Больно не будет

Ни один смертный не способен хранить секрет. Если молчат его губы, говорят кончики пальцев; предательство сочится из него сквозь каждую пору.“ —  Зигмунд Фрейд

За несколько часов до подставного убийства, поместье Розье

      Эйприл лениво листала книгу, кем-то оставленную на столе. На самом деле сейчас книги были единственным ее увлечением. Более она не могла сделать ничего.       Все так же страдая от того, что еда не задерживается в ее организме дольше, чем на десять минут, она чуть ли не с благодарностью приняла очередную порцию зелья от одного из домовиков.       Эйприл точно не знала сколько всего домашних эльфов было у Розье, но каждый раз к ней приходил другой эльф. Возможно, Эван сделал это для того, чтобы домовик не имел возможности привязаться к девушке и от того пытаться ей помочь.       С того момента, как Розье изнасиловал Поттер, прошло не слишком много времени, но достаточно для того, чтобы он это повторил трижды и каждый раз после этого в комнате таинственным образом оказывался Снейп, который следил, чтобы Эйприл не покончила с собой.       Сам же Эван в поместье почти не появлялся и пересекался с ней только по неприятным для девушки причине.       Со своей участью Поттер перестала мириться после второго раза. Если раньше она пыталась выкарабкаться из этого всего, то сейчас лежала спокойно не брыкалась и не пыталась сопротивляться, потому что знала, что это бесполезно да и без сопротивлений Эйприл Эван свои действия заканчивал раньше, поэтому она имела возможность побыть наедине со своими мыслями.       А размышлять ей было о чем. Например, о том, как сбежать из этого поместья, хотя это не представлялось возможным, о том, как выжить здесь, если сбежать возможности не будет.       Стук в дверь выдернул Поттер их мыслей. Она отстранённо посмотрела на дверь, не сразу осознав, что в дверь кто-то стучит. Это не мог быть Розье. Он заходил без стука, причём мог ворваться в любой момент, будь она в комнате или в душе, с двери которого Розье убрал замки. После этого чаще всего акты насилия и происходили, так что Поттер в душе подолгу старалась не задерживаться.       Когда стук в дверь повторился, Эйприл поняла, что до сих пор не пустила названного гостя в комнату. — Входите, — сказала она, не понимая, почему гость не прошел сам. Дверь-то была открыта.       Дверь медленно открылась и, на удивление Поттер, ожидавшей увидеть если не Розье, то какого-нибудь Пожирателя смерти, в комнату вошла девушка. И не простая... — Ты... — выдохнула Эйприл.       Перед ней стояла француженка. Та, с которой когда-то она застукала Сириуса. Признаться, сейчас она была мало похожа на себя. Казалось, она стала еще красивее, что Поттер совсем не обрадовало. — Что ты здесь делаешь? — спросила Эйприл, стараясь сделать это как можно более равнодушно. — Приехала из Франции погостить?       На самом же деле ревность буквально съедала ее изнутри, что было не совсем хорошо. Почему она должна ревновать Блэка, если тот ей изменяет? — Я не знаю, — ответила француженка на ломаном английском. — На улице меня выловил какой-то юноша и привел меня сюда. Зачем не сказал. А ты что здесь делаешь? Ты его жена?       Эйприл передернуло. Подобной глупости она еще не слышала и не представляла, как что-то подобное можно было вообразить. — Нет конечно, — ответила она несколько поспешно. — Я здесь в заложниках. И для чего он притащил тебя — мне неизвестно. Может, одной меня ему для развлечений мало.       В своих словах Поттер показала столько плохо скрываемого пренебрежения, что Кларисса отшатнулась. — Ты все еще ненавидишь меня за тот случай, — поняла француженка. — Прости, я не хотела портить ваши отношения. Просто твоя подруга... — Она мне больше не подруга, — перебила девушку Эйприл. — С предателями я не общаюсь. И имени ее при мне не произноси.       Лицо Боначчи перекосило. Хоть она и изучала английский на протяжении долгого времени, некоторые слова ей до сих пор были не совсем понятны, а некоторые из тех, что были понятны, вызывали отвращение. — Эм... — прервала затянувшееся молчание Кларисса. — Может, расскажешь, как тут оказалась?       Эйприл посмотрела на девушку с неодобрением. Ничем личным она делиться не собиралась. Тем более с таким человеком, как она. — Не хочешь — не говори, по твоему лицу все видно, — сказала неожиданно француженка.       Поттер посмотрела на девушку с неодобрением, а после и вовсе отвернулась. Неосознанно она побрякивала на запястье браслетами. Один был подарен Регулусом, другой братом. — Красивая татуировка, — неожиданно сказала Кларисса некоторое время спустя. Эйприл, до этого думающая, что девушка покинула комнату, вздрогнула. — Что? — она неосознанно посмотрела на свою руку, где под браслетами действительно пряталась татуировка.       Надпись, написанная на запястье, была сделана незадолго до выпускного. Это было идеей Сохатого: набить на запястье каждого памятную надпись. Была небольшая особенность у каждой надписи. На каждом человеке она была разного почерка. Так на Эйприл надпись "Мародёры навсегда" была написана почерком Джеймса, украшенная парой звезд почерком Сириуса. В соответствии, на запястье Блэка навеки остался почерк Эйприл и изображения собачьих лап, нарисованных Римусом. И так по кругу. На самом деле в этой татуировке можно было найти частичку каждого, так что Поттер частенько разглядывала ее, вспоминая лица друзей, которые наверняка сейчас ищут ее.       Боялась ли Поттер, что родители как-то не так отреагируют на татуировку? Нет. Во-первых, это была идея Джеймса. Во-вторых, это тело принадлежит Эйприл и она вольна делать с ним все что угодно. В-третьих, они и не заметят, потому что Прил дома сейчас нет. — Я говорю, мне нравится твоя татуировка, — повторила Кларисса, чуть повысив голос.       Поттер кивнула, отстранённо посмотрев на свою руку. Татуировка как татуировка, что в ней такого особенного? — Слушай... — Нет, это ты послушай, — наконец, не выдержала Эйприл. — Я не знаю, кем ты себя возомнила, но не пытайся подружиться со мной. У тебя все равно не выйдет.       Положив руку на живот Поттер выдохнула. Беременность, пожалуй, сделала ее чересчур раздражительной. Да, она была беременной и, на удивление, не от того, от кого думала изначально.

