The Butterfly Effect / Эффект Бабочки

Чай и непринужденная беседа, которая с ним связана, заканчиваются слишком рано. Ло Бинхэ знает, что легко мог бы провести целую вечность, сидя здесь и греясь в присутствии другого человека за столом, довольствуясь тем, что будет слушать и смотреть на него до конца своих дней. В его воспоминаниях никогда не воссоздавалась настоящая, дышащая версия его Шицзуна, факт, который ему приходилось терпеть годами. Когда Шицзун начинает комментировать своих нынешних учеников, говоря, что ему нужно проверить их в ближайшее время, чтобы убедиться, что они не навлекут на себя никаких неприятностей - как Нин ИнъИн, Мин Фан и Ло Бинхэ всегда делали, он ничего не говорит, но острый взгляд, которым Шицзун одарил Ло Бинхэ, сказал всё за него, и Ло Бинхэ бесстыдно ухмыльнулся, хотя и знал, о чём на самом деле говорит Шицзун. Он знает, что этот прекрасный момент должен был рано или поздно закончиться, но на самом деле сидеть здесь с ним, видеть его в своей палатке так близко к тому месту, где они оба могли бы закончить ночь, это почти больше, чем он может вынести. - Бинхэ вырос. Он уже не тот мальчик, - разве Шицзун не понимает, какую власть он имеет над Бинхэ? Как он мог так небрежно бросить что-то подобное и даже не понять, что это сделало с Бинхэ, когда он это услышал? Это то, чего Бинхэ хотел в течение многих лет, чтобы Шицзун считал его равным. Чтобы Шицзун увидел человека, на которого стоит взглянуть еще раз. И… взгляни еще раз, Шицзун. Ло Бинхэ хорошо знал этот взгляд. Побывав на принимающей стороне больше раз, чем он когда-либо мог надеяться сосчитать в царстве демонов. В конце концов, сексуальность была просто еще одним методом власти в царстве демонов, уроком, который он выучил, и уроком, который он, конечно, хорошо усвоил. Ша Хуалин и госпожа Мэйинь были хорошими учителями в этой стезе, и все время, что Ло Бинхэ использовал это, практиковался с этим и оттачивал это до совершенства, он всегда имел в виду только одного человека. Честно говоря, он собирался снова показаться Шицзуну ещё раз только через несколько лет. После того, как царство демонов будет полностью завоевано, и законных инакомыслящих больше не было бы. Он признает, что первоначально его расчеты времени были ужасно наивны - ведь насколько упрямыми и упёртыми могут быть повелители демонов - но он планировал вернуться в человеческое царство еще раз как Святой Правитель объединенного демонического царства, готовый помириться с людьми. Естественно, праведные секты были бы вызваны для переговоров по такому поводу, а поскольку Шицзун теперь был Хозяином Дворца Хуань Хуа, у него не было бы возможности спрятаться за кем-то вроде Юэ Цинъюаня и заявить, что его присутствие там не имело необходимости, так как присутствовал кто-то с более высоким положением, поскольку он мог бы попытаться сделать что-то подобное, если бы все еще заменял своего брата на пике Цин Цзин. Это было обоснованным беспокойством, даже после их краткого разговора в мире снов. Мысль о том, что Шицзун может попытаться спрятаться от него или отвернуться от него в ответ на его прошлые неочень хорошие действия. Однако у него была надежда, из-за того, как они расстались той ночью, что, возможно, эта дверь доверия не была так плотно закрыта перед ним, как он опасался. Что благодаря осторожным маневрам ему удастся найти способ протиснуться внутрь раз и навсегда. Но с этим неожиданным воссоединением все, в целом, отлично. Это было неожиданно и он был неподготовлен, но Ло Бинхэ уже в восторге перед открывающейся возможностью. В эти дни он научился быть гибким в одно мгновение. В конце концов, жесткость на войне никому не шла на пользу и запросто могла стоить битвы. Если и есть война, которую нельзя проиграть, так это та, что идет прямо сейчас. И Ло Бинхэ узнал, что это на самом деле своего рода война. Не простая стычка и даже не несколько упорных сражений. Чтобы привлечь на свою сторону его