История Стража. Моровое поветрие

Мы сделали все, как полагается, Кайлан был нашим королём, оставить его так, неуважение к погибшему. Соорудив подобие погребального костра, Алистер дрогнувшим голосом прочёл молитву, огонь мгновенно занялся своим делом, сжигая бренные останки моего друга детства. Мы не стали предавать земле его останки, наоборот: развеяли над Дикими Землями. Спасибо тебе, Кайлан, за всё, за то, что отправил меня в башню, за то, что помог мне в Тени. Спи спокойно, мой друг. Когда и куда ушёл Алистер, я не заметила. Мы расположились тут же, в очищенной от Порождений крепости, желая почтить память павших в той битве товарищей. Я бродила по знакомым местам, вспоминая, где и с кем познакомилась. Воспоминания заполонили моё сознание, присев на ведущие к Кругу Посвящения ступеньки, расплакалась, долго, не будучи в состоянии успокоиться. Уже стемнело, я пришла в себя и успокоилась. Руины храма терялись во мраке, но страшно мне не было. Я знала, что найду его здесь. Мой друг сидел на том же самом месте, что и я тогда, в ночь перед битвой. Подойдя к нему, присела рядом. Еще на Глубинных тропах мы привыкли вот так вот сидеть в тишине, думая каждый о своем. — Они вот так вот просто растаскивали его доспехи? Осквернили? — отрешённо сказал он. — Чувствую ещё большую вину перед ним. Я взяла его за руку, чуть погодя, спросила: — Ты общался с ним? С Кайланом? — Иногда. Мы с детства знали, кем друг другу приходимся. В первый день, когда он с отцом приехал, нас представили друг другу, но Кайлан умчался, со словами «Там есть мечи». Пока я не угодил к храмовникам, король Мэрик периодически приезжал к эрлу вместе с сыном, хотя общий язык мы не смогли найти. Теперь понимаю, почему он отослал меня в башню. — Беспокоился, ведь Элрик сказал, что король не был уверен в победе. — А тебя? Ты знаешь, почему он отослал в башню тебя? — Меня? Наверное, потому, что мы друг друга знали с детства. Как и Анору. Я бывала в Денериме. Король планировал нас поженить, однако пропал через месяц, после приезда в Хайевер. Дальше разговора с родителями не пошло дело. Ну, а после Кайлан женился на Аноре. Самолюбие моё было задето, но не более, — невесело усмехнулась я. — Это и к лучшему, сомневаюсь, что не смогла бы стать хорошей женой Кайлану. Алистер молчал, даже и не думая перебивать, но руку не забрал. Погода менялась, значительно похолодало, нужно было возвращаться в лагерь, не то наши товарищи, не приведи Создатель, отправятся нас искать. — Ты, наверное, замёрзла, — очнулся Алистер. — Руки ледяные. Он встал, потянув меня за собой, продолжил: — Идём в лагерь, там теплее. Не стоит унывать, несмотря на то, что эти места навевают тоску. Он обнял меня за плечи, мы медленно направились в лагерь. Сразу стало тепло и приятно, вспомнилась недавняя совместная ночь, даже в жар бросило. Как же это было хорошо. — Что теперь с нами будет? — неожиданно остановившись, задал он вопрос. А что будет? Если все пойдет как надо, мы остановим Мор, а Алистер станет королём. Я знала, что хочу быть с ним до конца своей жизни, независимо станет он королём или нет. — Что бы ни произошло, мы всегда будем вместе. Даже на расстоянии в тысячи миль, — я положила свою ладонь на его грудь. — Моя любовь будет защищать тебя, а твоя меня. Алистер взял мою руку, поцеловал в раскрытую ладонь и улыбнулся. — Наверное, я никогда не научусь обращаться с женщинами. — Не страшно. Я же полюбила тебя не за льстивые слова. В лагере я вспомнила об адресованном мне свитке Дункана, но не смогла заставить себя прочесть его, отложила это дело до прибытия в замок эрла. Ещё не рассвело, когда я, прихватив Волка, отправилась на юг, в Дикие земли Коркари. Хотела поговорить с Флемет, наедине. То ли мой мабари хорошо запомнил дорогу, толи сама Флемет хотела, что бы я пришла, но дорогу до её хижины нашла без труда. Самой ведьмы пока не было видно. Я не хотела её убивать, ведь мы с Алистером обязаны ей жизнью. Но Морриган была не менее важна нам для борьбы с