Невидимка (Книга 2 из 7)

      Когда Горвальд первый раз приехал к Метью, тот предоставил ему отдельные уютные покои, в которых была гостиная, спальня, кабинет и уборная с ванной. В этих покоях Горвальд иногда проводил по полдня, в перерывах между попойками с Метью. Но пили они обычно вдвоём на территории Метью. В остальное время Горвальда никто не беспокоил. Он был предоставлен себе. При этом в покоях Горвальда был бар с алкоголем и он мог начать и закончить пить в одиночестве.       Горвальд любил употреблять, сидя в кабинете. Сейчас он тоже сидел в кабинете, а на столе перед ним стояла не раскупоренная бутылка виски и пустой стакан. Горвальд был абсолютно трезв и немного сердит. Он читал письмо Александры.       Александра писала:       «Здравствуй, Любимый Горвальд. В это непростое для нас всех время я понимаю твое желание выдохнуть и прийти в себя. Поддержка Элле и Мэтью необходима и, возможно, им было бы легче при смене обстановки. Поэтому предлагаю тебе пригласить их на время к нам, где им будет оказана всемерная поддержка. Но смотри сам по обстановке.       Я скучаю по тебе, дорогой. В прежние времена, когда мы были втроем и служили опорой и поддержкой друг для друга, мы были счастливее. И сейчас ты нужен мне. И я надеюсь, что нужна тебе».       Горвальд отложил письмо и задумался. Он тяжелым взглядом посмотрел на бутылку с вином, но решил пока не открывать ее.       «Нужна ли мне эта женщина и такая жизнь? Действительно ли я счастлив рядом с ней?».       Ответ был на поверхности. Горвальд сжал губы до крови и даже немного застонал.       «Когда-то давно, когда мы только познакомились, многие мальчишки вились вокруг Александры, облизываясь на ее статус. Даже кажется был какой-то принц, подходящий по крови. Отец Александры Карлос хотел, чтобы она вышла замуж именно за этого принца. И этот мальчик, как же его звали?».       Горвальд нахмурил брови, пытаясь вспомнить имя того принца, но так и не смог.       «А неважно – отмахнулся в итоге он. – Единственное, что важно, что этот принц и другие парни были влюблены в нее и ее статус, но Александра выбрала в итоге меня. Потому что я – лучший. Я оказался умнее. Единственный из всей компании не проявлял к ней видимого интереса. Выжидал, наблюдал, смотрел. И все правильно сделал».       Горвальд самодовольно улыбнулся.       «Не сказать, что она мне не нравилась. Она всегда следила за собой и была красивой. И ей хватало ума не показывать насколько она умна. Я думал, что она покорится мне. Думал, что будет слушать и делать, как я скажу. Вот только королем я оказался номинальным. Это нечестно и несправедливо по отношению к моему мужскому началу. Ведь я не виноват, что у Карлоса не было сыновей, одни дочери. Слабак он оказался. Но даже слабый мужчина больше заслуживает управлять, чем сильная женщина. И не важно, что она по рождению была принцесса. Я мужчина, а значит она должна была мне подчиняться. И не так формально, как она это обычно делала, а по-настоящему. Как у нас всегда было? Она решает, и доводит до меня свое решение вопросом, в котором содержится ответ. А я должен не просто согласиться, а сделать вид словно это мое решение. Словно я так выбрал! Но так нельзя! Это унижает мужчин!».       Горвальд тяжело вздохнул.       «Нет, меня определённо такая жизнь не устраивает. Я живу в самообмане, меня не ценят и не слышат. Всю свою жизнь я старался для всех, был примерным мужем и хорошим отцом, а себя потерял. Я хочу жить так, как я хочу, а не как надо другим».       Горвальд откупорил бутылку.       «Она нуждается во мне. Что ж, если она хочет и дальше жить со мной, пусть живет по моим правилам».       