Назад в прошлое

Я долго лежала в кровати и прокручивала в голове все воспоминания прошедших дней. В груди разливалось что-то невероятно радостное и обжигающее. Я скоро вновь окажусь в Хогвартсе, как и тогда. Непонятная эйфория охватывала меня вновь и вновь. Мысли затуманивались, и я не могла думать о чём-то серьёзном. Мне только и оставалось предаться воспоминаниям и окунаться в прошлое вновь и вновь.

Flashback

Девушка лениво потянулась на кровати и почесала запрыгнувшего на кровать кота за ухом. Живоглот потоптался на кровати, залез под одеяло и свернулся клубочком на груди у девушки. Гермиона вяло улыбнулась и с головой залезла под одело, прижав к себе злобно зашипевшего кота. Уже через пять минут слышалось только тихое посапывание уставшей девушки и фырканье кота. - С добрым утром, Гермиона, - дверь тихонько скрипнула и в комнату зашли парни, - экзамены закончились, мы можем прогуляться по Хогвартсу. - Отвяяньте, - плотнее укутавшись в одеяло, невнятно промычала девушка. Раздалось громкое шипение, и из под одеяла высунулась голова придавленного кота. В комнате раздался смех парней, и они поспешили стащить с девушки одеяло. Молодые люди медленно переводили взгляд с одеяла на полуголую девушку. Лямка майки сползла с плеч девушки, открывая вид на изящные ключицы и тонкие плечики. А короткие шортики не скрывали округлые бёдра. Парни покраснели и потупили глаза в пол. Их лица залились краской. Сознание постепенно возвращалось к девушке. Она шокировано распахнула глаза, осознав, в каком находится положении. - Пошли вон, - истошный крик сотряс башню Гриффиндора, - что вы вообще на меня пялетесь?! - У тебя красивая грудь, - промямлил Рон. - Что?! - прокричала девушка, соскакивая с кровати. Парни попятились ко входу, пока не скрылись за дверью. - Он сказал, что у меня красивая грудь. Мерлин, он заметил, что я девушка, - немного истерично засмеялась девушка. Холодный душ помог освежиться девушке, утреннее происшествие теперь не казалось настолько ужасным, наоборот это вызывало лишь смех, хотя чего греха таить, девушка безбожно краснела. Спустя время она вышла из комнаты и направилась к Гарри и Рону, которые сидели на креслах возле камина. Подойдя ближе, девушка услышала тихий шёпот Рона. - Я сказал ей, что у неё прекрасная грудь. Мерлин, Гарри, она меня теперь ненавидит. Что мне делать? – простонал парень, уронив голову на сложенные руки, его цвет лица сравнялся с цветом герба Гриффиндора, висевшим над камином. - Не расстраивайся, в конце концов, у неё действительно красивая грудь. Гермиона должна это признать. - Гарри Джеймс Поттер, Рональд Биллиус Уизли, прекратите обсуждать мою грудь! Гарри резко обернулся и неловко улыбнулся девушке. - Простите, Гермиона, мы не хотели. Но ты очень похорошела, - улыбнулся парень. - Да, Гермиона, я больше так не буду, - умоляюще посмотрел на девушку Рон. - Хорошо, Рон, ловлю на слове. - Ты, наверное, проголодалась , пошлите в Большой зал. - Уже обед, да? - Конечно, обед - это единственный раз в году, когда ты позволяешь себе понежиться в кровати. - Я устаю после экзаменов, - пожаловалась девушка. - Конечно, готовиться столько, как ненормальная. - Зато я уверена, что сдам экзамены хорошо.

