старбой

⠀⠀ ⠀ ⠀⠀ ⠀       Засыпать перед днем рождения или в канун Рождества всегда было трудно. От предвкушения глаза отказывались закрываться, а навязчивые мысли о предстоящем дне лезли в голову и мешали провалиться в сон.       Оказалось, что засыпать, зная, что на следующий день тебя ожидало признание, гораздо труднее. Кай не был к этому готов, когда после душа укладывался в постель и желал притихшему Субину спокойной ночи. Хюнин ещё не знал, что почти не сомкнет глаз до самого утра. Он уснул лишь на полчаса, и тогда Чхве смог вдоволь налюбоваться чужим лицом, слабо освещенным лунным светом. Однако как только Субин задремал вновь, Кая разбудил скрип кровати Тэхёна.       Попытки закрыть глаза не увенчались успехом. Открыв какую-то игрушку на телефоне, Кай просидел в ней до самого будильника. Хотя даже тогда Хюнин не смог сосредоточиться толком, потому что мысли то и дело возвращали его на несколько часов назад, в большую кладовую. Кай снова видел лицо вожатого четвёртого отряда в пяти сантиметрах от своего, эхом чужие слова отдавались в голове. Сердце стучало так бешено, что иногда приходилось отложить телефон в сторону просто чтобы не сорваться на писк.       Хюнин всеми силами старался не поворачиваться туда, где тихо сопел Субин, обнимая скомканное одеяло. Но все равно стабильно каждые пять минут Кай бросал взгляд на вожатого и расплывался в глупой улыбке.       В один из таких моментов Хюнин почувствовал, как непонятная тень нависла над ним. Парень повернул голову и еле сдержал поток ругательств. Бомгю наклонился над другом и красноречиво играл бровями, глядя то на него, то на Субина. Чхве безмолвно задавал мучивший его вопрос: "Ну как там у вас?" Кай с наигранным недовольством отмахнулся. Парни обменялись жестами, понятными лишь им двоим, и, вооружившись банными принадлежностями, вышли на улицу. — Ну? — сгорая от нетерпения, Бомгю закинул оранжевое полотенце на плечо и уставился на Хюнина. — Ну...       Чхве цокнул и ускорил шаг, потому что совсем скоро они должны были идти будить отряды. Времени на прихорашивание оставалось все меньше. — Кай! Не надо меня мучить. Уже предпоследний день смены! — Я не сказал... — пробормотал Хюнин, включая воду в уличной раковине, где вожатые обычно умывались.       Бомгю окаменел, но тут же злобно нахмурился. — Как это?! — Я пытался! — перебил друга Кай.— Просто...       Хюнин оглянулся вокруг, чтобы убедиться в отсутствии лишних ушей поблизости. Сердце ускорило ритм, стоило Каю вновь вспомнить недавний диалог. — Он попросил меня подождать до этого вечера, — смущённо пробормотал парень.       Краска прилила к щекам. Чтобы скрыть смущение, Кай стал сосредоточенно чистить зубы. Бомгю воспользовался возможностью высказаться. — Как это понимать?! — Чхве всплеснул руками и тут же вынужден был ловить упавшее с плеча полотенце. — Что значит "подождать"?!       Чхве умыл лицо прохладной водой, его эмоции в момент изменились на совсем иные. — Кай... — вдруг с улыбкой прошептал Бомгю, заглядывая другу в глаза, — а если он хочет сделать тебе сюрприз?       Кай засмеялся. — Какой? — не вынимая щётку изо рта. — Пофнакомить ш мамой? — А кто знает? — пожал плечами Бомгю. Кай поперхнулся пеной. — Они очень близки! — Не думаю, что Субин на такое способен, — с надеждой сказал Кай, протянув руки к воде. Напор был крайне слабый. — Да я пошутил, — хихикнул Бомгю. — Нет, конечно, когда вы начнёте встречаться, он обязательно...       Лёгкий шлепок по спине заставил Бомгю замолчать. Он повернулся к Каю, который уже вытирал красное от смущения лицо полотенцем. — Хватит болтать, умывайся!

