У времени нет власти

- Что это? – Дик поднял изумленные глаза на равнодушно что-то чиркнувшего на верхнем листке бумаги Хуана, державшего стопку папок с документами в руках. - Деньги на ваши нужды, - отозвался домоправитель, теперь выводя пером длинную фразу на незнакомом языке. Дикон снова посмотрел на увесистый бархатный черный мешочек, что вручили ему минуту назад. Судя по его весу, тут было то, что он получил бы из Надора месяца за четыре. Он снова посмотрел на Хуана и тот, наконец, перестав писать, встретил его взгляд. - Полагаете, этого мало? – уточнил он. - Я… Это слишком много! – воскликнул, наконец, юноша, найдя подходящие слова. – Зачем мне столько денег? Или… Это сразу на полгода? - На полгода? – переспросил Хуан, начиная разглядывать герцога с каплей веселья в темных глазах. – Соберано решил, что вам должно хватить на пару недель. Ричард помрачнел. Ариго за время службы ему и талла не выделил, а здесь его уже обеспечили гардеробом – обнаружив в шкафу столько рубашек и сменного белья, сколько у Дика не было за всю жизнь, он вначале решил, что это оскорбительно – неужели эр подумал, что он какой-то балагур или грязнуля, который рвет или приводит в негодность одежду так часто, что потребуется столько замены, но потом смирился, и старался не обращать внимания, что Мигель по утрам подает ему все новые вещи. А теперь и деньги… Выходит, Рокэ посчитал, что он настолько нищ? По правде говоря, он и был настолько, но признаваться в этом кому-либо не хотелось, а особенно, почему-то, Алве. - Я… не трачу столько денег, - угрюмо выдавил Дикон, протянув мешочек Хуану обратно. Домоправитель уставился на кошель, потом на оруженосца хозяина. - Возможно, придется, дор Рикардо. Жизнь в Олларии довольно дорогая. Он развернулся и скрылся из комнаты раньше, чем Дик придумал ответ. Настроение окончательно испортилось. Он повязал кошель на пояс, поправил свой старый колет родовых цветов и, вздохнув, ухватил шляпу, перчатки и плащ. Внизу, за воротами особняка его ждал Наль. Кузен не посмел зайти на территорию жилья Ворона и Дикона веселила подобная принципиальность. Подумать только, чуть больше года назад и он был таким же – ершистым глупцом, твердящим об идеалах Людей Чести и мечтающим стать рыцарем для прекрасной дамы… Куда что девалось. Реджинальд с облегчением на круглом лице кинулся к кузену, когда тот вышел из ворот особняка. - Дик, слава Создателю! Я думал, эти кэналлийцы не нашли тебя… - Конечно, нашли, Наль, - усмехнулся Дик, натягивая перчатки. – Ворон сказал, я могу быть предоставлен сам себе, если нет важных мероприятий, где нужно сопровождать его ко двору. Дика на самом деле расстроило то, что новому эру оруженосец, казалось, действительно был без надобности. С того дня, как ему вызвали лекаря, Алва ни разу больше не видел его и не вызвал к себе, а прошло уже несколько дней. Получив письмо от Наля, Дикон из вредности решил воспользоваться обещанной ему свободой и с удивлением понял, что никто в доме Алвы задерживать его не намерен. Это удивляло, немного расстраивало и слегка пугало. После службы у Ариго, где он бегал с поручениями как слуга, и все время требовалось сопровождать монсеньора при каждом выезде, здесь казалось, что он не состоит ни у кого на службе вовсе. Они миновали аббатство святого Франциска, а потом и аббатство святой Октавии. Дик невольно поежился, проходя мимо стен, где организовала себе гнездо Ее величество. Интересно, в этой жизни герцог Окделл ее когда-нибудь там посетит? Впрочем, зачем? Реджинальд рассказывал ему новости из Надора, и Дикон отвлекся от мыслей о королеве, но некстати вспомнилось его обещание Айрис. Конечно, в этот раз он еще ничего ей не говорил, но рано или поздно их разговор повторится. Надо обязательно поговорить с Валентином! А может, спросить совета у эра? Идея была соблазнительной – вот и повод зайти к нему в кабинет, который пока Дик обходил стороной… Но Рокэ обязательно спросит, чем его не устраивает место фрейлины для сестры… И что на такое ответить? Они вошли в Старый город, и вскоре оказались у таверны «Солнце Кагеты». Ричард