Флешбек

      Эйприл вышла из ванной, вытерев чуть влажные губы тыльной стороной ладони. Ее снова стошнило, что было довольно любопытно. Она уже несколько недель не ела нормальной еды. От чего ее могло стошнить от зелий?       Вернувшись на кухню, девушка застала там Снейпа, которого уже видела сегодня, и Розье, увидев которого удивилась. Обычно днем Эвана дома не бывало. — И как поживает моя будущая женушка? — поинтересовался он с усмешкой.       Эйприл нахмурилась. — Только в твоих снах, милый, — огрызнулась она, остановившись чуть поодаль.       Она увидела усмешку на губах Снейпа и ее передёрнуло. Не могла она смотреть спокойно на человека, которого видела ежедневно. Признаться, его общество совсем не привлекало. — Ты сегодня пойдёшь на осмотр к колдомедику, — сказал Эван.       Эйприл удивлённо посмотрела на бывшего сокурсника. Неужели он тоже заметил, что ее тошнит без причины? — В Святое Мунго? — с надеждой спросила она. Если это будет действительно так, то она сможет увидеться с матерью, которая точно будет там. — Нет, — ответил Розье, поломав все планы. — Зачем? У нас есть семейный колдомедик. Она замечательная женщина и согласилась осмотреть тебя.       Эйприл взглянула на слизеринца с отвращением. Какая, Мерлина ради, женщина? Ей нужно в Святое Мунго, ей нужно домой. — Кстати говоря, она уже пришла и ждет тебя в моей комнате, — сказал он. — Иди и я надеюсь, что меня ждут хорошие новости.       Не в силах отказать Поттер развернулась и уныло побрела по лестнице. Чего ждёт от нее Розье? Конечно же он ждёт новости о ребёнке. Эйприл же напротив надеялась, что ребёнка нет.       Подойдя к двери комнаты Эвана, девушка остановилась. В этом крыле она никогда не была и в комнату своего похитителя не заходила, поэтому, прежде чем войти, она слабо, почти неслышно постучала и только после прошла внутрь. — Проходи, — приветливо сказала средних лет женщина.       Эйприл переступила порог и замерла. В этой комнате она находилась впервые. Стены здесь были выкрашены в темный оттенок. Посредине стояла кровать. И дальше следовали предметы интерьера. Здесь было выдержано все просто и со вкусом. — Садись, — женщина указала на кровать.       Поттер не сразу двинулась в сторону кровати. Да и когда подошла остановилась, подумав, прежде чем сесть. — Хорошо, что беспокоит? — спросила женщина, взяв девушку за правую руку. — Плохо, конечно, что у тебя здесь татуировка. Возможно, диаграмма будет не точной.       Эйприл машинально отдёрнула руку, но потом под взглядом голубых глаз вернула руку обратно. Она стала следить за тем, как женщина водила волшебной палочкой, вырисовывая узоры на ее запястье. Спустя пару таких манипуляций над рукой Поттер выросла диаграмма, содержащая всю информацию о ней. — Твоё здоровье в норме, — спустя пару минут сказала колдомедик. — Количество сна недостаточно. Как ты спишь? Есть проблемы со сном?       Эйприл усмехнулась. О каком сне может идти речь? Если раньше, когда Поттер могла закрыться в комнате, то она могла поспать. Сейчас она спать не могла. Сон приходил только через несколько дней бесперывного бодрствования. — Понятно все, — сказала женщина, когда гриффиндорка не ответила. — Нужно спать и много спать. Так, а это что?       Колдомедик несколько минут вглядывалась в какую-то точку слегка розоватого цвета. — Что же поздравляю, мисс Поттер, вы беременны, — поделилась женщина с лёгкой полуулыбкой. — Примерно десятая неделя.       Эйприл замерла. Она предполагала, что изнасилования Розье к тому и идут, но... Десятая неделя?! Это примерно третий месяц, а если так-то беременна она вовсе не от Розье. «Это ребёнок Сириуса», — мысленно подумала Эйприл и осознала, в каком положении находится. Нет, ребенка она приняла как само собой разумеющееся. Прикинув, она даже поняла, что подобное действительно могло бы быть. Хотя непонятно как. Поттер всегда пила зелья против нежелательной беременности.       Пугало ее другое. Если это ребенок Сириуса, то Розье наверняка об этом узнает. А если он узнает, то ей придется несладко. Она уже предвидела, к каким методам он прибегнет, чтобы избавиться от нежеланного дитя. — Все хорошо? — спросила колдомедик, видя, что лицо гриффиндорки исказила гримаса ужаса. — Я понимаю, беременность это шок, но твой ребенок развивается хорошо. Вы с Эваном не ждали его?       