♡

      Последние дни смены всегда были поистине необычными. И каждый раз по-своему. Частенько именно тогда происходили самые долгожданные или просто неожиданные вещи. Одной из них стало появление Ёнджуна в столовой во время обеда.       Кай ни разу за всю смену не видел, чтобы диджей приходил есть по расписанию. Он либо не ел вовсе, либо уничтожал все запасы штаба за полчаса. Однако в предпоследний день Чхве вошёл в столовую, как только все отряды расселись по местам. Дети, удивленные не меньше Кая, в разнобой поздоровались с диджеем, заставив того растерянно помахать рукой.       Ёнджун, кряхтя как жухлый старикашка, уселся за вожатский стол. Кай радостно улыбнулся: наконец-то они все оказались в сборе за обедом. — Вы чего такие весёлые? — нахмурился Чхве больше от удивления.       Вожатые дружно пожали плечами. Бомгю заерзал на месте и наклонил голову, положив её на плечо парня. — Сегодня чемоданчики! — радостно сказал Бомгю.       На лице Ёнджуна моментально появилась слабая улыбка. Он бросил взгляд на телефон, где под прозрачным чехлом лежало старое заламинированное послание его теперь уже парня. — После обеда же? — вдруг переполошился Тэхен. — Ага, — тихо сказал Субин, ковыряясь ложкой в пюре. — Вечерки не будет. Там по плану длинная дискотека. — Надо своим заранее сказать, — вздохнул Кан. — А то мальчики опять по два часа прихорашиваться будут. — Ну... — Субин неопределённо пожал плечами. — Сегодня есть повод.       У Кая на секунду замерло сердце. Он, склонившись над тарелкой супа, уставился на поцарапанную поверхность стола с одной лишь мыслью: "Это был намёк?"

♡

      Дети галдели, смеялись и грустно вздыхали, обмениваясь друг с другом листами с кучей разноцветных надписей. Многие стояли в очереди, чтобы получить подпись от Кая, в шутку толкались и спорили, кому вожатый напишет самое длинное послание.       Только когда пятая надпись вышла точно такой же, как и четыре предыдущих, Хюнин понял, что буквально засыпал на ходу. Отсустствие сна особо не сказывалось на нем на протяжении смены, однако прошлая ночь, наполненная тревогой от предстоящего вечера, дала о себе знать. Вся накопившаяся за смену усталость навалилась огромным комом на плечи, заставляла клевать носом и мешала подбирать слова для детей. Каждый хотел получить что-то особенное от вожатого, однако ничего, кроме "спасибо за смену", выдумать не получалось. Кай вздохнул, стуча кончиком ручки по полупустому листку. Черим, хлопая большими глазами, терпеливо ждал и не отходил.       Хюнин наконец напряг остатки ещё работавших извилин и вывел на листочке благодарность за помощь в подготовке к вечеркам, активное участие в мероприятиях и просто чудесную компанию. Довольный мальчишка забрал листок и убежал.       Внезапно дверь на отрядном месте заскрипела. Дети затихли на секунду, а потом одновременно оживились и приняли болтать ещё громче. В комнату радостно вбежал четвёртый отряд вместе с Субином. — Мои очень хотели оставить твоим послания, — улыбнулся Чхве, кивая в сторону детей. — Они тоже про вас спрашивали, — Кай мельком взглянул на обнявшихся девчонок из разных отрядов. — Такие же липучки, — сказал Чхве. — Такие же? — Хюнин поднял бровь вопросительно.       Субин пожал плечами, разворачиваясь к столу. — Где твой чемоданчик? — Я не... — почесал голову Кай, — нет его.       Чхве многозначительно закатил глаза и потянулся к стопке чистых листов. Он положил бумажку и фломастеры рядом с Каем, не забыв настойчиво потыкать пальцем рядом после. — Подписывай.       Хюнин цокнул, но сопротивляться не собирался. Он послушно вывел собственное имя сверху, подрисовал глупую рожицу рядом. Субин удовлетворённо забрал чемоданчик, отвернулся спиной и принялся строчить свое послание. Кай с умилением хихикнул в кулак, но тут же отвлёкся, потому что нужно было идти и разнимать поссорившихся из-за цвета фломастера детей. Пригрозив каждому "просмотром телевизора", Хюнин вернулся на законное место рядом с Субином. Чхве усмехнулся строгости парня и протянул ему сложенный в виде конверта листок. — Помнишь ведь, что его нельзя до возвращения в город открывать? — Помню конечно, — Кай спрятал лист в карман. — Ну что? — Субин поднялся и хлопнул в ладоши несколько раз. — Все закончили?       Вожатый четвёртого принялся строить сразу два отряда, а Кай, наблюдая за ним, думал лишь о том, как же Чхве был притягателен, пока работал.