The end flashback

*** Воспоминания уже не причиняли боль, лишь облегчение и радость. Сердце больше не болело, рана не кровоточила. Даже шрамы на сердце начали рубцеваться. Медленно, но верно прошлое проникало в сердце девушки, заживляя и успокаивая. Она лелеяла воспоминания, бережно храня в своём сердце. Все такие короткие и вроде бы неважные моменты были дороги её сердцу. Каждая минута, проведённая с ребятами, навсегда останется в её сердце. Девушка осознала, что у неё сейчас есть только один выход – бороться и победить. Теперь у неё есть смысл жить. Только так и не иначе. Она знала и помнила всех. Так было, так есть и так будет всегда. *** Наверное, мне стоило уже вставать. Первая попытка встать с кровати увенчалась неудачей. Старые травмы, полученные за месяцы скитания в палатке давали о себе знать, да и от последствий пыток Беллатриссы так и не удалось избавиться. Раз в месяц приходилось принимать болеутоляющие. Но это уже стало привычным. А дежурный набор зелий лежал под подушкой. Вот уже как неделю назад пришёл заказ от мадам Малкин и набор для квиддича. Наверное, стоит разобрать их. Ничего нового в посылке со школьной одеждой я не нашла. Ткань была знакома, лишь фасон был старомодным. Но мне кажется, что мадам обрадовалась моему пожеланию разнообразить форму. И да, форма облегающая, наверное, даже в большей степени, чем я носила в своё школьное время. Я нашла там ещё один небольшой свёрток. О боже, к такому меня жизнь не готовила. Когда мы с родителями отправились во Францию после 3 курса, то в Париже моя мама затащила меня в отдел Victoria's Secret. Я долго краснела и не могла сказать девушке консультанту, что я хотела бы, пока очаровательная блондинка водила нас между рядами. Моя мама хохотала над моим заикающимся видом. Но после она взяла всё в свои руки и отправила меня в примерочную. Спустя час я ретировалась из этого магазина, пока мама оплачивала покупки, то я позорно пряталась от неё за пальмой. В тот момент я даже не могла поверить, как она могла со мной так поступить. Потом мы с ней пришли в отель и я накричала на неё. Я помню, как побелело её лицо, а из глаз покатились слёзы. До конца этого отпуска мы с ней не разговаривали. Мне была так стыдно за мою реакцию. Но извиниться не позволяла гордость. Перед самым отправлением я забрала этот пакет. И со стыдом бросила в сундук. Я так и не поняла от чего мне было стыдно, что там лежало кружевное бельё или от своей реакции. Но сейчас мне бы хотелось вернуться назад и заткнуть себе рот, потому что мама такого не заслуживала. Не знаю почему, но я взяла эти комплекты с собой в Хогвартс. Мне оставалось лишь надеяться, что Лаванда их не заметит, иначе насмешек было не избежать. Я помню, как надела один из них на Святочный бал, кажется он был нежно-розовым и очень приятным на ощупь. Я чувствовала себя очень странно, заучка Грейнджер танцует с самым желанным парнем и в шикарном белье. После учебного года я извинилась перед мамой. Мы даже ещё раз побывали в этом магазине, но разговор не об этом. Сейчас у себя в руках я держала комплекты подобные тем, там же лежала записка.

Ваша мама заказала их для вас. Она просила передать: "Прошлое в наших сердцах остаётся навсегда".

Ох, Лета, пусть я была её не родной дочкой, но все эти месяцы она относилась ко мне с теплотой. Но вопрос оставался вопрос. Откуда она знала об этом? Что же, времени оставалось мало, мне нужно был распаковать ещё одну посылку. Там всё было стандартно, лишь то, что я заказала в магазине для квиддича. Я сходила в душ и со смущение взяла то самое кружевное бельё. Теперь я понимаю, моя мама хотела увидеть во мне девушку. Я наспех покидала вещи в сундук. И готова была уже выходить. В окно постучался филин. Я распахнула окно, птица покружилась под потолком и села мне на плечо, сжав когтями плечо, смахнула её со своего плечо, письмо упало на пол. А нахалка улетела в окно. Я развернула пергамент. Оно было от матери Сириуса. Я вчитывалась в строчки и не могла понять. К чему все эти расшаркивания, и что она хочет мне сказать. Она приглашала на обед меня с Сириусом с целью выбрать цветы на помолвку, платье, меню. Но к чему это всё? Пергамент вспыхнул у меня в руках. Пепел сложился в слова. Послание содержало одну единственную строчку:

Береги себя. У нас не так много времени.