В этот самый момент в комнату как раз вошёл Розье. Эйприл не знала, просто так он пришел или его как-то позвала женщина, но он пришел и сел на стул. — Ну что? — спросил он, обращаясь к женщине. — Я вас поздравляю, она беременна, — откликнулась колдомедик.       Эйприл внимательно следила за лицом слизеринца, но на нем не проскользнуло не единой эмоции. На слова колдомедика он просто кивнул, не выразив ни радости, ни раздражённости. «Ничего, сейчас вот ему скажут, сколько по времени я беременна, и будет мне раздражённость», — подумала Поттер, отчего-то прикрыв еще не появившийся живот рукой. — А кто, известно? — подал голос Розье.       Эйприл подняла голову вверх, переводя взгляд с слизеринца на колдомедика. — У вас мальчик, — сказала она.       И только сейчас на лице Эвана мелькнуло хоть какое-то подобие улыбки.       Поттер на него старалась не смотреть. Она полностью ушла в себя, гадая, обрадовался ли бы Сириус, узнав, что его жена ждет мальчика, а не девочку, о которой он так мечтал. — Так, беременность непростая. Вам нужно соблюдать определённую диету и значительно набрать вес. Сейчас он критический. Вы всегда были такой худой? — спросила женщина.       Эйприл пожала плечами. Ну и что ей ответить? Она всегда была худой, потому что ежедневно занималась квиддичем, а если она спрашивала про вес, то тут не удивительно, что за все то время, что Розье пичкал ее зельями, она похудела таки сильно. — Одним словом питание. Чуть позднее отправлю вам список, — продолжила колдомедик. — Дальше нормализуется сон. Для вас сейчас это важно.       Дальше Эйприл как будто отключилась. Она видела, что Розье продолжает разговаривать, но не слышал о чем. По количеству времени, что они разговаривали, девушка была уверена, что мисс Беннет дала не меньше сотни рекомендаций. А когда в комнату вернулся звук, она поняла, что в то время, что она не слышала, на комнату было наложено заклинание. Ее как будто поместили в пузырь, в котором она ничего не слышала. — Хорошо, все рекомендации будем соблюдать, — пообещал Розье.       Эйприл мысленно усмехнулась своим мыслям. Вспоминая тот день, она неосознанно стала поглаживать живот, который казалось и не планировал появляться. — Поздравляю, — сказала неожиданно Кларисса. — Мальчик или девочка?       Поттер несколько минут колебалась, прежде чем ответить: — Мальчик.       Лицо француженки осветилось улыбкой. На лице при этом появились ямочки, которых раньше Поттер не замечала. — Эван, наверное, будет рад, — сказала Кларисса и только потом осознала, что сморозила глупость.— Его ведь так зовут?       Эйприл же на нее не смотрела. Когда она назвала имя Розье ее машинально передернуло. — Это не его ребёнок, — ответила Поттер, не подумав, потом испуганно покосилась на дверь, ожидая, что их кто-нибудь подслушивает.       Кларисса ахнула, прижав ладонь правой руки к губам, чтобы хоть как-то скрыть свое удивление. Получилось не очень. — Я думала, вы встречаетесь, — сказала она очередную глупость. — Я думала, что с Сириусом вы так и не сошлись.       Эйприл отчетливо уловила в голосе француженки панику и усмехнулась. «Конечно, она ведь предполагала, что после того случая мы с Бродягой не сойдёмся», — мысленно произнесла Поттер, кивнув своим мыслям. — Напротив, мы сошлись и даже поженились, — намереваясь, показать обручальное кольцо Эйприл одернула руку. Кольца не было и, кроме того, они официально признаны разведёнными. — И я тебе говорила, что меня похитили.       В этот самый момент дверь отворилась и в комнату вошёл Розье. На его лице застыла улыбка. Такая, какая бывает только у победителей.       Эйприл побледнела. «Он слышал. Слышал, что это не его ребёнок», — мысленно запаниковала она и тут же закрыла свои мысли, так как делала уже на протяжении нескольких месяцев, живя в этом доме. — Ну что, познакомились? — спросил Эван. — Хотя я предполагаю, что вы двое и так были знакомы. Правда, женушка?       Эйприл передернуло. — Я не твоя жена, придурок, — огрызнулась она.       Розье улыбнулся. Подойдя, он заправил короткую прядь волос Поттер за ухо.       Да, Эйприл отстригла половину своих волос. Зачем? Да чтобы у Эвана не было возможности схватывать их в кулах, как он привык делать во время изнасилования. — Вот именно из-за этого я и здесь, любимая, — почти что пропел слизеринец. — Понимаешь, мы могли бы сыграть свадьбу хоть сейчас. Ну неправильно, чтобы наш ребенок воспитывался вне брака. И, в общем, у меня возник план. Тебя ищут уже не один месяц и логичнее всего было бы подстроить твою смерть. Я возьму Боначчи, напою ее оборотным зельем и убью ее на глазах твоей семейки.       