Чем дальше в лес

Ещё светло. А на том берегу ни зги не видно. Дугар утёр нос рукавом и поправил ягдташ. Красная река впереди вкрадчиво журчала на спокойном речном языке. Не верилось, что эта же река на милю ниже вскипает от злости, рвёт и мечет, как не в себя. Утаскивает под воду любого, кто сунет ногу в неё по носок. Говорят, на дне реки копится скверна. Леший воет по ночам в том лесу, и водяной как раз в этом тихом омуте и живёт, стоны зверей там – смех чёрта. Перейти реку — такую опасную и глубокую — просто нельзя. Какой мост через неё не клали, он исчезал, по слухам, без следа. Никто из людей за ней жить не может. Все это знают. Дугар стоит один на один против злосчастной реки — смотрит на неё, грозится словно бы, ха, всего лишь ручей и другой бережок. Там пропадали люди. А он не боится быть в шаге от неё. Не боится пойти против неё, будучи в лесу совершенно один. Дугар смеётся, с напущенной расслабленностью бредёт по течению ниже. Спокойно, Дугар, сейчас найдёшь какую-нибудь полянку и там можно уже посмотреть на какую-то белочку, да и вообще тебе кажется, на тебя никто не смотрит оттуда, это просто деревья, чувство-обманка, там никого нет и… Движение. Там, за рекой. Сердце бросилось в пятки. Дугар отвернулся нарочито от реки и заставил себя туда ни в какую не глядеть. Так: ветер задул, но зоркий глаз выловил в непроглядном полотне за что-то маленькое. Красная точка. Странная, одинокая такая, яркая. Дугар хотел думать, что всё-таки погибший куст, пока это _пятно_ не скользнуло сквозь безмолвные стволы. Ступило в траву и поплыло вниз к медному берегу. Дугар, закусив щёку, брёл дальше. Ноги как на зло наливались свинцом. Пятно медленно текло напротив, вслед за ним. Он ускорил шаг. Пятно никак не исчезало за поле зрения. Казалось, становилось лишь ярче и больше и не отставало вовсе. Хвоя под сапогом заскрипела, как гнилые доски. Где-то громко хрустнула ветка. Или сломалась чья-то кость? Ноги предательски подкосились. Он замер. Сердце перестало биться в груди. Пятно остановилось вместе с ним. В голове пусто, только сказания старух в голове жуткими образами всплыли. "По ту сторону реки лихо живёт, волколаки бродят ненасытные, и звери громаднее скалы выжидают, когда вы подберётесь к берегу поближе. Съедают заживо, не убивают — срывают плоть и упиваются вашими влажными останками... А вы дышите ещё и кричать от страха не можете — нечем. Жрут вас на ваших же глазах. И никто ваши косточки не найдёт." Плеск. Дугар вцепился в ружьё. Мгновенно поставил на мушку яркую тень. — А? Чего тебе? Вокруг Дугара замолчал целый мир. Только речка тихонько журчала внизу, и в ушах отстукивала кровь. Мальчик. На том берегу стоял обыкновенный мальчонка. Не зверь никакой. Не чудовище. Сердце застыло, не верило своему счастью. Тёмно-рыжие волосы, спутанные в колтуны, кожа казалась белее тумана, сам застыл в таком недоумении, будто Дугар спросил, далеко ли пешком до столицы, а не направил на него ружьё. Дугар так пристально смотрел на незнакомца, словно пытаясь выглядеть в фигуре ровесника ни то хвост звериный, ни то кожу водяного, что тому, кажется, смешно стало. Но смех мальчишки отразился удивительным звоном капели. Дугар не сразу понял, что смеялись над ним. Как дошло, сразу пришёл в себя. Опустил ружьё и судорожно протёр глаза рукавом. Аргх, глупые сказочки сумасшедших старух, но как же сейчас, со сведёнными от страха лёгкими, он легко в них поверил! Чуть человека ж не убил. Как же неловко. — Ты… — Начал Дугар, набравшись храбрости посмотреть на того, кто обсмеял его за то, что выкинул, и только сейчас заметил одну странную деталь в мальчишке. Его бардовая рубаха по локти была мокрой, а в руках он держал что-то такое блестящие и мечущееся… Это что, рыба? По движению, которым незнакомец перехватил живую блестяшку в руках, сомнений не оставалось. Мальчик явно с трудом сдерживал рыбу в цепких руках, но уделил время тому, чтобы с лихвой осудить взглядом пришельца. — Ты ещё кто?! — выпалил первое, что смог найти Дугар. Мальчик ухмыльнулся, демонстративно