Мором. — Не удивительно, что ты вернулась, — вздрогнув, я обернулась на прозвучавший в тишине голос ведьмы. — Я вырастила хорошую дочь. Она научилась манипулировать людьми. Надеюсь остальные мои дети выросли такими же умными, — продолжила Флемет. — Я пришла к вам поговорить, — лишь ответила я. — Да? Уже интересно. О чем речь пойдёт? — О Морриган. Она знает твою тайну и хочет твоей смерти. — Морриган, наивное дитя. Она многого не знает, да и не хотела знать. Но думаю, ты пришла не за этим? Ты слишком справедлива и благородна, чтобы убить свою спасительницу. Что ей нужно? — Твой гремуар. Флемет громко рассмеялась, долго не могла успокоиться. Не понимаю, что тут смешного? Немного успокоившись, ведьма сказала: — Чего-то подобного я ожидала. Можешь забрать его и сказать, что я погибла. Я уйду, буду наблюдать со стороны, может, вообще не буду вмешиваться. Не сейчас. Она пригласила меня в хижину. Мало что изменилось здесь: тот же терпкий запах трав, та же ветхая обстановка. Обитательница хижины достала толстую, довольно старую книгу и отдала мне. Удивительно, такая большая книга оказалась на удивление легкой и теплой. — Вот так просто? — спросила я. — Ты отдашь мне гремуар? — У тебя сложная судьба, много неопределенности и поисков. Но награда будет достойной, если сейчас выберешь верную дорогу. Легенда о Пике Дракона, по большей части, правда. Не стоит её проверять. Едва мы вышли на улицу, она исчезла. Минуту спустя я увидела величественного огнедышащего дракона, который, покружив над поляной, улетел к горизонту. Теперь я понимаю, как она спасла нас из башни. Только подошла к лагерю, как ко мне мгновенно кинулся Хоук. — Вот она, — облегченно крикнул он моим спутникам. — Ну и где ты была?! Компаньоны окружили меня, молча требуя ответа. — Прогуляться ходила, а что? — А что? Она ещё спрашивает! — возмущался Гаррет, Алистер хотел было что-то сказать, но тот перебил его. — Я чуть Морового не пустил по следу! — Гаррет, успокойся, — обратилась к нему Тамарель, затем посмотрела на меня. — Мы действительно волновались за тебя. — Но я же, вернулась, верно? Тем более я была с Волком. Хоук фыркнул и отошёл, Тамарель улыбнулась, последовав за ним. Винн лишь покачала головой, ушла собираться. Один Алистер молчал, заговорив, только когда все отошли: — Ты в очередной раз меня напугала. — Это ты панику поднял? — Нет, нас переполошила Винн. И всё же… — Я ходила к Флемет. Мое заявление шокировало его. Некоторое время Алистер не мог произнести ни слова, что немало меня позабавило. — С ума сошла? — наконец спросил он. — А ты что, волновался? — Естественно. Проснулся, а тебя нет. Зачем ты к ней ходила? — Можно сказать, вернула долг жизни. Я не хотела никого с собой брать, потому, что так просила Морриган. — Значит, все правда в порядке? — Все отлично, нам пора выходить. — Постарайся больше так не исчезать. Я улыбнулась, поцеловала его в щеку и шепнула: — Ничего обещать не могу. Мне нравится, когда ты переживаешь за меня. — Ты точно смерти моей хочешь, — ответил он, тяжко вздыхая. Мы покинули руины Остагара через час. Медленно наш отряд шел в сторону Редклиффа. Скоро начнутся метели, суровая зима опустится на Ферелден. Нам нужно её переждать. Гаррет дулся на меня, что сильно забавляло нашу лучницу. Винн предалась воспоминаниям далекого прошлого. А чуть позже она рассказала Алистеру, что у неё есть сын. Этот разговор заинтересовал и меня. Лет тридцать назад у нее была связь с храмовником, закончившаяся вполне понятным образом. Когда я спросила о его нынешнем местонахождении, волшебница ответила, что его сразу же после рождения забрала церковь. Так делалось всегда, когда у магов рождались дети. Винн знала, что его зовут Рис, он маг в Белом шпиле. Далеко забрали сына, я бы не смогла такого пережить. Уже через несколько дней мы были в Редклиффе, за весь путь наш отряд лишь раз попал в засаду Порождений тьмы. Именно тогда дух, поддерживающий Винн, показал свою суть и вовремя. Очень уж сильный попался эмиссар. Своих