I want you to stay

– Эй, ты живой? – кто-то легонько пошлепал его по щекам холодными потными ладонями. Он хотел убрать их от своего лица, но не смог пошевелить руками. Как и открыть рот. Он даже глаза раскрыл с трудом. – Прости, парень, – мальчишка лет пятнадцати с бронзовой кожей и светлыми короткими дредами поправлял скотч, которым был заклеен его рот. – Ты просто оказался в неподходящем месте в неподходящее время, – темные полные печали глаза смотрели в его – приобретающие осознанность. – Мне правда жаль. – Боже! – простонала девушка, которая сидела на кухонном столе, болтая ногами. – Может Итану еще исповедуетесь? А то он что-то увлекся. Пади замотал Джексону руки до самых локтей, – она легким движением руки перекинула осветленные до холодного блонда длинные волосы через плечо и повернула голову к видимо-Итану – мужчине средних лет без отличительных черт, – который клейкой лентой связывал руки примотанного к стулу Ника, чья голова с прикрытыми глазами была опущена на грудь, а на переносице и скуле красовались свежие ссадины. Какого. Хрена. Здесь. Происходит?! – И правильно делает, – пацан оторвал взгляд от его лица. – Джексон и Дилану может задницу надрать. – Много пиздишь, Эдди. На кухне появился еще один: парень чуть старше них с такими же, как и у девушки, платиновыми волосами (ладно, возможно, это их натуральный цвет волос) и холодными голубыми глазами. Именно его увидел Киллиан в отражение зеркала в ванной, прежде чем его вырубили одним точным ударом по голове. Затылок кстати все еще болел, а мозги никак не могли собраться в кучу, и, возможно, по этой причине он, не поддаваясь панике, оставался спокойным. Эдди, сжав огромные пухлые губы, отступил на шаг и скрестил руки на груди, заметно при этом ссутулившись. Не удостоив их обоих вниманием, парень прошел к столу, куда через секунду вывалилось все содержимое рюкзака Ника, который тот принес с собой. Последними на кучу одежды выпали завернутые в тряпки паспорт, пачка стодолларовых купюр и… пистолет?! Киллиан будто протрезвел. Откуда у Чейза, тыревшего из магазина сигареты, столько денег? Черт с ними, может и их Ник стырил, но, блять, пистолет?!! – Не тот ли это ствол, от которого вы должны были избавиться еще в прошлом году? – обратился к белобрысому Итан, осматривая оружие в руках. – Он сказал, что избавился от него. – И ты поверил ему на слово? – хмыкнула сестра белобрысого (белобрысая?). – Дилан, ты придурок? Он все это время мог пристрелить нас. – Не пристрелил бы. У него кишка тонка. – А можно без вот этих вот подробностей? – Эдди, брезгливо поморщившись, подошел к столу, взял пачку денег и начал его раскручивать так, будто на взгляд пытался определить, какую сумму держит в руках. – Меня одного удивляет, что он успел потратить все наше бабло? – Джексон не так глуп, – Итан, убрав пистолет за пояс брюк, отобрал у Эдди деньги. Тот, насупившись, потянулся за паспортом, но его опередил Дилан. Это прикол такой – называть Ника вторым именем? – Поэтому приехал к Джо, – иронично проговорила девушка, вгрызаясь белоснежными зубами в яблоко, которое нашла там же на столе. – Кто ж знал, что старик готов продаться любому, кто заплатит ему больше, – тоскливо проговорил Эдди. – Он точно разревется, – заключила хер-знает-как-ее-зовут и зачем-то повернулась к Киллиану. – Можешь подружишься с этим красавчиком, – царапая длинными ногтями по его лицу. – Оставим его себе? – поворачиваясь к