Не так уж я и страшен

Уже несколько недель среди заключённых только и разговоров было, что о побеге. Никто поначалу и слушать ничего не хотел, ведь возглавить его собирался всем ненавистный паучий царь, но, когда к агитации подключились Иван и Роман, дело потихоньку сдвинулось с мёртвой точки. Долгими холодными вечерами Иван полушепотом уговаривал небольшие группы людей помочь им в обмен на полное прощение всех былых проступков и свободу. Нечего и говорить, пришлось несладко. Тивин, чувствуя свою вину за этот «плевок в колодец», всеми силами старался произвести впечатление раскаявшегося в своих злодеяниях грешника, готового искупить вину. Что и говорить, паучий царь Тивин Дурман | был опытным лицедеем. Даже самые лютые его противники соглашались сотрудничать, увидев, как дрожит от холода и воет от боли в закостеневших лапах ненавистный им царь. Наконец, всё было готово. У них была одна попытка и совсем немного времени. Руки у Ивана тряслись впервые в жизни. Он аккуратно, как великую драгоценность (а ей, собственно, она и являлась), крошил в котелок розовую глину в свете жировой свечки. Нельзя просыпать ни песчинки. Свечку держал Роман, внимательно следя за каждым движением Ивана. — Ну как, сколько? Покажи, — знакомый шипящий шепот у самого уха дал понять, что нужно ускориться: рассвет уже не за горами. Иван откалывал глину и, сжимая её в ладони, крошил в пыль. Проворные костлявые руки рядом пересыпали её в мешочки и передавали остальным заключённым. От потолка отскакивало эхо жалобного звона серебряных колокольчиков. У них есть план. И он должен сработать.

***

Блэкмэн сделал знак, и воины в едином порыве полезли наверх. Их было не меньше тысячи, и все вооружены до зубов — Тивин сам об этом когда-то позаботился. Иван нетерпеливо заглядывал ему в лицо, ожидая знака. — Рано… Воины уже почти взобрались на скалу до половины. Только пять минут отделяло их от мятежников, а возможно, и того меньше, учитывая их скорость. Расправиться с дымчатыми драконами было просто, но сработает ли то же оружие на воинах из плоти и крови?.. Иван был не из тех, кто умеет выжидать, и потому сейчас он топтался на месте, словно на раскалённых углях, кусая губы и сжимая кулаки от нетерпения. Наконец, когда до них донёсся громкий крик воинов внизу, он в отчаянии схватил Тивина за плечи и сдавленно воскликнул: — Давай! — Ещё нет! — Дурман, нахмурившись, вслушивался в доносящиеся снизу кряхтение, возгласы и скрежет металла о камень. Иван в болезненном волнении тёр лицо. Если бы он был один, то уже бросился бы в бой, рубя на части чёрных воинов своим богатырским мечом, как всегда. Но сейчас за тактику боя отвечал более искусный командир, а царь Тивин Дурман умел выжидать, как никто другой. В метре от них над поверхностью скалы показался рогатый шлем. — Давай!!! Заключённые, выстроившиеся на скале в длинную цепь, по команде развязали мешки и обрушили на неприятеля их содержимое. На обескураженное войско посыпался розовый песчаный водопад, просачиваясь между терявших от неожиданности равновесие воинов. Блэкмэн весело захохотал, предвкушая легкое подавление бунта, но он ещё не знал, что это был далеко не конец. Дурман вскочил на край выступа. В ладони у него копошилось гнездо маленьких черных паучков. Он решительно сжал букашек в руке, глубоко вдохнул и выпустил весь воздух сквозь ладони прямо вниз, туда, куда улетели облака глиняной пыли. Внезапно между воинами прошел гул смятения, а уже через минуту всё пространство внизу до самого основания горы потонуло в тёплом розовом тумане, который вторым заревом вспыхнул в рассветных лучах. Блэкмэн пикировал к своему войску, но, приземлившись, обнаружил, что часть воинов упала в пропасть, а оставшиеся безучастно, с мечтательным выражением на лицах сидели на камнях, будто не они собирались разорвать мятежников в клочья всего пять минут назад. Военачальник безуспешно выкрикивал им в лицо приказы: никто его не слушал. Разъярённый Блэкмэн взвился к вершине горы. Видно, ему придётся устранить проблему самостоятельно. Тивин ощутил на своих запястьях чьи-то ладони и, очнувшись от полуобморока, обнаружил, что висит над пропастью, едва касаясь мысками сапог края скалы. Сильные руки потянули его назад, и вскоре он снова оказался на твёрдой земле, обмякший и обессилевший. Иван бережно держал его расслабленное тело, аккуратно поддерживая голову. — Получилось? — прошептал Тивин. — Получилось. Иван вслушался в свист рассекаемого воздуха над головой и поднял взгляд: на них коршуном летел Блэкмэн. — Ты полежи тут, а я... я сейчас вернусь. Богатырь мужественно сжал кулаки, готовясь достойно встретить смерть. В этот раз с ним нет ни Бога, ни Богородицы, ни ангелов, ни Святых заступников. Только он и враг. Один на один.