Тайны песчаных бурь

В клетке было жарко и душно - воздух обжигал лёгкие словно кипяток. К металлическим прутьям нельзя было прикоснуться - солнце раскалило их почти добела. Решётка, заменявшая крышу, отбрасывала на землю еле заметную тень - тонкий клетчатый узор. Тень выполняла роль рисунка на земле, но была абсолютно бесполезна для пленников. Она не защищала их от губительных лучей восточного солнца. Обесцвеченное белесое небо слепило, выжигая глаза. Ветер отсутствовал. Вокруг одна лишь пустыня и призрачные горы. Их было одиннадцать. Почти все они лежали на раскалённой каменистой земле. Их тела были изуродованы от пыток, кожа была покрыта волдырями, ожогами, ранами. Двое из них уже умерли и лежали вместе со всеми. Только что привели ещё одного парня, совсем молодого солдата. Его грубо затолкнули в клетку, закрыли за ним дверь. Парень споткнулся о труп и упал. Рядом с другим мёртвым телом. Парень оцепенел. Он смотрел в лицо мертвецу. С ужасом осознав, что его ждёт та же участь, он вскочил и стал бросаться на стены. Сотрясая прутья клетки, обжигая руки, он кричал: - Нет! Выпустите меня отсюда! Пожалуйста! Выпустите! Я всё сделаю, всё скажу!.. У Энакина потемнело в глазах. Но дело оказалось не в нём самом - мир вокруг него померк. Солнце исчезло. Его заменили тусклые лампочки, приятно мерцающие в полутьме. Клетка по неизвестной причине вдруг оказалась в помещении, а не на улице. Больше не было ни пустыни, ни солдат, ни бесконечно жужжащих мух, слетевшихся на запах смерти. Энакин приподнялся на локте и моргнул. Ему снова приснился кошмар. Когда же он успел заснуть? Но крик того парня всё ещё звучал в его ушах. Бросив быстрый взгляд в сторону двери и увидев возле неё вопящего человека, Энакин понял, что в данную минуту последний не был его воспоминанием или плодом воображения. Это был совсем другой парень - не блондин, а шатен. Не солдат, а... Судя по его клетчатой рубашке, очкам и дешёвым джинсам, он скорее всего был студентом. Однако он кричал почти то же самое. Молил, чтобы его выпустили. - Да закрой варежку, достал уже! - Шикнули на парня сразу несколько голосов из соседней камеры. Сквозь прутья пролезла чья-то волосатая рука и хорошенько дала "студенту" по уху - так, что с его лица едва не слетели очки. Парень испуганно ойкнул и попятился прочь от опасного места. В дверном проёме показался толстый усатый полицейский. Он выглядел крайне недовольным. Судя по смартфону, который он нервно сжимал в руке, его оторвали от любимой компьютерной игры. При виде полицейского парень в очках оживился и снова подбежал к двери, уцепившись руками за прутья. - Мой адрес Еллоустрит 14! - Сбиваясь, выпалил он. - Пожалуйста, отправьте туда скорую помощь... Коп скривился. На его лице отразилось не просто презрение - даже гадливость. - Пожалуйста! Моя мать... - Снова заговорил парень, но полицейский грубо его прервал, внезапно разъярившись: - А у меня жена дома осталась! Я мог бы уже давно сидеть на диване, уминать лазанью и смотреть телик! Но нет. Из-за таких уродов как ты я торчу здесь и пялюсь на кучку вонючих агрессивных обезьян. Так что меня не колышет твоя мамаша, понял? Нечего было кулаками махать, раз не хотел сюда попасть. - Но я же не... - начал было оправдываться "студент". Полицейский сорвал с пояса электрошокер и направил его в сторону парня. По всему помещению раздался угрожающий треск электричества. "Студент" испуганно отпрянул, забившись в угол камеры. - Не зли меня. Если ещё раз вздумаешь заорать, я засуну эту штуку тебе в глотку и нажму кнопку. - Предупредил коп. Эти слова незамедлительно подействовали на парня. Теперь он молчал как рыба, боясь издать вообще какой-либо звук. Полицейский прозондировал лютым взглядом всех остальных задержанных. Убедившись, что больше ни одну из "обезьян" не надо усмирять, он неспеша развернулся и пошёл обратно. Там его ждал жёсткий стул и очень интересная для его интеллекта компьютерная игра. - Ну ты лошара, парень. - Обратился к "студенту" лысый в татуировках. Парень поднял на него затравленный взгляд. - Это ж лягавый. Ты всучь ему хабара, и он сахарным станет. - Закончил лысый свою мысль. - ЧтО, простите? - Неуверенно промямлил "студент". - Что, что! - Перекривлял его лысый. - Ну ты