Дилану. Тот, бросив на него незаинтересованный взгляд, прошел к дальней стене и прислонился к ней всем корпусом. Киллиан будто смотрел фильм. Непонятный фильм, который ему хотелось поскорее выключить. Слишком много имен, слишком много информации. Он хотел узнать правду, но не таким же образом! – Разбуди его, – сказал Дилан, скрещивая руки на груди. Итан подошел к Нику и сильно встряхнул его за плечо. Тот не подавал признаки жизни. Тогда мужчина влепил ему несколько пощечин, после которых Чейз, нахмурив брови, приоткрыл глаза. Недоумевающий взгляд прошелся по всем, на секунду задержавшись на Киллиане, и, приобретя ясность, стал не на шутку напуганным. Стало быть, он знал всех этих людей. Еб твою мать, Ник! Какого хуя?!! Ник, продолжая сканировать кухню, повернул голову в сторону, но крепкая рука Итана грубо повернула его обратно на себя. – Ну здравствуй, Джексон, – молчание. – Развеялся? Отдохнул? Голубые глаза смотрели на Итана с нескрываемым презрением. Удивительно, что даже сидя примотанным к стулу в окружении мягко говоря не самых приятных типов, Ник умудрялся показывать характер. Что там у нас по гороскопу? А да, точно: упрямый баран. Киллиан задал бы ему трепку за все это, но Эдди уже недвусмысленно намекнул, что ему конец. Сам Ландре оставался невозмутимым – настолько, насколько позволяла ситуация, – благодаря "урокам" своей матери. Приехали, блять. Уже Ивонну благодарим. – Мы тратим на него слишком много времени, – цокнула девушка. – Скажи, где деньги, и покойся с миром. – Я сжег их, – сказал Ник. – Шутишь?! – воскликнул Эдди. – Они оказались фальшивыми. – Смени пластинку, Джеки, – белобрысая наморщила лоб. – Не в твоем положении нарываться. Ник бросил на нее взгляд а-ля захлопнись, и посмотрел на Итана. – Зачем мне врать? – Тогда где достал это? – указал тот на пачку денег на столе. – Украл. – Украл, значит? – вновь вмешался Эдди. – Аж на новый паспорт хватило? – Был бы ты так же болтлив, если бы мне не связали руки? – сквозь зубы проговорил Ник. На улице послышался какой-то шум. Киллиан, будучи атеистом, взмолился, чтобы это были не ребята. Ник, по лицу которого пробежала тень, думал о том же. Все остальные заметно напряглись. – Ты останься здесь, – сказал Итан застывшему Эдди, вытаскивая пистолет, и кивнул девушке в немом приглашении. Та покинула кухню следом за ним. Дилан, все это время не спускавший глаза с Ника, не сдвинулся с места. Хоть бы это была не машина Макс. Хоть бы это была не машина Макс! Боже, прошу, пусть Вивьен будет за несколько миль отсюда! – Как вы меня нашли? – Ник, не смея смотреть на Киллиана, обратился к Эдди. – Джо сообщил, – едва различимым шепотом. – Он мертв? Тот кивнул, опустив взгляд в пол. Ник невидящими глазами уставился на стол. – Зачем ты ушел? Это же так тупо. Правда думал, что сможешь убежать от них? – Где Дилан? – тихо спросил тот, проигнорировав все вопросы. Киллиан и Эдди перевели взгляд на Дилана, который, отпрянув от стены, неслышными шагами приблизился к Нику и наклонился к его уху. – Соскучился? Ник, вздрогнув, развернулся и чуть не столкнулся с ним носом. – Снова начал курить? – не отводя голову ни на дюйм. – Знаешь, ты не похож на Алекса Хейла, – бросив перед ним его паспорт. Окей, Киллиан предполагал, что Ник сделал документы не на свое имя. Еще он понял, что у того были проблемы не только с отцом. И у него не возникло бы никаких вопросов, если бы, блять, ему рассказал об этом сам Ник! – Чего