У времени нет власти

Он нагнал монсеньора у края площади, слева тихо стояли лошади, но Рокэ миновал их, направляясь куда-то дальше, между домов. Здесь улочки были освещены хуже, все факелы утащили на площадь. - Куда мы идем, эр Рокэ? – тихо спросил Дикон, тревожно оглядывая большие тени и замечая почти полную безлюдность. - Туда, где вы еще сможете меня остановить. Рокэ повернулся к нему, и Ричард едва не налетел на него, машинально выставив руку, чтобы не упасть. Ворон поймал ее в движении и переплел их пальцы. Дикон задохнулся от восторга и внезапного опасения, что он все снова понял не так и в следующую секунду его отправят куда подальше. «Ты можешь остановить меня в любую минуту…» – знакомый шепот воспоминанием скользнул по позвоночнику, заставляя разгореться внутри уже не жару, а настоящему костру. Ричард смело шагнул ближе к застывшему Рокэ, до боли вглядываясь в его лицо, которое сложно было четко рассмотреть в полумраке улицы. Он заметил блестящие глаза и позабытый, но именно тот самый едва сдерживаемый хищно-острый взгляд с ноткой завораживающей тоски и скрытой страсти. - Не останавливайтесь! – прошептал Дикон со всей решимостью, на какую еще был способен, чувствуя, как закружилась голова от предвкушения. Рокэ ожил, скользнул прохладными пальцами к распахнутому вороту чужой рубашки и с силой оттеснил его к стене, прижав своим телом. Ричард еще успел судорожно вздохнуть, как его рот накрыли теплые губы. Этот поцелуй был совсем другой, чем тот, что Ричард лелеял в душе и в воспоминаниях почти год. Губы Ворона были мучительно нежны, словно он боялся, что юноша может передумать в процессе поцелуя и давал ему возможность разорвать его в любой момент. В какое-то мгновение Дикон это понял и на него накатила такая волна любви к этому непостижимому человеку, что ноги подкосились. В одну минуту они словно поменялись местами и Ричард, смелее обвив руками его за шею, принялся выцеловывать любимый рот как Рокэ когда-то давно, в забытой жизни. Тот сейчас позволил ему вести и Дик, хмелея все больше от страсти, прикусил ему губу и скользнул языком глубже, будя какие-то новые грани желания. - Кто учил тебя целоваться? – прошептал Рокэ, отрываясь от его рта, но не отстраняясь ни на миг. - Вы, - выдохнул Дик, стирая уже наверняка готовый язвительный ответ своими губами, снова втягивая в водоворот безумия и нежности, огня и инстинктов. Пальцы Рокэ проникли ему под рубашку, обжигая прикосновениями кожи к коже, и Дикон вздрогнул от острейшего желания. Ладонь Ворона огладила раненный бок и его губы выпили смешанный вскрик боли и наслаждения, так и не прозвучавший в ночи. Собственные руки Ричарда запутались в волосах Рокэ и он слегка потянул за них, вызвав едва слышный стон, который все равно не оторвал их друг от друга. Один Создатель знает, сколько они целовались вот так, время снова оставило этих двоих. В какой-то момент Рокэ принялся изучать губами тонкую юную шею и Дикон запрокинул голову, ударившись затылком о стену дома. Это заставило его распахнуть одурманенные страстью глаза, уставившись в звездное небо… и одна мысль завладела сознанием так быстро, что, не успев еще толком обдумать, что сказать, Дикон опустил подбородок, едва не врезавшись им в лоб монсеньора. Рокэ приоткрыл глаза и опалил юношу столь горячим взглядом, что тот почти забыл, что собирался спросить. - Вы… передумали… Почему? Яркие губы Рокэ дрогнули, и он хмыкнул, уткнувшись лицом в плечо Дика, словно хотел рассмеяться, но решил этого не делать. Само это движение показалось юноше каким-то