♡

      Никто из вожатых не горел желанием ходить на дискотеки каждый день, да и в целом задерживаться там надолго. Как правило, парни сменяли друг друга каждые десять минут, чтобы отдохнуть в тишине недалеко от штаба. Единственным, кому приходилось на протяжении всей дискотеки оставаться на посту, был Ёнджун. Возможно, именно поэтому Бомгю так редко уходил с танцплощадки.       Но, как известно, в конце смены всегда происходят редкие и неожиданные вещи. Так, Бомгю и Кай оказались на лавочке у штаба во время дискотеки. Они обменивались впечатлениями от смены, обсуждали детей, вожатых и свое состояние. Вполне себе традиционный разговор педсостава перед отъездом с базы.       Бомгю потянулся, хрустнул шеей и зевнул. — Спать хочется. — Ага, — краем губ улыбнулся Кай. Он так и не смог вздремнуть в обед. — О, кстати! Где твой чемоданчик? — вдруг переполошился Чхве. — И ты туда же? — Хюнин цокнул. — Мы же вожатые. — Ну и что?! — Бомгю был крайне шокирован. — Это же на память!       Кай пожал плечами. Ему эта традиция с чемоданчиками не казалась чем-то особенным даже когда он ребёнком ездил в лагеря. Что уж говорить о вожатстве. — На память у меня теперь есть лучший друг, — хмыкнул Хюнин, а Бомгю чуть не захлебнулся в собственных слезах. — Дурак, — протянул Чхве смущённо, запуская руку в карман джинс. — Вот. Это мой. Напиши что-нибудь! — У меня нет...       Не успел Хюнин договорить "чем писать", как Бомгю с готовностью выудил откуда-то две ручки. Кай засмеялся и протянул парню свой сложенный чемоданчик. — Ты со всей базой успел обменяться? — Кай вытаращился на лист Бомгю. — Да, — довольно улыбнулся тот. — Даже со сторожем!       Хюнин с нежной улыбкой принялся искать место для надписи. Он был так увлечён разглядыванием сотни почерков, что совсем не заметил, как Бомгю замер с открытым ртом, развернув его конверт.

Бомгю, я не очень хорош в выражении чувств словами. Спасибо, что стал моим другом. Ты похож на солнце.

Хюнин Кай >.<

3 отряд, 1 смена

      Вожатый довольно посмотрел на рожицу в конце и кивнул. — Я всё.       Кай вернул бумажку и забрал протянутый Бомгю лист, сложенный как прежде. Чхве почему-то притих и неловко чесал затылок, словно не решался спросить. — Слушай, Хюка, — осторожно начал вожатый, — ты не читал... ну, чемоданчик? — А? — Кай перевёл взгляд на свой лист. — Нет. Надо же в городе.       Бомгю кивнул быстро, поправил волосы и вдруг ткнул пальцем в сторону эстрады. — Смотри, уже закончилось! — Чхве вскочил с лавочки. — Пора детей в корпус вести! — Хорошо, — Кай поднялся следом и отряхнул шорты. — Я только чемоданчик в штаб занесу.       Бомгю показал большой палец и поспешил к отряду, который уже сам собой строился по парам. Хюнин, шаркая, вошёл в комнату и с третьего раза нажал на выключатель.       Небольшая записка белела на кровати Кая. Она гласила, что вожатому нужно было к двенадцати часам подняться на холм вместе с чемоданчиком. Рядом с запиской лежал аккуратно перевязанный жёлтой лентой букет пионов.