Горвальд наполнил стакан, выпил и закусил лимоном. Но вторую наливать не стал, закрыл бутылку и убрал в бар, а стакан поставил в раковину. Прислуга по вечерам всегда заходила в его покои, убирала мусор, прибиралась, вытирала пыль.       Напротив стола Горвальда висело зеркало. Горвальд посмотрел в зеркало и пьяно / хищно улыбнулся.       «Я напишу свои правила и она будет жить по ним».       В дверь постучали.       - Войдите – крикнул Горвальд, смял письмо, не дочитав, и бросил в урну. «Ничего там интересного или нового нет».       В кабинет осторожно заглянул слуга.       - Господин Горвальд, Король Мэтью просит Вас выйти во двор. Там пришёл какой-то мужчина, и сказал, что он пришел за Вами.       - За мной? – Брови Горвальда поползли вверх от изумления. – Я сам решу, когда мне отсюда уходить.       - Простите, сэр – очень осторожно ответил слуга. – Этот человек заявил, что он – супруг принцессы Роксоланы Корректионской и с тех пор, как принцесса с сыном вернулись в Корректион, его сын Дерек стал кронпринцем.       - Что, блядь?!       Будь Горвальд абсолютно трезв в последние дни, у него хватило бы сил сдержаться и сохранить лицо. Но слишком уж шокирующей была новость!       «Роксолана вернулась! И не одна, а с сыном приблудным от любовника своего со смешным именем. И этого приблуду на трон Корректиона?! Трон, который он с трудом добивался, и на котором должен сидеть его сын!       Горвальд скрипнул зубами и вскочил из-за стола. «Ну я тебе покажу, кто тут главный!»       - Видите меня к ним.       Они спешно вышли во двор. Там уже были Метью с Эллой. Рядом с ними стоял высокий мужчина атлетического телосложения с черными волосами (после возвращения Роксоланы ему закрасили седину).       Когда Горвальд подошел, мужчина перевел на него взгляд. В глазах мужчины была такая сила, что Горвальд аж поежился. И тут же отругал себя за такую слабость. Метью повернулся к нему. В глазах Метью была радость, и в тоже время растерянность.       - Гор, как хорошо, что ты пришел – тихо сказал Метью. – Этот мужчина утверждает…       - Да, мне сказали – резко сказал Горвальд, прервав объяснения Метью и вперил полный праведного гнева взгляд на Доменика. Того это только позабавило.       - Итак, спустя столько лет ты припёрся сюда и заявляешь свои права – словно выплюнул Горвальд. – Где ты был все это время?       Доменик не торопился вступать в разговор. Он внимательно осмотрел Горвальда, удивляясь тому, что Александра могла в нем найти.       Повисшая пауза скоро Горвальду порядком надоела.       - Ты что, глухой? – рявкнул Горвальд. – Отвечай.       Элла от стыда опустила взгляд. Доменик вдохнул и сказал:       - Давайте попробуем еще раз снова.       И Доменик выразительно посмотрел на Мэтью. Тот сначала растерялся. Элла незаметно ущипнула своего мужа. Это привело Мэтью в чувство и он кашлянул:       - Горвальд, позвольте представить Вам, сэра Доменика Донована герцога Выготского, супруга принцессы Росколаны и отца принца Дерека.       - Кронпринца Дерека – поправил До-До.       Мэтью ошарашенно смотрел на супруга Роксоланы, а внутри Горвальда гнев забушевал с новой силой.       - Никакой он не кронпринц. Наследник престола – это мой сын Даниил.       До-До чуть улыбнулся.       - Оставим этот вопрос решать им. Я же здесь с другой целью.       - С какой? – недоумевал Горвальд. – Мне сказали, что Вы пришли за мной. Что это значит? Вас прислала Александра?       - Нет – улыбнулся Доменик. – Королева Александра даже не знает, что я здесь. У меня должок перед Вашей женой, и сейчас я его отдам.       С этими словами Доменик размахнулся и врезал Горвальду пощечину. Удовлетворенно улыбнулся и развернулся, чтобы уйти.       Мэтью с Эммой растерялись, а Горвальд возмущенно выдохнул.       - Да как ты смеешь? – взволнованно задышал Горвальд. – Я Король!       - Так почему же ты не в своем Королевстве, Король?! – усмехнулся Доменик. – Почему ты не со своей Королевой, в то время, как ты ей очень нужен?!.       - Ты не понимаешь – взвился Горвальд. – Она меня не уважает. А я мужик! – Горвальд стукнул себя в грудь кулаком. – Я мужик, слышал ты, отродье!       Доменик глубоко выдохнул.       - Мужик, говоришь – с презрением выплюнул Доменик. – Так и веди себя, как мужик.       Горвальд захрипел об бессильной ярости и сжал ладони в кулаки.       - Говоришь, я ей нужен?! Почему же она тогда ведёт себя так со мной?       - Она – королева, понимаешь?! Любая женщина – королева, а, если уж родилась при титуле… Ты даже не представляешь, какая на ней сейчас ответственность! Та, что должна быть на тебе.       - Не верю, что я ей нужен.       - А себе то ты нужен, чудик? И что ты сделал, чтобы заслужить ее уважение?!.       Доменик устал, ощущая бессмысленность данного разговора. Он посмотрел на Метью, размышляя о своем, но потом передумал и повернулся к Элле. Приложил ладонь к сердцу, поклонился ей и произнес:       - Простите великодушно, Ваше Высочество, что не сдержался. Был рад познакомиться. Не смею Вас больше обременять своим присутствием.       Элла зарумянилась и опустила взгляд. Мэтью нахмурился. Доменик повернулся, чтобы окончательно уйти.       - Постойте – крикнула Элла. – Вы можете передать Александре привет и мое желание увидеться с ней?       - Безусловно передам – сказал Доминик, не оборачиваясь. Вскочил на коня и поехал домой. Его проводили гробовым молчанием. Потом Горвальд, не говоря ни слова, спешно убежал в свои покои.       Метью внимательно посмотрел на Эллу.       - Вот как мы с тобой поступим – медленно, с полным осознанием выговаривая каждое слово, сказал Метью. – Сейчас дадим ему время остыть, а потом я поговорю с ним вечером. Завтра вы вдвоём с Горвальдом поедите в Корректион. Навестишь Александру, познакомишься с ее сестрой, посмотришь что там да как. А я поеду за дочерью. Я, как отец, сам должен был за ней поехать. Мы вернемся вдвоём и заживём все вместе лучше, чем раньше. Я тебе обещаю. А ты пока присмотри за королевством в мое отсутствие. Справишься?       Метью улыбнулся Элле. Она кивнула, слегка прослезившись. Супруги взялись за руки и пошли во Дворец.       Горвальд добежал до своих покоев во Дворце и рухнул на диван. От ярости и бессилия у него стучало в висках. Захотелось выпить. Вдруг Горвальда скрутило от боли, и он зарыдал, скрючившись. «Надо выпить, чтобы отпустило» - подумал Горвальд. Стиснув зубы, он приподнялся с дивана, сделал пару шагов, и упёрся руками в стол, чуть не упав. Немного так постоял, подышал, подождал, пока перестанет кружиться голова. «Сука, сука, сука» - бормотал Горвальд, и это приносило ему облегчение. Через несколько минут Горвальда отпустило. Он дошел до бара, схватил бутылку, открыл и наполнил стакан. Поставил бутылку, взял стакан и залпом выпил. Бросил взгляд на стол, на котором еще недавно лежало письмо Александры. Скрипнул зубами, издавая непонятные звуки – одновременно и рычание, и стон. Взял бутылку, вернулся на диван и стал жадно пить из горла, пока не выпил всю бутылку.       Вино ударило в голову. Горвальд выронил бутылку, и она противно покатилась по полу, вытекая последними каплями на дорогой ковер. Пофигу! Горвальд упал на диван и закрыл глаза. Закусил до крови губу. «Нужно успокоиться». Но мозг Горвальда был уже сильно затуманен, и он уснул.       Ему приснилось, что он стоит перед домом. А на пороге его ждал какой-то человек, возможно, хозяин дома.       