спутников, по прибытию в Редклифф, я искала довольно долго. Они все разбрелись по деревне. Хотя Эамон пригласил в свой замок всех, большая часть моих спутников, кроме Тамарель и Хоука да Винн, остались в деревне. Нашей чародейки понравилась библиотека эрла. Эамон обрадовался нашему возвращению, однако ему было грустно слышать, что сделали Порождения тьмы с его племянником. Обсудив произошедшее, мы с Алистером решили не рассказывать о том, в каком виде нашли тело короля. В этом не было никакой необходимости. В замке, переодевшись и отдохнув, наконец, добралась до свитков, что оставил мне Дункан. Интересно, он тоже предвидел такой исход битвы? К моему удивлению, в свитке было три страницы. Одна от Дункана, вторая мне от Кайлана, а третья от него же Алистеру. Он немало удивился, когда я отдала листок. Отложив в сторону письмо Кайлана, я взяла в руки послание Дункана. С первых строк поняла, что командора Серых Стражей тревожил предстоящий бой, что и толкнуло его написать эти строки. Он пояснял, что хотел сделать из меня возможную преемницу на пост командора и другие Стражи это поддержали. Не сказал лишь, по какой причине, ведь тогда я только прошла Посвящения. Упомянул бумаги в тайнике Денеримского дворца, точное описание местоположение. В числе прочего он упомянул и Тамарель, а так же причине, по которой её отправили на забытую базу Серых стражей. Он тоже хотел вернуть Пик Солдата, как резиденцию ордена. Но больше всего меня поразило то, что он верил в нас. Верил, когда соглашался с королём отправить нас с Алистером в башню Ишал, верил, что мы остановим Мор. Он в нас верил! Я знаю, теперь его слова будут поддерживать меня в столь сложное время, его вера в нас. Письмо Кайлана читала в большом волнении: «Малышка Кусланд. Никогда бы не подумал, что ты станешь Серым Стражем, пойдешь в бой с оружием в руках. Мне всегда казалось, что ты не создана для такой жизни. Меня радует, что у тебя сложились хорошие отношения с Алистером. Грегори ваш по-пьяни заявил, что вы двое похожи на поток свежего воздуха в затхлом воздухе Ордена. Разумеется, сказал он это более красочно и грубовато, но суть, итак, понятна. Надеюсь, вы не просто подружитесь, но и между вами возникнет нечто большее. Я вижу, что он тебе понравился. Если ты нашла эти письма сама, если тебе их не передал кто-то посторонний, то читала и письма Селены. Хочу сказать, я долго противился разводу, даже поругался с Эамоном, когда он предложил мне это, но теперь понял, что разводе необходим. И не только из-за императрицы. Причина в нас обоих. Во мне и в Аноре. Мы долго не могли произвести на свет наследника, как бы ни старались. Позже маги объявили, что Анора не может иметь детей. Я жалел ее, поэтому мы не распространяли эту версию. Но мне нужен наследник, принимая во внимание тот факт, что моим единственным приёмником на трон на данный момент является Алистер, а он, прежде всего Страж. Хотя кое-что я и ему написал, надеюсь, он поймёт меня. Мне жаль, если я не выжил, что не помог тебе с Хоу. Я верю, ты отомстишь за свою семью по справедливости. Не падай духом, Малышка, всё наладится. Скажи Аноре, что я не виню её. Не король, твой друг Кайлан». Долгое время я бродила по библиотеке из угла в угол, обдумывая слова Кайлана. Уже тогда он заметил нашу с Алистером привязанность друг к другу, хотя мы этого не замечали. Прежде, чем остаться зимовать, мне в компании гномов, пришлось прогуляться до деревушки у Башни Кинлох. Алистер активно протестовал, потому что не идёт с нами, его взял в оборот Эамон. Дело было у Огрена, парочка разведчиков, просто хотели поглазеть на Башню магов. В той деревушки, жила давняя зазноба Огрена, он с ней крутил роман, ещё до Бранки. Правда она, по какой-то непонятной причине ушла на поверхность. Женщину звали Фельза, та весьма воинственно отнеслась к моему спутнику. Но вскоре они ворковали как милые, хотя если честно, я не понимала такие нежности как «горшка с мечом», как окрестила Огрена Фельзи. Ушли обратно