♡

      Слабый ветер сдувал чёлку со лба; тихо свистел, проходя через маленькие кольца серёжек в ушах. Огоньков на базе становилось всё меньше, в корпусе одно за одним темнели окна. Стихали разговоры.       И только стук сердца Субина звучал все громче и громче. Чхве стоял на холме и почему-то не решался сесть на лавочку. Его трясло, но не только от холода. Парень стабильно раз в пару минут вздрагивал и топтался на месте, чтобы вздохнуть спокойно и немного согреться.       Чхве взглянул на небо, но тут же опустил голову обратно. Было безоблачно, только звёзды почему-то казались не такими же яркими как раньше. Возможно, потому что одна из них прямо в этот момент поднималась на холм, неловко кряхтя и отгоняя рукой надоедливых ночных бабочек.       Субин улыбнулся и протянул руку. Кай без раздумий схватился за крепкую ладонь, позволил подтянуть себя выше, из-за чего по инерции оказался запредельно близко к слетевшему с катушек чужому сердцу.       Вожатые замерли на несколько секунд, неловко хлопая глазами. Казалось, что стоило разойтись из этой позиции, которую от объятий отличало только отсутствие обвитых вокруг тел друг друга рук. Но с другой стороны, такое положение почему-то казалось очень правильным.       Субин отступил первым. Он сделал пару шагов назад, чтобы Хюнин подошёл ближе и оказался подальше от края. — Спасибо за цветы, — пробормотал вожатый смущённо. — Они мои... — Любимые, — кивнул Субин. — Ага.       Кай не стал удивляться. Он уже успел привыкнуть к тому, что Чхве знал о нем, казалось, каждую мелочь. Это не пугало, потому что Хюнин много болтал о своих интересах, но совсем этого не запоминал. Субин же, казалось, записывал все слова парня на отдельный жёсткий диск. — Ты сказал об этом вчера, когда мы помогали Эрин на рисовании. Кай улыбнулся. — На сколько терабайт у тебя память?       Субин пожал плечами. — Она не такая уж хорошая. Я запоминаю только самое важное.       «Самое важное», — эхом пронеслось в голове. Вот оно какое, это "самое важное" для Чхве Субина... День рождения Кая, его увлечения; его любимые фрукты, цветы, песни, время года. Это всякая ерунда, вроде рассказов Хюнина о своём детстве, о школе и поступлении. Это всё, что вожатый третьего отряда когда-либо говорил и делал.       Улыбка Кая, когда его дети выигрывали на мероприятиях. Громкий, порой пугавший Ёнджуна, смех. Забавная пингвинья походка из-за постоянной спешки. Тихое неуверенное бормотание в их первую встречу. Саркатичное передразнивание во время дележки последней пачки лапши.       Это всё было самое важное. То, что Субин всеми силами хотел запечатлеть в памяти, пока каждый его день на протяжении целой смены начался и заканчивался с мыслью об одном и том же человеке. Самом ярком человеке, которого Чхве довелось встретить в жизни.       Субин вдруг понял, что стоял молча уже довольно долгое время, погрузившись в раздумья. Но Кай не торопил. Вожатый терпеливо ждал, пока Чхве начнёт говорить, не отрывая от него взгляда. Субин хмыкнул. В его груди внезапно стало в сотню раз теплее. — Ты взял чемоданчик?       Хюнин кивнул, потянулся за бумажкой. — Ты ведь не читал? — Прочитал, как только вышел с отрядки, — Кай показал язык и тут же улыбнулся. — Нет конечно. — Тогда прочитай сейчас.       Кай недоверчиво нахмурился. Субин лишь спокойно кивнул. — Но до города же... — Прочитай. Я даю разрешение на правах единственного написавшего.       Кай стушевался, но не стал упоминать о втором послании на листке, которое час назад оставил Бомгю. Он развернул чемоданчик.       