Нет, я не пожалею

Первое свидание, к их обоюдному сожалению, поцелуем не завершилось. Хмельные и разгорячённые, они оба понимали, что не смогут вовремя остановиться и, отдышавшись после парной аппарации, разбежались по спальням, как только зашли в дом. Утром же такого риска не предвиделось, да и получилось это скорее спонтанно. Северусу показалось уместным завершить их поспешно оборвавшееся свидание сейчас, когда они заканчивали завтракать. К тому же, ему давно хотелось проверить реакцию Поттера — то, насколько он сам верит во все те слова любви, что Снейп слышит от него по несколько раз в день. И вот, наклонившись к ничего не подозревающему Гарри, он поцеловал его, выбивая из Поттера дух столь неожиданным порывом. Поцелуй был коротким, ярким, как разряд молнии, и отозвался раскатами громкого сердцебиения у обоих мужчин. Каждый из них понял, что теперь завтрак уже не сможет закончиться одним только поцелуем, пусть, в отличие от вчерашнего вечера, они и были трезвыми. Гарри потянулся к Северусу, желая прильнуть ближе, и… перевернул стоявшую на столе кружку, благо, уже остывшего чая. В другой ситуации, конечно, такая мелочь не могла бы остановить их, но сейчас Снейп был только рад воспользоваться этим предлогом и отстранился. Являясь зачинщиком, он и не подозревал, что сам окажется на грани того, что не планировал, ведь изначально Северус совсем не собирался совершать ничего серьезнее лёгкого прикосновения к губам Гарри, но тот ответил куда более пылко. Едва мужчина успел взмахнуть палочкой, невербально убирая лужу со стола, и открыть рот, дабы объясниться, как сигнальные чары оповестили о человеке на крыльце. Последовал стук в дверь. — Ты ждал курьера? — спросил Гарри, взбудораженный, ничуть не смущённый и крайне довольный. — Нет? Странно, может, Тэдди что-то заказывал, — рассуждал он, уже направившись в сторону коридора. — Что ты тут делаешь? — Однако, удивление Гарри не затянулось, он быстро сложил два и два. — Извини, просто я не ожидал. — Вот скажи, Поттер, зачем тебе мобильник, если ты им не пользуешься? — На пороге стоял блистательный Драко Малфой: высокий, красивый и как всегда злой в присутствии школьного врага. — Ты впустишь меня? — Да, заходи, — Гарри открыл дверь шире и отошёл вглубь коридора, пропуская гостя. — Тебе Скорпиус рассказал, или это слухи так быстро разошлись? — Я узнал сегодня от сына и… И ты, черт возьми, включи свой сотовый, — раздражённо прошипел Драко, вешая своё лёгкое весеннее пальто на крючок в гардеробной. — Его сын у тебя? — заговорщическим шепотом спросил мужчина, и в его глазах Поттер увидел столько надежды, что стало сразу понятно: Драко тоже безумно скучал по Северусу. — Да, — кивнул Гарри, оставляя за Снейпом возможность раскрыть тайну своей личности самостоятельно. — Мы пили чай, — неловко сообщил он, приглашая Драко в гостиную и давая Северусу время собраться с мыслями. — Что тебе налить? — Тоже чай, — Драко махнул рукой, проходя в гостиную, — думаю, десять утра — ещё рановато для виски. Надеюсь, ты не успел наговорить гадостей обо мне? — Мы уже не в школе, — хмуро пробурчал Гарри. — Знаю я тебя, — хмыкнул Драко, усаживаясь в приглянувшееся кресло. Северус не заставил себя долго ждать и, опережая Гарри, вышел из кухни с чайным набором на подносе. Поттер ярко изобразил удивление, широко распахивая глаза и указывая в сторону гостиной, пожимая плечами и разводя руками, всячески пытаясь показать, что не понимает, что с этим теперь делать. — Иди, — закатывая глаза к потолку, попросил Северус и всунул поднос тому в руки. Увидев вошедшую фигуру, Драко вскинулся, открывая рот и пытаясь сказать что-то, но слова лишь вставали