Во сне Горвальд растерялся. Он во все глаза смотрел на этого странного хозяина и не мог пошевелится. Мужчина же внимательно осмотрел Горвальда, а потом твердо сказал:       - Да, ты прав, я ждал тебя. Формально тебе это снится, но по факту нет. Ты здесь, потому что ты этого жаждешь. Тебе смертельно необходимы ответы на твои вопросы, твой личный смысл. Проходи, здесь ты получишь свои ответы.       И Отшельник посторонился, приглашающим жестом показывая на дверь дома. Горвальд почувствовал еще большую растерянность.       - Я-я-я не понял – начал заикаться Горвальд. – Кто ты, как я здесь оказался и почему я должен тебе доверять?       Отшельник улыбнулся своей фирменной улыбкой, от которой у людей обычно прошибает пот.       - Еще раз, но последний – терпеливо сказал он. – Ты оказался здесь, потому что тебе нужны ответы на самые главные вопросы твоей жизни.       Я – Отшельник, твой проводник в мир этих ответов. А доверять ты мне будешь, потому что у тебя нет другого выхода. Ты идёшь?       - Хорошо – решился Горвальд и сделал шаг к дому. – Что я должен делать?       - Просто войди. Дом все сделает за тебя.       И с этими словами Отшельник неожиданно исчез. Горвальд нерешительно огляделся вокруг. А потом собравшись с духом покосился на дверь и сделал несколько шагов вперёд.       Дверь приветливо распахнулась, если такое вообще возможно сказать о двери. Горвальд вошел в дом и огляделся. Ничего необычного – квадратный коридор и семь дверей.       На одной из дверей Горвальд увидел надпись «Гостиная» и поспешил туда. Он подумал, что, возможно, Отшельник ждёт его, как гостя, в удобной гостиной. Войдя в комнату, Горвальд понял, что ошибся и даже растерялся. В комнате не было Отшельника. В комнате вообще никого и ничего не было! Только мягкие и белые стены и потолок.       «Прям как в психбольнице – усмехнулся Горвальд.       - Твоя жизнь и есть сплошная психбольница – неожиданно усмехнулся в ответ громкий голос. Голос был везде. Горвальд от неожиданности вздрогнул и выругался.       - Подумай – продолжал вслух размышлять голос. – Вспомни, как ты жил все это время. Ты был единственным, долгожданным и поэтому горячо любимым ребенком своей матери. Она очень хотела, чтобы родился мальчик, похожий на ее мужа. Надеялась, что это скрепит семейный союз. Родился ты, и ты действительно очень похож на своего отца. Только семейному союзу это не помогло. Твой отец наигрался в семью и ушел, оставив на память о себе долги и вопрос без ответа: «За что?». Сегодня ты получишь ответ. Дело не в тебе, как ты думал всё это время. Дело в том, что он сам по сути ребенок. Он вырос, но не повзрослел. К сожалению, многие мужчины такие. Им не нужна семья, и они, тем более, не готовы нести за нее ответственность. Мужчины рождены творцами, но, при этом, для того, чтобы начать творить, им нужны определённые условия. Прежде всего, женщина, ради которой они захотят творить. Не каждому мужчине нужна женщина, но и не каждый мужчина – творец. Ладно, не будем об абстракциях. Продолжим разговор о тебе и твоей жизни. Когда твой отец ушел, отношение твоей матери к тебе стало двояким. С одной стороны ты стал для нее всем. Она хотела дать тебе как можно больше любви, заботиться о тебе, чтобы вырастить из тебя чудо для себя. Но… ты слишком был похож на отца. Смотря на тебя, она вспоминала его, человека, который ее предал, и очень боялась, что ты поступишь также. Она даже ненавидела в это время – и его, и тебя, и даже немного себя. Чтобы ты ее не предал, она старалась больше привязать тебя к себе – гиперопекой, которая лишала тебя мужественности.       