Шицзуна, заставить его добровольно прийти и остаться, потребовались бы все уловки и все уроки, которые выучил Ло Бинхэ, но обещание того, что принесет с собой победа, стоило всего. Ло Бинхэ уже рисковал упустить свой шанс стать тем, кому Шицзун решит отдать свое сердце, проявив безрассудство и чрезмерное рвение. Дуракам на поле боя редко давали второй шанс, Ло Бинхэ знает это лучше сейчас, учитывая, скольких он убил за то, что они пытались отобрать у него земли или занять место в его постели. Шицзун был прав, Ло Бинхэ вырос. Теперь он понимает больше. Теперь он лучше понимает себя. Он знает, чего хочет. Он знает, каким он хочет видеть свое будущее. Он знает, как быть терпеливым, чтобы получить его, быть мягким со своим вечно пугливым Шицзуном. Как однажды сказала ему мадам Мэйин, люди подобны птицам. Какими бы красивыми или послушными они ни казались, посадите их в клетку, и они будут петь, чтобы быть свободными всю свою жизнь, но накормите их едой и одарите добротой, и они лягут прямо к вам в руки и останутся петь для вас навсегда. Он садил Шицзуна в клетку, теперь он знает, что это не работает, но использовать другой метод? Он дал обещание. Шицзун доказал ему, что его нельзя победить, его нужно заставить сдаться. И Боже, Бинхэ с нетерпением ждёт этой капитуляции. - Этот лорд уже отправил информацию о Чжао Сяоси, но пройдет некоторое время, прежде чем мы получим первые отчеты, - говорит Ло Бинхэ, переводя разговор в нужное русло, и Шицзун кивает. - Вряд ли мы услышим что-нибудь к утру. - Это нормально, - отвечает Шицзун. - Это дополнительная помощь, которую мы не ожидали, промедление ничему не повредит, - Ло Бинхэ кивает и делает паузу, когда его осеняет мысль. - Шицзун, этот лорд только что кое-что придумал, - говорит он, и Шицзун смотрит на него говоря «продолжай». - Если Шицзун собирался осмотреть пограничные земли, но была застигнут врасплох нападениями… значит ли это, что Шицзуну незачем готовиться к ночевке сейчас, когда нет доступных гостиниц, в которых Шицзун мог бы снять комнату? – долгая пауза, которую делает Шицзун, сразу же отвечает на вопрос, и он не скрывает ухмылки, из-за которой Шицзун слегка прищуривается, хотя явно в хорошем смысле, как будто знает, что Ло Бинхэ собирается подтолкнуть его, и он совершенно прав. - Этот помнит, что, когда он был учеником Шицзуна, Шицзун часто «забывал» упаковывать некоторые вещи, и из-за этого нам приходилось оставаться в гостинице. Прищур Шицзуна меняется на взгляд, который притворяется неодобрительным, но тот явно забавляется и говорит: - Как ты смеешь говорить мне об этом? Ло Бинхэ не может сдержаться и его собственная ухмылка становится шире в ответ на эту фразу, и на то, как тот держит руки в очевидном фальшивом умиротворении. - Этот лорд, конечно, понимает! Ведь Шицзун был занят многими другими вещами. Вероятно, это была просто незначительная оплошность, поскольку Шицзун всегда утверждал об этом... каждый раз... в обязательном порядке, - он не скрывает того факта, что вот-вот расхохочется от того взгляда, который он ловит. - Вы правы, вероятно, это был провал этого лорда как ученика, который не помнил о Шицзуне и заставлял Шицзуна тратится на свое пребывание в гостиницах. Прости меня, Шицзун, - говорит он, слишком игриво произнося эти слова, и Шицзун проигрывает борьбу с самим собой, ведь он протягивает руку и слегка бьет Ло Бинхэ по макушке веером. - «Прости меня, Шицзун», - повторяет Шицзун с еще одним легким шлепком. - Этот мастер понятия не имеет о том, что мог иметь в виду Бинхэ. Если этот мастер сказал, что это были оплошности, значит, так оно и было, - они оба знают, что это не так. - Мгм. Конечно, Шицзун, - говорит Ло Бинхэ, и его снова бьют. - Этот ученик согласен с Шицзуном! - говоря это, он откровенно смеется, и прежде чем Шицзун успевает отстраниться, он протягивает руку и хватает его за запястье, чувствуя теплую кожу под пальцами. Тем не менее, он делает свою хватку