глубоко личным в неразомкнутом объятии, точно их связывали годы привязанности, и от этого как-то болезненно заныло сердце. Он машинально склонился к черным волосам и зарылся носом в любимый аромат. Рокэ, помедлив, отстранился, растерянно и удивленно посмотрев на него. Потом все же ответил: - Я объясню позднее… Это долгий разговор. Он потянулся снова к его губам, но Ричард решительно прошептал прямо в его: - Я хотел бы знать. - Ты бываешь… удивительно невыносимым! – вздохнул Рокэ, чуть отклонившись. - До вас мне далеко, - хмыкнул Дик, сам шалея от своей смелости сегодня. - Вы наглеете просто на глазах, юноша! - Эр Рокэ! - Идем, - Ворон отстранился полностью, быстро поправляя одежду. Дикон, засмотревшись на тонкие пальцы, поспешил проверить свою, как монсеньор схватил его за руку и потянул куда-то дальше, в глубину деревни. Сейчас ладонь герцога была почти горячей, Ричард слабо провел указательным пальцем по ее внутренней стороне, подмечая мозоли от шпаги, а потом робко погладил большим пальцем изящные костяшки на тыльной стороне. Показалось, какое-то ругательство прозвучало в темноте. - Мы не вернемся в замок? – едва слышно уточнил Ричард, следуя за эром и стараясь не улыбаться как дурак от одного лишь осознания того, что случилось минуты назад. - Сегодня – нет, - хрипло отозвался Рокэ, бросив на него неясный взгляд. Они быстро миновали несколько домов, а потом Рокэ затормозил у одного из них и, достав из-за пазухи ключ, открыл двери. Он отпустил руку Дикона, и юноша вошел, оглядываясь. Монсеньор зажег свечи на столе, пока Ричард осматривал небольшое помещение. Здесь было что-то вроде большой гостиной – камин грубой работы, пара кресел рядом с ним, стол с посудой у дальней стены, несколько комодов, приставленных друг к другу. У распахнутого окна стоял старый сундук, рядом с ним была небольшая кушетка темных цветов, а на деревянном полу лежали знакомые по особняку на улице Мимоз львиные шкуры. - Чей это дом? – нервно спросил Дикон, посмотрев на Рокэ, прикрывшего входную дверь. В комнате была еще одна дверь и проход на узкую лестницу на второй этаж. - Моего старшего брата, Рубена, - отрешенно сообщил Алва, подходя к столу. Он бросил на него ключ с тихим звоном и распахнул дверцы ближайшего комода. – Он часто сбегал сюда от… От проблем. - А вы часто тут бываете? – поинтересовался Дикон, вдруг ощущая какую-то невероятную волну ревности и подозрения. Он ошеломленно моргнул, поразившись собственным чувствам, а Рокэ, искоса посмотревший на него, чему-то ухмыльнулся, доставая бутылку «Черной крови». - Иногда, - односложно бросил он, ловко откупоривая пробку. – Прости, Дикон, «Слез» сегодня не будет, остается только выпить «Крови». - Я не против, - рассеянно отозвался Ричард, неловко оглядываясь. - Иди к камину, - заметив его топтания, распорядился Рокэ, подхватив два железных кубка одной рукой, а другой взяв бутылку. Ричард послушно опустился в одно из кресел, напряженно замерев. Монсеньор отставил все принесенное на пол и занялся разведением огня. Стоило бы помочь, но почему-то Ричард оробел, боясь пошевелиться. Какой странный вечер… Невозможно поверить! Еще вчера утром он не знал, когда увидит монсеньора, а сейчас губы все еще горели после поцелуев, а на спине он словно сейчас чувствовал следы прикосновений его прохладных пальцев… Огонь затрещал, поедая сухие поленья, и Рокэ сел удобнее прямо на полу, подогнув одну ногу под себя. Он плеснул вина в оба кубка и изящным жестом протянул один Дикону. - Раз уж вы лишили меня более приятного занятия, - вкрадчиво