Just imagine

Феликс слегка наклонил голову вправо и подался вперёд, накрыв чужие губы своими. Хёнджин слегка вздрогнул от неожиданности и не ответил. Не потому, что не хотел. Потому, что не был готов. Во всех смыслах. Осознание догнало Феликса чуть позже, его ощутимо тряхнуло, он тут же отпрянул и тараторя заизвинялся, вскочил на ноги и рванул в другую от побережья сторону. Хёнджин тоже поднялся и побежал за Феликсом, про себя отметив, что ханбок не очень-то подходит для спорта. — Феликс, стой! — выкрикнул он. — Нет! Позор, позор, какой же позор, — Феликс причитал себе под нос и бежал без оглядки, чуть придерживая свою одежду, чтобы не мешала. Его щёки ощутимо горели, а сердце билось с запредельной скоростью. Почему он вообще это сделал? Почему допустил мысль о том, что может вот так просто взять и поцеловать другого человека? Да, если бы на месте Хёнджина был бы кто-то не такой мягкий, он точно получил бы по морде. Но знаете, в жизни бывают такие моменты, когда тело срабатывает быстрее мозга, когда ты сначала что-то делаешь, а потом уже думаешь. Именно так и случилось с Феликсом в этот раз. Конечно, если бы Хёнджин ответил, Феликсу бы не было стыдно, он даже не задумался бы о правильности своего поступка. Но ключевое слово — ”если бы”. Сейчас ему хотелось провалиться под землю, лишь бы никогда и никак больше не взаимодействовать с Хёнджином. — Феликс, пожалуйста, — Хёнджин простонал сквозь одышку, Феликс сделал вид, что не услышал. Они пробежали мимо его дома и выбежали на площадку тренировочного центра. Хёнджин постепенно замедлялся, а потом и вовсе пошёл шагом, потому что больше бежать не мог — с физической подготовкой у него всё было плохо, и это только мягко говоря. Феликс в свою очередь останавливаться даже не думал. Они оба понимали, что если сейчас они не поговорят, то вряд ли сделают это завтра или послезавтра и вообще теперь неизвестно, как будут складываться их дальнейшие отношения. Конкретно Феликса всё это устраивало, по крайней мере сейчас, когда он планировал убегать от ответственности. Что у него, кстати, здорово получалось. Хёнджин же не собирался с этим мириться, но у него не было времени раздумывать над тем, как лучше остановить друга(?), поэтому он прибегнул к самому быстрому и действенному способу. — Ты мне нравишься. Феликс тут же замер и даже задержал дыхание. Он несколько секунд простоял в оцепенении, а потом развернулся и посмотрел на Хёнджина неверящими глазами. — Прости. Я должен был как-то тебя остановить, — Хёнджин неловко улыбнулся. — Нам надо поговорить. — Нельзя такими словами бросаться, Хёнджин, — Феликс поджал губы и подошёл к нему. Несмотря на внешнее недовольство, у него на сердце почему-то будто отлегло, хотя и было немного обидно. — Я не бросаюсь. Я просто.. мм, — он промычал. — Не знаю, как объяснить, но, в общем, я действительно переключился с Сынмина на тебя, но я не могу так быстро, да и я давно не целовался, поэтому… — О, нет, не вспоминай о моём позоре, — Феликс застонал. — Давай просто забудем это недоразумение. У меня была тут попытка построить отношения, как ты уже знаешь, не очень удачная. Точнее, совсем неудачная. Я думал, может это из-за того, что она старше, и ей со мной неудобно, но тут похоже дело во мне. Я слишком тороплю события и вообще.. Видимо, романтические отношения — это не моё. Прости, что влез в твоё личное пространство и даже не спросил. Давай притворимся, что сегодняшнего вечера не было, — он смущённо отвернулся. — Нет, — Хёнджин решительно отказался, Феликс удивлённо на него посмотрел. — Мы начали переходить черту дружбы, прошу тебя, не делай шаг назад. Всему своё время. Не наказывай нас обоих. — Ты прав, — он вздохнул и выдержал небольшую паузу. — Как мне теперь вести себя с