легкой, не угрожающей, которая не заставит Шицзуна приготовится к бегству или драке. Шицзун секунду смотрит на него, и Ло Бинхэ выдерживает его взгляд. Он хочет, чтобы его внимание было обращено на него, исключительно на него, полностью на него и для этого нужен этот маленький шаг. - Бинхэ? - тихо говорит Шицзун, и Ло Бинхэ улыбается ему. - Шицзун, этот лорд не может выразить, как я рад, что мы все еще можем делать что-то подобное, - говорит он, и Шицзун снова ничего не говорит, но он всё еще не отстраняется, так что Ло Бинхэ упорствует еще немного. - Я рад, что мы все еще можем так играть. Что это до сих пор дается так легко, - он идет на риск, слегка потирая большим пальцем точку пульса Шицзуна, продолжая не отрывать взгляда. Он может видеть легкий намек на движение, которым Шицзун показывает своё желание спрятаться за своим веером, но рука, которая сейчас держит его, все еще в объятьях рук Ло Бинхэ. Он делает последний взмах большим пальцем по чужой коже и отпускает прежде, чем Шицзун успевает отдернуть его запястье. Вот и все. Это все, на что он может рассчитывать сегодня вечером. Он не хочет слишком напорствовать, и, кроме того, у них будет завтра, и сколько бы времени ни потребовалось, чтобы найти Чжао Сяоси, чтобы заново познакомиться друг с другом. Не только это, но у него есть… другие вещи, на которые нужно обратить внимание. - Есть ли у Шицзуна необходимые припасы для создания лагеря? Если нет, то этот лорд пришлет кое-что в благодарность за помощь, - говорит он, и Шицзун качает головой. - Нет, Син Юци уловила… забывчивость этого мастера, - говорит он, его губы изгибаются без его разрешения, и Ло Бинхэ лишь ухмыляется в ответ. - Я уверен, что у нас есть много вещей, чтобы сделать приличный лагерь. - Очень хорошо, если это изменится, пожалуйста, не стесняйтесь просить. Не составит труда предоставить все, что вам нужно, - говорит ему Ло Бинхэ, а Шицзун ничего на это не отвечает, просто прячется за веером. Он не говорит ничего, кроме доброго прощания на ночь, когда Ло Бинхэ возвращает его своим ученикам, и Бинхэ слегка кланяется ему, медленно поднимая глаза и ловя его взгляд, когда тот в ответ желает ему спокойной ночи. Он притворяется, будто не чувствует, как Шицзун следит за ним взглядом, поворачивается и уходит. Это лежит у него на спине намного тяжелее, чем у кого-либо другого, но он с гордостью носит его. Позже, той же ночью, он сидит в своей палатке и ожидает. Есть кое-что, что ему нужно сделать, кое-что, что ему нужно знать, но здесь он должен действовать осторожно. Что-нибудь резкое, несомненно, будет замечено Шицзуном, и это, вероятно, расстроит его, а это не годится. Он закрывает глаза и протягивает руку с силой, которой наделил его Мэнмо, и он без труда скользит в разум, который ищет. Сны у всех разные. Обычно касаются чего-то близкого им, места или идеи, которая им нравится или успокаивает. У Ло Бинхэ по-прежнему пик Цин Цзин и бамбуковый дом. Сад Шицзуна стал цветочным садом во дворце Хуань Хуа, и он совсем не удивился, узнав, что сон Цинь Ванюэ — это тронный зал дворца Хуань Хуа. В то время, когда они были в постоянном контакте друг с другом, Ло Бинхэ знал, как сильно Цинь Ванюэ ненавидит на Маленькую Хозяйку Дворца и как сильно обижается. И все же он также знал, что все это время она втайне желала быть ей или забрать все у нее и сделать своим. Ло Бинхэ стал одной из вещей, которую она стремилась получить, во-первых, из-за нелепой влюбленности, которую она пережила, когда он спас ее во время конференции Альянса Бессмертных, а во-вторых, потому, что Маленькая Хозяйка Дворца хотела его. В любой момент его времени, проведённого там, когда она что-то «крала», она говорила себе, что украла это у Маленькой Хозяйки Дворца, и это ей нравилось еще больше. Он полностью входит в её сон и овладевает им. У него есть вопросы, а также информация, которую он хочет получить. Информация об определенном дне и определенном «плане».