молчишь? Нечего сказать? – Дилан, схватив его за челюсть, стал внимательно разглядывать лицо и задержал внимание на губах, затем посмотрел на Киллиана и как-то совсем не по доброму улыбнулся. Больше напоминало хищный оскал. – Ладно, – нихрена не ладно, – поговорим с тобой, – направляясь к нему. Вот сейчас Ник выглядел настолько напуганным, насколько требовала сложившаяся обстановка. Дилан подошел к Киллиану и одним движением оторвал скотч от его лица, затем схватил за волосы и повертел головой в стороны, разглядывая лицо и шею. – Хорошо провели время? – зло прищурились голубые глаза. И если у Ника они были цвета ясного неба, то эти напоминали ему лед холодных вод океана. – Да ладно, вы серьезно? – смотря то на них с Диланом, то на Ника, спросил Эдди. – Что с вами не так? Вокруг столько красивых девчонок. – Завали ебало или я сам тебя заткну, – рыкнул на него Дилан. Следующие десять минут Эдди успешно прикидывался мебелью. Киллиан заметил небольшой кинжал в руке Дилана, но не успел среагировать (да и что бы он сделал?). Острое лезвие наполовину вошло в его бедро, и все вокруг поплыло от резкой боли. Он сжал зубы, пытаясь подавить крик, и опустил взгляд вниз. Ткань брюк вокруг лезвия начала темнеть от пропитавшейся крови. – Не слышу, что ты сказал? – тот картинно повел ухом и глубже воткнул нож. Киллиан, издав мучительный сдавленный стон, сжал губы. – Может, ты хочешь позвать на помощь? – бесполезно. – Поинтересуешься, кто мы такие? – сборище мудил. – Или спросишь его, – махнул Дилан на Ника, – об этом? – обводя пальцем все, что лежало на столе. – Не понимаю, почему ты такой спокойный? – мать терпеть не могла истерики. – Неужели Джексон тебе все рассказал? – нет, мистер почему-тебе-все-надо-знать был ебать каким скрытным. Дилан опасно приблизился к его лицу, и Киллиан, не желая провоцировать ублюдка, все же ответил. – Он украл ваши деньги. Я понял, – голос даже не дрогнул. – Что еще ты понял? – Оставь его, он ничего не знает, – таки решил заговорить Ник. – А мне кажется, он очень даже много знает, – блондинчик вскользь посмотрел на Чейза, и вновь обратился к нему. – Что Джексон тебе рассказал? – ладонь легла на рукоять ножа. – Ничего, – а мог бы и упомянуть о такой мразоте! – Не ври мне, – тот достал нож и воткнул его чуть выше, при этом двигая им в разные стороны. Из груди Киллиана вырвался болезненный вопль. – Что хочет сделать новые документы, – с трудом выговорил он из-за подкравшейся к горлу кому. Казалось, его вот-вот вырвет. – Что еще? – не прекращая уродовать его ногу. – Дилан! Ник дергался на стуле, пытаясь высвободиться, но Итан вправду постарался, потратив на него целый рулон ленты. – Не лезь! – Что-то про отца, – проскулил Киллиан, судорожно вспоминая их с Ником первый разговор. – Что все время был с отцом. Ни слова про вас. Да, в разведку с ним не пойдешь. Но, блять, из-за кого они оказались в этом дерьме?! Внезапно боль в ноге ослабла. Дилан провел рукой по его волосам и потянул назад за пряди, нависая над ним сверху. – И ты поверил ему? Какой наивный, – жалостливо хмуря брови. – Хочешь, я расскажу тебе секрет? – наклонившись к его уху. – Джексон убил своего отца. Еще до того, как мозг полностью обработал полученную информацию, глаза Киллиана устремились на Ника, в поисках ее опровержений. Ему хватило бы едва заметного движения головой, всего одного взгляда. Но глаза Ника стыдливо опустился вниз. Это ведь не может быть правдой?