тобой? — Как обычно, — Хёнджин пожал плечами. — Ладно, — Феликс опустил голову и поджал губы. — Тогда до завтра? — он снова посмотрел Хёнджину в глаза. — До завтра. Хёнджин кивнул и развернулся, чтобы пойти к своему дому. Кажется, этой ночью он не уснёт. Он не особо переживал насчёт возможных отношений, потому что у него были какие-то в школе, даже на работе что-то начиналось, но довольно быстро закончилось из-за нехватки времени и сил. Теперь же у него были все ресурсы, поэтому, почему бы не попробовать? Так он подумал ещё когда увидел Сынмина, вот только тот отвергал его, а Феликс, напротив, был открыт к общению и чему-то большему, поэтому Хёнджин решил всё обдумать в очередной раз, но теперь серьёзно, на сто процентов зная чужие чувства. Хёнджина больше всего мучал его выбор. Правильно ли будет переключиться на Феликса? Вдруг он просто использует его как замену? Он впервые не мог разобраться в своих чувствах, это несколько пугало. Он должен был быть уверен в том, что Феликс ему нравится, чтобы что-то начинать, потому что слова ”слюбится-стерпится” были не про него, более того, это выражение в целом было ему противно. Разве можно так издеваться и над собой, и над другим человеком? Хёнджин ворочался в постели от нервов. Интересно, когда он успел понравиться Феликсу? Тот ни раз говорил, что он ему нравится, но Хёнджин и не думал, что в этом есть романтический подтекст? Может, он действительно появился позже, кто знает. Ему было трудно поверить в происходящее, но приходилось. Мысли о Феликсе и возможных отношениях заняли весь его разум, они поселились там, вытеснив все остальные, в том числе и главную причину его волнений — Ян Чонина, что, наверное, в этот раз было к лучшему. Поскольку Хёнджин уснул под утро, то проснулся ближе к вечеру. Около полудня к нему заходил Феликс, но не стал будить, пожалел. Хёнджин лениво потянулся, посмотрел на брошенный на пол фиолетовый ханбок. Интересно, что цвет ханбока означает принадлежность к роду, но у Чонина ханбок тоже был фиолетовым. Почему? Хотел ли он таким образом втереться в доверие к Хёнджину? Честно говоря, Хёнджин уже устал обо всём этом думать. Он оделся, умылся (на кухне), взял со стола яблоко и вышел на улицу. Погода так и просила чуть-чуть посидеть, погреться на солнышке. Признаться честно, Хёнджин почти поддался соблазну, но в первую очередь он хотел найти Минхо, о котором чудом вспомнил, и поговорить с ним. С Феликсом они когда-то проходили мимо дома Джисона, возможно даже не один раз. Хёнджин не заострял на нём внимание, но он запомнил его внешний вид. Поиски не заняли много времени, дом оказался неподалёку от дома Кимов, дорогу к которому Хёнджин знал наизусть. Перед его взглядом предстал высокий забор, он открыл относительно тяжёлую калитку и вошёл во двор. Здесь ему находиться ещё не доводилось, он приоткрыл в изумлении рот. Этот двор был самым настоящим садом, вокруг цвели облагороженные деревья, а те, что не цвели представляли из себя топиары. На задней части участка находился декоративный прудик с небольшим фонтаном, а рядом с ним садовые качели и столик, на котором стоял наполовину полный какой-то жидкости графин и два стакана. Хёнджин искренне не понимал, зачем прятать такую красоту за высоким забором. Он вернулся ко входу, подошёл к двери и постучал в неё, но ему никто не открыл. Тогда он постучал ещё раз сильнее — результат остался таким же. Странно. Он занёс сжатую в кулак руку, чтобы постучать снова, но его прервали. — Что ты тут делаешь? — удивлённо спросил Феликс. Он выглядывал из-за открытой калитки. — А, э… — Хёнджин повернулся к нему. — Джисон звал меня в гости, вот я и.. пришёл. — Звал в гости и не открывает, — Феликс усмехнулся и подошёл к Хёнджину. Он постучал в дверь