Не так уж я и страшен

Рогатый рыцарь, предвидя быструю победу, камнем упал на безоружного богатыря, и они сцепились в яростной схватке. Иван, хотя и лишился своих сил, был опытным воином и ловко уворачивался от взмахов острого меча противника. — Неравно бьёшься, нечисть! — выпалил Иван в скрытое полумаской лицо Блэкмэна. — Али врукопашную брезгуешь? Однако черный воин не повёлся на провокацию и продолжил наносить смертельные удары в нескольких сантиметрах от богатыря. Он оттеснял Ивана всё дальше к пропасти, как вдруг вся его фигура неловко пошатнулась и Блэкмэн рухнул наземь, попав ногой в силок из прочной паутины. Иван ловко выхватил упавший вражеский меч и перебежал на другую сторону от черного рыцаря, где, слабо улыбаясь, стоял Тивин. Но не успели герои опомниться, как на них снова налетел чёрный вихрь. Иван лишь успел в охапку сгрести Дурмана, как оба они полетели в пропасть. Блэкмэн, испытывая настоящий триумф, вслушивался в угасающий крик своего бывшего царя. Освобождённые пленники в смятении смотрели на поле проигранной битвы. Маленький Роман с ужасом наблюдал, как два самых дорогих ему человека навсегда исчезли в чёрной зияющей пасти. Он хотел заплакать, но вместо слёз в его глазах сама собой впервые в его жизни загорелась жажда мести. Желание покарать злодея за смерть друзей. Он подозвал к себе заключённых, и уже через несколько минут у них был готов новый план. Узники разошлись по своим местам. Роман мужественно вытер слезу с грязной щеки и торопливо скрылся в глубине пещеры. Не время плакать. Сейчас судьба всей страны зависит от него. Все восемь лап Тивина пребольно ударились о маслянистую гладь воды. Под высоким сводом пещеры разнеслось эхо разбрызгавшейся воды. Дурман вынырнул и подплыл к стене, судорожно хватаясь за каменистые выступы. Похоже, они упали в затопленную шахту. Его шею обвивали мертвым кольцом широкие богатырские руки, и весь вес Ивана тянул паучьего царя вниз, поэтому теперь он торопливо пытался вернуть своего друга в сознание. Из всех приемов сработал только сильный укус. Уже через минуту богатырь вытирал кровь с подбородка и растерянно смотрел на красные капли, стекающие с клыков паучьего царя. — Где мы? — Кажется, в старой шахте. Чудо, что не разбились. Оба тяжело дышали. Нужно было срочно что-то делать. — Блэкмэн, наверное, думает, что мы покойники, — прохрипел Тивин. На бледном лице Ивана застыл ужас. — Роман! Он убьет его! Скорее, наверх! Тивин из последних сил цеплялся слабыми пальцами за уступ в стене. Иван подплыл к царю и участливо предложил: — Хватайся за меня, а то потонешь. Тивин устало повис на богатырской шее, бормоча что-то бессвязное. Иван, полный решимости, стал карабкаться вверх по скользким стенам. — Нам бы только… вылезти отсюда, а там уж!.. До чуткого слуха Блэкмэна вдруг донёсся звонкий голос. Воин обернулся и подошёл ко входу в пещеры. Сладкое пение доносилось из самой глубины темных лабиринтов. Тонкий голос завораживающе переливался, как бы зазывая внутрь... Под черной маской что-то дрогнуло, и черный рыцарь шагнул в пещеру, ведомый загадочной мелодией. Голос кружил, взвиваясь всё выше к острым потолкам, плясал многократными отражениями в узких лазах; казалось, это сама пещера набралась смелости и явила свой талант. Блэкмэн ускорил шаг, надеясь вскоре напасть на след таинственного певца, как вдруг за его спиной что-то с грохотом обрушилось. Исчез светлый полукруг входа в подземелье. В тот же миг стих и таинственный голос. Черный рыцарь остался один на один с мертвой холодной темнотой. Иван уже не помнил, сколько времени они карабкались по отвесной скале. Может, прошло пять часов, может, двенадцать. Тивин старался не отставать от богатыря, прилепляясь пучками липкой паутины к гладким уступам, хотя их плетение и отнимало вдвое больше времени. Наконец, до них стали слабо доноситься человеческие голоса. Иван воспрянул духом и полез вдвое быстрее. — Мы здесь! Мы живы! Чуть погодя с неба спустился конец веревочной лестницы, и богатырь ухватился за него, дожидаясь Тивина. Они взобрались на широкий горный уступ и упали без сил. Ивана тут же окружила толпа бывших заключённых: кто-то давал воды, кто-то хлеба. Но вдруг от толпы отделилась худая фигурка и стремглав подбежала к Тивину, обвивая маленькими ручками обессилевшего паука. — Тивин! Ты живой! Слава Богу! — Г-где… — паук едва шевелил губами, — Б-блэкмэн? Мальчик просиял и радостно выпалил: — Мы его в пещерах закрыли! Завалили валуном! А я через тайный лаз вышел! — Роман вдруг крепко вцепился в друга, уткнувшись носом в его грязную рубашку. — Я так за вас испугался! Тем временем в толпе начали раздаваться угрюмые голоса: — Эй! А с этим что будем делать? — Ясное дело: тут оставим. Пусть крысами командует! — Точно! А лучше — вообще в расход. На всякий случай. — И то правда. Мало ли… Услышав это, Иван вскочил на ноги и в два шага оказался рядом с паучьим царём. Тот поднял на богатыря усталые золотистые глаза и устало улыбнулся. «Вот и всё. Враги повержены, люди свободны. Прежний Иван без колебаний убил бы его. Зачем всё стало так сложно? Я не могу его здесь бросить. Нужно что-то придумать…» Богатырь сурово нахмурился и, загородив собой паука, громко, во всеуслышание, произнёс: — Добрые люди! Жители Радостной страны! Вы спасли мне жизнь и освободили свою землю от недруга! И я хочу отплатить вам тем же. Я, Иван-богатырь, сын царя Симеона, беру под стражу Тивина Дурмана | и останусь временно править вашей страной и охранять вас, пока не объявится новый достойный правитель! Вы согласны? Толпа радостно взревела. Тивин тихо вздохнул и, поднявшись, покорно протянул Ивану сведенные вместе кисти. Роман хмуро вцепился в подол рубашки Дурмана и обиженно спрятал лицо. Богатырь некрепко обвил веревку вокруг тонких запястий. — Тивин, это временно, обещаю. Иначе их не успокоить, ты сам понимаешь. — Конечно, — паук на удивление спокойно принял свою участь и даже, кажется, был вполне ею доволен. — Вот только меня что-то совсем ноги не несут. Так что придётся тебе… Иван не дал ему закончить и легко, словно соломинку, поднял на руки паука вместе с Романом. — Ух, какие вы лёгонькие! — бодро воскликнул он. — Видно, сила ко мне возвращается! Тивин вдруг наклонился к Ивану и заговорщицки шепнул: — Ты же помнишь, как мы спускаемся? Иван на секунду опешил, но тут же твердо кивнул. Это они давно продумали. Закатное солнце провожало последних парашютистов, летящих с горы-тюрьмы. В рукавах воинов войска Блэкмэна нашлось достаточно паутинных парашютов, чтобы спустились все пленники. Действие паров Розового тумана прекратилось лишь спустя десять дней.