Глаза Эйприл округлились от удивления. Она не могла поверить своим ушам. Ее дыхание участилось. «Так, успокойся», — мысленно сказала сама себе Поттер, зная, что ей нельзя волноваться. Это может плохо отразиться на беременности. Она и так благодаря Розье не соблюдала половину рекомендаций, данных колдомедиком. — Ты не можешь этого сделать, — прошептала она дрожащими губами. — У тебя ничего не выйдет. Как ты можешь подстроить мою смерть? Если не родители, то мой брат точно почувствует, что я жива. Нашу связь ты разбить не в силах.       Эван усмехнулся. — На этот счет, моя дорогая, не волнуйся, — сказал он. — Я варил оборотное зелье целый месяц не для того, чтобы мой план с треском провалился. Я уже написал Блэку письмо о том, что якобы хочу тебя отдать. Зная его, я точно уверен, что он с собой и твоего братца прихватит. Они придут, а я на их глазах убью Клариссу, заранее выпившую оборотное зелье. В этом время ваша связь с братом должна оборваться, так как в этот самый момент я нацеплю на тебя колечко, которое поможет вашей связи разорваться. И я не сомневаюсь, что после этого они поверят в твою смерть.       Эйприл замерла. В плане Розье она видела много изъянов. Например, то, что он хочет напоить зельем Клариссу. Хоть она не особо верила, но Сириус говорил, что та раскаивалась после того, как пыталась рассоединить их. А если так, то она не станет участвовать в подобной афере. — И не думай об этом, Поттер, — прервал ее мысли Эван. — Я продумал все до мельчайших мелочей. Кларисса тебе не поможет. Я знаю, что она бы не согласилась пойти на собственную смерть ни при каких условиях, поэтому я заколдую ее. Подчиню своей воле. Она и слова лишнего никому вымолвить не сможет. Скажет только то, что я скажу ей. Ты ведь наверняка знаешь, как тяжело порой противиться чужой воле.       В этот момент Эйприл неосознанно вспомнила, как на шестом курсе слизеринцы подчинили ее своей воле с помощью Империуса. Она сполна успела испытать его действие, поэтому понимала, что Кларисса навряд ли сможет сопротивляться.       Сама же Боначчи,узнав, что вскоре ее ждёт смерть, не обрадовалась. Она быстро-быстро залепетала что-то на французском, но, поймав строгий взгляд Розье, умолкла. — Тебе не будет больно, — пообещал он. — Я всего лишь пущу стрелу в твое сердце.       Тут Эйприл не сдержала язвительной усмешки. — Что смешного? — спросил Эван, нахмурившись. — Смешон способ, которым ты собрался убить меня, — выделив последнее слово, девушка чуть отодвинулась в сторону. — Не кажется ли он тебе слишком магловским?       Теперь усмехнулся уже Розье. Он отошел в сторону и достал из-за шкафа массивный арбалет. — Во-первых, это оружие специально усовершенствованное волшебниками. Его стрелы насквозь пропитаны ядом, — сказал он, поднеся к свету острый наконечник. — А во-вторых, я в курсе, что это магловский способ. И что с того? Все Пожиратели смерти знают, как твой папаша-идиот защищает маглов. Убей я его дочь таким способом, он бы сто раз подумал, прежде чем снова защищать грязнокровок. Одним словом, я просто хочу его как следует проучить.       Видя озорной огонёк в глазах слизеринца, Эйприл сморщилась от отвращения. Она не понимала, как можно быть таким ненавистником маглов. Зачем ставить себя превыше других? Ладно, может, от маглов они и отличаются, но маглорожденные-то здесь причем? Они такие же волшебники. Некоторые даже лучше, чем большинство чистокровных волшебников. — Все равно у тебя ничего не выйдет, — сказала Поттер некоторое время спустя. — Для оборотного зелья нужна частица того, в кого ты хочешь обратиться. Я же тебе ничего не дам, а если будешь пытаться что-то отобрать у меня силой, то ты можешь угробить своего же ребёнка.       Эйприл улыбнулась, чувствуя запах победы. Да, она помыкала Розье, но что еще она могла сделать? Пока Эван не знает, что ребенок не от него, он и пальцем ее тронуть не посмеет.       Слизеринец улыбнулся. — Зачем же мне отбирать что-то с силой? — спросил он. — Я уже получил все, что нужно.       Для наглядности он показал зажатый между большим и указательным пальцем черный волос. Эйприл ужаснулась. — Приятного времяпровождения, девочки, — сказал Розье. — Наслаждайтесь жизнью пока это возможно.       