Последствия снадобий

      В Гандхарве было спокойно. Опустилась ночь, все разошлись по своим домикам, и лишь в одном из них горела свеча. Лесной смотритель Тигнари записывал сегодняшний отчёт — в этот раз патрулирование заняло больше времени, чем обычно, и вернулся он довольно поздно. Кроме того, надо было подготовить ещё лекарства для Коллеи и навести порядок на столе…       Почесав корпусом ручки щёку, он принялся писать дальше, когда едва наступившая тишина тут же была нарушена стуком в дверь. Юноша обернулся и с недоумением уставился на неё. Кому взбрело в голову приходить такой глубокой ночью?..       Он поднялся и, не успел он открыть дверь, как на неё будто что-то свалилось. Тигнари тут же распахнул дверцу и наткнулся на…       — Генерал Махаматра? — он поморгал несколько раз, пока покачивающийся перед ним Сайно пытался опереться на дверной косяк. — Ч-что с вами? Съели грибов каких?       Фенек поддержал друга за плечи и, проведя внутрь, помог ему сесть на кровать. Генерал тяжело дышал, с полуприкрытыми глазами уставившись на пол, и не отпускал руку Тигнари, что стоял рядом.       — Нет… — покачал головой Сайно. — Я покидал Академию и заглянул в лес Авидья, чтобы собрать лотосов нилотпала для исследования. В процессе я заметил Дракона руин недалеко, и, с целью его уничтожения, забрёл в Зону Увядания. После этого-то на меня и нашла эта тяжесть в теле, и я по памяти пришёл сюда, — он наклонил голову вниз, закрывая глаза.       — Зону Увядания? — внутри Тигнари всё похолодело. Он опустил капюшон светловолосого и начал осматривать его лицо, проводя ладонью, а затем положил руку на лоб. — Ох… — смотритель скосил глаза на письменный стол, где, помимо различных бумажек, стоял бутылёк с жидкостью. — У меня есть некоторое снадобье, но я ещё не проверял его… Я почти уверен, что оно снимет боль, но насчёт побочных эффектов утверждать не могу. Ты… хотел бы попробовать?       Сайно приоткрыл глаза и посмотрел на друга.       — Я тебе доверяю, — он слабо улыбнулся, кивая. Дозорный вздохнул, подошёл к столу и, взяв флакончик, вернулся к генералу. Последний взглянул на жидкость, но ничего не сказал.       — Хорошо… Сделай два глотка и скажи мне, что почувствуешь. Я буду записывать все наблюдения. Говори о каждом изменении, понял? — услышав утвердительный ответ, Тигнари отдал бутылёк и сел за стол, беря чистый лист и перо. Сначала он внёс все симптомы, только потом сказав: — Можешь пить.       Генерал послушно сделал два глотка и ощутил, как боль начала затихать, а неприятная скованность в теле уходит. Он сообщил об этом Тигнари, и тот радостно принялся всё записывать.       — Славно, значит, оно действует довольно быстро… Что-нибудь ещё?       — Кажется, установилась нормальная температура… — Сайно замолк, чувствуя, как его сердце вдруг забилось чаще. Ему следовало бы сказать и об этом тоже, но почему-то он не смог вымолвить и слова, а "установившаяся нормальная температура" вдруг начала быстро повышаться. Тем не менее Тигнари ничего не заметил и продолжил расписывать сказанное пациентом.       Светловолосый сглотнул, прекрасно осознавая, как его щёки залились красным, а внизу живота вдруг всё сжалось необъяснимым тугим узлом. Он прикрыл рот рукой, чтобы его громкое дыхание не донеслось до друга, и в то же время не отрывал взгляда от чужого сосредоточенного лица. От волос, мягко очерчивающих бледную кожу, и этих пушистых ушей…       — Так, похоже, что я выбрал правильные травы для этой микстуры. Генерал, ещё что-нибудь изменилось? — ответ не прозвучал, и Тигнари, почувствовав неладное, поднялся. Ещё не повернувшись, он ощутил горячее дыхание на шее под затылком и то, как руки обвили его талию, и мгновенно развернулся: — Генерал?..       На него тут же надавило чужое тело и повалило на стол, и лесной дозорный в панике опёрся локтями на деревянную поверхность. Несколько предметов и бумажек неосторожно свалились на пол, но, видимо, никто не обратил на это внимания.       — С-Сайно, что ты… — Тигнари уставился на генерала, который ухватил его за запястья и неприлично близко оказался возле лица. Он прижался пах к паху, и вдруг фенек почувствовал возбуждение Сайно внизу, отчётливо упирающееся в него. Он густо покраснел, а в голове все мысли перемешались — он уже не знал, что и думать. Сайно тем временем до конца уложил Тигнари на стол и, нависая сверху, прошептал:       — Тигнари… — прежде чем опуститься, захватывая чужие губы в свои. И не думая о стыде, он сразу проник языком поглубже, целуя и целуя, пока звуки мокрых соприкасающихся губ раздавались в помещении.       Пошло, как же пошло!..       — Мг… Ммх… — промычал фенек сквозь поцелуй, не в силах вырваться. Сайно прижал его ещё сильнее, проводя ладонью по волосам и наконец поглаживая желанные уши. Ощутив прикосновение к своему сокровищу, Тигнари вытянулся, зажмуривая глаза и вцепляясь руками в край стола. Наконец, генерал слегка отпрянул, размыкая их губы, и протяжно посмотрел на беспомощного друга, красного с головы до пят. Тот приоткрыл глаза, тяжело дыша: — А-ах… С-сайно…       Его никогда так не целовали, и теперь он не мог отойти. Сайно же не прекращал ласкать чужие уши, уделяя внимание каждому сантиметру.       — Тигнари… — генерал вновь опустился за поцелуем, смакуя приятную взаимность. Он отстранился и теперь принялся зацеловывать окрестности губ, щёки, виски́ и веки, при этом так хорошо, так горячо… Он приподнялся, ловя взгляд каштаново-салатовых глаз, и, не отрывая его, произнёс в чужие губы: — Я хочу тебя.       Тигнари весь напрягся, его хвост тревожно завилял, а уши выровнялись, и так будучи чрезвычайно чувствительными под чужими касаниями. Его накрыло возбуждение и сплелось клубком внизу живота, вызывая волнение в груди.       — О-ох… Х-хорошо… — выдавил из себя он, видя, что Сайно ожидает ответа. Тот улыбнулся и потянулся выше, чтобы губами достичь мягких ушей, и Тигнари поздно осознал, что тот хочет сделать. — А-ах! С-сайно, п-подож-! — Генерал поцеловывал сначала шёрстку на ушах, а затем оставил поцелуи и на внутренней части.       Тигнари пытался сомкнуть губы, как мог, но томный стон всё равно вырвался из горла, и, удивившись самому себе, он покраснел ещё сильнее. Это было чересчур развратно…       Он поднял руку, не занятую тисками Сайно, и зацепился за чужое плечо.       — Я и не знал, что ты можешь издавать такие звуки, — генералу, похоже, пришлась по душе реакция фенека и он лишь продолжил целовать его уши, наслаждаясь стонами дозорного. Попутно он стал снимать верхнюю одежду Тигнари, начиная с белой ткани и заканчивая кофтой. Осталась лишь туника, и Сайно опустился, чтобы пальцем оттянуть ткань на шее и поцеловать открывшуюся кожу. Впиться губами в кадык, оставляя засос, и даже немного прикусить нежные складки. В конце концов он произнёс: — Прости мою бестактность, — и он легко разорвал тонкую ткань туники, открывая вид на грудь юноши. Кинув остатки туники куда-то назад, он приблизился к затвердевшим соскам Тигнари и обхватил один из них губами, лаская второй пальцами.       — Ах… Оа… Ахх! — дозорный обвил руки вокруг шеи генерала, перебирая пальцами светлые пряди и потягивая за них. Приятно-приятно-приятно, Архонты, это было лучшее из всего, что испытывал темноволосый до сих пор. Сайно исполнял все желания, не оставлял без внимания ни один участок кожи и покрывал всё поцелуями и засосами, с которыми придётся иметь дело наутро… — Сайно, Сайно-Сайно-С-сайно… А-ах… — Тигнари был уже весь на изводе и явно желал более активных действий. Он запрокинул ноги на бёдра Сайно и начал тереться о его пах своим.       — А ты нетерпеливый мальчик, да? — генерал отвлёкся от аккуратной груди и вернулся к губам Тигнари, что успели заскучать по нему. В это же время он размотал чужой пояс и, отстранившись, произнёс: — Подожди, — он подхватил фенека под спину и бёдра и уложил юношу на весь стол, заставляя ещё несколько вещей опрокинуться. Тигнари самостоятельно приподнялся, возобновляя страстный поцелуй, и Сайно послушно ответил ему тем же. Дозорный снял все тяжёлые украшения с шеи генерала, после чего начал ощупывать чужую грудь, между тем не размыкая их губ.       — С-сайно… Хаа… — Тигнари стремился стать всё ближе, хоть их и так уже почти ничего не разделяло. Сайно запустил руку в штаны парня, обхватывая возбуждённую плоть и заставляя того простонать, откинув голову назад: — Ммхах!       Сайно поцеловал подставившуюся шею, натирая чужой половой орган, дразня, но не переходя дальше.       — Сайно, С-сайно, п-пожалуйста, ммх, — умолял темноволосый, поднимая свой пах навстречу руке генерала. Последний усмехнулся и, стянув штаны Тигнари свободной ладонью, он приподнялся, чтобы насладиться видом. Раскрепощённый лесной смотритель, весь красный и потный, тяжело дышащий и со вставшим членом. Боже, как он горяч.       Продолжая надрачивать, Сайно коснулся пушистого хвоста, поглаживая его и заставляя разгорячённого фенека выгибаться в спине.       — Ха-ах… Ах… Ньья… — издаваемые Тигнари звуки теперь колебались между мурчанием и стонами. Он вслепую нащупал какой-то флакон на столе, который чудом ещё не упал, и протянул генералу: — Э-это… ароматическое масло… Я использую его для увлажнения, но ты м-можешь… Ты понял!.. — он закрыл лицо другой рукой, сгорая от стыда.       Сайно улыбнулся и, откупорив бутылёк, вылил немного эссенции себе на руку, в то же время наклоняясь к юноше и прижимаясь к его губам своими. Он обвёл смазанным пальцем кольцо анального входа, прежде чем аккуратно запустить его внутрь, вызывая у Тигнари сдавленный стон. Он медленно проникал всё глубже и глубже и, когда посчитал нужным, добавил второй палец. С трудом, но они оба уместились, и Сайно принялся водить ими внутри, раздвигая в разные стороны и прорабатывая проход.       — А-ах! Ах, аааа, о-ах, — Тигнари разорвал поцелуй и теперь упёрся лбом в плечо Сайно, уже не сдерживая стоны. Боже-боже-боже…       Между тем, генерал не забывал ласкать чужой член, ускоряясь, проводя рукой полностью от основания до головки. Он чувствовал, как его собственное возбуждение скоро сведёт его с ума, и чем больше он думал об этом, тем сильнее пульсировало в его висках.       Тигнари крепко обхватил его руками и ногами, простанывая его имя, закатывая глаза от удовольствия. Сайно целовал чужую шею, продолжая работать снизу, и медленно спросил:       — Ты хочешь, чтобы я?..       Дозорный опустил уши и ответил вперемешку со стонами:       — Да, да, да, Сайно, пожалуйста, умоляю тебя, а-ах… Быстрее, С-сайно…       Генерал вытащил пальцы, но ещё продолжал натирать член Тигнари, с головки которого уже выделилось достаточное количество предэякулята.       — С-сайно, ты доведёшь меня до… А-ах… Сайно!..       И тут Сайно убрал свою руку, заставляя Тигнари протяжно вдохнуть, после чего он невольно захныкал от не достигшего пика удовольствия.       — Ж-жестоко… — фенек тяжело дышал, держась за чужую шею.       Сайно пришлось приопустить возлюбленного, чтобы снять свой пояс и шорты вместе с нижним бельём. Дозорный не смог сдержаться, и его взгляд метнулся к низу живота генерала. Его член был твёрдым и мокрым от возбуждения, и совсем нескромных размеров. Тигнари сглотнул, ожидая следующих действий.       Сайно же прижался своим телом к другому, целуя сладкие губы и параллельно вновь беря флакон с эфирным маслом. Смазав свой член, он разместил головку возле входа и посмотрел на Тигнари, отстраняясь от его губ. Тот лишь молча кивнул и, обхватив ногами бёдра генерала, прижал его ближе к себе. Сайно положил руки на талию дозорного, прежде чем войти. Он проник совсем неглубоко, но уже почувствовал, как стенки прохода сжали его член, а Тигнари простонал в плечо светловолосого, покусывая кожу.       — Ньях… А-ах… С-сайно… Архонты… Г-глубже… Ох! — он ахнул, когда резким толчком в него проникли дальше. Юноша ощущал свой низ каждым чувством, и то, насколько глубоко был орган генерала — такой горячий и большой… Он был готов кончить уже от осознания этого.       — Ахх… Туго… Расслабься, Нари… — Сайно поцеловал возлюбленного в щёку. — Ты же хочешь быть послушным мальчиком?~       — Д-да, господин… — Тигнари постарался ослабить невольную хватку внизу, и тут же освободившийся проход заполнили. — А-ах! Аааааа… — он вцепился зубами в кожу Сайно и не мог не царапать ногтями его спину, двигаясь навстречу. Наконец, генерал вошёл до основания и дал несколько мгновений на то, чтобы привыкнуть.       Сайно действительно в нём, так глубоко… Теперь их ничего не разделяло, они стали одним целым, тело к телу, кожа к коже. Любовное опьянение вскружило Тигнари голову.       Светловолосый повернул голову юноши к себе и сладостно поцеловал, начиная двигаться внутри. Их тела горели, кровь кипела от желания, и оба не могли сдержать рвущихся наружу стонов.       — Ммх… Нари… — Сайно раз за разом ускорялся, стенки прохода уже свободно впускали его, и он не мог остановиться — да и уже не было дороги назад.       — Быстрее… Сайно, а-ах… Ммммхх, мгх! — фенек глушил крики, уже до крови искусывая плечо Генерала Махаматры.       Развращённые и порочные звуки сплетающихся тел заполнили домик, каждый шлепок при столкновении бёдер заставлял Тигнари краснеть всё сильнее, хотя, казалось бы, разве мог остаться стыд к этому моменту? Дозорный двигал бёдрами навстречу к Сайно, а тот к нему, и вместе выходило ещё пошлее. Генерал теперь убрал руки с талии и расположил одну у соска Тигнари, а другую у ушей, и принялся одновременно ласкать и то и то, доводя темноволосого до пика.       — С-сай… Н-но… С-са.. а-ахх! Я-я… я больше не могу… — постарался произнести тот, пусть его и настолько беспощадно трахали, что он едва мог говорить.       — Хаа… Хороший мальчик… Я тоже сейчас… — он собирался вынуть свой член, чтобы не излиться внутрь, но Тигнари резко притянул его обратно, сжимая бёдра ногами.       — Н-нет! — он продолжил насаживаться на горячий и готовый к эякуляции орган, и Сайно утолил его желание, возобновив движение. — Я х-хочу… чтобы ты… А-ах!.. Ч-чтобы ты… К-кончил внутрь меня… — он откинул голову и, держась одной рукой за чужое плечо, второй начал активно мастурбировать. — С-сайно… я…       Он выгнулся, достигая пика и кончая, и тут же почувствовал, как внутри него генерал тоже дошёл до своего предела. Оба протяжно застонали, прежде чем их накрыла сладкая нега после оргазма. Руки Тигнари ослабли и он опустил их на стол, а Сайно не спешил выходить из юноши. Он ещё раз поцеловал уставшие, и без того истерзанные губы дозорного, и вдруг свалился на него всем телом.       — С-сайно… — Тигнари проверил генерала: тот заснул. Хаа…       Ему пришлось самостоятельно перевернуть возлюбленного и слезть с его полового органа. Из прохода Тигнари по ноге стекали струйки чужого семени — Боже-боже…       Он собирался слезть со стола, но, стоило ему встать на ноги, как они тут же подкосились и он согнулся, держась за край мебели. У-ух, больно… Кое-как выпрямившись, дозорный подхватил Сайно и едва смог донести его до кровати, куда он его и уложил. Тигнари сел рядом, всё ещё тяжело дыша и краснея, заново осмысливая произошедшее. У него настолько дрожали руки, что он бы и перо удержать не смог, чтобы записать результат эксперимента с этим зельем. Юноша взял флакон с той жидкостью, всё это время лежавший тут, и осмотрел его. В-вот уж да, что же он туда такого добавил, что возник такой эффект?..       Поставив бутылёк на пол, он лёг в кровать, укрыл их двоих одеялом и прижался к Сайно, обнимая его.