невольно улыбнулся. С этим местом его теперь связывали самые лучшие воспоминания, так что он сразу согласился пообедать с Налем именно здесь. Трактирщик усадил их за столик у окна и принял заказ. Почти тут же симпатичная служанка принесла кувшин кагетского вина и Наль бросился разливать его по деревянным кубкам. Не успели они толком пригубить напиток, как у их стола возник нахально улыбающийся Эстебан Колиньяр в аквамариновом колете. Дик едва не поперхнулся, судорожно вспоминая свое видение и встречи в прошлом с бывшим однокорытником. - Окделл! Какая встреча! - Колиньяр, - вяло отозвался Дик, все-таки сделав глоток. - Я не видел вас в городе, служба у Первого маршала так тяжела, что он не отпускает вас ни на минуту? – темные глаза Эстебана горели каким-то нездоровым огнем. Дикон рассматривал его насмешливое лицо и почему-то подумал, что тот явно пытается копировать Ворона в манере держаться. Это внезапно насмешило Ричарда, и он с трудом сдержал рвущийся смех, потерев нос. - Я был занят. - А сейчас свободны? - Допустим, - осторожно бросил герцог, почувствовав, как Наль пинает его под столом. - Тогда предлагаю после ужина переместиться в «Руку судьбы» и сыграть в кости, - хищно ухмыльнулся Колиньяр. Теперь Дик все вспомнил. - Мы не можем, - храбро вмешался Реджинальд, - у нас важная встреча. Колиньяр принялся грубить кузену, и это особенно возмутило Ричарда. - Я не играю в азартные игры, Эстебан, - холодно заявил он, заметив, что трактирщик, наконец, несет их заказ. - А что так? Никогда бы не подумал, что Окделлы трусы! - Они не трусы! – пискнул Наль, но теперь уже Ричард пихнул его ногой под столом. - Окделлы всего лишь не любят спускать деньги на ерунду, - сухо заметил Ричард, убрав руки со стола, куда хозяин поставил тарелку с дымящимся мясом. Эстебан попытался еще позадирать его, но, поняв, что Дик не поддается, отошел от них, усевшись у другого окна к друзьям, которых Дик помнил еще по Лаик. А этот Колиньяр все же счастливчик, его приятели тут, с ним, а он не видел Арно и Катершванцев уже больше года. Ричард уныло поковырял вилкой свой обед. - Ты все правильно сделал, - почему-то шепотом одобрил его действия Наль, уже уплетающий жаркое за обе щеки. - Я и не сомневаюсь в этом, - криво улыбнулся Дик. - Ричард, ты получаешь письма от кансилльера? – так же тихо продолжил кузен. – Или, может, их от тебя прячут? - Конечно, получаю, - Окделл устало вздохнул – он опасался, что Реджинальд поднимет эту тему. Эр Август уже прислал третье письмо этим утром. Но встречаться с ним Дику по-прежнему не хотелось. Их неприятный разговор тут прервали приятели виконта. Пока Наль представлял родича друзьям, Дикон странно разглядывал их, размышляя. Совпадение? Или все же в этот раз он живет с некоторыми отличиями от прошлого? Друзья виконта Лара оказались шумными и общительными. Ричард рассеянно кивал на их споры, они настойчиво зазывали герцога сходить с ними в ближайшее время на петушиные бои, а Ричард мрачнел все больше, иногда ловя на себе насмешливые взгляды Колиньяра и Заля с противоположного конца таверны. - Наль, мне надо идти, - шепнул он кузену в какой-то момент. Реджинальд встрепенулся: - Как? Так скоро? Но почему? И… мы ведь еще не поговорили… о нашем друге… - Да что тут разговаривать, времени не было, как появится – я отвечу ему, - Дик поправил перевязь. - Надо не отвечать, а зайти! – зашептал кузен прямо в ухо. - Наль, давай я сам разберусь, что мне с ним делать! – огрызнулся Дик, вскочил, кивнул новым знакомым, достал несколько монет из выданного кошеля, небрежно кинув их на стол, и с вещами отправился к дверям. На улице уже темнело. Дикон, повязывая плащ, огляделся. А потом шагнул к каменной ограде ближайшего дома, приложил руку и прислушался. Камни, встрепенувшись, пошли гулом. Они зашептали, а потом заурчали, как живые, вроде котов или кого-то похожих на них. Так и есть, сегодня готовилась засада у аббатства Октавии. Дик тихо выругался, надел перчатки и еще раз огляделся. Он не знал другого выхода из Старого города – только мимо двух аббатств. Вернуться и позвать кузена