Сторона, которая всё сломала.

Они спускались вниз быстро, благо рана Мегарис зажила, а на коже было лишь едва заметное покраснение. Поттер огляделась, отмечая, что в темницах ничего не изменилось. Мыши, тараканы, паутина. Всё осталось на месте, выглядело жутким и отвратительным, но для тюремных помещений, наверное, вполне сгодится. Поттер выбросила из окна со сломанной рамой пакет со льдом, который прикладывала к затылку с самого утра. Зелья и мази должны были облегчить боль и заставить шишку быстрее сойти. Так и произошло, но у Мегарис всё равно было ощущение, что всё очень сильно болит. Ей сказали, что это в каком-то смысле нормально. Она смирилась, что так будет ещё пару суток, сидя на кровати и слушая врача. Завтрак она благополучно проспала, но точно знала, что Араминте всё же не хило прилетело. Ей об этом на ушко шепнула Винда, пока Геллерт уходил в кабинет за волшебной палочкой. Тем не менее, Мелифлуа не выглядела слишком уж подавленной. Они пересеклись как раз несколько минут назад, когда шли к помещениям с клетками. Араминта, хитро улыбаясь Поттер через открытую дверь, уже во всю тренировалась с Линдой, которая больше применяла физическую силу, крайне редко использовав палочку. Мегарис мечтала устроить с ней тренировочный бой, потому что кто не захочет испытать свои силы в бою с оборотнем? Но тренировки ей не светили ещё как минимум дня четыре, поэтому пришлось отложить. Перед тем как пойти к Волдеморту, она шаталась по всему Нурменгарду, собирая змей. В сумме получилось десять, четыре из которых снова залезли ей в волосы. Нагель, с которым она ходила, чтобы не заблудиться, всё время называл её Медузой-Горгоной, причем с таким серьезным лицом, что становилось даже слегка неуютно. Рептилии устроились в её личной комнате, заняв всю кровать. Одна из них не пожелала отцепляется от Мегарис, и теперь грелась на шее рыжеволосой, иногда давая комментарии. Волдеморта поселили на тот этаж, где была Араминта, но в другую камеру. Более дальнюю и как сказал Геллерт более «безопасную для самого Британского Лорда». Он сидел прямо на полу, в своем истинном обличье и зло сверкал красными глазами. Поттер встала за спиной Геллерта, хмуро поглядывая на него. Грин-де-Вальд наоборот улыбался, спрятав руки за спиной. – Признаюсь честно, я мечтал с вами увидеться, Том, – Волдеморт оскалился, бросая взгляд на Мегарис. Он знал, что это она рассказала Геллерту о его имени и возможно даже о его прошлом. С другой стороны он знал, что она никогда не воспользуется этим против него сама, побоявшись. Мегарис устроила зрелищное предоставление вчера, но ей никогда не стать настолько ненормальной, чтобы манипулировать Волдемортом через его детство. – Скажите, когда в вашей голове только зараждался план господства над миром, вы мечтали встретиться со мной? Величайшим колдуном того, ну, и мы все прекрасно знаем, что ещё и нынешнего, времени? – Без понятия, – проскрипел Волдеморт, не отводя от Поттер взгляд. – Много лет минуло, уже не помню. Геллерт скептически поднял бровь, переглянулся с Мегарис через плечо и невербально призвал блокнот, скреплённых сверху пружинкой и обычное воронье перо, которое застыло над бумагой, приготовившись писать. – Так и запишем. Проблемы с памятью... – Он не помнил какой крестаж спрятал в Хогвартсе, – вклинилась девушка, ловя взгляд разных глаз, которые снова обратились к ней. – Изначально он дал мне лист с тремя предметами, сказав, что должно быть только одно. Волдеморт не помнил, что спрятал и где. – Перепишем. Отвратительная память, – перо перечеркнуло прошлое предложение, написав под ним новое. – Как давно вы пользуетесь чарами Гламура и не доставляют ли они вам дискомфорт? – Вы издеваетесь?! – Прокричал Волдеморт, резким движением вставая на ноги и вплотную подходя к решетке. Мегарис сделала неуверенный шаг назад, бросая взгляд на Геллерта, у которого даже мускул не дернулся. Он продолжал смотреть спокойно. Издевательски спокойно. – К чему эти вопросы?! Разве в ваших планах на меня не должны были вычеркнуться все пункты, оставив одно и единственное «избавиться любой ценой»? – Должны были, – Геллерт щёлкнул пальцами и перо с блокнотом пропало. – И я бы избавился от всех крестражей за пару недель, уж поверьте мне труда это не составит. Но есть