поперёк горла. Мужчина сел обратно, переставая чувствовать землю под ногами, и застыл, наблюдая за точной копией своего крестного напротив. Вслед за ними Гарри опустил поднос на стол и сел рядом, несколько ближе к Северусу, чем следовало бы, с ревностью наблюдая за реакцией Драко. — Невероятно, — гость наконец нашёл в себе силы заговорить. — И вас тоже зовут Северус? И вы… вы очень на него похожи. Извините, моя реакция, наверное, может вам не понравиться, но… — Гарри, ты что, заражаешь людей своей манерой речи? — Северус улыбнулся и сам начал разливать чай по кружкам. — И голос, Мерлин, у меня мурашки, — Драко потёр плечо. — Если бы я не знал, что вы его сын, то решил бы, что крёстный воскрес. — Я был вчера на Косой Аллее, и никто меня не узнавал, даже когда я говорил с ними, — откровенно поделился Северус, прекрасно понимая, что Драко, знавший его со своего раннего детства, наверняка отлично помнит каждую чёрточку его лица, плюс, конечно, у Малфоев сохранились семейные колдофото с ним, есть даже портретное, где он держит на коленях пятилетнего Драко. — Видимо, уже мало кто помнит, как выглядел Северус. — Я помню его, словно видел только вчера. — Драко крепко сжал губы и опустил глаза в чашку, пододвигая блюдце, отпил и, немного морщась, словно проглатывая ком боли, поставил обратно. — Успокоительное? — Это послевкусие он не спутает ни с чем. — Вы и в этом похожи, — грустно улыбнувшись, он всё-таки посмотрел на собеседника, а затем на гриффиндорца, фривольно откинувшегося на спинку дивана и закинувшего ногу на ногу. — Поттер, можно я поговорю с мистером Снейпом наедине? — ему не хотелось раскрывать душу перед бывшим соперником. — Нет, я буду свидетельствовать, — тронутый реакцией Драко, Гарри не мог оставить для него всё в тайне. — Так ведь? — он все же решил уточнить у Снейпа. — Думаю, мы должны, — мужчина кивнул, окончательно решаясь. Узы между ними сохранились и, возможно, его уже совсем нездорово бледный крестник тоже почувствовал это и оттого запинался, как Гарри, в лучших традициях. — Обет? — задумчиво проговорил Драко. — Что я должен сказать? — Что не раскроешь правду, которую услышишь сейчас, правду о моей личности. — Северус привычно вытянул руку. Драко тут же ухватился за неё и поклялся, почти не дыша в этот момент. — Я действительно Северус Снейп, — начал мужчина, наблюдая, как его крестник предусмотрительно допивает чай с успокаивающим зельем. — Не его сын, — уточнил мужчина. — Ничего не понимаю, — Драко не верил. — Это розыгрыш? — Он зло сощурился, смотря на Поттера. — Мерлин, Малфой, я занимался переносом Арки Смерти, — начал Гарри. — Я не могу рассказать всего, но именно через нее Северус и вернулся. — Вернулся… Клянись, Поттер, я не верю в это… безумие какое-то! — его разрывало от эмоций, он хотел верить, но не мог, просто не мог. Поэтому после того, как Поттер поклялся магией и следом изобразил Люмос, он обнял Северуса, едва сдерживая слезы. — Это правда? Невероятная правда, да? — Да, Поттер, как обычно, выделился, — хмыкнул Снейп, обнимая своего крестника. Магическая связь между ними натянулась, словно до этого магия не решалась раскрывать мужчину. На самом деле, и самому Северусу было по-прежнему сложно верить во все происходящее. Его не отпускала мысль о том, что все просто не может быть так хорошо, он ждал подвоха. Снейп наслаждался новой жизнью, но ощущение, что всё это — лишь какое-то наваждение, не давало покоя. Иногда ему казалось, что следующий день просто не наступит, что он очнется, задыхаясь в дыму на полу Визжащей Хижины, и только затем умрёт по-настоящему. Так что он хорошо мог понять Драко: его сомнения и шок. — Всё равно не