тупой. Взятку ему вхреначь, говорю. - И он тогда поможет? - Парень заинтересовано подался вперёд, став похожим на суслика, выглянувшего из норки. - У меня есть немного денег. Семь долларов. Этого хватит? Как думаете? - В надежде спросил "студент" лысого. Лысый выпучил глаза, а затем прикрыл рот ладонью, сдерживая дикий ржач. - Да, ты и впрямь тупой. - Сказал он в заключение. - А чего тЫ тогда, такой умный, хабара не дал? - Поинтересовался у лысого бородатый мулат. - А чё? Мне ж не приспичило. Чего мне бабки в унитаз сливать? - Пожал тот плечами. - Но что же мне делать?! - Едва не рыдая, вскричал "студент". - Чё делать? Сидеть и плакать! - Гаркнул на него лысый. - Даже не жалко тебя. Поделом тебе, сопля. Раз ты такой дебил, что попался, так и сиди здесь! - Я не могу... Мне нельзя здесь оставаться.- Шепча, причитал "студент". Прикрыв уши руками, в беззащитной позе он сел посреди камеры. - Моя мама... умрёт. Глаза Энакина резко распахнулись. - Что с твоей матерью? - Спросил он. Последние слова парня подействовали на него отрезвляюще, выдернув его из мира болезненных грёз. - Если ей не вколоть лекарство, она не доживёт до утра. - Тихо произнёс парень, глотая слёзы. - Она сама не может. - Продолжил он, обращаясь скорее к полу у себя под ногами, чем к кому-то конкретному. - Она уже два с половиной года как лежачая. Энакин, слушая рассказ парня, узнал, что тот остался один на один со своей бедой. Когда мать Пола (так звали парня) заболела, его отец сбежал от них, и теперь находится неизвестно где. Пол - единственный помощник и защитник своей матери, и в данную минуту о ней больше никто не может позаботиться. Друзьями парень не обзавёлся, а соседи у него были ещё те (а какие ещё у тебя могут быть соседи, если ты живёшь в бедном районе?). Не попросишь ведь о помощи вора, безразличную многодетную семью и проститутку, что не погнушается даже труп обокрасть. - Я ведь не виноват. Я попал сюда случайно. - Признался Пол.- Я просто... устал. Когда мама заболела, я ушёл из института, и с тех пор я работаю... работаю... бесконечно работаю. А потом прихожу домой - и вижу мать. Денег едва хватает на лекарства и еду. На врачей не хватает, я сам за мамой ухаживаю. Света белого не вижу. А сегодня... Я просто вышел на полчаса в бар. Хотел немного расслабиться. А тут драка началась. Но я не дрался, я просто оказался рядом с этими людьми. - Он покосился на мужчин в соседней камере. - Но полицейские меня и слушать не захотели, арестовали вместе со всеми. Энакин взглянул на руки парня. Костяшки не сбиты. Затем на лицо - на лице ниже виска краснела ссадина. Парню досталось в драке, но сам он и вправду не дрался. Пол говорил, что во время задержания уже разговаривал с тем сержантом, который угрожал ему электрошокером. Но полицейский повёл себя так же грубо, как и сейчас. Что послужило причиной такого обращения? Неизвестно. Может, сержант, когда-то любивший свою работу, разочаровался в ней, и теперь во всех, кто попадает в полицейский участок, он видит лишь преступников; может, у сержанта банально не задался день, поэтому сейчас он срывается на тех, кто не может ему ответить; а может, он всегда был таким чёрствым человеком. Однако не важно, какой именно была причина. Всё в итоге пришло к тому, что полицейский проигнорировал просьбу о помощи. От Пола исходила тьма, переливаясь стальными оттенками. Она пульсировала и разлеталась сгустками по всей камере, разбиваясь о её стены. Если бы Энакин верил в то, что сейчас видит, то он с уверенностью сказал бы, что знает, что это. Эта тьма знакома Энакину. Он видел её часто. В зеркале; в своих глазах. Именно так выглядит отчаяние. То, что сейчас переживает этот парень, Энакин сам пережил уже давно. Но у Пола ещё есть надежда. У Энакина её больше нет. - Твоя мать не умрёт. - Твёрдо пообещал он парню. - Нет, её уже ничто не спасёт. - Скорбно покачал головой Пол, приняв обещание Энакина за обычные слова утешения. - Я поговорю с лейтенантом Грейсом. Мне он показался хорошим человеком. Я уверен, он поможет тебе. - П...