одно, огромное «но». Ты, змееподобный идиот, прокололся. На протяжении всей жизни близнецов Избранных ты боялся, что они уничтожат тебя. Тебе в кошмарах снилось, как они убивают тебя, а в хорошие ночи, как ты убиваешь их. Но это замкнутая линия, Том. Знаешь почему? Всё же по моим представлениям, ты... не дорос до той мудрости, чтобы понять это сам, поэтому проясню. У тебя на два крестража больше, чем ты думал. Волдеморт, который после реплики «змееподобный идиот» смотрел только на Грин-де-Вальда, теперь снова глянул в сторону Мегарис, прищурившись и взглядываясь в шрам. Геллерт злорадно ухмыльнулся, наблюдая за тем, как меняется лицо Лорда Британии. У того буквально в зрачках мелькали картинки воспоминаний. – Знаешь очень интересно наблюдать за тем, как ты понимаешь, что на протяжении 15 лет пытался уничтожить частички своей души, – Геллерт взял её за плечо, подталкивая к выходу из коридора. – Удачного времяпровождения. Обед будет через пару часов. На этот раз шли они неспеша. Она не знала, что будет теперь. Волдеморт в чем-то был прав. Им требовалось уничтожить его любой ценой, но понятно было, что они не могли. Мегарис примерно представляла, что нужно для извлечения кусочка души из живого существа. Его нужно было убить, а вроде как именно этого Мегарис и пыталась избежать. Теперь, когда стало понятно зачем Дамблдору нужны были смерти Избранных, Поттер заметно погруснела. Она, наверное, сделала бы также, чтобы освободить страну от темного волшебника, но... – Мегги? – Геллерт свернул по направлению к кабинету, только сейчас замечая, что девчонка сникла. – Не забивай себе этим голову. Крестраж можно извлечь чуть ли не пятью совершенно разными способами. Дамблдор выбрал самый простой. Конечно, зачем напрягаться, если вы обычные дети, которые выжили благодаря тупости одного и своей дьявольской удачи? Мы попробуем другое. – Но ведь он прав, – она пожала плечами, заходя в малую библиотеку и садясь на своё излюбленное кресло. На столе стояли две чашки. От одной валил пар, другая была холодная, когда Мегарис взяла её. – Ты бы убил меня, если бы мы не были связаны? Он отвернулся от окна, посмотрев на неё. Не разрывая зрительного контакта он притянул к себе кружку с горячим кофе, поводив большим пальцем по ободку чашки. – Если бы мы не были знакомы – да. Но давай начнем с того, что если бы не ты, я здесь бы вообще не стоял, – он подошёл к столу, сделал небольшой глоток, слегка поморщившись от горького привкуса и сел на своё место. – Я буду вечно благодарен тебе, Мегарис. Связывал бы нас контракт или нет, связывали бы нас любовные отношения или нет, я бы всё равно не позволил тебе умереть. Ты совершишь ещё много гениальных, и не очень, поступков в своей жизни. Миру нужны такие упертые люди, как ты, Мегарис Поттер. С моей стороны убить тебя будучи с тобой знакомым и хорошо зная, было бы идиотизмом. – Ты бы убил меня сразу как вышел из камеры, если бы я не связала нас договором, – опровергла Поттер, с мягкой улыбкой. – Даже не отрицай. – Ладно-ладно. На счёт этого согласен, а попытки отрицать выглядели бы сейчас жалко, – он улыбнулся, пожав плечами. – В своё оправдание могу сказать, что всё равно поставил бы тебе памятник. Позже... через года два, когда полностью захватил себе власть. Она прыснула в кружку, закидывая ноги на стул, который был рядом. На другом конце стола лежала диадема. Рядом валялась салфетка, которой, видимо, брали серебро. Мегарис вдруг озадаченно нахмурилась, вспоминая слова Геллерта об извлечение частички души. – Как ты собрался лепить из меня, сосуда, нормального человека? – настороженно спросила она, замечая оскал Геллерта. Он ей не совсем понравился. Следующие слова тоже. – Это достаточно... опасное мероприятие, а я не могу рисковать тобой сразу по нескольким причинам, – он встал, обошел её со спины, привычным движением кладя руки на её напряжённые плечи. – Ты главное не волнуйся, Мегги. Я не позволю ему умереть. – С дубу рухнул?! – Она вскочила, изворачиваясь в его руках и проливая на себя пару капель кофе. – Гарри не будет подопытной крольчатиной! Если ты забыл ВСЁ, что сейчас происходит только из-за него. Я же освободила тебя только из-за него! – Ты по-моему не услышала последнее предложение, – мягко улыбнулся Геллерт, не делая попыток