понимаю, почему только тебя? — Они сказали Малфою, что артефакт уничтожился. — Почему не Сириуса, который упал в эту Арку? Или кого-то другого, кого потерял Поттер? Почему притянулся только крестный? — Со мной говорила Смерть, — решил ответить Гарри. — Я спросил у неё и о других, но только Северус мог вернуться без последствий. — Ты видел Смерть? — хрипло уточнил Драко, не скрывая ни своего удивления, ни интереса, ни страха. — Нет, только слышал, — пожал мужчина плечами. — Но, знаешь, я был так рад, что тогда даже не осознавал, что передо мной и в самом деле была Смерть. Малфой задавал все больше и больше вопросов. От него скрыли процесс воскрешения, но честно отвечали обо всем, что происходило дальше, что они планируют в будущем и кого ещё станут посвящать в эту тайну. — Согласен, молодежи знать об этом точно ни к чему. — Успокоительное наконец начало действовать, и мужчине удалось немного расслабиться, но даже после него Драко еще некоторое время потряхивало от пережитого потрясения. — Тебе нужно отдохнуть. Если хочешь, я подготовлю гостевую спальню, на тебя страшно смотреть… — Нет, спасибо, аппарировать я всё ещё в состоянии. — Я могу открыть камин, — предложил Гарри. — Драко, Гарри прав, тебе нужно поспать хотя бы полчаса, ты выглядишь совсем нехорошо. И если у тебя появятся ещё вопросы, я смогу ответить на них. Останешься у нас на обед? Сил сопротивляться у Малфоя не было, так что он просто перебрался на стоявший ближе к растопленному камину широкий диван, откинулся на нелепую плюшевую подушку и прикрыл глаза. — Вот и чудесно, — кивнул Северус. Они с Гарри ушли на кухню и молча начали просматривать меню доставки. Поттер подумал, что Снейпу нужно бы раскрыться и перед старшими Малфоями, а также, возможно, придется рассказать Астории. Но насколько это необходимо? Не будет ли опасно посвящать в это Люциуса? С другой стороны, Люциус не станет вредить Снейпу. От него можно было бы ожидать шантаж, и уж он-то, в случае чего, своего не упустит, всегда найдет лазейку. Однако ведь и они не дети, чтобы вестись на его угрозы. Главное — делать всё тихо и продумывать каждый шаг. Но Малфои — близкие Северусу люди, и если он доверяет им, то Гарри тоже постарается. К тому же, он и сам почти вошёл в их семью через своего крестника, пора бы раз и навсегда забыть о своей подозрительности насчет них. — Северус, почему ты не сказал Драко, что мы живём вместе? Точнее, ты ушёл от ответа, сообщив, что распечатал Принц-мэнор. Ты стыдишься меня? — на одном дыхании выдал Поттер, ему было грустно от этой мысли, но он не удивился бы, окажись она верной. — Почему ты считаешь, что за тебя может быть стыдно? — удивился Северус и подался вперёд, вглядываясь в лицо молодого мага. Хоть тот и был уже взрослым мужчиной, внешне Гарри иногда казался непозволительно молодым. Морщин у него, естественно, не было, и с таким магическим резервом, как у Поттера, хоть какие-то признаки старения появятся еще нескоро. Дело было в глазах. Широко распахнутые, зелёные, сейчас не скрытые очками, они делали его лицо каким-то очень невинным и доверчивым, как считал Снейп. — Не знаю… Мне так кажется. — Гарри хотелось бы, чтобы его разубедили. — Может, это потому что я Поттер? — Глупости какие, — вздохнул Северус, — что с того, что ты Поттер? Ты молод, красив, богат, герой для многих, сильный маг, хоть и бестолковый, — фыркнул мужчина, наблюдая за румянцем, расцветающем на щеках Гарри. — Тогда почему? — Мне действительно нужно съехать, — слишком твердо и неожиданно, пожалуй, для них обоих, ответил мужчина. — Зачем? — выдохнул Гарри, и, словно боясь, что Северус уйдет прямо сейчас, схватил его за руку. — Для