сказал он, пожирая глазами юношу снизу вверх, - то говорите. - Вы говорите, - не повелся на его тон Дик, тоже соскальзывая с кресла на пол. – Почти месяц назад вы… Вы остановили меня. А потом… - На память я пока не жалуюсь, - хмыкнул Рокэ, пригубив вина. Ричард решительно отставил свой кубок куда-то под кресло и подался чуть вперед, опершись на шкуру одной рукой. - Почему вы передумали? – прошептал он, ловя синий отстраненный взгляд. Алва покрутил кубок в руке, словно помешивая его содержимое. Потом неясно хмыкнул и снова поднял на него глаза, которые теперь были полны едва сдерживаемого волнения. - Все, кто был или становился близок мне – погибали или предавали. Не думаю, что иметь какие-либо… привязанности с моей стороны было бы разумным шагом при таком раскладе. - Но… эр Рокэ… - Мои родные умерли или погибли в силу случайности. Женщина, которую я когда-то любил, предала. Меня спас Леворукий, но, видимо, даже ему моя душа с дефектом оказалась без надобности, - Рокэ пригубил вина, задумчиво посмотрев в камин. – Меня предавали приятели и гибли мои друзья. Я просто не хотел бы для тебя подобной судьбы. - Монсеньор, это все очень трагично, - тихо заметил Дикон, чуть пододвинувшись ближе. – Но все это может быть лишь чередой совпадений… - Ты считаешь? - Вы поэтому отталкивали Джастина Придда? Ворон пристально уставился на юношу, опершись локтем на сидение кресла. - Откуда тебе известно о Джастине? - Мне камни дали увидеть, у вас дома, - застенчиво признался Дикон, опустив глаза на дрогнувшие руки. – Мне показалось, он искренне был увлечен вами. - Джастин… Был в целом увлекающейся натурой, - Рокэ мрачно потянулся к бутылке и снова плеснул себе вина. – Я не хотел подпускать его слишком близко, но это уже не сыграло какой-либо роли, как оказалось… - Возможно, в дело вмешалась его судьба, а не ваша, - подумав, заметил Дик, завороженный тенями от огня в камине, которые скользили по лицу Ворона. - Одно другому не противоречит. - Тогда что заставило вас передумать насчет меня? – слабо отозвался Ричард. Рокэ бросил на него сложный взгляд и криво улыбнулся. - Ты умер у меня на руках, когда я подпустил тебя ближе. И ты едва не погиб, когда я держался на расстоянии. С тобой это проклятие срабатывает неверно. Возможно… Возможно – в этом шанс. Или же намек на то, что ты… Скажем, исключение. Мне захотелось поверить. Ричард понял, что затаил дыхание, только когда Рокэ замолчал, глядя прямо на него. Это было похоже на признание… Глаза монсеньора напоминали темное небо, но огонь в камине придавал им мистический закатный отблеск. Дикон сглотнул ком в горле и слабо улыбнулся. - Я бы хотел, чтобы вы поверили, – прошептал он. - Впрочем, - иронично добавил Ворон, ухмыльнувшись довольно неприятной улыбкой, чем разрушил очарование момента, - ты все еще можешь меня предать. Ричард нахмурился и немного отстранился, обдумывая его слова. Он почувствовал, как тонкие пальцы легли поверх его руки, которой он опирался на шкуру на полу, и это немного его ободрило. - Я никогда не смогу вас предать, эр Рокэ, - грустно заметил Дикон, посмотрев на герцога рядом. – И мне жаль, что вы… - Я не слишком доверяю людям, - сухо признался Алва, перебив его. – Как видишь, до тебя мне это не особенно удавалось. Ричард вздохнул, уставившись на их сплетенные руки на полу. Сложно говорить о будущем с человеком, который всю сознательную жизнь не допускал никого ближе, чем сам считал нужным. «Любовь – отвратительное чувство… – голос Рокэ из давнего видения зазвучал в ушах так живо, точно это