать напротив Сна в его клетке. Оглянувшись, он удостоверился, что глаза мага и вправду закрыты. Тогда он присел, чтобы посмотреть на своего друга, который, прижавшись к стеклу, неотрывно следил за его действиями. Его глаза были чернильно черными, как звездная ночь, и Хоб, не удержавшись, снова приложил руку к стеклу. Ладонь Сна тоже прижалась к прозрачной поверхности напротив, и они выдохнули в унисон. Хоб должен его вытащить, и теперь он знал как. Коротко улыбнувшись и помахав инструментом в своей руке, он вонзил тот в магический круг, окружавший стеклянную сферу. Глаза мага все еще были закрыты, а на лице застыла ухмылка. Хоб полностью стер круг и остановился только тогда, когда Сон тихо постучал рукой по стеклу. Мужчина посмотрел на своего друга, который резко кивнул ему и указал на мага. После этого он распрямился во весь рост, насколько ему позволяла его клетка. От исходившей от него почти осязаемой угрозы у Хоба перехватило дыхание, а на лице расплылась усмешка. Пора. Он вернулся к сумке и заменил резак на траншейный нож, который подобрал в окопах Первой мировой. Подойдя к магу, он кивнул Сну: — Сон из Вечных, ты хочешь что-нибудь сказать магу? — величественно проговорил Хоб. Едва уловимая злая улыбка мелькнула на его лице: — Да, — прохрипел тот. Мужчина вздрогнул от шока и изумления. Хоб подошел вплотную к Берджессу, сжимая в руке нож: — Открой глаза, маг. Глаза мужчины распахнулись, и он увидел Сна, угрожающе наклонившегося вперед. Вокруг него сгущались плотные тени. — Сладких снов. И Хоб вонзил нож в тело мужчины. Берджесс коротко выдохнул, потом закашлялся кровью, прикоснулся к колотой ране на животе и упал в лужу с водой. Хоб мог поклясться, что Сон что-то делал с ним, потому что его глаза, лучащиеся звездным светом, были прикованы к магу, который начал барахтаться в воде, видя вещи, которых не могло быть. Пока его друг мстил, Хоб вытер нож о тряпку и вытащил сначала кувалду, а затем длинное черное пальто. Он подошел к клетке. Глаза Сна были по-прежнему прикованы к Берджессу, который вдруг закричал. Хоб взвесил кувалду в руке: — Тебе лучше закрыть глаза. Сон на секунду склонил голову набок, прежде чем кивнуть, и тогда Хоб ударил по стеклу. Еще раз. Еще. И еще. А потом оно сломалось. Осколки стекла брызнули во все стороны, но ему было все равно на мелкие порезы, прочертившие его руки и лицо красными полосами. Он бросился к своему другу, накинул ему на плечи плащ, и улыбнулся. Сон схватил ткань, расправил ее и наконец выпрямился во весь рост, впервые за все эти годы. А потом он протянул руку, медленно коснувшись ей щеки Хоба. У того перехватило дыхание. Сон из Вечных заглянул ему в глаза, прошептал: — Спасибо тебе, Роберт Гэдлинг. … и рухнул ему под ноги.