Наша последняя осень

Капитан стоял в рубке и не верил собственным глазам. Они плыли пять недель. Пять недель неопределённости, борьбы и надежды. На сегодня у них уже было трое погибших. И это они ещё даже не приступили к строительству генератора. Компания назвала это несущественным сопутствующим ущербом на пути к великой цели. Впереди простирался скалистый берег, а за ним виднелся густой лес. Мужчина открыл потрёпанный блокнот и сделал несколько заметок на будущее. У него уже был разработан план на ближайшие пару дней, всё же он отвечает за сто двадцать человек. У него было много времени подумать. И этот проект… он чувствовал, что что-то не так. Империя почти рухнула, люди стояли в очереди за хлебом и чистой водой, но их миссия имела крайне высокий приоритет, и Компания обещала любую помощь, только чтобы генератор был возведён в срок. Рабочие и инженеры сначала обрадовались концу путешествия, однако вид пустоши перед ними резко отрезвил их. Они стояли на палубе с посеревшими лицами и всматривались в небольшую площадку, огороженную хлипким заборчиком. Над землёй возвышалась только одна постройка — склад. И горы стройматериалов, которые привезли сюда примерно неделю назад. Корабль пришвартовался, бросили узенький трап. Люди осторожно сходили по нему на землю. От одного только вида под ногами голова начинала кружиться. Если оступишься, тебя и поймать-то никто не успеет, а зацепиться не за что — вокруг только мокрые скалы, будто ждущие возможности добраться до твоего черепа. Капитан провёл короткую перекличку и отметил всех в журнале. Слава богу, больше смертей не было. — Ну что, за работу! — хрипло крикнул он, окинув взглядом толпу людей перед ним. — Разбиться на группы по пятнадцать человек. Две группы на штабеля древесины, две на сталь, одна на палатки… Высокий крепкий мужчина раздавал указания, взмахивая большими руками, и люди, сбившиеся в кучки, разбредались по стройплощадке. Сейчас раннее утро, нужно успеть построить всю базу к вечеру. Потом на это времени не будет совсем. Запасов еды хватит всего на два дня, придётся отправить людей на поиски источников пропитания, а это займёт время. Корабль уже отчаливал. — А вы пойдёте со мной, займёмся мастерской, — сказал он и махнул рукой последней группе. — Капитан! — неуверенно окликнул его кто-то. Он повернулся. Перед ним стоял низенький мужчина средних лет в круглых очках и с небольшим брюшком, нависающим над ремнём. Инженер. Он поправил очки. — Я думал, что мы здесь для того, чтобы строить генератор, а не копаться в горах стали и дерева, — сказал он. — Как твоё имя? — Брюстер. Филипп Брюстер. — Послушай, Брюстер, оглянись. Ты видишь, чтобы здесь хоть что-то было готово к началу постройки? — Капитан изогнул кустистую бровь и многозначительно обвёл рукой стройплощадку. — Нет? Тогда шевели задницей и таскай материалы, иначе сегодня ночью будешь спать под открытым небом. Я слышал, свежий воздух полезен для мозгов. Брюстер опешил от такого ответа. Капитан развернулся и ушёл. Делать нечего, придётся запачкаться. Трудились до позднего вечера. На небе уже появились первые звёзды, скрывающиеся за проплывающими облаками. Весь день по площадке разносились звуки ударов молотков и переругивания рабочих, но самое главное — у каждого теперь была крыша над головой. Капитан отправил инженеров на положенные им места в мастерских и санитарных пунктах уже в шестом часу вечера. А сейчас люди собирались у костров и пили чай. Капитан тяжело вздохнул, стоя посреди палатки на десять человек, в которой ему предстояло ночевать каждую ночь, сел на свою койку и достал блокнот. Он вычеркнул дрожащей от усталости рукой почти все пункты, отмеченные словом «База». Все, кроме кухни, палатки заготовщиков еды и пристани. Но эти чертежи ещё предстояло разработать инженерам. Причём в кратчайшие сроки. Завтра обязательно нужно закончить кухню и телеграфную станцию, иначе народ начнёт бунтовать от голода, а новая партия рабочих не успеет прибыть к началу строительства генератора. Сто двадцать