С этими словами слизеринец ушел прочь из комнаты. Поттер, недолго думая, кинулась за ним. Она осторожно, смотря под ноги, бежала по ступенькам, прекрасно помня, как однажды чуть не свалилась с лестницы.       Эвана она нагнала на первом этаже и с разбегу запрыгнула ему на спину, зацепившись ногами вокруг торса. Одной рукой держась за шею слизеринца она пыталась достать волос. — У тебя ничего не выйдет, — отбивался слизеринец. — Лучше слезь. Ты забыла? Тебе нельзя напрягаться.       Отцепив одну ногу, Поттер брыкнула Розье в колено, от чего тот поморщился, взглянув на девушку не самым добрым взглядом. — Отдай волос придурок, — прорычала девушка. — Отдай или я тебя... — Что ты можешь мне сделать? — спросил Эван, насмехаясь. — Я тебя покусаю.       Пнув слизеринца еще раз, на этот раз в голень, Эйприл действительно укусила того за шею — единственное оголенное место, которое видела. То, что у нее были острые зубы, сыграло ей на руку.       Прошипев что-то нечленораздельное, Розье ударил ее по лицу, дав пощёчину. Волос, который он так старательно держал в руке, упал на пол, в мгновение ока затерявшись в ковре. — Стерва, — прошипел Эван, попытавшись стряхнуть девушку с себя. — Северус?! Угомони эту сумасшедшую.       Как успела понять Эйприл, Северус к тому моменту уже ушел, поэтому Розье пытался сам сдернуть ее со своих плеч. Вот только сделать это у него так и не получилось. Вцепившись мертвой хваткой, Поттер не хотела слезать.       В следующий момент непонятно как, но Розье повалился на землю. Вероятнее всего он запутался в ногах Эйприл, которые спустил со своего торса. Поттер, естественно, повалилась следом за ним. Тихо прошипев, она ударилась спиной о стену и прижала руку к животу. В порыве ярости ненадолго она забыла о том, что внутри неё живет маленький человечек, которому опасна любая чрезмерная активность матери. — Ты совсем с ума сошла?! — возмутился Розье, поднявшись на ноги. Следом он вздернул на ноги и Эйприл. — Бросаться на меня, зная, что беременна. Ты вообще соображаешь? Слава Мерлину, ты не угробила моего ребёнка. «Слава Мерлину, я не угробила ребёнка Сириуса», — мысленно поправила слизеринца Поттер. Она все так же прижимала правую ладонь к животу. Да, забеременев, она воспылала к бывшему мужу любовью, поэтому не хотела потерять ребёнка, преподнеся его Бродяге, если представится такая возможность. — Может быть... — начала разгневанно Эйприл, а после замолчала. Розье сейчас был не в лучшем расположении духа. В прошлый такой раз он ее изнасиловал, что будет сейчас — одному Мерлину известно. — Без всяких может, — возразил Эван и подошёл к девушке, с силой дернув за волосы. — Сейчас иди в свою комнату и сиди тихо. Ты не помешаешь моему плану. И да, кстати говоря, жди гостей.       С этими словами слизеринец вышел из дома, а раздосадованная Эйприл и правда вернулась в комнату. Бороться с Эваном во второй раз она не стала. У нее и так после первого раза, тянул низ живота. — Как я понимаю, ничего не получилось? — спросила Кларисса довольно спокойно. Удивительно, Эйприл даже успела забыть, что она до сих пор здесь. — Что и требовалось ожидать. Куда тебе, беременной.       Поттер возмутилась, одновременно вместе с этим удивившись. — Почему ты так спокойна? — спросила она настороженно. — Тебя заставят прикинуться мной и умереть. Мерлин, Боначчи, понятно, почему Маккиннон выбрала тебя.       Француженка нахмурилась. — И почему? — спросила она язвительно, достав из кармана волшебную палочку.       Поттер несколько поубавила свой пыл. Она знала, на что могли быть способны французы. Взять, к примеру, Иоланту. Та была просто чокнутой. — Успокойся, — попросила Эйприл. — Мне не нужны проблемы. Просто я удивляюсь, почему ты так спокойна. Я бы точно не смогла оставаться такой, зная, что меня собираются убить.       Кларисса, успокоившись, пожала плечами. — Это лучше, чем то, что меня ждет, — сказала она, опустив глаза в пол. — Понимаешь, мой отец влез в долги. Он должен одному влиятельному человеку крупную сумму, которую отдать не в силах. В уплату долга он отдал меня в мужья уроду, которому, на минуточку, за шестьдесят. Ты не представляешь, что он делал со мной, поэтому лучше уж смерть, чем все это. Тем более, если тебя это хоть как-то утешит, я не подчиняюсь заклинаниям власти, так что если успею, то скажу Сириусу, что ты все еще жива.       