your soul is a chamomile field

      Наступил тёплый вечер выходного дня. Первая школьная неделя уже была нелёгкой, а сейчас ученики наконец-то могут с облегчением вздохнуть. Дул тёплый, еле заметный ветерок. Слышались наполненные радостью и весельем разговоры людей. Воздух был пропитан лёгкой и приятной атмосферой.       Посмотрев на время, Феликс прибавил скорость и стал приближаться к уже излюбленному месту. Вскоре на горизонте показался знакомый ларёк с мороженным, а за ним и скейтерская площадка.

***

после похода в прачечную       — Слушай, я знаю, что ты видел мои трюки на скейте. Не хотел бы ты тоже научиться чему-нибудь? — с неподдельным интересом спрашивал Хан.       — Что ты?! Я уверен, что у меня совершенно не получится, — замотал головой блондин.       — Но хотя бы попробуй научиться кататься. Пока без трюков, конечно. Я тебя научу! Верю, что у тебя получится, — настаивал Джисон.       — В таком случае… — Ликс задумался, — думаю, можно попробовать.       — Ура! — захлопал в ладоши парень. — Тогда встретимся завтра на площадке?       — З-завтра? Уже завтра?       — Угу.       — Ну да… Давай.       — Отлично! Во сколько тебе удобнее встретиться?       — Без разницы — я свободен весь день.       — Тогда давай ближе к вечеру. В пять часов пойдёт?       — Да, пойдёт, — удивляясь самому себе, отвечал Ли.       — Отлично! Тогда до встречи, Феликс! — помахал Джисон.       — Пока, — протянул в ответ Ликс, до сих пор не понимая, как он смог подпустить к себе малознакомого человека.