говорил ему Ворон, сидящий рядом. – Оно терзает лучших из нас, а худших вообще перемалывает в труху…» Дикон сглотнул ком в горле. Возможно ли заставить человека изменить взгляд на чувства, когда всю его жизнь он видел только грязь и боль со стороны близких людей? Получится ли у Дика? Страшно хотелось попробовать... Поверить, как выразился монсеньор. Неужели за столько лет рядом с ним не оказалось никого, кто уже бы попытался? Слухи приписывали Рокэ сотни романов, но Дикон ни разу не видел с ним никого конкретного, разве что… - А как же королева? – воскликнул он, во все глаза уставившись на Алву. Тот изумленно вздернул одну бровь. - А что с ней? – вежливо уточнил он. - Разве ее нельзя назвать… ну, вы с ней вместе… столько лет… Рокэ поморщился, залпом допивая содержимое кубка. Он убрал свою руку и взял бутылку с пола. - Напомни мне как-нибудь, Дикон, рассказать тебе поучительную историю о том, как старые больные ызарги любят приманивать юных герцогов с помощью ядовитых гиацинтов. Ричард моргнул, напряженно размышляя, что бы это все значило. - Хотите сказать… Это все ложь? – прошептал он недоверчиво. - И откуда берутся такие наивные юноши в моем окружении, - задумчиво пробормотал Рокэ, склонив голову набок. – Твоя невинность и доверчивость – просто клад. - Перестаньте... – надулся Дикон, садясь прямо и обхватывая колени рукой. – Почему вы не можете быть серьезным? - Я уже почти Круг не был настолько серьезен, - ухмыльнулся Рокэ, разглядывая насупившегося оруженосца со смесью нежности и веселья. Это заставило Дикона немного оттаять, и он покосился на монсеньора уже не так угрюмо. Все сказанное вертелось в голове будоражащим хороводом, мыслей было столько, что в пору было обдумывать все сказанное не один день… Окделл вдруг побледнел, поднимая расширенные серые глаза. Рокэ, не сводивший с него взгляда, невольно подался к нему. - Вы были там… - Где? - В моем кошмаре… Это были вы, не так ли? Иначе откуда… вы сказали, я умер у вас на руках? Рокэ замер, потом пригубил вина, после чего небрежно пожал плечами. - Да, я был там. - И… часто вы ходите по чужим снам? – нахмурился Дик, невольно чувствуя снова обиду, в этот раз за то, что эр не сказал ему раньше о подобных талантах. Почему-то это напомнило Дику другой вечер и другой разговор о снах. Сердце взволнованно встрепыхнулось, но он хотел знать ответ. - В твоем был первый раз. Однажды мельком видел нашего доброго друга Эпинэ, а в остальном… - Это… Это потому что вы Ракан! – озарило Дикона и он вдруг радостно улыбнулся. Рокэ поневоле рассмеялся, впечатленный, в который раз, молниеносной сменой эмоций своего оруженосца. - Право слово, оказаться Раканом стоило хотя бы ради того, чтобы видеть такое счастливое лицо… Дикон смутился и снова пододвинулся немного ближе, нерешительно разглядывая монсеньора из-под ресниц. - Робер еще не Повелитель, - задумчиво напомнил Алва, поигрывая кубком в руке. - И нам не хватает еще двоих, потому что Придды – не Повелители Волн! – воодушевленно сообщил Ричард, возбужденно сверкнув глазами. - И откуда ты это знаешь? – насмешливо поинтересовался Рокэ, отставив кубок в сторону. - Видел в алтаре Премудрой Гарры, - выпалил Дик, чувствуя, что слишком долго хранил тайну и, наконец, был доволен ею поделиться. Алва покачал головой, любуясь восторгом и вдохновением на юном лице. - Не могу не думать о том, сколько добавил себе головной боли, взяв такого озабоченного старыми легендами оруженосца, - поддразнил его Рокэ, дернув за отросшую уже ниже ушей русую прядь. Дикон почему-то вместо