Хюнин с минуту всматривался в послание Субина, которое в темноте различить было довольно трудно. Чхве помог, осветив листок неярким экраном телефона.       На миг Каю почудилось, словно всё его тело сжалось в крохотный комочек. Он представлял, какой примерно разговор ожидал его этим вечером, но все равно оказался не достаточно подготовлен, чтобы не начать задыхаться в моменте. — Это... — прошептал Кай, но тут же неловко прокашлялся и заговорил нормально. — Что это?       Вожатый перевел взгляд с листка на лицо Субина. Чхве улыбался. Улыбался, как самый влюблённый человек на всей планете. Но упустить возможность подразнить Кая он не смог. — Чемоданчик, я думаю? — Вот это что? — Кай ткнул пальцем в текст и глупо уставился на ямочки на щеках вожатого. — Я не понимаю намёков. — Хочешь прямоты?       Субин чуть наклонил голову вбок. Отросшая чёлка упала на глаза, но те заблестели в сто раз ярче. Чхве накрыл своими ладонями пальцы Кая, крепко державшие чемоданчик, и слегка надавил, заставляя опустить руки. Хюнин машинально сделал ещё один шаг вперёд, влюблённо уставившись на лицо Субина. — Я имел в виду... — Чхве кивнул на лист и вновь посмотрел в чужие глаза.       Кай не дышал. Он забыл, что нужно моргать. Парню, казалось, в тот момент на нужен был кислород для существования. Хюнин хотел лишь, чтобы Субин продолжал говорить и наконец сказал то, чего он так сильно ждал. — Я имел в виду, — повторил вожатый, — мой звёздный мальчик, позволишь стать твоим парнем?       Пальцы моментально ослабли, но Кай всеми силами старался не уронить лист. На лице сама собой расцвела счастливая улыбка, но вместе с ней щеки залил яркий румянец. Хюнин прижался к парню всем телом, крепко обвил чужую шею руками и спрятал лицо где-то в её изгибе. Субин рефлекторно обнял Кая в ответ. — Как ты меня назвал? — пробормотал вожатый смущённо, щекоча шею дыханием. — Звёздный мальчик. — Не так... — Кай зажмурился. — Мой звёздный мальчик? — Субин еле слышно усмехнулся. — Да... — Хюнин крепче обнял парня, словно надеялся, что тот принял его слова за ответ. — Да, так лучше.       Прохладный ветер растрепал волосы обоих, но, как ни старался, не смог проникнуть между. Вожатые согревали друг друга изнутри и снаружи, счастливо улыбаясь. — Субин, — вдруг серьёзно начал Кай, слегка отстранившись, но не убирая ладони с чужих плеч. — Почему ты просил меня подождать? — А... — Чхве неловко почесал затылок. — Ну, ты помнишь, какой вчера был день? — Пятница, — протянул Кай, так и не поняв причину. — А число? — Тринадц... — Хюнин застыл, словно через секунду собирался многозначительно закатить глаза. — Серьёзно? — Да, — Субин обиженно надул губы и попытался перекричать громкий смех Кая. — Нельзя начинать встречаться в такой день! Это не шутки! — Ты... — Кай еле отдышался и вновь крепко обнял парня. — Ты просто нечто. — Разве не за это я тебе нравлюсь? — промурлыкал Чхве, взъерошивая волосы Хюнина. — Ты мне нравишься просто так, — улыбнулся Кай и чуть остранился, чтобы вновь посмотреть Субину в глаза.       Чхве погладил вожатого по голове, вдоволь налюбовался его улыбкой. Взяв лицо Кая в ладони, Субин приблизился и коротко поцеловал его в лоб.       «Спасибо, что спустился ко мне»

──────── • ✤ • ────────

Твой свет — самый яркий среди всех звёзд во Вселенной. Позволь мне стать для тебя небосводом.

Чхве Субин

↑

ОХРЕНЕТЬ КАЙ ЧТО ЭТО ТАКОЕ???

Ну это самое... Счастья вам... Любви...

Чхве Бомгю, 2 отряд...

⠀⠀ ⠀ ⠀⠀ ⠀