Справедливости ради стоит отметить, что она тоже не выросла. И если твой отец так и остался маленьким мальчиком, который в жизни хотел только играть и чтобы от него все отстали, то твоя мама так и осталась маленькой девочкой, которая больше всего на свете отчаянно нуждалась в том, чтобы ее любили. Она нуждалась в любви, но ей никто не объяснил, что любовь приходит не извне, а начинается внутри, в сердце каждого человека. Невозможно встретить свою любовь, пока ты не умеешь любить, а чтобы полюбить кого-то, нужно сначала полюбить себя. Мало кто из женщин умеет любить себя. Их воспитывают, что нужно любить мужа, детей, ещё что-то или кого-то. И что тогда ее полюбят. Женщины хватаются за это вранье, как за истину в последней инстанции, и часто узнают правду слишком поздно. Женщинам забывают рассказать главный секрет. Мужчина любит ту женщину, которая любит себя. А вот теперь самое главное. Что есть любовь? В основе своей любовь – это выбор. Фундамент любви – признание за собой своего человеческого достоинства и принятие ответственности за свою жизнь. Каждый человек должен себе любить себя, и не имеет права привязывать свою любовь к внешнему: если меня кто-то любит, значит я достоин любви. На самом деле, ты достоин любви, если ты живешь достойно, т.е. не совершаешь зла сознательно на постоянной основе. Что есть зло? Любая форма издевательства над собой, другими людьми и животными, окружающей нематериальной и материальной действительностью. Ты можешь совершать ошибки, ведь каждый человек, который действительно что-то делает в этой жизни, их совершает. Но жизнь обычно сразу дает четкое понимание тем, кто совершил ошибку, чтобы человек ее осознал и по возможности исправил. Если человек осознает и исправляет свои ошибки, он растет. Если человек не осознает и не исправляет своих ошибок, он деградирует. Жизнь дает человеку много шансов, и, если человек не учится на простых уроках, они усложняются. Пока однажды терпение жизни не прекращается…       Но кажется я снова отошел от темы. Вернемся к тебе. Отсутствие отца привело к тому, что у тебя не было достойного примера мужественности перед глазами. Ты не знал, каким быть и как себя вести. Единственным твоим путеводителем по жизни стало подсознательное стремление, вложенное твоей матерью. А именно вот что. Мужчина лучше женщины по факту рождения, даже есть он ничего в своей жизни крутого не сделал, потому что мужчина для своей матери – принцесса! Женщина должна заслужить любовь своего мужа покорностью, потому что она рождена существом второго сорта. Мальчик имеет право на лучшую из доступных ему девочек, а она должна быть счастлива от того, что он посмотрел на нее. Если девочка совершила ошибку – это ее вина. Она должна каяться, в надежде, что мужчина ее простит. Если мальчик совершил ошибку – это всегда тоже вина женщины. Значит, она что-то не учла, не предупредила, не подготовила. И если это произошло, мужчина имеет право наказать женщину, чтобы в следующий раз она старалась лучше. И она должна быть ему благодарна и за помилование, и за наказание. Именно с таким вложением от своей матери ты и вышел в мир. И ты решил, что лучшая из доступных тебе женщин – принцесса Александра.       Впрочем, мне не в чем тебя обвинять. Ты был таким, какой ты есть, и тебе вполне комфортно было быть таким. Проблема в том, что твоей семье было некомфортно. Ты – мужчина, а, значит, по природе своей ты – главный в семье, и несешь за нее персональную ответственность. Так уж повелось изначально. Мужчина, когда предлагает женщине выйти за него замуж, провозглашает свою ответственность за вновь созданную семью. Даже, если он этого не понимает и имеет в виду что-то другое. Если мужчина развивается, развивается и его семья. Если мужчина деградирует, деградирует и его семья. И если тебе кажется, что ты развиваешься, а твоя семья при этом деградирует, значит, с тобой что-то не так. Ты же отказался от ответственности, взвалив