***

      Лёгкое волнение охватывало парня, приближающегося к скейт-парку. Сегодня он впервые за долгое время попробует что-то новое. Что-то, что заставляет его сердце потихоньку оживать. Его внимание привлёк ларёк, про который они разговаривали накануне.       «Стоит-ли мне купить для нас мороженное?» — только подумал он, как услышал недалеко от себя знакомый голос.       — Привет, Феликс! — окликнул его друг.       «Не успел».       — Привет, Хан Джисон, — улыбнулся блондин.       — Ого, как официально! Может просто Джисон? Ну или если хочешь Джисони, — мило добавил он, поднеся указательный палец к пухлой щеке и склонив голову.       — Хорошо, тогда я — просто Ликс, — объявил он со сдавленной улыбкой, а далее протянул руку. — Приятно познакомиться, Хани.       — Оу, так тоже можно, — удивился парень, а следом пожал руку перед собой. — Приятно познакомиться, Ликси.       Джисон улыбался так сильно, что кажется, у него уже должны щёки болеть, в то время как Феликс не мог выдавить и малейшей улыбки. Воспоминания мгновенно охватили голову, словно холодный неприятный туман:       — Хорошо, Ликси.       — Эйй, не Ликси, а Ликс!       — Хорошо-хорошо, понял. Приятно познакомиться, Ликси.       — Ликси? — повторил он. Ли ожидал услышать это прозвище ещё в тот момент, как сам же протянул Джисону руку, назвав его «Хани». — Ликси… Меня устраивает, — завершил он, крепче сжав руку, то-ли от нервов, то-ли стараясь забыть про прошлое, вложив все эмоции в крепкую хватку.       — Классно выглядишь, — оглядев блондина, сказал Джисон. Он не привык видеть друга в такой одежде. Официальный костюм и рубашка сменились чёрными обтягивающими джинсами, прекрасно подчёркивающими его стройные ноги, и свободной толстовкой голубых и синих тонов.       — Спасибо, — совсем немного смутившись сказал Ли, — ты тоже замечательно выглядишь.       — Благодарю, — поклонился Хан, как всегда, широко улыбаясь, и схватил Ликса за руку. — Ну пойдём — не терпится тебя научить чему-нибудь, — прибавил он и отправился в сторону площадки. Ли послушно следовал за ним, стараясь откинуть не нужные мысли.       Далее начался процесс обучения. Джисон, несмотря на свой беспечный образ относился к своему ученику предельно осторожно. Только они пришли к месту, как Хан надел на друга шлем. Он аккуратно застегнул его, убедившись, что не прищемил тому кожу и проследил, чтобы Ликсу было удобно. Во время обучения Хан так же был терпелив и детально объяснял всё, что нужно сделать своему ученику, а тот, в свою очередь, всё предельно внимательно слушал.       Поначалу движения Ликса были не уверенными, но чем дольше он катался, тем лучше.       — Ого, у тебя так хорошо получается, — удивлялся Хан. — Я даже спустя неделю обучения катался хуже.       — Правда получается? — Феликс повернул голову к парню, только что его похвалившему, но как только он это сделал, наехал на маленький камушек и тут же полетел вниз. За годы, проведённые со скейтом, Джисон уже имел опыт в падениях, а реакция стала моментальной. Именно поэтому спустя считанные секунды Феликс уже оказался в надёжных руках своего друга. Ли медленно повернул свою голову в сторону лица своего спасителя, в результате чего между их головами осталось всего несколько сантиметров. Два удивлённых взгляда встретились, а их обладатели и пошевелиться не могли. Неловкое молчание длилось около десяти секунд, после чего было прервано низким смехом Ликса. Он накрыл ладонями своё лицо и сказал:       — Прямо как в самых романтичных и сопливых дорамах. Не хватает спец-эффектов и сердечек вокруг.       — Ха-ха-ха да, — с некоторой нервозностью засмеялся Хан.       «Осталось только поцеловаться», — хотел добавить Джисон, но решил, что это будет лишним. Они так и продолжали стоять, после чего блондин убрал руки от лица.       — Слушай, мне, конечно, очень удобно в твоих руках, но может ты меня всё-таки отпустишь?       — О боже, да, конечно. Прости. Он сделал, что попросил блондин и пошёл за скейтом, что откатился в сторону, скрывая покрасневшие от стыда уши.       — А где твои друзья? , — поинтересовались за спиной. — Если не ошибаюсь, ты в прошлые разы был с Минхо.       Скейтер, ещё не отойдя от неловкого спасения друга, замялся:       — Нуу… Мы же договорились, что я буду учить тебя кататься, поэтому… Я решил, что лишние люди будут не нужны? Да. И что мы будем сконцентрированы на тренировке.       — Вау, ты так ответственно отнёсся к этому. Мне очень приятно, — уголки губ Ликса приподнялись. Вдруг Хан широко распахнул глаза и приоткрыл рот, словно он что-то внезапно вспомнил.       — Ой, знаешь, мне нужно отойти. Подожди меня немножечко, я вернусь буквально через пару минут.       — Да, конечно. У тебя всё хорошо? Ты как будто что-то важное резко вспомнил.       — Да да да! Всё замечательно! Я сейчас вернусь, — протараторил Хан и убежал, оставив Феликса в раздумьях.       Его не было несколько минут. Ли уже успел подумать, что тот сбежал от непутёвого ученика, но всё же парень вернулся с двумя рожками мятного мороженного и бутылочкой апельсинового сока.       -Ой, ну нет, это уже слишком, — высказал Ликс.       Улыбка мгновенно сползла с лица Хана, сменяясь разочарованием.       — Я сделал что-то не так.?       — Нет-нет, просто ты уже второй день уделяешь мне столько времени, угощаешь… Мне даже неловко? хах, — вдруг Ли понял, какие мысли вызвал в голове друга своей фразой.       У Джисона от сердца отлегло.       — Да что ты? Всё замечательно! Я люблю делать людей счастливыми, и если такие небольшие сюрпризы хоть немного тебя радуют, меня всё устраивает.       «Надо же, какие знакомые мысли — прям, как у меня раньше»       — Ну всё, ешь мороженное и давай продолжим тренировку — сказал Джисони и сам принялся за поедание десерта.       Хотел бы сейчас Феликс сказать, что нужно думать о себе побольше, но кто он такой, чтобы навязывать что-то Хану. Тем более Ли не готов делиться своими мыслями с другими, будто бы плотная оболочка вокруг внутреннего мира Феликса не даёт показать, что находится за ней.