Эйприл спокойно выслушала француженку. Она не знала, что может быть хуже смерти, но искренне сочувствовала девушке, которую обняла, без слов благодаря за то, что она хотя бы попытается донести до ее семьи нужную информацию. — Если все-таки не удастся, — сказала неожиданно Поттер, — можешь передать, чтобы они не грустили?Чтобы продолжили жить дальше, несмотря ни на что?       В том, что может что-то пойти не так Эйприл не сомневалась. Не доверяла она Розье. Слишком уж мутным типом он был. Да и не было причин сомневаться в том, что он убьёт Клариссу раньше, чем она хоть слово успеет сказать. — Конечно, — Боначчи кивнула, соглашаясь.       Следующие несколько часов девушки провели вместе, разговаривая. Вместе они даже пытались придумать имя будущему сыну Эйприл. Имена они старались выбирать самые красивые, что делать было сложно, ведь фамилию Блэк вслух было произносить строго запрещено.       Чем ближе подходило время, тем больше Эйприл переживала. Она знала, что увиденное разобьет сердце, если не Сириуса, то Джеймса и остальных точно. Она даже представить не могла, как тяжело им будет и думать об этом не хотела. — Нам пора, — сказал Розье пару часов спустя, когда девушки от скуки стали играть в карты. — Кларисса, попрощайся.       На удивление Поттер, Боначчи подошла к ней и обняла. — Держись, — прошептала она. — Рано или поздно ты выберешься отсюда.       Эйприл кивнула и незаметно вложила в руку Клариссы скомканный листок пергамента. Она предвидела возможный исход событий, поэтому решила отправить вместе с ней небольшое послание для родителей, брата и друзей.

Через пару часов после похорон

      Хлопок трансгрессии раздался неподалеку от поместья. Как только ноги Поттер коснулись земли, она вырвалась из лап Розье и сама направилась в сторону особняка. Она ненавидела его. Ненавидела его за все, что он сделал. И, кроме того, она ненавидела себя.       Бегом вбежав по лестнице, Эйприл прошла в свою комнату, дверь в которую с грохотом захлопнула, и кинулась к кровати. Уткнувшись носом в подушку, она расплакалась. «Мерлин, как так могло получиться? — мысленно взвыла она. — Не должно было быть так. Не должно. Не должно. Не должно! Кларисса должна была передать записку, но не сделала этого. Почему? Да какая разница?! Теперь ничего не исправить...».       Сквозь громкие рыдания от Эйприл не утаился звук открывающейся и закрывающейся двери. Предполагая, что в комнату зашёл Розье, Поттер поднялась, намереваясь высказать все, что о нем думает, и замерла. — Бабушка?       Перед ней стояла Иоланта Поттер. Казалось с их последней встречи она ни капельки не изменилась. Все те же темные волосы, строгий взгляд и надменное лицо. Истинная аристократка, владеющая высшей чёрной магией. — Тебе нельзя плакать, — сказала женщина. — Тебе нельзя нервничать. Это вредно для ребёнка.       Не став удивляться тому, что бабушка знает о том, что она беременна, Эйприл кинулась ей в объятия. — Скажи, что ты пришла вытащить меня из этого кошмара, — попросила она, вытирая слезы. — Скажи, что пришла, чтобы забрать меня домой.       Поттер чувствовала, как напряглась Иоланта. Она совсем забыла, что бабушка не переносит телячьих нежностей. А вспомнив, отстранилась. — Здесь твой дом, — ответила Иоланта, удивив внучку. — Что? — непонимающе спросила Эйприл. — Что ты такое говоришь? Мой дом не здесь. Мерлин, да ты же сама это прекрасно знаешь.       Иоланта покачала головой.       В этот самый момент в комнату вошел Эван, на которого Эйприл уставилась с ненавистью. — Какое домой? — спросил он. — Это после того, как я купил тебя у нее за довольно кругленькую сумму? Между прочим, Иоланта, ты говорила, что она быстро смириться. А ничего подобного. Она мне первый месяц такое устраивала.       Женщина пожала плечами. — А я откуда знала? — спросила она. — Я думала, что она привыкнет к жизни здесь так же быстро, как привыкла к жизни во Франции.       Эйприл слушала их краем уха. Она не могла поверить в услышанное. Сколько раз она гадала, кем же был тот человек, что удосужился продать ее дьяволу в чистокровной шкуре. Столько догадок и все мимо. А потому, что о подобном вообще нельзя было подумать. — Эван, выйди, пожалуйста, — попросила миссис Поттер. — Нам нужно поговорить. Я тебя позову чуть позднее. Тем более сейчас тебе уже все равно спешить некуда. Ты добился, чего хотел. Дело остается за малым.       