этого много причин, и, хотя сейчас не лучшее время, я постараюсь объяснить. — Он не скинул руку Поттера, напротив, положил свою ладонь сверху. — Какие у тебя планы на время после окончания контракта с Хогвартсом? Продлевать ты его не хочешь, как я понимаю? — Да… — неуверенно согласился он, — к чему это? Ладно, не смотри так. Я не планировал ничего. — Ты зашёл в Арку, не имея никакой уверенности в том, что выйдешь из нее, так? Только честно. — Да, — тихо произнес Гарри, не опуская глаза, — но я чувствовал, что выйду. — Ты подписал себе смертный приговор только потому, что поставил себе цель достать меня, так? — Ничего я не подписывал… — Подписывал! — перебил его Северус, чуть сильнее сжимая руку Гарри. — У тебя была цель — ты её выполнил. Что теперь? Ты планировал помогать мне? Ты говорил об этом, но на самом деле это не может занимать всё твое время. И ты же отучился на артефактора, смог изменить планировку Хогвартса, в тебе уйма силы и способностей, но вот твои цели… — Я просто хотел быть нужным тебе. — Опять мне… Гарри, ты о себе должен тоже думать. — Северусу было жаль запутавшегося Поттера, но знать, что рядом с ним человек, который по-настоящему хочет заботиться о нём, было по-настоящему приятно, хоть и немного походило на помешательство. — Вот я тут, живой, мы взрослые люди, и я чувствую потребность в том, чтобы развиваться, идти к своим целям. Я не прогоняю тебя, ты симпатичен мне, желанен… но ты все еще скорее незнакомец для меня… — Что ты хочешь этим сказать? — Гарри был сбит с толку, ему казалось, что он делает всё, чтобы Северусу было хорошо рядом с ним. — Я не понимаю. — Гарри, как я вчера и говорил, ты сейчас и ты семнадцать лет назад — очень похожие, но разные люди. Для меня дни войны были, считай, неделю назад. Да, я не испытываю большой тревоги, у меня нет ночных кошмаров, я чувствую, будто у меня забрали мои страхи того времени, но память осталась, и потому я вижу, насколько ты изменился. Ты вбил себе в голову, что любишь меня, но ведь на самом деле ты тоже узнал меня лишь две недели назад. Я имею в виду, что, какими бы искренними ни были твои чувства, ты влюблён в свои воспоминания, а не в меня настоящего. — За эти дни я лишь убедился в том, что мои чувства к тебе только укрепились. — Гарри не понимал, к чему Северус затеял все это, и нервно кусал нижнюю губу. — Какой ты упёртый. — Ему и самому не сильно хотелось что-то менять, особенно когда Гарри говорил нечто подобное, отчего в груди разливалось тепло. — Мне нужно разморозить семейный бизнес деда, наладить поставки, восстановить лаборатории, нанять людей, отремонтировать Принц-мэнор, тут, кстати, не откажусь от твоей помощи, и я не хочу прекращать наши свидания, слышишь? Мне нравится проводить с тобой время, но и жить все время в Блэк-хаусе я не могу. Мне хотелось бы, чтобы наши отношения развивались плавно, и я уже говорил тебе, что, начав их со мной, не вздумай пожалеть. Мы их начали. — Ты сам-то не пожалеешь? — Улыбка Гарри вышла вымученной. — Этот шанс для нас —точно не из жалости? Я хоть немного в твоём вкусе? — Как ты живёшь с такими комплексами? — Северусу совсем не нравился настрой мужчины, но он знал о его детстве и понимал, что Поттер — такой же недолюбленный ребенок, как и он сам, и что таким, как они, сложно поверить в искренность взаимных чувств. — У меня нет комплексов, — возмутился Гарри. — Но… ты прав, я расклеился. — Рядом со мной или в последнее время? — Рядом с тобой я чувствую себя мальчишкой, — кивнул он, соглашаясь. — Потому что ты почему-то превозносишь меня в своих фантазиях, при этом напрочь забывая о своих достоинствах. Тебе уже не пятнадцать, а я не злой декан