на помощь? Из Наля фехтовальщик был совсем никакой, неровен час его там прибьют дубинкой, а сообщать старому Эйвону о смерти единственного наследника Ричард не желал. Он прикусил губу, надвинул шляпу на лоб и решительно зашагал по мостовой. В конце концов, Рокэ его спас, есть шанс, что эр и здесь появится вовремя, а если нет… Дикон вынул шпагу из ножен, перекинул плащ через левую руку. По крайней мере, врасплох его в этот раз не застанут. Засада была там же, где и в прошлый раз, вначале напали трое, потом присоединились еще двое. В этот раз Дику удалось зацепить шпагой троих, но по спине дубинкой он все же получил, прежде чем услышал выстрел. Потирая пострадавшую поясницу, он отбросил волосы со лба, оглядываясь по сторонам. Грабители разбежались, но Дикону до них уже не было дела. Он искал глазами Рокэ, но никого не находил. Он был совершенно один на пустой дороге с двумя трупами. От разочарования Дикон едва не застонал. Он поднялся с колен, подобрал плащ и вдруг услышал бегущих людей. Сердце пропустило удар, но это оказался неожиданно Наль в сопровождении одного из своих приятелей. Острое разочарование снова затопило Дика. Он скупо поделился подробностями нападения, но не стал отказываться, когда Наль настоял, что проводит его до дома. Кузен был перепуган произошедшим и заклинал герцога больше не ходить по Олларии в одиночестве. Хуан, встретившийся ему на лестнице, сообщил, что соберано дома. А после вопроса Дика «как давно» странно посмотрел на него, но так и не ответил. Не зная почему, юноша разозлился на Ворона. Если ему так не хочется, чтобы спасенный знал о его участии в его судьбе – зачем вообще было спасать? Утром он угрюмо буравил взглядом совершенно спокойно пьющего шадди Рокэ за завтраком. - Юноша, вы изучаете меня так пристально, собираясь что-то спросить или вам просто нравится мое лицо? – лениво осведомился монсеньор, наконец, поднимая на него нечитаемый взгляд. - Нет, эр… монсеньор, - буркнул Дик, нехотя отводя глаза, и вновь чувствуя, что краснеет. - Даже не знаю, стоит ли мне оскорбиться, но предлагаю вам перестать таращиться на людей с утра пораньше и что-нибудь съесть. Ричард уныло вздохнул. Ну вот как с ним разговаривать? Одни насмешки! Не потребуешь ведь признаться, что вчера на дороге стрелял именно он… А что, если это был не Рокэ? От этой мысли Дикон даже выпрямился на стуле, уставившись невидящим взглядом в окно. Вдруг в этой жизни все же были отличия – в конце концов, вчерашнее нападение в закатном видении было совсем в другой день, почему же и спаситель не мог поменяться? Завтрак в этот раз, как и вчера, был вполне обычный – булочки, масло, блинчики, джемы, шадди, немного холодного мяса... Значит, самый первый завтрак тогда, с кэналлийскими уклоном, был специальным представлением для него, северного увальня. Дикон невольно гордился собой, что достойно принял ту шутку. Но по непринужденным разговорам за завтраком с монсеньором он уже скучал. Слуга подал письма, и Ричард с отвращением отложил очередной конверт от кансилльера. Судя по веселью в глазах Рокэ, ему было что сказать, но он почему-то смолчал, занявшись собственной корреспонденцией. Неожиданно Ричард подумал, что раз все складывается пока с небольшими отличиями от пережитого раньше, мог ли Штанцлер в этот раз действовать иначе? В том, что кансилльер в любом случае захочет подставить Ворона, Дикон не сомневался, но, может быть, в этот раз он выберет вариант не травить Окделла при этом? Все же стоит сходить хоть раз на встречу с эром Августом, такого опасного человека лучше держать под присмотром… От принятого решения Дик совсем приуныл. Рокэ хмыкнул. - Должен признаться, ваше выразительное лицо – одно из самых впечатляющих зрелищ за последнее время, - вкрадчиво заметил он. Ричард вновь вспыхнул и кинул на него возмущенный взгляд, но Алва только улыбнулся. – Чем или кем бы ни были заняты ваши мысли, идите переоденьтесь, юноша, нас ждет инспекция в лагерь в Мерции. Окделл почти всю дорогу размышлял, как себя вести с кансилльером. Однозначного решения так и не принял, в очередной раз