А вопросов у меня становится всё больше. Что происходит. Во что меня втянул Поттер? Уже через час я стояла в Годриковой впадине. - Гермиона, мы здесь. Я оглянулась назад. В парке под деревом сидели парни. Сердце защемило, как же он похож на Гарри. - Привет. - Как добралась? - Вроде нормально. В Министерстве предложили камином, но я не знаю ваш адрес. Пришлось в Лондоне искать улочку и трансгрессировать. - Так нам же ещё не положено? Не боишься, что засекут? - с ухмылкой спросил Джеймс. - Так и анимаги должны регистрироваться в реестре. Парни переглянулись, но промолчали. - А что ты там делала? - Я писала отказ на сдачу экзамена. - По какому поводу? - Анимагия. - Ты не научилась в срок? - Я научилась, но отец. Этого хотел он. А после того дня в Косом переулке я подумала, что лучше это останется в тайне. Всегда должен быть путь отступления. - Гермиона, ты же понимаешь, что это не законно? - Мальчики, давайте будем откровенны. Ты. Джеймс, мой близкий родственник. А с тобой, Сириус, мы будем делить постель. Да, и вы мальчики, умолчали, у самих-то рыльце в пушку. Сириус поперхнулся и отвернулся от меня. - Гермиона? - Каждый анимаг перенимает повадки своего животного. - Вы или я, каждый, кто знает за чем наблюдать это поймёт. - Давай обсудим это в другом месте. Всё это время Сириус молчал. Я тоже не знала, с чего начать разговор. - Ммм, ребят, матушка попросила меня навестить отца на работе. Я вас оставляю. Вернусь через несколько часов. Не скучайте. Сириус, отведи Гермиону домой, покажи ей здесь всё. - Но, Джеймс. - Так, ребята, вы уже взрослые, найдёте, чем заняться. Увидимся. - Гермиона... - Сириус... - В прошлый раз мы не смогли поговорить. - Да, это очевидно. - Я мало что помню о том дне и последующих. - Я бы тоже предпочла забыть об этом. - Твой отец, соболезную. - Я хочу сказать спасибо. Ты спасла меня. А потом навещала в больнице. Мне рассказала maman, что ты сутками сидела возле моей кровати. - Ах да, Вальбурга, вы с ней разговаривали? - Откуда ты это знаешь? - Мы... мы поговорили. - Maman была очарована тобой. Она сказала, что ты умная и красивая. Но твоя роль в том столкновении с Пожирателями. Признайся, откуда ты это всё умеешь? Мне рассказали, как ты ведёшь бой. - Это воспитание, меня воспитывал отец. - Хорошо. - Вальбурга позвала нас на чай, обсудить помолвку. - Я не могу, я не хочу. К этому моменту мы уже успели дойти до речки и спрятаться в деревьях. Сириус облокотился на дерево и сполз вниз. Я села напротив него, его взгляд был потухшим, а спина сгорбленной. Я словно видела тень того взрослого мужчины, кем стал Сириус через время. Мы сидели некоторое время, пока Сириус не поднял на меня взгляд. Его глаза расширились от удивления. - Твоё тело, эти шрамы, откуда они? Я перевела взгляд вниз. Это был конец, неужели я так могла спалиться. - Прости, я не хочу это обсуждать. Сириус рывком схватил меня за плечо и поднял вверх, его рука дёрнула рубашку вверх. - Что ты делаешь? - Я спрашиваю, откуда эти шрамы. - Сириус, прости, я не могу. - Откуда?! - Это... это одна из тех причин, почему отец постарался научить меня всему, что знает. То столкновение с Пожирателями было не первое. А теперь я больше не хочу говорить. - Гермиона, прости меня. Я не знаю, что происходит. - Я тоже мало понимаю. - Ты словно снег на голову свалилась. Через несколько месяцев наша помолвка, а потом свадьба, по правилам Подчиняющего брака меньше, чем через год ты обязана родить ребёнка. Какой из меня отец. Ведь мы ещё даже Хогвартс не закончили. - Нет, ты не прав, Сириус, не Подчиняющий, а Равнозначный. А значит ребёнка я смогу родить и после Хогвартса. - Почему? - Я спасла тебе жизнь. Магия нас уравновесила. - И как же мне тебя теперь называть? Невеста или любимая? - Если ты считаешь, что я буду терпеть это, то ты ошибаешься. Но друзьями мы стать можем. Тебе стоит свыкнуться с мыслью, что свободы осталось не так много. А ты обо мне подумал? Каково мне при мысли, что скоро я должна лечь под незнакомого мужчину, - хотя на этой фразе я и лгала, но этот Сириус был мне чужд, - что брак по любви мне даже не светит. Меня тоже не