только на следующее утро. Фельза, как после рассказал Огрен, ушла на поверхность с матерью, потому что думала, что тот бросил её. Тогда дом Бранки и дом Огрена мечтали породниться, Фельза думала, что инициатива его. Уже здесь на поверхности, она родила ему ребёнка. Не долго думая заглянули в Орзаммар, на обратном пути. Пока парочка Миловалась, я успела побывать у Ирвинга, переговорить по поводу Дагны. Первый чародей удивился соей просьбе, но не отказал. Уже вечером были у ворот гномьего города, без труда разыскали Дагну. После моих слов, девушка просияла, хотя и была взволнована. Конечно, гномы не могут быть магами, но она может пригодиться Кругу. Полетали полные ожиданий, обсуждений и разговоров дни. Мы говорили обо всём, начиная с Мора и заканчивая возможностью взвести Алистера на трон. Он постепенно привыкать к этой мысли. Всё чаще ходил задумчивый, порой даже серьёзный, будто что-то обдумывал. Что же такого написал ему брат? Много времени мы проводили вместе, не только днём, но и ночью. Стали просто неразлучны, всё сильнее и сильнее влюбляясь друг в друга. Часто выбирались из замка и гуляли. Алистер показывал мне места, где любил бывать в детстве. Я ловила на себе взгляд Эамона, порой эрл чему-то улыбался сквозь бороду. В свою очередь я заметила, что Хоук с Тамарель то же уединялись подальше от посторонних глаз, искренне радовалась за них обоих. Надин с Фареном, когда добирались до замка, напоминали детей, впервые увидевшие снег, что недалеко от истины. Они тоже были счастливы, рассказывали новости. Наш Зевран откровенно скучал, не хватало ему адреналина. Но и он нашёл себе развлечение в флирте с помощницей Ллойда Белой. Морриган полностью погрузилась в изучение гремуара, если бы не доброта Лелианы, то ведьма запросто могла бы забыть о еде. Бывшая послушница все время пропадала в церкви, если не присматривала за ведьмой. Огрен, само собой, просиживал в таверне, что вполне ожидаемо, удивляло, откуда у него столько денег, что бы беспробудно пить? Меч Стэна мы забрали. Хотя кунари и не показывал виду, как счастлив он вновь обрести свой меч, он начал называть меня «кадан». Однако на Первый день, все друзья и товарищи собрались в замке, в надежде, что этот год принесёт нам удачу, и мы изгоним этих тварей с родной земли. Однажды у меня состоялся разговор с Эамоном. Эрл, когда мы остались наедине, сказал, что помнить меня. Видел с племянником в Тени, а так же сказал, что знал о намерениях Мэрик, по поводу меня и Кайлана. Но не думал, что его племянник женится на Аноре. Мы наслаждались временным затишьем перед бурей, великой бурей, выбирали время для тренировки, после нас Тамарель обучала кое-какими тонкостями Серых стражей. Она так же рассказала причину, которая побудила её с братом вступить в Орден. Их родителей убили Порождения тьмы, а дети всё видели. Ей с братом повезло, что чудища их не нашли. Но рана от этого осталась, я её прекрасно понимаю. Я полюбила библиотеку, вечерами читала, расположившись в кресле у камина с лежащим у ног Волком. Все это так напоминало мне дом. Я нашла общий язык с Коннором, эрлесса права, мальчик действительно ничего не помнил о тех днях. Но он очень любил читать и слушать истории. Часто вечерами мы все собирались в одной комнате, и эрл просил рассказать о наших приключениях, чему очень радовался его сынишка. Конечно, родители наслаждались последними минутами пребывания с ними сына, которого было решено отправить на обучение в башню Круга Магов, когда решиться проблема с Мором. Я очень надеялась, Создатель будет благосклонен к ним, может эрлесса сможет ещё родить ребёночка, несмотря на её давешние слова. С приближением весны на душе становилось все тревожней и тревожней. Порождения тьмы не нападали, они тоже не любили снег, но до нас доходили неопределенные слухи. Тем, не меняя, дракон все не появлялся. Это одновременно успокаивало, обнадеживало, однако напряжение нарастало, по мере приближения весны. Но всему когда-нибудь приходит конец, даже той