Слизерина. Если я на тебя смотрю без призмы твоего прошлого, то ты меня воспринимаешь именно через неё, так что я хочу съехать. Нам не нужно спешить и, надеюсь, это смешное расстояние между нами поможет тебе перестать зажиматься и ты сможешь чувствовать себя увереннее. Я, если честно, вообще не понимаю, почему ты так вцепился в меня, но отговаривать не собираюсь. — От его последних слов Гарри немного расслабился. — Мы вместе, и ты определенно в моём вкусе. К тому же, считай, мы уже состоим в древнем брачном ритуале, где один умрет сразу же вслед за другим. — Это, вообще-то, минус. — Гарри неосознанно потянулся к лицу мужчины, убирая выбившуюся прядь. — Можно я тебя поцелую? Но Северус сам накрыл его губы, убеждая, что переезд никак не повлияет на их будущее. В конце концов, если у них всё получится, Поттер и сам может переехать к нему. Занимать Блэк-хаус им двоим было бы странновато, особенно когда Эдвард закончит Хогвартс и начнет свою практику в министерстве. Он, конечно, подросток, но, с другой стороны, парню исполняется восемнадцать и он явно не обрадуется Северусу в своём доме. Губы Гарри были мягкими, а дыхание частым, его руки блуждали по плечам и шее мужчины. Он отказывался контролировать своё возбуждение, отдаваясь моменту без остатка, словно боясь, что подобное может больше не повториться. Северус не врал, говоря о том, что Гарри желанен. Может, магия, которая связывала их, подталкивала его, усиливала их потребность друг в друге? Снейп понимал, что спешить нельзя, и сам же нарушал свои принципы, притягивая Поттера ближе. Гарри судорожно втянул воздух, когда на какой-то короткий момент они разорвали поцелуй. Его губы были влажными, и Северус представил, какое ещё применение можно найти им. Он не помнил, как они поднялись, как Гарри оказался прижатым к барной стойке и под напором Снейпа был вынужден усесться на неё. От еще одного жаркого и лишающего рассудка поцелуя их отвлёк Драко, издавший какой-то совсем неразборчивый звук, так и застыв в дверном проёме. — Мы… То есть… Мы выбирали, что заказать на обед, — пытаясь выровнять сбившееся дыхание, нелепо оправдывался Поттер, все ещё ощущая на своих бедрах горячие следы от рук стоящего рядом мужчины. — Мы встречаемся, — просто просветил Северус, посматривая на влажные и припухшие от поцелуя губы своего партнёра. Да, мысленно Снейп ещё вчера, во время их свидания, начал называть Гарри именно своим «партнером», ведь, по сути, именно в таком статусе они и находились друг для друга. Драко благоразумно не стал ничего комментировать, это его не касалось, а впечатлений за сегодня ему и так хватит ещё на пару лет вперёд. Этот Поттер когда-нибудь сведет его в могилу, подумал он, а потом достанет обратно… Выражение «только через мой труп» окончательно потеряло для Малфоя свою значимость. Северус, как и планировал, съехал в понедельник, но воскресенье, когда у Гарри был выходной, они провели вместе. Мужчина обещал, что будет на связи и официально назначил свидание на субботу, но уже в среду проверял входящие сообщения каждые пару часов. Их переписка была скорее рутинной, но обоим приносила успокоение: Поттер рассказывал ему о своем дне, о том, что происходит в школе, чем он занимается после работы, что заказывает на ужин, даже присылал какие-то картинки с шутками или видео с животными, которые у Снейпа вызывают улыбку напополам с чувством непонимания. Зачем ему эти милые забавные кролики, котята, лисички, собачки? Но он воспринимал это как часть традиционной мобильной переписки. Он помнил, что раньше в письма вкладывали открытки, колдофото или лепестки цветов в стазисе, а сами конверты сбрызгивали парфюмом или другими