Не став спорить Розье ушел на последок хлопнув дверью так, что после этого повисшая в комнате тишина стала казаться звенящей. — Бабушка, это ты меня продала? — решила уточнить Эйприл. Она надеялась, что та опровергнет этот факт. Но женщина кивнула. — Как ты могла? Зачем? Ты в курсе, что у меня как бы муж? Своя семья?       Иоланта рассмеялась. Ее смех пронизывал до самых костей, заставив Эйприл вздрогнуть. — Муж? — насмешливо спросила Иоланта. — Да сколько раз я тебе говорила, что мальчишка Блэк тебе не пара? Много, а ты у нас упёртая. Никого не слушаешь. Эван — твоя истинная судьба. Он любит тебя. — Ты с ума сошла?! — взвизгнула Поттер. — Любит?! Да он меня насиловал. И это разве любовь? И почему ты решила, что Блэк мне не подходит? Он идеальный.       Иоланта сморщилась. — Не говори подобную чушь. У меня сейчас уши в трубочку свернуться, — сказала она. — Это Блэк-то идеальный? Да какой же он идеальный, если не пошел служить Тёмному лорду? Тебе такой не нужен. Такой, как он, твое нутро не примет. Он не смог бы мириться с этим. Ты ведь ему не сказала, что занимаешься чёрной магией?       Эйприл отошла в дальний конец комнаты, чтобы держаться как можно дальше от бабушки. Да какая она бабушка? Ни одна бабушка не сделает такого в сторону своей внучки. Поправочка: ни одна нормальная бабушка. — По твоим глазам вижу, что нет, — продолжила Иоланта. — Между прочим, зря. Он бы бросил тебя. Я знаю это. И поэтому пыталась всеми возможными способами рассорить вас.       Эйприл отпрянула от стены и удивленно взглянула на бабушку. — Что значит рассорить? — ее трясло от негодования.       Иоланта цокнула языком. — Ты на самом деле не знаешь? — спросила она. — Какая же ты всё-таки глупая. А это потому, что все гриффиндорцы глупые. Тебе бы на Слизерин... Ладно, это неважно. Да, я пыталась вас рассорить. Когда ты от меня сбежала после четырех лет жизни во Франции, я знала, что рано или поздно вы с Блэком сойдётесь. Вы же уже были помолвлены. Я не могла этого допустить. Поэтому в тот вечер, когда я явилась к вам в гостиную и зашла к вам в комнату, ко мне пришла идея и я тут же осуществила ее вживую, — Иоланта усмехнулась. — Я зашла к вам в комнату. Мне на глаза попалась девочка блондинка с короткими, чуть волнистыми волосами. И тогда я и поняла, что это она. Незаметно я околдовала ее, приворожив к Блэку. Это бы ни у кого не вызвали подозрений. Сириус красивый. Неудивительно, что в него влюбилась очередная пустышка. На самом же деле это не так. Через этот приворот я руководила девчонкой. Заставила ее попросить Боначчи опоить твоего паренька любовным зельем, заставила наслать на тебя Империус. Этот список, дорогая, можно продолжать долго, но все это сделала я. А вы, глупцы, все равно ведь сошлись. Ну ничего, теперь все хорошо.       Переваривая информацию, Эйприл пошатнулась и села на кровать, подобрав под себя ноги. Услышанное не укладывалось в голове. Поттер не представляла, как подобное могло произойти. — Сцену с подставными похоронами тоже придумала ты? — спросила Эйприл дрожа.       Иоланта кивнула. — После того, как твои родители, брат и дружки начали тебя искать, я стала придумывать, как можно сделать так, чтобы они поверили в то, что тебя убили. И вот так я придумала.       Поттер сжала руки в кулаки. — Неужели тебе все равно? — спросила она. — Неужели тебе все равно, что сейчас твой сын страдает? Ты буквально убила его дочь. Да тебе должно быть стыдно после этого.       Сделав вид, что задумалась, Иоланта несколько минут спустя пожала плечами. — Мне не может быть стыдно, — сказала она. — Мне действительно все равно на то, что там будет с Флимонтом. Он заслужил нечто подобное. — Но... — Хватит пустой болтовни, — приказала Иоланта. — Что-то исправить ты не в силах. Тебе придётся жить здесь. В конце концов, может, когда-нибудь тебе удастся полюбить Эвана. Я надеюсь на это. В конце концов ребёнок не может расти вне брака.       Разозлившись Эйприл хотела было крикнуть, что ребенок не Розье и что она никогда не сможет полюбить Розье, но во время решила промолчать. Если в этом замешана Иоланта, ей точно не сбежать, а если все раньше времени узнают, что ребенок Розье не принадлежит, то она рискует умереть страшной смертью. — Успокоилась наконец? — спросила Иоланта, неверно оценив молчание внучки. — И правильно. Рано или поздно ты совсем свыкнешься с этой мыслью. А сейчас не волнуйся. Волноваться тебе нельзя. Это и для ребенка плохо и для твоих нервов. А они перед свадьбой тебе ой как пригодятся.       