пожалел, что скрывать своих чувств или притворяться так и не научился, разве что начать жаловаться без конца на Рокэ, может это сойдет за поведение, которое от него ждал эр Август? А жаловаться было на что – Алва не обращал на оруженосца ни малейшего внимания. Тот торчал за его креслом битый час, пока Ворон принимал доклады командующих, а потом отказался от ужина в его честь и распорядился ехать обратно в столицу. Они ехали вдвоем, но Дику казалось, что с тем же успехом он мог быть и один, за всю дорогу Рокэ не сказал ему ни слова, и вообще словно позабыл о сопровождающем оруженосце. Дик несчастно пялился на спину и профиль монсеньора, страдая от такого невнимания. В деревушке проходила ярмарка, народ веселился у ярких шатров, цветные воздушные змеи парили в воздухе, а деревенская ребятня с визгом носилась между балаганами. Кто-то из них вовсю трещал трещотками, где-то завывали трубы. Дик, отвлекшись от разглядывания задумчивого Рокэ, смотрел по сторонам и не сразу понял, что Баловник чем-то напуган. Конь всхрапнул и вдруг дернулся в сторону. Дик попытался направить его прямо, но Баловник не слушался, он заржал и остановился. Юноша прикрикнул на него, пришпорил, но конь точно обезумел – бросился вперед, перепрыгнул через едва не упавшего человека, шарахнулся от завопившей девицы и помчался галопом к полю, за которым виднелась кромка леса. Ричард отпустил поводья, испугавшись такого нетипичного поведения коня. Он и раньше, бывало, проявлял норов, но сейчас и вовсе взбесился. Он скакал как бешеный, все вокруг слилось в нерезкие пятна. В какой-то момент Баловник вскочил на дыбы с диким ржанием и Дикон понял, что сейчас свалится, с трудом потянулся к серой гриве, но пальцы ухватили лишь воздух. Юноша задохнулся от ужаса, предчувствуя падение, но кто-то успел в последнюю секунду перехватить его поперек груди и силой выдернуть из стремян. Рокэ довольно грубо усадил юношу перед собой в седле, наблюдая прищуренными глазами, как надорский конь уносится в сторону леса. Сердце дрожало в груди как обезумевшее. Ричард попытался восстановить дыхание, чувствуя, как спина согревается от тепла чужого тела позади. Он осторожно повернул голову к своему спасителю и поймал пристальный синий взгляд. - Сп-п-пасибо, эр Рокэ… - пробормотал Ричард, утерев влажный лоб дрожащей рукой в перчатке. Страх постепенно отпускал, уступая место волнению от внезапной близости к человеку, который старательно не замечал его последние недели. Губы Алвы дрогнули и искривились в недовольной усмешке. - Эта лошадь дурно выезжена, вам нужна другая, - прохладно заметил он. Ричард нахмурился, отворачиваясь. - Это конь из Надора… - Очевидно, но мой оруженосец ездить на такой дряни не будет, - сухо бросил Рокэ, пришпоривая Моро. Они подъехали к краю поля, где несколько горожан наблюдали за произошедшим. Герцог спрыгнул и, подойдя, отцепил кошель с деньгами с пояса. Дикон неловко спустился с Моро тоже, напомнив себе себя же год назад, когда впервые оказался на этом коне позади Рокэ, спасшего его от грабителей. Поясница заныла, видимо, от резкого выдергивания из седла, и Дик машинально потер ее, наблюдая, как Ворон дает несколько монет рослому мужчине, с просьбой отыскать коня и привести его на улицу Мимоз в Олларии. Ричард угрюмо вздохнул. Всем его монсеньорам не нравился Баловник, но избавляться от коня он не станет. Лучше уж он, чем ходить пешком или бежать вслед за закатным Моро. Представив себе эту картину, Дик совсем приуныл, разрыхляя землю сапогом. - Что вы там застыли, юноша? – окликнул его Рокэ, который уже снова был на коне. – Забирайтесь на Моро, если не хотите, конечно, лично понаблюдать за поисками вашего закатного жеребца. Ричард поспешил ухватиться за руку эра, усаживаясь в этот раз позади Алвы. Насчет того, кто тут «закатный жеребец» Дикон мог бы поспорить, но не стал, крепче держась за седло. Он тихо радовался хотя бы тому, что снова оказался к Ворону так близко, вновь можно было вдыхать знакомый, волнующий аромат его благовоний, как когда-то в той, прошлой жизни, и позволять ветру бросать чужие локоны в лицо.