ее на свою жену. При этом тебе даже не нужны были оправдания, ведь она по природе своей во всем виновата. Не твоя вина в том, что тебе не потянуть было ответственность. Имел ты право на время, чтобы развить в себе ее. Но ты отказался от этого, и с тех пор начал деградировать. Постепенно это происходило, и постепенно твоя семья разрушалась. Супруга твоя сначала все ждала, что ты будешь исполнять свои обещания, но с каждым годом все больше понимала, что надеяться не на что. Она приняла тебя, таким какой ты есть, потому что ее положение не позволяло развестись. Она решила сделать вид, что все хорошо, ради сына.       - Но я же не Король, что я мог сделать? – попытался вставить слово Горвальд. – Вся власть всегда по факту была в ее руках.       Отшельник улыбнулся.       - Она взяла на себя бремя ответственности, и ей даже хватило мудрости сделать вид, что главный ты. Она всегда высказывала свое мнение в форме идеи или предложения, а ты уже утверждал их, если сам ничего не мог придумать. Или отказывался, если у тебя было другое желание. И тогда тебе было плевать на интересы семьи. Ты всегда свои хотелки ставил выше.       - Я имею право, я же мужчина! – возмутился Горвальд.       Отшельник расхохотался.       - И по итогу что у вас получилось? Пародия на семью.       Горвальд замолк.       - Я сейчас тебе покажу, как будет дальше в вашей семье.       Вдруг белые стены в комнате превратились в кинотеатр. Горвальд растерялся и отступил к двери. Замер, наблюдая за происходящим. Сердце его бешено колотилось, а в голове вертелась одна мысль: «Нет, этого быть не должно. Это ложь».       Напряжение стало настолько сильным, что из глаз Горвальда потекли слезы. Он сполз по двери. Стало трудно дышать. Горвальд открывал и закрывал рот, но не мог вдохнуть, как рыба выброшенная на берег. Всю жизнь он жил в своем уютном мирке, и вот теперь этот мирок рухнул.       - Подведём итог – сурово сказал Отшельник. – Ты должен исправить все, что ты натворил.       - Я не сделал ничего такого, что необходимо исправлять – упрямо ответил Горвальд. – То, что ты мне показал, это ложь. Я в это не верю. И тебе не верю.       Отшельник усмехнулся.       - Это называется ответственность. Ты либо принимаешь ее на себя и живешь дальше счастливо со своей семьей. Либо не принимаешь и тогда смысла в твоей жизни вообще никакого нет. Выбор за тобой. А теперь прощай. Я предоставил тебе все необходимые ответы.       Отшельник исчез. Горвальд на секунду закрыл глаза, а открыл их уже в своей постели.       Его трясло от холода. Горвальд был в смятении. Несколько минут он без каких-либо мыслей лежал в кровати, пытаясь прийти в себя. Последние картинки сна еще стояли перед глазами.       «Это всего лишь сон – сказал себе Горвальд. – Глупый сон. На самом деле все не так. У нас всё хорошо. Я скоро вернусь домой, и будет еще лучше. Я ещё покажу этому выскочке, кто здесь главный и чей сын больше заслуживает трона».       Горвальд с трудом, очень осторожно встал. Голова раскалывалась и его слегка тошнило. Горвальд огляделся вокруг, ища глазами бутылку. Увидел одну на полу, поморщился. Направился к бару и достал новую. Сорвал крышку (все бутылки в баре были предварительно полуоткрыты) и жадно сделал несколько глотков с горла. Тошнота не проходила.       «Воды» - подумал Горвальд.       Как назло графина с водой в комнате не было. Единственная вода, которая была поблизости, была в ванной.       Пошатываясь, Горвальд направился в душ. За несколько шагов до ванной, Горвальда скрутило и вырвало прямо под ноги, запачкав одежду. Он поморщился от отвращения.       «Пожалуй, стоит принять душ» - решил Горвальд, стаскивая с себя одежду и бросая тут же. Ничего, через несколько часов придёт уборщица и наведет порядок.       