отдушками, которые можно было трактовать по-разному. От некоторых учеников его факультета он сам иногда получал поздравительные письма на Рождество, ароматизированные корицей, имбирём или елью, а пару раз — письма с запахом гибискуса от одного американца, вампира, оказывавшего ему знаки внимания. Однако дальше пары свиданий у них ничего не зашло, а потом случилось возрождение Темного Лорда и на дружеской ноте они прекратили общение. Тот уехал обратно на родину, возможно, даже писал ещё, но Снейпу было уже не до этого. С Драко они тоже общались, но это была обычная переписка, в которой крестник делился информацией о своей жизни и иногда спрашивал о самом Северусе, на что тот отвечал неохотно, так как для этого ему приходилось погружаться в не самые приятные свои воспоминания. Тем не менее, младший Малфой заслуживал знать правду о тех или иных моментах прошлого. В ходе этой же переписки они пришли к выводу, что Люциус все-таки тоже заслуживал знать о таком невероятном возвращении бывшего друга. Каким бы надменным и скользким человеком он ни был, Малфой-старший до последнего прикрывал крёстного своего сына: он знал, что Снейп состоит в Ордене, но, несмотря ни на что, скрывал это ото всех. Люциус был заложником метки. Аристократ никогда не желал пачкать свои руки кровью, он боялся за свою семью и никогда не надеялся, что сторона, на которой оказались все, кто ему дорог, проиграет. Люциус одинаково ненавидел и Дамблдора, и Волдеморта. Если когда-то он последовал за Темным Лордом в качестве вассала сильного и ратующего за традиции магов волшебника, то в конце концов превратился в настоящего раба. Лидер «светлой» же стороны всегда был для Люциуса мерзким манипулятором, просто-напросто разрушавшим магический мир. Северус, как магловоспитанный, пусть и имевший знания о магии с самого детства, рос совершенно не в тех традициях, многое об устройстве магического мира он не знал и не понимал. Оказавшись зажатым в угол, он так же, как и Люциус, ненавидел обоих. Он не понимал мотивов Дамблдора, все эти его идеи о снятии статута секретности… И сейчас, когда оба были мертвы и мир магии обрёл равновесие, Снейпу захотелось восстановить дружбу и вновь поговорить с Люциусом по душам, как когда-то в далёком прошлом. О своих планах раскрыться перед остальной семьёй Малфоев Северус сообщил Гарри во время их субботнего свидания, когда, после похода в океанариум, мужчины ужинали в любимом ресторане Снейпа, который стали называть «их местом». — Конечно, я пойду с тобой, — ответил Гарри. — Мог бы и не спрашивать, — горячо заверил он, наблюдая за руками мужчины, разливающими по бокалам вино. — Мы ведём переписку с Асторией — сплетничаем о детях, — в заговорщическом тоне и не скрывая улыбки поделился Гарри. — Драко, конечно же, в курсе, но он так ревностно отнёсся к этому, когда я в первый раз узнавал для Тэдди о том, что Скорпиус хотел бы на день рождения… Так что, думаю, давно пора познакомиться с леди Малфой поближе. В конце концов, мы уже обсуждаем то, как может выглядеть свадьба мальчиков, — рассказывал Поттер, посмеиваясь над своей «тайной» перепиской с женщиной. Андромеда Тонкс, бабушка Эдварда, уже как четыре года вновь близко общается с сестрой, Нарциссой Малфой, и последние два — посещает все официальные и семейные мероприятия в мэноре. И Гарри самую малость завидовал ей, ведь пусть время от времени его и приглашали на самые разные праздненства, когда он все же появлялся на них, мужчина чувствовал себя лишним, чужим. Поэтому из раза в раз он находил для себя новые причины отказаться, но вместе с извинениями исправно присылал подарки. Время от времени Поттер пересекался отдельно