успокоить рыжеволосую, боковым взглядом замечая, как открывается дверь, но сейчас главным было донести до Мегарис мысль, с которой она не может смириться. – Ритуалы не дадут умереть, могут лишь серьезно ослабить, а это... – Так на мне и проводи свои гребанные опыты! Моя магия и сила восполняется за счёт тебя! Зачем мучить его?! – Змея, чувствуя как злится говорящая, тоже зашипела, выползая из под серого свитера. На кончаках пальцев начала скапливатся магия. Она не была как у Геллерта темной, она была светлой, почти ослепительно белой, но от этого не менее разрушительнее. Улыбка с лица волшебницы сползла. Нескольких часов вместе хватило, чтобы Мегарис набралась магии, которая могла разнести пол Нурменгарда. Поттер всё ещё ставила жизнь брата выше своей, что слегка раздражало. – Истощение мне ничем не грозит если мы будем пытаться на мне. Я повторяю ещё раз – зачем пытать этим его?! Тем более, процесс пойдет намного медленнее! Ему то на полное восстановление нужно будет не меньше шестнадцати часов и это только с лошадиной дозой энергетического зелья, которым мы не можем пичкать его постоянно! А мне то что будет?! Поцелую тебя пару раз да и пройдет! От неё не ушло, как он скосил глаза в бок. Она резко повернулась, паралельно удивлённая, что кто-то зашёл без стука. Гнев застыл на ней маской, как и испуг, скользнувший в глазах. Такие же зелёные глаза за очками смотрели на неё, пока Винда за спиной младшего Поттера, нервно улыбалась, понимая во что вылилась её неосторожность. – Мне пока что его увести? – Розье указала на Гарри, смотря только на Грин-де-Вальда. Мегарис впервые так пугала её. – Не нужно, – он поджал губы, зажимая пальцами переносицу. Перевезти младшего Поттера любой ценой было поручено Винде и Абернэти. Ещё Куинни, но она просто отвлекала на себя авроров. Он ещё раз посмотрел на Гарри. Сторонники очень быстро справились. Грин-де-Вальд был уверен, что не обойдётся, как минимум без травм или срочного бегства. – Спасибо, Винда, можешь идти. – Как ты это делаешь? – Прошипела Мегарис, когда за волшебницей закрылась дверь. – Впору спросить у них. Я отдал приказ пять часов назад, – он оглядел мальчишку с ног до головы, жестом приглашая его сесть. Мегарис уже не выглядела, как разгневанная бестия, поэтому можно было попытаться закончить разговор спокойно. – Успокоилась? А теперь послушай меня. Ты мне нужна. В делах, бою и в реставрации моего сада. Если с тобой что-то случится, а наша связь не поможет, всё выпадет. Ты забываешь, что наша связь не помогает в заживлении ран. В этом мы убедились вчера и сегодня. Скажи мне, Мегарис, голова всё ещё болит? – Там могут появиться физические увечья?! – вскрикнула она. Он цокнул, понимая, что сделал только хуже. – Не знаю! Я никогда не доставал из живых людей кусок души какого-то сумасшедшего полузмея! – На этот раз голос повысил он. – Когда ты уже поймешь, что я не смогу больше видеть твоё полу живое тело ещё в ближайшие лет десять?! Картина того, как ты упала до сих пор у меня перед глазами стоит! Ты не умрёшь, но я хочу напомнить тебе, что твоё здоровье мне тоже важно! Она вскинулась, а потом резко опустила голову. Мегарис совершенно забыла, что они не просто союзники. Осознание того, что Геллерт переживал и переживает пришло только сейчас и стало как-то даже стыдно. Он тоже был человеком, которому она, вроде как, была небезразлична. Но с другой стороны Гарри... Она упёрлась спиной в стол, складывая руки в карманы. Стало ещё сложнее, чем в самом начале. Теперь был не только Гарри. Теперь был Геллерт, который всегда, не в зависимости от её слов, будет ставить её выше Гарри. Она должна была принять это. Принять, перестать вести себя как неразумный ребенок и прийти к компромиссу. – Способов пять, – тихо начала она, не поднимая глаз, – один из них убить волшебника, так? Значит остаётся 4. Давай раскидаем? По очереди, будем меняться с ним? Пожалуйста. – Хорошо, давай так, – после тяжёлого вздоха сказал он. Ни черта его это не устраивало, но продолжать ссору было бессмысленно для обоих. Они оба синхронно повернули головы к Гарри, который уже надеялся, что про него вообще не вспомнят. Старшая Поттер и Грин-де-Вальд быстро переглянулись, а первая откашлялась, потирая больную голову и сцепив руку в замок, заговорила.