сам, заметно сильнее, но ничего не изменилось. — Видимо, его нет дома. Очень по-джисоновски. Ладно, пошли тогда прогуляемся, что ли. Погода шепчет. Феликс как обычно взял Хёнджина под локоть, и они пошли по мощёной дорожке. Если посмотреть на них со стороны, то так и не скажешь, что ещё вчера вечером они были в шаге от того, чтобы не разговаривать друг с другом следующую вечность. Их путь привычно следовал туда, куда глядели их глаза, а это к пирсу через тренировочный центр. Даже после вчерашнего тишина между ними не давила, а располагала, но долго молчать им не дали — навстречу вышла девушка в жёлтом ханбоке, Соён. — Хёнджин, — она слегка покраснела. — ты больше не придёшь на тренировки? — Скорее всего, нет, — он покачал головой. — Тогда, если ты свободен… — Он занят, — вмешался Феликс. — Ну… — Он занят. Сегодня, завтра, послезавтра и вообще. Это я его нашёл, так что нечего тут это самое. Своего себе сама ищи. И заодно передай Хоён щелбана, чтоб не расслаблялась. Соён закатила глаза, поджала губы и ушла. Хёнджин посмотрел на Феликса. — Ты чего? — Ничего. Не терплю конкурентов. Пошли отсюда. Феликс повёл Хёнджина к пирсу, Хёнджин изо всех сил старался подавить улыбку. Его действительно только что приревновали? Он и не думал, что это так приятно. Он действительно нужен Феликсу. Он действительно чувствует себя нужным. Вау. Феликс же его настроения не замечал и не разделял. К его сожалению, они не смогли остаться наедине и у пирса. Там мочил ноги, свесив их в море, Джисон. Он не услышал, что кто-то пришёл, Феликс собирался воспользоваться этим и уйти незамеченным, но Хёнджин не умел читать мысли и имел другие планы. Он громко крикнул Джисона по имени, и тот обернулся. На его лице прояснилась улыбка, он помахал рукой и подозвал парней к себе. — Феликс, — Джисон ухмыльнулся. — Не ожидал увидеть тебя здесь, но рад, что пришлось. Я видел твоего брата недавно, он просил тебя срочно вернуться домой. — Да почему всем вечно от меня что-то надо в последнее время?! Именно когда я занят! Раньше, когда я не знал, куда себя деть, никому не нужен был, а тут только дела появились, так всё, нарасхват. Ничего, подождёт до вечера, не растает. — Насколько я понял, госпоже Ли нужна помощь. — Матушке… — Феликс вздохнул и отпустил руку Хёнджина. — Ладно. Надеюсь, я ненадолго. Вернусь как только, так сразу. Он кивнул Хёнджину и побежал по направлению к дому. Джисон дождался, пока они остались одни, и подозвал парня к себе поближе. — У меня мало времени, пока Феликс не узнал, что я его обманул, — он усмехнулся. — Просто хочу передать тебе кое-что важное, и лучше это сделать наедине. Джисон вытащил откуда-то из ханбока большое яйцо, размером со страусиное, которое Хёнджину приходилось видеть однажды в детстве. Однако внешне оно совсем не было на него похоже. Во-первых, оно было тёмным. Во-вторых, скорлупа выглядела грубой, жёсткой и толстой. Она была чёрной с красным отливом и самое главное — чешуйчатой. Да, Хёнджин смотрел игру престолов и мог сказать, что это драконье яйцо, но это было так странно. Он действительно угадал с определением. Джисон пояснил, что это яйцо они с Сынмином вместе нашли когда-то давно, когда ещё были детьми. Взрослые пытались помочь ему вылупиться, отдавали его своему дракону, но всё безрезультатно. Джисон забрал его себе как трофей (Сынмину оно было ни к чему), но вот теперь, похоже, час настал. Пока он рос, наблюдая за этим яйцом, которое со стороны казалось мёртвым, то всё больше думал, что оно может принадлежать огненному дракону. Однажды он предлагал Чонину нагреть его, чтобы посмотреть, что выйдет, но тот как обычно отказался. И вот на острове появился другой огненный маг, поэтому Джисон решил попытать удачу. Он передал яйцо Хёнджину. Хёнджин