идиллии, что царила сейчас в замке. Долг звал нас и в первый дни весны, когда буря утихла, а люди все чаще и чаще бывали на улице, мы уже подумывали выступать в Денерим. Но по дороге стоило решить несколько возникших проблем. Я обещала Винн помочь с поиском её ученика, который мог жить у долийцев. Единственными эльфами-кочевниками, которых я знала, был клан Ланайи. На календаре была весна, но зима не хотела сдавать своих позиций, даже, несмотря на то, что снег больше не шел. Наш отряд, направился в Денерим, заглянув к долийцам. Приняли нас там хорошо, Ланайа радостно сообщила о том, что её охотники уже окончательно выздоровели и готовы выступать по первому зову. Но не все: наша милая парочка, Каммен и Гейна, ждут пополнения своей маленькой семье. Животик эльфийки уже заметно округлился. Мне даже стало немного грустно, я очень люблю детей, которых Серые стражи не могут иметь. Мысли плавно перетекли к Авернусу, а может, есть такая возможность? Здесь же нам встретилась представительница родного клана Тамарель, Несиара Махариэль. Миниатюрная, похожая на воробушка, совсем юная эльфийка. К своему удивлению я учуяла в ней скверну, не сильную, но все же присутствующую скверну. Однако Стражем она не была, да и на вурдалака не похожа. Странно, по виду и не скажешь, что эльфийка заражена. На вид ей было не больше двадцати. С короткими, чёрными кудрями, обрамляющими заостренное личико, тёмные пронзительные глаза смотрели прямо в душу, оригинальные татуировка на лице, её не портило. Но на коже и признака заражения нет. Я сказала об этом Тамарель, но та понятия не имела, что случилось. Знала лишь одно: жених и друг детства Нессиары, Тамлен, исчез без следа. В лес все не пошли, в том не было необходимости. Ведь оборотней больше не было. Со мной и Винн на поиски Анейрина отправилась только Тамарель. Она знала этот лес. Но одна мысль не давала мне покоя, как именно проходит ритуал Посвящения? Как готовится тот состав? Мне было жаль Махариэль, ведь ритуал такая штука: он может, как и спасти, так и убить. Однако ничего не делать может привести к печальному концу, прекрасно помнила, что произошло с теми бедолагами на Глубинных Тропах. Догнав Тамарель, спросила: — Ты знаешь, как проводится ритуал Посвящения? — Ты и сама знаешь, пьешь кровь и… — Нет, я не про то. Мы же пили не чистую кровь. Была какая-то примесь. — Я не знаю. Об этом знал только Дункан. — Значит, ритуал утерян?! — я была шокирована. — Почему же? Стражи Орлея знают. Вейсхаупт тоже. — Я хочу помочь Нессиаре, но не пойму причину, по которой признаки скверны не появилось у неё. — Что-то сдерживает заражение, — подумав, добавила она. — Но ненадолго. Может, ты права, и мы можем успеть с Посвящением. Может, успеем, а может ритуал убьет ее. Но все же, шанс есть, если доставить ее к Авернусу. — Тамарель, нужно отвести её к Авернусу, — предложила я. — Там Нессиара будет под присмотром. Быть может, он поймёт, в чём причина? — Здравая мысль, — улыбнулась лучница. — Ты не перестаешь меня удивлять, Элисса. Да, я такая, порой сама с себя в шоке. Но мы уже почти у цели, так что наш разговор прервался. Ученика Винн нашли на той полянке, где когда-то обнаружили того сумасшедшего старика. Эльф был рад видеть наставницу, пусть и бывшую. Он пригласил нас отобедать, заодно рассказал о себе. Его очень удивил тот факт, что оборотни его не трогали, а нас удивило, что не нашли его в прошлый раз. Мы с Тамарель отошли, дав возможность им поговорить наедине. Сейчас лес не был зелёным, снег лежал на вековых деревьев. Но таких, одержимых духами, как в прошлый раз, не попадались. И всё же он был необыкновенным. Эльфийка неожиданно предложила проводить Нессиару до Пика Солдата, я уговорила ее взять с собой хотя бы Гаррета. Она не возражала. Оставалась одна проблема: как теперь уговорить Махариэль? В лагерь мы вернулись вечером, Анейрин не пошёл с нами, сказав, что лес его дом родной. Я видела, Винн стало легче на душе, узнав, что он не погиб, а успешно скрылся.