человек — слишком мало для такой махины. Голова с курчавыми светлыми волосами гудела от беснующихся мыслей. Глубокие морщины на лбу становились ещё глубже. Мужчина составил план работ на завтра и лёг спать. Утро встретило его недовольными взглядами рабочих. Капитан нахмурился, чертыхнулся и отправился к временному пункту выдачи готовой еды, оставшейся ещё с корабля. Вчера все слишком устали, чтобы заметить, что порции были меньше обычных, но за завтраком бодрыми глазами они увидели. — Эй, Кэп, а где жратва? Этой баландой нас всю дорогу кормить будешь? — крикнул один из рабочих. — Кухню достроишь — будет тебе жратва. За работу! — скомандовал Капитан. В его суровых серых глазах никто из присутствующих не увидел бы и тени страха. Он знал, что нужно делать. К обеду кухня была готова, каждый получил нормальную порцию горячей еды, и накал страстей немного поубавился. Мужчина краем уха слышал разговор двух рабочих за соседним столом. — Ты что, правда веришь в эти байки про конец света? Я здесь из-за денег. Покончим с этой стальной дурой — увезу своих из наших трущоб, — говорил один, улыбаясь. — Ну и дурак! Как мороз придёт — вы все сдохните, — сказал ему второй, а потом повернулся к Капитану. — Я ведь верно говорю? — Так говорят учёные, — ответил Капитан, отправляя в рот последнюю ложку. К вечеру отправили первую телеграмму, завтра вечером прибудут новые рабочие. Палатка для заготовщиков еды была готова и ожидала новый отряд добытчиков, на пристань приплыл первый груз древесины, а инженеры заканчивали разработку рыбацкого причала — завтра уже можно будет строить. Проблем заметно поубавилось, а значит, можно подумать и об обустройстве быта людей. Почти все, кто прибыл на корабле, глубоко верующие люди, а молиться здесь совершенно негде. Капитан написал на последней странице блокнота «Молельный дом», достал гербовую бумагу из своего саквояжа и написал вверху «Указ». Утром, идя на завтрак, люди увидели листок, приколотый к большой доске рядом с кухней. По толпе прошёл оживлённый шёпоток. Несколько рабочих уже кинулись к Капитану с расспросами о том, где лучше построить молельные дома, и он дал им отмашку начинать строительство поближе к палаткам. Они побежали на стройку, даже не позавтракав. Вечером уже провели первую службу. В такой суматохе прошла неделя. Семь долгих дней вдали от близких. Отряд заготовщиков принёс первое мясо, рыбаки поймали первую рыбу, а рядом с шахтой, в которой и будет расположен генератор, возвели первый завод металлоконструкций. Скоро можно будет строить шахтный ствол. Капитан позаботился о комфорте своих подчинённых. Теперь в лагере возвышалась баня, недалеко от кухни построили паб, в котором можно было пропустить стаканчик-другой после тяжёлой смены, а в палатках теперь жило восемь человек вместо десяти, хотя численность людей увеличилась до ста шестидесяти. Утром в палатку к Капитану пришёл работник телеграфной станции и показал ему письмо одному из рабочих. — Сэр, его жена пишет, что одна из их дочерей тяжело больна. Такие известия могут подорвать дух команды. Может, убрать из письма сообщение о болезни дочери? Капитан несколько раз пробежался взглядом по неровным строчкам, написанным аккуратным почерком, и тяжело вздохнул. Но ответить он так и не успел. Со стройплощадки послышались душераздирающие вопли мужчин и женщин. Капитан сунул письмо в карман и сорвался с места. — Какого чёрта? Что происходит? — ревел он, перекрикивая рабочих. Медики уже бежали к заводу. Один из них остановился на полдороги, развернулся и побежал к Капитану. — Сэр, несколько рабочих надышались газом из шахты и заболели, а сейчас один потерял сознание и упал с лесов. Такую угрозу больше нельзя игнорировать, нужно что-то делать, — обеспокоенно тараторил санитар. — Я понял, помогите ему, — Капитан кивнул в сторону завода. Санитар, спохватившись, побежал к своим коллегам, столпившимся возле корчащегося на земле мужчины. Капитан повернулся к телеграфисту. Тот многозначительно на него смотрел и ждал ответа.