***

22:34       Феликс шёл домой с такими чувствами, которые давно не испытывал. С сердца будто бы стал осыпаться тяжёлый груз, что затруднял жизнь несколько лет, а воздух казался чище и свежее. Но недолго настроение оставалось приподнятым.       Только Феликс переступил порог своего дома, отец встретил его с криками.       — Где ты был?       — Я гулял с другом. Прошу прощения за то, что вернулся так поздно, — невозмутимым голосом говорил Ли.       — Почему ты не отвечал на звонки?       — Но я их не слышал, — юноша с обеспокоенным взглядом достал телефон, и только когда он увидел количество пропущенных звонков, всё его лицо выражало не поддельный шок — 36 пропущенных от папы и 7 от мамы.       «Скорее всего это произошло из-за того, что я катался на скейте, а телефон с рюкзаком оставил на скамейке»       — Значит ты гулял с другом, — начал свой анализ мужчина.       Феликс, понимая, что сейчас начнётся, старался держать себя в руках и устало прикрыл глаза.       — Да.       — Уже успел друга найти… Что за друг такой, который позволяет себе до стольки часов быть не дома? Потаскун какой-нибудь?       Феликс молчал. Каждое слово отца оставалось осадком на сердце и затмевало приятные воспоминания сегодняшнего дня.       — Должно быть он не воспитан. Хочешь, чтобы и с этим другом было также, как с тем Чанбином? Хочешь? Хочешь, чтобы я и с ним прервал ваше общение?       Сын лишь сжимал кулаки.       Послышался тихий женский голос:       — Хватит, пожалуйста.       — Слушай, а может это он и есть? Как бы ты так быстро с кем-то познакомился? К тому же умеешь ли ты знакомиться с людьми?       — Перестань, прошу тебя, — говорила мама, взяв осторожно за руку мужа.       — Неужели ты и правда опять связался с этим…       — Хватит, — твёрдо и громко воскликнул Феликс. — Если ты скажешь что-то про него, общение мне придётся прекратить с тобой.       — Что ты… — начал было мужчина.       — Я не закончил. И нет, я не стал с ним общаться вновь и не собираюсь теперь когда-либо это делать. Спасибо огромное за это тебе, — с особой злостью сказал он последнее предложение. Каждое слово было пропитано едким отвращением. В комнате повисло молчание. Ликс заметил на лестнице своих сестёр, которые с сожалением смотрели на брата. Следом он вновь перевёл взгляд на отца.       — Большое спасибо за испорченный вечер! — последнее, что он сегодня сказал, после чего твёрдыми резкими шагами направился в свою комнату. Сёстры сопроводили его печальным взглядом, а за спиной послышался всё такой же тихий голос мамы:       — Я же тебе говорила.       Феликс хлопнул дверью.       Старшая сестра совсем спустилась с лестницы и недовольным тоном произнесла:       — Вообще-то домой он возвращался совершенно в ином настроении. Даже из окна был виден тот взгляд, который я уже не видела, как минимум, лет пять.       — Можно было бы просто поговорить, а не устраивать такие разборки, — расстроенно пробурчала себе под нос Оливия.       — Да, и при этом не задевать настолько больную тему, — подытожила Рейчел.       Далее девушки разбрелись по своим комнатам, оставляя задумавшегося мужчину одного.

***

      Зайдя в комнату, Феликс со всей силы бросил рюкзак на пол и завалился на свою кровать. Его переполняла злость. Мысли беспорядочно кружились в голове. Он резко сел, схватил подушку и заключил её в объятья. Каждый раз, когда одна мысль сменялась другой, он сжимал её сильнее и сильнее.       «Зачем? Зачем так делать? Зачем, блять, нужно вспоминать это? Сам же масла в огонь подливаешь! Как я должен к тебе относиться и слушать тебя? Как? Заче.. Зачем нужно было тогда так поступать? Зачем спрашивать про это сейчас? Зачем? Зачем?!»       Ураган вопросов бушевал в его голове и сердце. Вот так настроение могут испортить всего за каких-то пять минут.       Поддавшись эмоциям, Феликс запрокинул голову назад. Ресницы быстро затрепетали, а на глазах заблестели слезинки.       «Ненавижу. Ненавижу это всё!»

***

      Хан сидел в своей комнате. Он тоже обнимал мягкую подушку, но не от злости, а просто потому что так удобно. Он открыл галерею, чтобы посмотреть фотографии, сделанные сегодня. Пролистав несколько селфи, где был он один, наткнулся на селфи сделанные на фоне Феликса, разглядывающего что-то вдали. Джисон слабо улыбнулся, подперев щёку рукой, и открыл другую фотографию. На ней Ликс уже стоял один, держа в руках скейт и улыбаясь. Уголки губ Сона поднялись ещё больше.

***

несколько часов назад       — Ликси, возьми скейт в руки, — сказал Джисон.       — Хорошо, но. зачем?       — Ну возьми, — упрашивал парень.       — Лааадно, хорошооо, — не зная, что ждать от парня, сказал блондин. Феликс взял доску в руки и, увидев, что на него направлена камера телефона, сморщился:       — Ээй, зачем? Не надо.       — Ну не вредничай. Это на память. Представь, у тебя будет фотка с того торжественного дня, как ты, Ли Феликс, начал кататься на скейте, — важно сказал Джисон. — Вижу ты не против. Так, а теперь давай, улыбнись. Ликс закатил глаза, но всё же выполнил просьбу. Несмотря на первоначальное сопротивление, улыбка была настоящей и искренней.       — Вот так! Такой красивый.