привычного возмущения чувствовал сейчас какую-то абсурдную радость, словно абсолютно точно знал, что монсеньор просто его подкалывает, не стремясь задеть по-настоящему. Необыкновенное, новое ощущение знания другого человека… Близкого человека… Надо ответить тем же! - Если бы не взяли – вы бы об этом жалели, - убежденно отозвался Дикон, ухмыльнувшись. – Постоянно! - С чего вдруг такая уверенность? - Вы сами мне говорили. Рокэ заметно помрачнел, и Ричард качнулся ближе, с беспокойством ловя его взгляд. - Очень странное чувство, когда порою хочется придушить самого себя же просто за то, сколько всего он успел рядом с тобой, - хрипло заметил Рокэ, ухватив одну из завязок рубашки Дикона и накрутив ее на палец. - Вы что, ревнуете? – удивился юноша, опускаясь совсем рядом. - Быть глупее, чем уже есть, довольно сложно, - туманно отозвался Рокэ, ласкающим взглядом скользя по лицу и шее юноши. - На самом деле… ничего вы такого не успели, монсеньор, - прошептал Ричард, начиная млеть под его горячим взором. Рокэ фыркнул, устало потер глаза рукой, а потом все же рассмеялся. - Что же, еще хуже сознавать, что я в твоих видениях ко всему прочему еще и редкостный глупец и тугодум. - Вы и в этой жизни не сильно спешили, - сухо упрекнул его Ричард, прикусив губу. Рокэ медленно поднял руку и мягко положил ее на шею Дикона, оглаживая затылок, а потом ласкающе прошелся большим пальцем по кадыку, отчего тело Дика отозвалось легкой дрожью. - Туше́, юноша… Он притянул его к себе и поймал его губы своими. Ричард сам не заметил, как очутился на коленях монсеньора, лицом к нему, вновь позволив рукам пройтись по острым скулам, робко обвести изящный овал любимого лица и смелее скользнуть в черные локоны… Рокэ полностью завладел его ртом и, отбросив осторожность, вторгся языком со страстью и умением, которые Дикону еще не доводилось ощущать прежде. Тонкие пальцы быстро вытащили рубашку из бридж, властно обхватив мальчишеский стан и горячо заскользили вверх, на пробу обведя соски. Ричард ахнул от необыкновенных ощущений, но Рокэ не дал ему отстраниться, ухватив зубами нижнюю губу и легко царапнув подбородок. Дикон совсем потерялся в новых эмоциях и собственных чувствах. Осознание того, что его ласкает Рокэ, его Ворон, которого он столько месяцев пытался наивно очаровать, наполняло мысли каким-то одурманенным безумным счастьем. Он весь превратился в сплошное чувствительное нечто, плавящееся в любимых руках, как свеча. Рокэ целовал его с такой жаждой, которую Ричард никогда не мог разглядеть за всеми его насмешками и холодностью. Откуда она взялась? Неужели он всегда хотел его, как намекал когда-то тот Ворон из прошлой жизни? Но почему же так сложно было убедить его отбросить осторожность, опасения и веру в странные проклятия, преследующие по жизни... Мысли всплывали и тут же улетучивались в тумане, заполнившем разум. Ричард мог только изгибаться в руках своего личного безумия, потеряв остатки сознательности и ощущение реальности. Чувствуя горячие ладони на своем теле, Дикон почти с неохотой выпутался из черных локонов и скользнул руками вниз по худощавой спине, ухватившись за черную рубашку. Всего миг – и Ричард потянул ее вверх, нырнув пальцами под ткань, и дотронулся до чужого тела так осторожно, точно боялся пробудить вулкан. Рокэ замер, едва касаясь его губ, будто бы затаил дыхание, и Дикон увереннее прижал ладони к его животу, чувствуя затвердевшие мышцы, несмело обвел дрогнувшими пальцами старый шрам наискосок по ребрам, скользнул выше, к груди, ощущая под рукой бешеный стук