осторожничал. Он всё ещё был не уверен в своих способностях мага, к тому же, если дракон действительно вылупится, что они будут делать? Ладно сейчас, пока он маленький, но потом? Драконы — это.. страшно. Конечно, Хёнджин не сомневался в том, что по крайней мере старшее поколение магов знает, как обращаться с драконами, но сам он их боялся до ужаса. Он вообще опасался любых животных, что уж говорить о драконах, которые, как он раньше думал, существовали только в легендах. Довольно пугающих легендах. Но всё же, Хёнджин решил попробовать. Отдаст этого дракона если что Джисону, к тому же не стоит забывать о его втором имени (Неудача) — дракон может попросту не вылупиться. Он взял яйцо в руки и начал медленно его нагревать, но ничего не происходило. Он и не ждал, что оно вдруг расколется, учитывая, что притворялось камнем столько лет. Он нагревал его всё сильнее, и в какой-то момент оно неожиданно вспыхнуло. От испуга Хёнджин отбросил яйцо в сторону и сделал два шага назад. Он не знал, стоит ему его тушить или нет и какого чёрта оно вообще загорелось, если скорлупа, кажется, не горючая. Хёнджин подошёл поближе, когда пламя начало угасать, но яйца уже не было. Вместо него там был дракончик. Джисон радостно засмеялся и захлопал в ладоши. — Я знал! Я знал! — он потрепал Хёнджина за плечи. — Как назовёшь? Думаю, это мальчик. — Я?! — Хёнджин округлил глаза. — Ну да, это же твой дракон. Раз ты смог его высидеть, значит ты его мама. Так как назовёшь? — Даже не знаю, — он растерянно почесал затылок. Вот уж к этому его жизнь точно не готовила. Он — мама дракона. Ну и чушь. — Ну ладно, можешь и позже придумать. Я бы посоветовал его никому не показывать, но разве спрячешь дракона. Рано или поздно Феликс узнает, раз он постоянно с тобой, ну а если знает Феликс — знает и вся деревня, — Джисон усмехнулся. — В общем, неважно. Главное никому его не отдавай. Хёнджин кивнул. Они вдвоём немного поиграли с дракончиком, и Джисон ушёл. Хёнджин сидел на корточках, разглядывал нового питомца. Тот был чуть больше его ладони, в основном чёрным, но его крылья внутри слегка отливали красным. Маленьким он не казался таким уж и страшным, да и большой опасности не представлял, разве что поджёг, но сейчас за ним, по крайней мере, было легко следить. Хёнджин проскользил взглядом по привязанной к пирсу лодке, по воде и по небу. Большое скопление кучевых облаков всегда навевало воспоминания о свидании с Феликсом, однако помимо него в этот раз он вспомнил ещё и то, что не спросил у Джисона про Минхо. Дырявая его голова. Он вздохнул и подобрал дракона, планируя занести его домой, чтобы спрятать где-то там. Даже не от посторонних людей, а просто чтобы никуда не улетел. Но у судьбы были другие планы — вернулся Феликс. По дороге он что-то невнятно причитал, а подойдя к Хёнджину ближе, начал в открытую жаловаться на обманщика Джисона. Он мог бы так и продолжить ворчать, если бы его взгляд не привлёк дракончик. — Джисон принёс яйцо, у меня получилось его вылупить. — Хороший, — Феликс улыбнулся и присел на корточки. — Огненный, значит. Как назвал? — Пока никак, — Хёнджин сел на песок. — Предлагаю назвать его Вулканом. Или Дрэгоном, — он посмотрел на Хёнджина. — Скаем. Рики. Чхвегу? Мушу. — Я понял, спасибо, — Хёнджин засмеялся. — Думаю, Скай подойдёт. Феликс одобрительно кивнул и оторвался от дракона. Солнце уже садилось, они находились на том же месте, что и вчера. Феликс слегка поёжился от воспоминаний, но не позволил им взять над собой верх. Молчание между ними всё ещё было комфортным, но теперь Феликс чувствовал, будто должен либо болтать, либо что-то делать. Он подсел на песок к Хёнджину и посмотрел на него непозволительно долго, а потом положил свою голову ему на плечо. Дракон неподалёку