Другие взгляды

***

Боль… Она обрушилась на него лавиной — острой, безжалостной, не отпускающей Боль! Невыносимая, адская и непроходящая…       За что ему такая участь? Что он сделал не так? Чем заслужил такую немилость судьбы?…

…

      Когда Кёджуро открыл глаза, его встречала лишь одна реальность — боль. Дышать было тяжело, двигаться невозможно. Правый глаз не видел от слова совсем, а ног же как будто бы и не существовало. Он их не чувствовал!..       Он попытался глубже вдохнуть — зря. Сломанные рёбра дали о себе знать. Острая вспышка боли пронзила грудную клетку, выбив жалкий, сдавленный стон. Пальцы вцепились в белую простыню больничной койки так, будто только это могло вернуть его к жизни.       Было очень тяжело осознавать реальность происходящего! Это просто страшный сон! Сердце в страхе забилось быстрее.        Но реальность была жестока и несправедлива даже к таким людям, как он. Тем, кто искренне помогал другим, кто жил с открытым сердцем, кто мечтал лишь о счастье для всех вокруг.              Время шло. Воспоминания, словно зыбкие призраки, начинали возвращаться:

Битва. Боль. Демон.

      Сражение, которое перевернет его жизнь с ног на голову... Битва с демоном Двенадцати бесовских лун.

***

«События на поезде Бесконечном»

«3 недели назад»

…

      Дело почти уже шло к спасательному рассвету. Совсем скоро солнце окрасит горизонт золотыми бликами, и бой должен будет завершиться — в чью-то пользу.       Последние силы были на исходе. Противостояние между вымотанным Столпом Пламени и Третьей высшей луной.       Снова удар, снова взмах катаны, рассекающей воздух!       Кёджуро использовал всё, что знал — каждую форму Дыхания Пламени, каждую технику. Бесполезно… Один на один хашира никогда не сможет одолеть столь сильное существо. Невозможно! Но он держался. Нельзя позволить пострадать невинным!       Аказа уклонялся легко, будто это был всего лишь танец. Он наслаждался боем, словно его цель заключалась не в убийстве, а в игре.       Регенерация демона была пугающе быстрой. Каждую серьёзную рану, которую Кёджуро успевал нанести, противник назло залечивал мгновенно.       Но Ренгоку стоял. Держался. Он знал: его долг — защищать невинных, даже если его собственная жизнь будет положена на весы. Но… скоро уже рассвет. Спасение в виде Солнца.. Главное не упустить демона!

…

      Из-за горизонта забрезжил первый луч. Вот оно — спасительное солнце!       Демон начинает заметно нервничать. Солнце же может погубить даже Прародителя всех демонов. Что уж там говорить о его подчиненных? — Удачи, Кёджуро! – вкрадчиво произнёс демон, хищно усмехнувшись, – Советую обдумать моё столь щедрое предложение на ближайшем досуге! Надеюсь, что мы ещё встретимся! Было приятно провести бой с тобой!, – демон кратко и хищно улыбнулся.       Демон собирался было уходить, но столп явно не желал так просто его отпускать без окончания боя.

      «Столько сражаться ради.. ничего? Люди так и продолжат умирать от лап этого демона?»

…

Из последних сил он бросился вперёд — и за попытки задержать Аказу, Ренгоку с хрустом был вбит в ближайшее дерево              Боль..       Разочарование…       Демон ушёл...       Темнота. Покой. Но ещё не конец.

***

«Поместье Бабочки.»

      В палату, где лежал Кёджуро, тихо вошла Кочо Шинобу.       Она довольно часто в свободное время делает обход больных и пострадавших лично, спрашивая их самочувствие, или… делая какие-либо оздоровительные процедуры. Ей нравилось помогать и лечить. Это было долгом Кочо, но в её глазах всегда теплилось что-то большее, чем просто врачебный интерес.       Каково же было удивление Шинобу, когда она увидела Ренгоку в немного полусидячем положении. — Ох, Вы проснулись!,– воскликнула она, тут же поспешив помочь пациенту снова лечь,– Вам пока категорически нельзя подниматься. Я не ожидала, что вы так рано выйдете из комы,– с облегчением добавила она.       Аккуратно поправив белое одеяло, Шинобу села рядом и, двигая пальцем в такт словам, начала объяснять: — Ваше состояние было крайне плачевным. Повреждение позвоночника привело к параплегии…,– она на секунду замялась,– Если проще объяснить, то… паралич нижней части тела и общая мышечная слабость – Кочо говорила это с необыкновенным спокойствием в голосе. Профессиональная маска.       Как будто это был повседневный разговор, а не разглашение страшного и пожизненного диагноза.       Но за ней Кёджуро всё равно уловил тихое, горькое сожаление. Словно она боялась неправильно подобрать слова и ещё сильнее травмировать состояние пациента. — Боюсь, Вы не сможете больше быть охотником на демонов,– продолжила она, – Какие-либо тренировки Вам строжайше противопоказаны… и невозможны. К сожалению. Но, будет огромное ЧУДО, если вы вообще сможете просто хотя бы встать на ноги!       Она мягко улыбнулась, чуть склонив голову: — Спасибо вам за то, что спасли людей на поезде такой ценой. Никто не погиб. Несколько пассажиров до сих пор проходят лечение, но благодаря вам они живы… но вам я не могу ничем помочь. Мне жаль, правда. — Ничего страшного. Это ведь наш долг – спасать людей ценой собственной жизни!, – с прежней решимостью в голосе ответил Ренгоку. — Доброго вечера Вам, Ренгоку-сан, отдыхайте, – Шинобу тепло взглянула на него, но вскоре поднялась.       Её ждало ещё много пациентов как минимум в нескольких палатах.       Она оставила Кёджуро одного.       Одного со своими страхами, с тяжестью новой, пугающей реальности.       Ренгоку на данный момент даже и не подразумевал того, что вся его жизнерадостность к скорому времени начнёт с каждым днём стремительно истощаться, приведя к неимоверно плачевным и страшным событиям.       Он ещё не знал, что впереди его ждёт нечто страшнее смерти.