спросили. Как и тебя. Поэтому у нас только один выход, либо смириться и потерять магию. Либо принять этот брак и научиться жизнь. Но если у тебя была девушка, то я жалею. - Наверное, мне стоило об этом подумать. Ты ведь тоже не желала этого. Прости, Гермиона, в следующий раз, если я буду ныть, то ударь меня. Ты... мне стоило быть внимательнее к тебе. - Мы научимся, мы должны смириться, мы должны. Я коснулась его щеки. Он пылал, его щетина колола мне руку. Я не сдержалась и крепко к нему прижалась, обняв за плечи. Его руки обвили мою талию. Мы замерли в таком состоянии. - Сириус, я... я хочу предупредить, не думаю, что смогу сказать это потом, мне не хватит смелости. Но у меня никогда не было парня. - За тобой никогда не ухаживали? Ты весьма очаровательная. - Нет, я ждала, что полюблю кого-то, - я уткнулась ему в плечо и сжала футболку. Боже, что же я творю. - Гермиона, ты так и не застегнула рубашку. Прости, мне так жаль. - Сейчас это уже не важно, скоро я буду твоей, это уже ничего не решает. - Я не договорила, я невинна. - Не жди от меня того же, Гермиона. - А я и не ждала. - Почему ты так просто относишься к этому? - Пришло время смириться, я думаю. Я могу противиться, откладывая дату помолвки или свадьбы, но это ничего не решает. Я лишь буду обманывать себя, даря чувство жалкой свободы, которую уже не вкусить. Это как птица, у неё есть крылья, широкие прекрасные крылья, но клетка слишком мала и она не может раскинуть их. И мучается. Я слишком часто не принадлежала себе, что уже свыклась. - А я не смогу свыкнуться с этой мыслью. Нам нужно бы идти уже, я отпустила и отошла на шаг. - У меня мокрое плечо, Гермиона, ты плакала? - с улыбкой сказал Сириус. Это было словно озарение. Я плакала. Последний раз я плакала после второго курса. А потом я словно встала взросление. Серьёзнее. Слёзы стали непозволительны. А теперь я рыдаю, неужели моя душа лечится. Я улыбнулась. - Ничего, всё хорошо. - Давай я помогу. Сириус стал застёгиваться мою рубашку. - Мы не успели обвенчаться, а ты уже успел меня раздеть. Что же ждёт меня в первую брачную ночь? - Неужели ты так этого ждёшь? - Я пытаюсь привыкнуть к этой мысли. - У тебя красивое тело и грудь. - Ты тоже весьма неплох, мне повезло. - Ты засмущалась. - С чего ты взял? - У тебя тонкая кожа на ключицах, и она покраснела. - Нам стоит идти. - Думаю, да. На повороте около церкви нас встретил Джеймс. - Ребята, вот вы где. - Я вас искал. Матушка уже ждёт. - Гермиона, ты плохо себя чувствуешь? Ты бледная, щёки залиты румянцем, а волосы растрёпанные. Вы целовались? - Джеймс! - раздались два голоса. - Нет, ну, а что? - Джеймс! - Молчу. Ужин прошёл восхитительно. В доме царила уютная обстановка. А тишину разрывали всплески смеха. В ту ночь мне приснилось это впервые. Я помню этот день словно это было вчера. Моё первое знакомство с Беллатриссой. *** - Ну, что, ты будешь говорить, откуда вы взяли этот меч, или мне продолжить пытку. - Пожалуйста, мы не знали. Это подделка. Дышать было тяжело. А мне ведь действительно не хватало воздуха. Живот горел огнём. Я слабо чувствовала тело, лишь боль. - Гермиона. Я повернула голову в сторону голоса и увидела его. Призрачного, но он будто был там. А потом я забыла о нём. Боль перекрыла все мысли. - Ну, что, повеселимся. Беллатрисса методично перезала вены, после наложила заклинание, не дававшее мне умереть от потери крови. А после вонзила нож в бедро и прокрутила. На том допросе я не проронила ни слова. Но сейчас мне стало страшно и я закричала, лёгкие горели от крика. Я проснулась. Надо мной был Сириус. От неожиданности я попыталась его ударить, но он схватил мои руки и сжал их над моей головой. - Ты что делаешь? Отпусти. - Только если ты не будешь ругаться, ты кричала от боли, и я пришёл тебя проведать. - Хорошо. Он отпустил меня. Я прижалась к нему и не отпускала. - Поцелуй меня, пожалуйста, Бродяга. - Но... - Тсс, просто сделай это. - Хорошо. Его рука скользнула по моим волосам, шее, груди и остановилась на талии. Он прикусил мою губу, потом провёл по ней языком и поцеловал. Спустя столько лет я вновь чувствовала его губы, его