откинув лохмы со лба. — Какой громкий, всю рыбу уже распугал? И отвернулся. Худенькие ручки взметнулись кверху. Рыба, бешено заюлив в скользких пальцах, была обречена. Шлёп по камню. Второй. Язь обмяк. Дугар следил за этим действием, как не видел ничего подобного раньше. Мальчик, заметив его взгляд, лукаво улыбнулся. — Штуковину свою убери, тоже мне охотничек. Или рыбки захотел? Ну-ну, пословицу не слышал: на чужой каравай рот... Ой, ладно тебе! — нахмурился вдруг мальчик и упёр руку в бок. Высокий голосок стал явно серже, — Прекрати пялиться, как на свежак. Мне неприятно! Эй, ты там жив?! Дугар медленно выдохнул напряжённый воздух из груди. Не мог ответить – ещё слишком поражён. Человек. На том берегу. Пацан, с рыбой в руках… А удочка где? А взрослые где? Мысли запутаны, в ушах бьётся пульс. И правда рыба. Большой такой золотистенький язь! — Где ты вообще эту рыбу достал... — сдерживая едва видную дрожь вымолвил Дугар, расправив плечи, чтобы казаться спокойнее. И правда: чего он перетрусил так, как будто не мужчина! Незнакомец же легко пожал плечами. — Наверное, выловил? Дугар поморщился от дешёвой отмазки. — Скажи ещё, что голыми руками прямо из реки достал. — Ага, у рыбаков стащил, — насмешливо отозвался мальчишка. Он сдул невероятно рыжие волосы со лба и припал спиной к большому камню на бережке. Облюбовал дохлого язя взглядом и поднёс его ближе к губам. Вроде бы втянул воздух носом и промычал, лизнув по верхнему плавнику. Дугар опешил. Честно, мыслей и так было немного, а после их выбило из головы вовсе. Не совсем понимая, что делает, он всё же спустился к спокойной воде. Запнулся неловко о корень сосны. Чуть не подрал отцовский сапог о густую смородину! — А ты как там вообще оказался? — Где? Дугар нахмурился. Как-то странно играет этот мальчишка. — Как реку перешёл? Она глубже любого ручья. Здесь же моста даже нет, ты нашёл переправу? — Этот вопрос действительно заинтриговал Дугара. Вот бы перейти туда, где никто из охотников не был. Но мальчик только неопределённо качнул головой. Дугару начало казаться, что над ним издеваются. — Ну тогда ты никак не мог туда пройти! Здесь людей не бывает. Или хочешь сказать, ты не человек? — Ну да. Мостов нет, вот и не бывают, ножки мочить страшно, — фыркнул мальчик, после перевёл странный взгляд на Дугара. — Какой упёртый. "Не могут, не бывают…" А ты попробуй перейди. Без переправ. Как самый смелый из всех! Или трусишь? Что, такой же, как и все те, кто тебе такое понарассказывал? Волшебно усмехнулся он, склонив голову к плечу. Невинный жест, поддёрнутый тайной в глазах. Дугар не трусил. Просто дна у реки он не видел. Просто помнил все истории о том, как в этой реке утонуло с десяток любопытных детей. Дугар кусает губу, о чём-то раздумывая. Попробовать перейти. Просто попробовать. Ещё раз смотрит на дно, пытается выглядеть хоть подводные камни. Ни черта не видно. А если рискнуть... — И что, я должен поверить тебе? Мальчишка в миг охладел к пришельцу и скучающе перевёл взгляд на рыбу. Влага с чешуйки стекала по рукавам, красному подолу рубахи и перепачканным хвоей штанам. — Хах, ещё один трус. — Сказал, как отрезал. Перехватил добычу поудобнее, как сладкий пирожок. Но следующее действие незнакомца повергло его в лёгкий шок. Мальчик откусил от рыбы. От этой сырой, мокрой, _непотрошеной_ склизкой рыбёшки. Тщательно пережевал, проглотил кусок и утёр рукавом алые губы. Так нежно и красиво после заулыбался от удовольствия, словно девчонка от подарка. Как только закончился процесс, он вновь взглянул на остолбеневшего Дугара. — Чего стоишь? Воды боишься, значит отпрыгивай. Ни рыбы, ни мяса тебе своих я не дам. Бе! И вроде улыбнулся криво. Но Дугар этого не помнит. В душе мгновенно взвилась задетая гордость, подпаленная насмешливым взглядом невероятно зеленых мальчонкиных глаз. Былой испуг испарился. Им овладела зачарованность, которую даже словами трудно описать. Ружьё в порыве злости брошено на гальку, мешочек с порохом летит к нему же. Дугар, словно не управляя своим телом, шагнул в ледяной ток.