Полностью обнажившись, Горвальд залез в ванну. На стене висело зеркало, в котором он с удовольствием осмотрел себя. Красивое тело, пока еще не заплывшее жиром, накачанные ноги и торс, внушительное мужское достоинство, составлявшее особый предмет его гордости.       «Эх, давно я никого не… - усмехнулся Горвальд. – Быть может, перед возвращением в Корректион стоит осчастливить пару служанок?! Видел я там одну красотку».       И в голове Горвальда забегали грязные мысли, отчего его детородный орган естественным образом отреагировал. Ранее Горвальд никогда не изменял жене, потому что для него это было чревато смертной казнью. Но пробегающие мимо дерзкие или скромные служанки, некоторые улыбаясь, некоторые сами того не понимая, вызывали у него взрослые мысли.       «Решено! Наконец-то я смогу делать то, что всегда хотел! И пусть кто-то мне хоть слово скажет».       Горвальд некоторое время постоял в ванной, чтобы успокоиться, и даже немного помог себе руками. Потом еще раз принял прохладный душ. И уже собрался было выходить, как поскользнулся и ударился головой о кран.       Тело Горвальда через несколько часов обнаружила уборщица. С дикими криками она выбежала из покоев Горвальда. До королевских особ ее не допускали, поэтому она побежала к дворецкому. Дворецкий передал информацию секретарю, а секретарь уже сообщил Государю. Согласно протоколу, Метью направил в покои Горвальда своего личного врача.       Врач осмотрел тело Горвальда и письменно констатировал его смерть. Документ передали Метью. Он направил в покои Горвальда специальную команду подготовки к похоронам. Они убрали в комнате, сожгли вещи Горвальда, омыли и подготовили его тело, а также подготовили специальный гроб, в котором тело Горвальда должно было сохраниться до возврата в Корректион.       Метью заморозил все процессы в Солвендо, оставил секретарю инструкции и они вместе с Эллой в чёрных одеждах поехали сопровождать тело Горвальда в Корректион.       Впереди отправили гонца. Когда доехали сами, их уже встречали Александра с Роксоланой в чёрных платьях. До-До тоже здесь был в черном костюме. Все сурово молчали, в глазах Александры стояли слёзы. Вся процедура передачи тела проходила в полном молчании в соответствии с отработанным десятками подобных операций ритуалом.       К похоронам уже было все готово и их провели сразу же. Никого из детей при этом не было. Метью остался на ночь, а наутро сообщив о своих планах, отбыл. Элла осталась на пару дней, чтобы утешить Александру и рассказать о последних днях Горвальда. По договорённости с Метью, она немного приукрасила поведение Горвальда. Она рассказывала, что они с Метью практически не пили, а все время обсуждали объединение королевств и предпринимали шаги по объединению. Александра с Роксоланой сделали вид, что верят. До-До благоразумно помалкивал, желая пощадить чувства Александры.       Помимо людей на похоронах также присутствовал Отшельник, но его никто не видел. Когда дух Горвальда отделился от тела, он увидел Отшельника. В растерянности скрипнул зубами. А потом наполнился информацией и все осознал. Дух Горвальда горько плакал, ощущая, что поздно каяться и невозможно ничего изменить.       - Я так виноват – лепетал он. – Я прошу милости и прощения. Можно мне вернуться ненадолго, чтобы попрощаться со своей семьёй и всё им объяснить.       Горвальд с надеждой посмотрел на Отшельника. Тот по-отечески положил ему руку на плечо и покачал головой.       - Властью данной мне Великим Духом я направляю тебя на перерождение для улучшения своей личности и жизни.       Когда Горвальд ушел, Отшельник улыбнулся своим мыслям:       - У меня есть еще одно срочное дело!