***

      » И правда… Очень красивый, — задумался Джисон. — О, я же должен был отправить ему фотки»

***

      Изматывающая истерика быстро лишила Феликса сил, из-за чего, он практически заснул, сидя и уткнувшись в подушку, но вдруг услышал звук уведомления.       «Ну что кому опять надо?»       Ещё уведомление.       «Плевать», — подумал он и поудобнее положил голову, охватив подушку посильнее.       Ещё одно уведомление, после которого он недовольно прорычал и озлобленно схватил телефон. Далее лицо вмиг расслабилось.       «Джисон. Точно», — подумал он, устало потерев переносицу. Парень просматривал фотки, одну за другой.       «Что? Когда он успел сделать со мной селфи? Можно было и предупредить хотя бы…»       С каждой фоткой его лицо становилось спокойнее, а злость перерастала в усталость.       Со временем стало казаться, что фотки становятся размытыми, а веки тяжёлыми.

***

      — Феликс, пошли обедать, — послышался осторожный голос за дверью.       «Обедать? Сколько времени вообще?», — подумал он, жмурясь от солнца.       Он взял телефон, который лежал рядом с ним. Время 12:45.       «Воу», — пронеслось в голове Феликса, пока тот вставал. Голову резко пронзило болью.       «Ащщ. Нет нет нет, вставать я не буду.», — подумал он и лёг обратно, но боль не проходила, отчего было жутко неприятно.       В итоге весь день он провёл практически не вставая с кровати. В голове он прокручивал вчерашний день, своё прошлое, слова отца. Когда с ним пытались поговорить, он только молчал. В его комнату иногда стучалась мама, чтобы позвать поесть. Самым удивительным за всё время был стук в дверь, а следом за ним голос папы — «прости».       «Что? Его заставили что-ли?» — думал Ли.       Когда за окном стемнело, а в животе начало неприятно урчать, за дверью послышался довольно-таки бодрый голос сестры:       — Ты там живой хоть? Тишина.       — Эй?       — Да, — недовольно ответил Феликс.       Пол минуты тишины. Затем за дверью опять послышался голос:       — Войти можно?       — Угу, — промычал Ликс.       — Пх, умник. У тебя дверь закрыта, чудо.       Феликс со вздохами сполз с кровати и подошёл к двери. Открыв её, лёг обратно и отвернулся к противоположной стене. Рэйчел вошла в комнату и села на край кровати.       — Ну то, что он вчера наговорил это из-за волнения и любви к тебе, думаю нет смысла говорить — я бы на такие слова тоже обиделась. Но почему из-за каких-то слов, сказанных в порыве агрессии, ты должен сидеть весь день здесь и мучить себя? Не думаю, что тебе от этого хорошо, — начала разговор сестра.       — Рэй, я просто чувствую себя не очень.       — Ну да, конечно, именно из-за этого ты к нам ни раз за сегодня не подошёл и за всё время и слова не проронил. Ты мне то это не говори. Зажимаясь и смотря куда-то в сторону, Ликс потихоньку сказал:       — Почему он так поступает? Зачем нужно делать так больно? Старшей сестре было сейчас тоже больно. Смотреть на такого Феликса — невыносимо. На секунду она увидела совершенно маленького братика, которого очень сильно обидели. Которого задели за больное. В её сердце что-то кольнуло, после чего она обняла Ликса.       — Пойми, солнышко, не все умеют выражать правильно свои чувства, — как обычно, называет его ласково. — Он правда нас очень любит, но к сожалению, не может это правильно показать — за столько лет так и не научился.       Они просидели обнявшись несколько минут, после Рэйчэл отстранилась и сообщила:       — Все за тебя переживают. Мама вообще места себе не находит. Пошли чай хотя-бы попьём, — она протянула руку.       — Пошли, — со вздохом, не заглядывая в глаза, сказал Феликс и взял за руку сестру.       Произошло то, что происходило и раньше. Как обычно, Рэйчел, как старшая сестра его успокаивает, и у неё это получается. Что бы с ним не случилось, она всегда спасает его от проблем. Сегодня ему так не хватало именно этой поддержки.       Спустившись на кухню, на них сразу были направлены взгляды всех членов семьи. Он с аппетитом съел свою порцию ужина, а после подошёл к маме, чтобы сказать спасибо и о том, что еда была очень вкусной. Ему было немного неловко перед ней за такое поведение с его стороны, ведь он знал, что она на самом деле очень волнуется.       Когда Феликс решил выпить ещё одну чашку чая, за спиной послышался голос сестры:       — Я, конечно, не хочу сейчас тебя расстраивать или быть занудой, но тебе ещё домашку делать.       «Чёрт.»