...когда я расскажу, ты сам захочешь, чтобы я ушел...

Он мог оправдать все поступки: фальшивый паспорт, деньги, оружие, наличие малоприятных знакомых, желающих ему смерти, но это… В ушах Киллиана зазвенело. Кто-то что-то говорил. Кто-то его трогал. Он не заметил, как ему заклеили рот. Как вернулись остальные. Он слышал голоса, но не мог вникнуть в суть разговора. Что-то про "бестолку" и "пора валить". Их убьют? Их убьют. Три дня назад он с разрывающимся сердцем почти что признался в любви и думал, что хуже ситуации уже не будет. – Самонадеянный засранец, – вывел его из тумана низкий голос Итана, – Все ведь могло быть по-другому. – Может, стоило вмешаться? – посмотрел на него исподлобья Ник. – Прощай, Джеки, – Итан сжал его плечо и направился к выходу. – Я буду скучать, – прошептал Эдди, глядя на Ника жалобными глазами, но тот даже не взглянул на него. Мальчишка прошел к Итану и обернулся у двери, чтобы в последний раз посмотреть на приятеля. Итан, то ли утешая, то ли поторапливая, похлопал его по спине. – Не задерживайтесь, – бросил он через плечо двум альбиносам. Как только закрылась входная дверь, Дилан разрезал своим ножом ту ленту, что удерживала Ника на стуле, и, схватив его за шкирку, толкнул на пол. Тот со связанными руками и ногами никак не мог удержать равновесие, поэтому рухнул мешком, ушибив голову. Дилан, отложив нож, полез в карман и, что-то вытащив оттуда, опустился к Нику и оседлал его. К нему присоединилась сестра, принесшая с собой бутылку воды. Вдвоем они разжали Чейзу челюсть, и пока девушка держала его голову, Дилан положил ему в рот маленькую таблетку и следом, сжав нос, вылил всю воду. Ник, поперхнувшись, закашлялся и, повернув голову в сторону, начал плеваться. – Обязательно нужно упрямиться вначале? – спросил Дилан, приблизив к нему лицо. – Лучше сразу убей, – хрипло проговорил Ник, пытаясь отдышаться. – Я зарежу тебя, как только ты кончишь. По-моему, это лучшая смерть. От неуместного жуткого смеха, сорвавшегося с губ Ника, у Киллиана по коже пробежали мурашки. Он понял, что между этими двумя что-то не так уже с самого начала...

я нашел физическую близость непривлекательной

…но лучше бы не понимал. Ландре игнорировал эту мысль, не хотел в нее верить, молясь, чтобы он ошибся. Почему после лучшего дня в его жизни наступил наихудший? – Вот уж кто точно будешь по мне скучать. – К сожалению, да, – Дилан наклонился еще ниже, но Ник резко дернулся, пытаясь ударить его коленом и скинуть с себя. Тогда девушка села на его ноги. – Лучше лежи смирно, – одна рука уперлась в грудь, удерживая его на месте, другая сжала горло. – Так ты сбежал из-за меня? – Не льсти себе, – задыхаясь бросил Ник, не оставляя попытки вырваться. – Как красиво ты всех одурачил. Должен признаться, я впечатлен. Грязный ход. Малыш Эдди все отказывался верить, что святоша Джексон споил нас какой-то дрянью. – Не сказал ему, у кого я позаимствовал идею? Дилан лишь фыркнул, потом наклонился к его шее и провел языком по коже. Ник брезгливо поморщился. – Тебе, наверно, интересно, что я сделаю с твоим патлатым приятелем? – навалившись всем весом и удерживая голову двумя руками. – Когда я закончу с тобой, я сожгу тут все. И его тоже. Две пары глаз устремились на него. Одна смотрела со страхом (за него, не за себя), другая – с ненавистью. Но Киллиану было плевать, он уже горел изнутри. От своей беспомощности. К черту прошлое Чейза. Подумаешь, украл деньги у воров. Убийство? Он уже забыл об этом. Как и о боли в ноге. Теперь он хотел высвободиться, забрать Ника и свалить куда подальше. – А нечего трогать то, что принадлежит мне, – Дилан, выпрямившись, стал поддевать одну за другой пуговицы на рубашке Ника. Похозяйнически полапав голый торс, он вновь достал свой кинжал и сделал небольшой порез на груди Ника. Из раны потекла алая кровь и – фу, блять, он действительно ебнутый?? – Дилан, наклонившись, слизал ее. За прошедший неполный час Киллиан успел испытать многое: смятение, удивление, страх, злость, обиду, боль, отвращение. Сейчас он был в шоке. Широко раскрытые неморгающие глаза следили за самыми извращенными и ненормальными прелюдиями...