руки, я ощущала тепло я его тело и чувствовала дыхание на коже. - Не останавливайся, - прошептала я, когда его губы переместились на шею и грудь, оставляя там засосы. Рука прошлась по животу и спустилась ниже. Я дёрнулась, попытавшись отодвинуться. - Тише, я ничего не сделаю. Он вклинил колено между моих ног и огладил внутреннюю сторону бедра. - Я не буду дальше. Успокойся. - Я верю. А сердце, казалось, стало биться быстрее, я не могла привести в порядок дыхание. - Что же мы делаем? - прошептал Сириус. Дыхание приходило в норму. Он собрался уходить. - Не уходи, останься. - А дверь? - Мы же волшебники. Я кинула заглушку на дверь и начала засыпать. Когда меня осенило, он знал, что я кричала от боли, он видел тот же сон, что и я. - Сириус, ты тоже видел это? - Я... давай завтра поговорим на эту тему. *** Во рту пересохло, в ушах шум, а в голове вакуум. Говорить было тяжело, буквально невозможно. Я прохрипел что-то невнятное. Откуда-то послышался шум. Моего лица нежно коснулась рука. - Ох, Сириус, Сириус, как же так получилось. Это был голос моей матери. - Мама? - это был хрип слабый, её полуживого сына, но такого дорого для неё. *** Пахло мятой, лимоном и какими-то лекарствами. Я чувствовал себя странно, будто во мне было что-то другое, но такое родное. Сильное и мощное, как течение реки. Магия, всё дело в ней. Это было второе пробуждение, наконец-то я не провалился в беспамятство. - Сириус, всё хорошо, я с тобой, всё хорошо. - Maman, всё хорошо. - Наконец-то, ты долго не мог очнуться. - Что произошло? - Тише-тише, ничего не говори, тебе нельзя. В тебя попали неизвестным заклинанием в Косом переулке. Тебя спасла... - Поттер, больше ничего не помню. - Да, ты прав, это была она. Она тебя навещала. Тебе становилось лучше после её прихода. Колдомедики сказали, что она делилась своей магией. - Что происходит, maman, вы какая-то другая. - Всё хорошо теперь будет, Сириус, я обещаю. Через несколько дней после того разговора меня выписали, а maman разрешила отправиться к Поттерам. Она будто изменилась, расцвела и стала добрее. Ради этого стоит оказаться в шаге от смерти. - Сириус, она приедет скоро. - Кто? - Придурок, Гермиона. Я её пригласил к нам. - Я не готов к этому. - А тебя никто не спрашивает. - Вон, вон она стоит. На площади стояла девушка, голубая рубашка оттеняла тёмные волосы, бледная кожа ласкалась под лучами солнца. А короткие шорты не скрывали ножки. Моё сердце защемило. - Ей нужно позагорать. Она болезненно выглядит. Так она же столько времени провела в больнице, у неё умерли родители, а ты чего ожидал. - Гермиона, мы здесь. Иди к нам. *** - Поговорили? - Я такой дурак, Джеймс. После разговора с Гермионой стало всё понятнее. Но я ощущаю к ней какую-то щемящую нежность. - Ты влюбился в неё. Признайся. - Я думаю, что она не полюбит. Она сказала, что смирилась с судьбой. - Всё будет хорошо, Бродяга. - У неё шрамы Джеймс, так не должно быть. И её взгляд, так не смотрят наивные дурочки, это взгляд воина. После того разговора с Джеймсом прошло несколько часов. Я вернулся в свою комнату и постарался уснуть. Далось мне это тяжело. Лучше бы я и вовсе не засыпал. *** - Гермиона? Девушка лежала на спине в каком-то зале. Волосы были спутаны, лицо залито кровью, а тело изогнуто под неестественным углом. Но она никак не отреагировала на мои слова. Я позвал ещё раз. Она повернула голову, будто взглянула мне в глаза. Это было страшно. А потом появилась женщина. Она её пытала. В её движениях была грация, как же она мне кого-то напоминает. Я не мог смотреть на это, мне пришлось отвернуться. А потом я очнулся. Мне нужно было к ней, к Гермионе. Да что, вообще, происходит. Она кричала. Я попытался её разбудить. Она увидела меня и попыталась ударить. Я сжал её руки над головой и начал шептать что-то успокаивающее. Она затихла в моих объятиях. А потом она попросила поцеловать. Я ласкал её и целовал, она была такой податливой в моих руках, кожа была мягкой, а волосы пахли чем-то приятным. И руки, они не принадлежали мне, мне хотелось только ласкать её Я не смог справиться с соблазном. Надеюсь, на утро она не убьёт меня.