***

      Сайно едва разлепил тяжёлые веки, проснувшись наутро. Он обнаружил себя в незнакомой кровати и в незнакомом месте, и тут же насторожился, но вовремя вспомнил, что место, в общем-то, знакомое — это же дом Тигнари! Что он тут делает? Да и заснул в одежде, что ли…       — Доброе утро, — о, а вот и он! Дозорный сидел за письменным столом, и он, повернувшись к другу, улыбнулся. Правда, такое чувство, будто что-то было не так… А! На нём не было туники, поэтому шея и правая рука были открыты. Ох, — Сайно пригляделся — и на этих участках кожи были какие-то красные следы…       — Как я здесь оказался? — Генерал Махаматра нахмурился, совершенно не помня ничего за прошедшую ночь. Он принял сидячее положение и свесил ноги с кровати, не спуская взгляда с лесного стража.       «Как я и думал, он всё забыл», — отметил про себя фенек.       — Ты попал в Зону Увядания и в полусознании пришёл сюда. Я дал тебе снадобье и ты уснул на всю ночь, но побочным эффектом оказалась краткосрочная потеря памяти. Прости, — дозорный продолжил записывать что-то на бумажке.       — Ах, вот оно как, — и всё равно, казалось, будто Тигнари чего-то не договаривает… Ещё и такой странный запах повис в воздухе. И что за следы на его теле? Да и, если присмотреться, он сам не такой, как обычно, а на щеках почему-то засел румянец.       Генерал заметил какой-то бутылёк на полу и, заинтересовавшись, поднял и откупорил его. Повеяло знакомым запахом. Тигнари заметил его действия краем глаза и тут же вскочил, но не смог сделать и шага: боль внизу спины дала о себе знать — минувшая ночь не прошла бесследно.       — Стой, не пей! — предостерёг он, держась за спинку стула.       — А? А что это?       — Это… снадобье, которое я тебе давал вчера…       — Ах, тогда оно должно помочь? Я всё ещё чувствую тяжесть в теле… — и он за раз допил зелье, не успел дозорный и руку протянуть. Тигнари замер на месте, а затем плюхнулся обратно на стул и закрыл лицо руками. Ааах, он собирался замять произошедшее и просто никогда не возвращаться к этому, чтобы не терзать свои чувства, но он проглядел такую вещь как флакон с зельем… Он взглянул на Сайно, а тот недоумённо наклонил голову: — Тигнари, всё хорошо?.. Мне и правда становится лучше.       — Правда? — дозорный понадеялся, что в этот раз всё обойдётся. — Давай проверю, — он подошёл к Сайно, но, всё-таки не в силах стоять, сел рядом. Протянув руку, он прибрал светлые волосы, осматривая лицо, как вдруг его схватили за запястье со словами:       — Обманул.       Э?       — Что… — глаза Тигнари расширились, он уставился на генерала. — С-сайно!       — Я всё помню, — едко усмехнулся Сайно. — Я тебя обманул, Нари, — он сжал их ладони и переплёл пальцы.       — Т-ты… — дозорный покраснел, не в силах поверить в то, что его провели. Этот чёртов генерал!..       — И у нас появилась проблемка, — добавил Сайно. На вопросительный чужой взгляд он лишь взял другую руку Тигнари и положил её на свои штаны, там, где промежность — под тканью образовался ощутимый бугорок.        — С-сайно… — фенек нахмурился и, освободив свои руки, приподнялся, чтобы сесть на колени генерала, кладя ладони на чужие плечи. — Если так хочешь, можешь просто оттрахать меня, незачем использовать эти грязные шутки…       — Разве так не веселее? — Сайно же устроил свои руки на бёдрах юноши, не скрывая ехидства. — Ты правда думал, что я не замечу все эти засосы на себе, особенно следы от укусов на плече? Плохой мальчик.       — С-сайно...       — Нет-нет, не так.       Тигнари вздохнул и сквозь зубы произнёс:       — Господин...       Светловолосый улыбнулся и притянул юношу к себе, завлекая в поцелуй. Одновременно с этим он прошёлся ладонью выше к спине дозорного, а затем занырнул под ткань штанов и ловким движением проник пальцем в тугой проход.       — Ммхах... — Тигнари невольно поднял бёдра, двигая ими в такт чужих пальцев.       — Тебе следует изготовить побольше этих снадобий, — сказал Сайно, отстранившись от мягких губ. — Кто знает, кто ещё забредёт случайно в опасную зону...       — Заткнись, извраще- — второй палец сзади, — А-ах!       В этот раз действие снадобья продержалось дольше, и, к счастью, Коллеи решила не навещать Тигнари сегодня, прочитав его записку о плохом самочувствии. Тем не менее, странные звуки изнутри домика она услышала…