обычно за прикосновениями следовала боль

…отказываясь воспринимать увиденное за действительность. Где-то на подкорках сознания пронеслись воспоминания о множественных мелких шрамах, которыми было усыпано все тело Ника. "Прекрати!", "Остановись!", "Хватит!", – хотел кричать он, однако на выходе получалось лишь мычание. Но у Ника же не связан рот. Тогда почему он молчит?! Тот пытался развязать свои руки, что было сложной задачей, учитывая количество скотча и вес, придавивший его сверху. Но чем больше становилось порезов на его коже, тем медленнее становились его движения. Когда Дилан приложился губами к его губам, трахая его рот своим языком...

это было гребаное цунами

…а Ник с так и открытыми глазами уже не шевелился, Киллиан понял, что последний под действием какой-то хуйни начал отключатся. – Присоединишься? – спросил Дилан сестру, развязывая Нику ноги и снимая с него обувь. Чтобы потом снять с него брюки. – Сначала предупрежу остальных, что мы еще долго, – ответила та и ушла на улицу. А дальше случилось то, что… Нет! Это происходит не со мной. Киллиан опустил голову и зажмурился, чтобы ничего не видеть и не слышать. Это не реальность. Все не по настоящему. Это не реальность. Еще вчера он был так счастлив, засыпая в объятиях любимого человека. Только утром он уговаривал Ника поспать еще немного, отказываясь отпускать того на пробежку (Да хоть завалить Белоснежку. Быстро лег обратно!). Лучше бы они ушли. Надо просто переждать. Когда-нибудь это закончится. Ведь все не по настоящему. Ему практически удалось абстрагироваться. Он проделывал этот фокус сотни раз, будучи ребенком. По другому его детская несформировавшаяся психика не справилась бы. – Пропускаешь все веселье, – шепнула ему на ухо девушка, грубо дернув за волосы. Он снова оказался на кухне небольшого коттеджа, в котором они провели прошедшие сутки. Вновь увидел Ника, который не издавал ни единого звука. Почему-то картинка расплывалась. Когда Дилан закончил, он, исчезнув на минуту, вернулся с тонким пледом, которым был укрыт диван в гостиной, и накрыл им Ника. – Отдохни пока, – он осторожно, почти с нежностью поцеловал того в щеку, затем, будто хищник нагнавший свою добычу, приблизился к Киллиану. – Ну что, развлечемся? – оскалился Дилан. Холодное лезвие коснулось лица, оставив на скуле неглубокую царапину. Единственным человеком, которого Киллиан ненавидел, была его мать. Но сейчас он испытывал что-то посильнее ненависти. Он без страха взглянул в ухмыляющиеся безумные глаза. Если бы его руки были свободны, он бы просто выдавил их. Он хотел убить. Но резкий глухой стук быстро вывел его из этого состояния, потому что в следующую секунду Дилан ничком рухнул на пол, и Киллиан увидел Сэма, замахнувшегося бейсбольной битой. – Какого лешего здесь происходит?! – Брукс с выпученными глазами оглядел комнату и, видимо, ожидая разъяснений, не сдвинулся с места. Макс была пособранней. Она подошла к Киллиану, одним движением содрала скотч с его лица и, опустившись на колени, принялась резать ленты огромным кухонным ножом. Если бы он еще мог на что-то обращать внимание, он бы заметил, что костяшки ее рук разбиты в кровь. Когда девушка развязала его руки, он попытался встать, но тут же рухнул на пол из-за прострелившей ногу боли. Совсем рядом лежал маленький кинжал, выпавший из руки Дилана. Он