и с Драко, и с Люциусом, ведя разговор то о школе, то о детях. Однако сейчас «за» однозначно перевешивали «против», и впервые за многие месяцы Гарри наконец-то решился посетить Малфой-мэнор. В следующую пятницу вместо желанного свидания они отправились в особняк Малфоев. Всё происходило более чем странно, но в конце концов атмосферу разрядила Астория, прибывшая как раз к ужину. Очаровательная и лёгкая на подъём, женщина обладала достаточно волевым характером, чтобы чувствовать себя уверенно и непринужденно в компании Люциуса. Она не знала Снейпа так же хорошо, как остальные Малфои, и поэтому была удивлена, но не более. Куда больше ее интересовало более близкое знакомство с Поттером, и она не могла упустить возможность показать ему альбомы с семейными фотографиями. — Принеси мне в следующий раз оригиналы колдофото с Эдвардом, я сниму с них копии. — Фотокарточек от Андромеды ей было мало. — Я хочу подарить мальчикам по безразмерному альбому с коллекцией их фотографий. Мне кажется, это было бы очень мило, — Астория вздохнула и мечтательно погладила фото маленького Скорпиуса. — Потом они смогут вклеивать туда уже личные изображения. — У меня не так много фото, как у Меды. — Гарри был согласен с тем, что детям может понравиться её идея. — Сейчас у меня в основном всё на компьютере, но я поищу. На прощание Люциус уже в который раз за день обнял старого друга, что, конечно, не ускользнуло от внимания Гарри и вызвало в нем некоторое раздражение, но мужчина тут же одернул себя от ревнивых мыслей, посчитав их глупыми. В конце концов, он знал, как Малфои боготворят своих жён: что один, что второй — ужасные собственники и однолюбы, впрочем, как и сам Гарри. — Мистер Поттер, — не изменяя себе в чопорности, обратился Малфой, — Северус упомянул, что планировкой и реставрацией Хогвартса занимались вы лично. На самом деле, я поражён, что вы скрывали это от общественности, и восхищён, правда. — Люциус одобрительно кивнул в лёгком поклоне. Гарри относился к артефакторам-масштабистам, благодаря своему магическому потенциалу ему трудно приходилось с мелкими работами, а вот с тем, что требовало для ремонта или создания порой целую команду, он вытягивал в одиночку. — Если у вас будет такая возможность, я хотел бы попросить вас об услуге. Дело в том, что я давно ищу хорошего мастера, такого, которому я смог бы доверить реставрацию мэнора. Естественно, я способен справиться с жилой зоной самостоятельно, однако чердак и несколько комнат выполнены с некоторыми хитростями, которые, боюсь, будут подвластны лишь мастерам вашего уровня. Подумайте над моим предложением. И Гарри ответил согласием, пообещав приступить к делу сразу же по окончании контракта с Хогвартсом. Несколькими днями позже с подобной просьбой к нему обратился и Северус. Конечно же, Гарри не стал ждать начала каникул и на протяжении всего мая на несколько часов аппарировал в Принц-мэнор после рабочего дня в школе. Мужчины были рады возможности находиться рядом друг с другом, пусть и под таким предлогом. И хотя на самом деле для встреч им не нужны были никакие дополнительные причины, оба старались развивать эти отношения как можно плавнее и последовательнее. Однако в один из субботних вечеров, когда Гарри заканчивал работу над комнатой с гобеленом семейного древа Принц, ему было предложено остаться на ночь. Снейп настоял, что после такого тяжелого дня аппарировать было бы слишком небезопасно, а камины в Принц-мэноре еще не были настроены. Поттер на самом деле сильно потратился, но уж точно не до такой степени, чтобы испытывать магическое истощение. Тем не менее, он не стал отказываться ни в этот раз, ни в последующие.