чужого сердца. Шалея от вседозволенности, Ричард прильнул ближе, лизнув нижнюю губу Рокэ языком, и тот стиснул его в сильных объятиях, лишив на мгновение воздуха. Все, что творил сейчас Ворон, было слишком – слишком горячо, слишком нежно, слишком страстно… В какой-то момент Ричард обнаружил себя на полу, с него резво стянули сапоги и сдернули чулки, чувствительно поцеловав лодыжки. Рокэ, склонившись над ним, быстро выпутывал его из рубашки, показавшейся сейчас совершенно лишней преградой между ними. Отбросив ее в сторону, Ворон избавился и от своей. Ричард судорожно сглотнул, не в силах отвести возбужденно блестящих глаз от полуголого мужчины, которого уже не помнил, когда не хотел. Рокэ на секунду навис сверху, рассматривая его с удивительным вниманием и какой-то одержимой тоской. - У тебя есть еще шанс все это прекратить, - едва слышно произнес он, склонив голову набок, отчего его черные локоны рассыпались по голой груди Дикона. - Зачем мне это делать? – выдохнул юноша, протянув руку и скользнув пальцами по такому совершенному, желанному лицу, замерев у скулы. Рокэ чуть повернул голову, коснувшись влажными губами ладони, отчего по телу Дика пронеслись тысячи мелких мурашек. - Просто не хочу проснуться завтра со шпагой у горла, - промурлыкал монсеньор, потершись носом о его руку. - Тогда… Тогда вам стоит постараться… – прошептал Дикон, но Рокэ вдруг резво прикрыл его рот своей рукой. Дик недоуменно вздернул брови. - Никаких «эров» в постели, юноша! – фыркнул тот, прищурившись. Ричард нахмурился и не больно укусил его в ладонь, отчего Ворон тут же одернул руку. - Я хотел назвать вас по имени, - хрипло заметил Ричард и прикрыл глаза. Он почувствовал, как его рта касаются любимые губы и дразняще шепчут: - Назови… Приоткрыв один глаз, он увидел герцога так близко, что невозможно было ничего рассмотреть четче. - Рокэ… – выдохнул Дикон и вдруг почувствовал, как чужая рука оглаживает его бедра. – Рокэ! Ворон впился в его рот, втягивая его вновь в какой-то безумный водоворот желания и нереальности происходящего. Дик еще сознавал, что тот почти распластался на нем, но совершенно потерялся в чужих руках и ласках. Как его только не касался Рокэ – он, казалось, изучал каждое бье тела оруженосца с потрясающим вниманием, нежностью и умением, отчего казалось, что вся кожа после его прикосновений начинала пылать огнем. Ричард пытался не отставать, давая пальцам волю, но чувствовал себя совершенно неопытным в руках того, кто знал, как подарить ему наслаждение, казалось бы, на первый взгляд, ничего не значащими жестами и движениями. Спустя мгновение Дикон уже извивался под монсеньором, едва сдерживая стоны. - Рокэ… Рокэ… Рокэ… Имя Алвы превратилось в какое-то заклинание или молитву, которое без конца шептал юноша, чувствуя, как губы Ворона спускаются все ниже и ниже по телу. Когда его избавили от остатков одежды, Дикон не вспомнил бы при всем желании. Горячий рот опустился на член, и юноша вообще перестал что-либо соображать. Почти доведя его до экстаза, Рокэ все же отстранился и вернулся к губам Ричарда, снова увлекая раскрасневшегося мальчишку в тягучий поцелуй, огладив худощавое юное тело с медлительностью затаившегося хищника. - Посмотри на меня, - тихо приказал Рокэ и Дик едва сумел приоткрыть глаза, подернутые дымкой наслаждения. Рокэ спустился губами к подбородку, не отпуская его взгляд. Дикон рассеянно подумал, что готов был кончить просто оттого, как он смотрит на него – будто нет никого желаннее в этом мире… Ричард слабо вздрогнул, когда рука Ворона