заметил свежий шрам на раскрытой ладони и хотел воткнуть в него лезвие. – Киллиан, – Макс, опустившись рядом, встряхнула его за плечи, – соберись. Он перевел на нее размытый взгляд, и увидев на фоне Ника, пополз к нему на четвереньках. – Ник? – на дрожащих руках он приблизился к его лицу и посмотрел в затуманенные глаза. Этот охрипший шепот точно принадлежит ему? – Киллиан, – так же тихо, – почему ты плачешь? Он только сейчас заметил, что его лицо мокрое от слез. А еще, что ребята не переставали перешептываться с тех пор, как появились здесь. – Нет! – выкрикнул он, как только уловил что-то про "вызвать копов". Голова удивительным образом прояснилась. Мотивируя себя защитой Ника от полиции, он лихорадочно начал продумывать план действий. – Где Вивьен? – Поехала в больницу показать ногу, – ответил Сэм. – Мы хотели забрать вас, а потом ее, – ответила Макс. – Там были еще двое. – Мужчина и парнишка? Они валяются возле своей машины. Теперь Киллиан взглянул на руки Макс. И увидел валяющуюся на полу без сознания блондинку. – Надо их связать, – ища глазами что-нибудь, чем можно намертво зафиксировать руки. – А что..? – Потом. – Но твоя нога… – Да, блять, просто делайте то, что я сказал!!! Сэм с Макс переглянулись. У Киллиана не было времени на бесполезные гляделки. Он вернулся к Нику, опустил плед до пояса и начал застегивать пуговицы рубашки непослушными пальцами, стараясь не обращать внимания на изуродованное кровавое зрелище. – Дай мне нож, – непонятно к кому обратился он, протягивая руку. В ладонь легла прохладная рукоять ножа, которым он развязал Нику руки. На его кистях остались многочисленные красные линии, некоторые из которых были растеряны до крови. А ведь ему почти удалось высвободиться… – Что с ним? – почему-то шепотом спросила Макс, присев рядом. Она протянула руку к лицу Ника, но Киллиан схватил ее за запястье. – Не трогай! – он сам не понял, почему кричит на подругу, которая, между прочим, спасла его. – Помоги лучше Бруксу, – уже спокойнее проговорил он, заметив, как Сэм обматывает руки Дилана. Когда Томсон ушла, он, вытерев бедро Ника пледом, надел на него брюки и обувь. Кое-как поднявшись, он подошел к столу и стал запихивать вещи Ника в его рюкзак. Сэм, заметив на столе паспорт, взял его в руки. – Это же… Ты знал? – Я знаю не намного больше вашего, – отбирая паспорт из его рук. – Он сам все расскажет, – закидывая рюкзак на плечо. – Когда придет в себя, – через боль опускаясь на колени к Нику. – Помоги. Надо увезти его отсюда. Ушло еще полчаса на то, чтобы как следует связать Итана и Эдди, занести их внутрь, а затем вывести Ника. Макс промыла Киллиану раны и наложила на них повязки (в машине все-таки была аптечка), после чего увезла всех в небольшой дом, в котором они втроем с Сэмом и Вивьен провели прошлую ночь. – Поспи немного, – тихо сказал он все еще пребывающему в сознании, но ни на что не реагирующему Нику и лег рядом. Как можно было довести себя до такого состояния? Сколько раз происходило подобное, чтобы привыкнуть, перестать сопротивляться? Отмахиваться безразличными "не люблю, когда меня трогают", а на теле осталось десятки шрамов? И столько же воспоминаний. Киллин смотрел на уснувшего Ника, вспоминая оставленные без внимания намеки…

некоторые вещи лучше никому не знать

…как его самого незаметно утянуло в беспокойный сон.