Эйприл усмехнулась. О какой свадьбе может идти речь? Ни за кого замуж она выходить не собиралась. — На свадьбу, как я полагаю, соберутся все значимые волшебники? — Ну конечно, — уверенно кивнула Иоланта. — И журналисты?       И вновь кивок. — А как же ты собралась скрыть то, что я, как бы мертвая, буду выходить замуж? — спросила Поттер, чуя свое превосходство. Иоланта явно об этом не подумала. А раз так, то может и свадьбы удастся избежать. Во всяком случае во время чтения клятв Эйприл точно скажет "нет".       Иоланта улыбнулась, обнажив зубы. — Не переживай, — сказала она. — От журналистов тебе прятаться не придется. Мне так понравилась идея Эвана с оборотным зельем, что и здесь мы используем его. Волосы он взял не только у тебя, но и у той девочки Клариссы. На свадьбе и при любых других прилюдных обстоятельствах ты будешь прикидываться ей. Как по мне, гениальный план.       Эйприл усмехнулась. Может и гениальный, но с большой кучей недочетов. «Спасибо, Клэр, что рассказала историю» — подумала Поттер. — А, ну да, — сказала она. — Ничего у вас не выйдет, бабушка. Раз вы хотите чтобы я прикинулась Клариссой, то на свадьбе должны быть ее родители. Отец Клариссы продал ее одному мужику в уплату долга. Сомневаюсь, что он будет рад тому, что его собственность выходит замуж за другого.       Чувствуя превосходство, Поттер немного расслабилась. Она чувствовала, что сглупила. Если бы она не сказала Иоланте, что ее могут спалить журналисты, то можно было бы засветить своей мордашкой в Ежедневном пророке, а зная, как отец неравнодушен к этой газете, он точно бы узнал, что дочь жива. — Девочка, может, мне с помощью маховика времени вернуться в прошлое и помешать твоему распределению на Гриффиндор? Тебе замечательно подошёл бы Когтевран. Глядишь бы умнее стала. Отец Клариссы, может, и проиграл огромную сумму денег, из-за которых ему пришлось отдать свою дочь, но совсем недавно я виделась с тем мужчиной, отдала ему весь долг, что означает, что Кларисса свободна. Ничто не помешает ей выйти замуж. К тому же возраст-то подходящий.       И вновь Эйприл лишь успела удивиться сообразительности бабушки. Больше, пожалуй, придраться было не к чему. Она продумала каждый шаг, не оставляя возможности, чтобы выкинуть что-то неожиданное. — А когда у вас закончится материал для оборотного зелья, что будет потом? Как вы объясните то, что жена Розье неожиданно исчезла? — спросила Эйприл, видя лишь последнюю возможность на спасение. — На этот счет не переживай, — попросила Иоланта. — Мы собрали генетического материала так много, что хватит лет на двадцать. Да и не каждый же раз тебя будут просить пить это зелье. На каких-нибудь званных вечерах можешь оставаться собой. Там бывают только Пожиратели смерти, а они в курсе всей этой ситуации. Ну а когда волос уже будет не хватать, то придется убить тебя или сослать куда-нибудь, а может, подстроить все так, чтобы у Эвана появилась новая жена. Одним словом, вариантов много. Переживать из-за этого не стоит.       Эйприл невесело рассмеялась. Кому как. Вот, например, ей переживать стоило, ведь ее буквально отдали в рабство на всю оставшуюся жизнь. «Подожди, Розье узнает, что ребёнок не его, и твои страдания закончатся» — подумала Поттер, погладив живот. С ребёнком ей расставаться не хотелось. Розье права не имел убивать его.       В комнату, постучав, вошел Розье. Видимо, тактичным он становился только при Иоланте, ведь раньше он никогда не стучал, заходя в эту комнату. — Собрание начинается. Тёмный лорд ждёт.       Миссис Поттер кивнула, о чем-то задумавшись. — Я тут подумал, она ведь была среди тех, кто давал отпор нашему Господину. Не стоит ли устроить ей встречу с ним? — поинтересовался Эван. — Вдруг мы узнаем что-то интересное?       Иоланта покачала головой. — Зная его методы допросов, я считаю, что для этого сейчас не лучшее время. Ты хочешь остаться без ребенка? — поинтересовалась она.       Розье покачал головой. — Тогда если будет приказ, то ты раздобудешь информацию сам, — сказала она. — В конце концов проникни в ее мысли. — Я пытался, — сказал Эван, сунув руки в карманы брюк. — Но она не дается. Как будто что-то скрывает. Но кто знает, что именно?