вернулась к его бедрам, а потом почувствовал, что Рокэ коснулся его члена своим и вспыхнул от осознания того, как непривычно, интимно, но до дрожи приятно ощущать собой чужую бархатно-нежную кожу такого места. Алва до крайности непристойно облизал собственные пальцы и умудрился обхватить оба члена, двигаясь так, что у Ричарда закружилась голова. Он еще пытался смотреть на Рокэ, но в какой-то момент его накрыла острейшая разрядка, выгибая его тело дугой. Он со стоном откинул голову назад, теряясь в ощущениях, а Рокэ впился в его шею полуукусом, кончив следом. Он упал на шкуру рядом с ним, лениво притянув к себе разомлевшего юношу. Ричард зарылся лицом в голое сильное плечо, слабо поцеловав пахнущую любимыми благовониями кожу. Как же хорошо, Создатель… Неужели его правда только что ласкал любимый человек? Все вокруг было так похоже на сон, что Дик с силой прикусил распухшую от поцелуев губу, до крови, просто чтобы убедиться, что ему это все не снилось. А когда убедился, он счастливо заулыбался в теплоту тела рядом... * Рокэ приоткрыл один глаз, прищурившись от лунного света, идущего от незанавешенного окна. Спустя какое-то время они перебрались в спальню на втором этаже, где и заснули, утомленные бесконечными ласками. Он снова зажмурился, улыбнувшись приятным мыслям, и расслабленно скользнул рукой по постели вбок, но наткнулся на пустоту. Рокэ распахнул глаза и с явным облегчением увидел Ричарда, сидевшего чуть дальше на кровати. Тонкое одеяло скрывало его колени, а серо-голубой ночной свет красиво подсвечивал голую кожу юноши, даря ей какое-то потустороннее сияние. Ворон вновь почувствовал острый укол желания. Будь его воля – он вообще не вылезал бы с ним из постели многие, многие месяцы… - Почему ты не спишь? – с любопытством поинтересовался Рокэ, повернувшись на бок и разглядывая задумчивое юное лицо. - Я думаю… – пробормотал Ричард, поглядев на него с нескрываемым обожанием. - Сочувствую, - отозвался Алва, скользнув рукой под одеяло и нашарив его теплую ступню. Юноша вспыхнул, но не надулся, как часто бывало, а продолжил свою мысль: - …Я думаю о том, что вы можете передумать. - Я, разумеется, отвратительный мерзавец и абсолютно бесчестный человек, как ты знаешь с детства, но даже я не смогу больше забыть все, что было, - насмешливо заметил Рокэ, поглаживая тонкую кожу на ноге юноши. Тот поежился, потом все же нахмурился. - Я бы не хотел… Не хотел снова вас терять… - Меня ты не терял, - сухо напомнил Ворон, опалив его взглядом. - Терял, Рокэ, - не согласился Ричард, чуть подвинувшись к нему на перине, отчего под пальцами Алвы оказалась его тонкая щиколотка. - Ты сам говорил, я не он, - промурлыкал герцог, вырисовывая круги на ноге Дика. - Я ведь тоже уже не тот Ричард, что был у того Рокэ, - шепотом признался Дикон. – Но мне нужны… именно вы. А я… я вам правда нужен? Почему-то болезненно перехватило горло. Ворон застыл на минуту, попытавшись унять забившееся быстрее сердце. Потом он схватил юношу за лодыжку и властно дернул его к себе. Дикон упал на спину, вскрикнув, а Рокэ уже оседлал его обнаженные бедра, уткнувшись руками в перину по обе стороны от взволнованного лица юноши. - Больше, чем ты сможешь когда-нибудь только вообразить, - хрипло признался Рокэ, прикоснувшись губами сначала к одному глазу Ричарда, которые тот зажмурил от удовольствия, потом к другому. Потом он поцеловал его в переносицу, как когда-то очень давно, в другой жизни, а потом добрался до его губ… И приступил к новому самому захватывающему занятию на свете – любить Дикона.