спрятался спать под своими крыльями. Хёнджин вздохнул. Значит вот оно какое, умиротворение? Наверное, ещё рано об этом говорить, всё же он ощущал некоторое смущение. На самом деле, это было приятно, ему казалось, что он снова подросток, появлялись новые силы. Взаимные чувства грели душу, хотелось раствориться в этом моменте, растянуть его навсегда. Хёнджин был из тех, кто негативит. Он всегда думал о плохом, о каком-то подвохе, и даже когда всё было ну очень хорошо, он думал о том, что скоро это закончится. С Феликсом не хотелось об этом думать. С Феликсом хотелось надеяться на лучшее. ”Ты мне нравишься”, — кричал голос в его голове, но язык никак не мог сказать то же самое вслух. Хёнджин вздохнул. Он перевёл взгляд на чужой светло-сиреневый затылок. Его волосы уже не были такими короткими, как в их первую встречу, а тёмные корни заметно отросли. Даже при всём желании Феликс не мог поддержать этот цвет, потому что краску здесь было брать негде. Он тоже плохо спал этой ночью, но встал рано по разным причинам и бодрствовал весь день, но теперь, когда он наконец успокоился, прилёг и пригрелся, сон не заставил себя ждать. Хёнджин улыбался, глядя то на него, то на дракончика неподалёку. Пускай в этот раз всё будет по-другому. *** Следующая пара дней прошла спокойно. Хёнджин про Минхо так и не вспомнил, он был увлечён своим новым питомцем, впрочем как и Феликс, но второй всё же скорее использовал его как оправдание своему увлечению его хозяином. Хёнджин был готов лопнуть от переизбытка эмоций. Он чувствовал себя любимым и нужным, окрылённым. Правда, ему казалось, что он может летать и без дракона, прямо так, просто взмахнув руками — так сильно на него влиял Феликс. И это при том, что они официально не были в отношениях. Хёнджин даже в хорошем смысле боялся представить, что будет, когда он признается в своих чувствах. Сегодня с утра он гулял у моря с дракончиком один — ранее Феликс обязался помочь матушке по дому. Пирс стал излюбленным местом Хёнджина, поскольку здесь он мог не думать ни о чём. Видимо, такая тут была аура. Он улыбался непонятно чему и одним глазом следил за Скаем. Погода стояла чудесная. — Откуда у тебя дракон? — удивлённо вскрикнул неожиданно появившийся из неоткуда Чонин, чем до смерти напугал Хёнджина. — Чонин? — спросил он ошарашено. — Надо же, вспомнил. А я уже думал всё, прошла любовь. Ты где был? Я который вечер как дурак там сижу один. — Прости, я должен был тебя как-то предупредить, — он неловко почесал затылок. — Думаю, нам стоит прекратить тренировки. — Почему? — Чонин видимо расстроился, и у Хёнджина в груди что-то кольнуло. — Потому что… я знаю про Янов. Феликс с Сынмином рассказали мне про твой род. — Я же просил тебя никому не говорить! — Чонин моментально вспыхнул. — Это были не мои прихоти, а вопрос твоей безопасности, болван. Ты пойдёшь со мной, — он схватил Хёнджина за руку и потащил в сторону моря. Дракончик остался сидеть на песке. — Никуда я с тобой не пойду, — Хёнджин упирался ногами в землю. — Пойдёшь, иначе здесь тебя заморят. — Это ты меня заморишь. Отпусти! Чонин разозлился и отпустил руку Хёнджина, тот от неожиданности упал на песок и мысленно про себя выругался. Он ведь только на днях постирал этот несчастный ханбок собственными руками! Чонин повернулся к нему спиной и в момент обратился в огромного дракона с отливающей тёмно-красным чешуёй. Хёнджин раскрыл в шоке рот и от испуга попятился назад ногами и руками. Он собирался встать, чтобы убежать подальше отсюда, но не успел. Дракон-Чонин схватил его за низ ханбока, Хёнджин еле успел подхватить своего дракончика, прежде чем его закинули на спину. Он в страхе вцепился дракону в выступающую чешую на шее, чтобы не дай бог не свалиться, и Чонин взмыл в небо.