равда? - С надеждой переспросил Пол, утерев слёзы. - Правда. Он выслушает нас и сделает всё, что нужно. - С уверенностью кивнул Энакин. Затем он позвал вредного толстого сержанта и потребовал, чтобы его отвели к лейтенанту. Они оба обменялись "любезностями", пооскорбляв друг друга и поугрожав. В конце концов сержант "захлопнул варежку", поняв, что со злобным военным ветераном ему не тягаться и, скорчив недовольную козью морду, на всякий случай спрятал свой электрошокер подальше (а то мало ли что Энакину взбредёт в голову?). Полицейский увёл Скайуокера. Пол ждал его десять минут, нервно грызя ногти. Когда Энакина вернули в камеру, он не выглядел довольным - под опущенными ресницами он прятал гневный взгляд. - Козёл!.. - Резко выдохнул Энакин, до хруста сжав кулак. Дело в том, что он не застал доброго лейтенанта Грейса. Лейтенант приболел и ушёл домой, а его заменил злобный коллега - вылитый Мейс Винду, только рожа китайская. Однако даже не в этом заключалась проблема - по какой-то неизвестной причине в полицейском участке вдруг перестали работать все телефоны. После короткого отчёта Энакина Пол совсем раскис. - Всё пропало! - Вскричал он. - Эй! Прекрати истерику. Посмотри, что у меня есть. - Шикнул на парня Энакин, а затем осторожным кивком указал на свой карман. Пол заглянул туда, и увидел в нём связку ключей. У парня аж челюсть отвисла. "Как так можно?!" - Кричал весь его вид. - Нам нужно торопиться. Пропажу скоро обнаружат. - Быстро прошептал Энакин. - Но нас же поймают. - Парень трусовато покосился в сторону, где должен был находиться коп с электрошокером. - Эй, чуваки! Вы что там затеяли? - Окликнул их лысый. Его любопытное лицо сейчас смотрело прямо на Энакина с Полом, уткнувшись носом в прутья. - Не слушай его, парень, не вздумай драпать. - Дал он совет Полу. - Ты башкой своей подумай, на сколько ещё тебя посадят, когда заметут при побеге! Отсиди себе свои пятнадцать суток и вали домой. - Всё в порядке будет с твоей маманей. - Начал успокаивать он Пола. - Не твори херню, а то пожалеешь. Завтра мобилы заработают, и ты спокойно вызовешь скорую. Колёса долго действуют, верняк. Нормуль всё будет с твоей маманей, не ссы. На лице Пола отразилось сомнение. - Может быть, действительно... - Неуверенно растягивая слова, заговорил было он, но Энакин схватил его за руку, гневно сверкая глазами. - Попробуй. Рискни. И убей свою мать. - Он сжал челюсти. - Посмотри. Посмотри мне в глаза. - Он хорошенько потряс парня. Пол весь скукожился и медленно поднял взгляд на Энакина. - Ты сам знаешь, что твоя мать не сможет дожить до утра. - Энакин отпустил руку парня и отошёл на шаг назад. Огонь погас в его глазах, и теперь в них лишь слабо поблёскивали печальные золотистые искорки. - На что ты надеешься? Что вдруг случится чудо, и с твоей матерью не произойдёт ничего плохого? "Авось, пронесёт?". Нет, так не будет. Всю жизнь ты будешь потом расплачиваться за свою тупость и безответственность. За беспечность; нерешительность. За то, что зная, что она умрёт, ничего не сделал для того, чтобы спасти её. Каждый день ты будешь проживать, находясь в бесконечной агонии. Вновь и вновь ты будешь видеть её гибель в своих кошмарах. Она будет приходить к тебе и наяву; ты будешь чувствовать её присутствие рядом с собой. Но вскоре ты поймёшь, что её больше нет. Это твой больной рассудок безжалостно смеётся над тобой. Она давно мертва. Ничего нельзя изменить. Пол стоял очень тихо, поражённый словами Энакина. - Не совершай эту ошибку. - Сказал в заключение Скайуокер. - Сделай сейчас то, что от тебя требуется. Только ты можешь спасти свою мать. За тебя это не сделает никто - ни соседи, ни государство, ни счастливый случай. Придумай, как обезопасить свою мать, а потом можешь хоть обратно в эту клетку вернуться - это твоё дело. Зато ты будешь знать, что с ней всё в порядке. - Я согласен. Пойдём скорее. - Наконец принял решение Пол. Энакин быстро вставил ключи в замок. - Чуваки, вы охренели! - Предупреждающе шикнул лысый. - Как вы умотаете отсюда? Здесь дохрена камер и лягавых. Если они счас не дрыхнут, то нифига у вас не выйдет. - О нет, мы попадёмся! - Снова начали сдавать нервы у Пола. - Не попадёмся. - Заверил его Энакин. - Однажды я сбежал из плена. Что для меня какой-то полицейский участок? - Он ободряюще подмигнул Полу. - Если что, будем импровизировать. Всё будет в шоколаде. Правда, Энакин забыл сказать Полу, что именно вследствие такой "импровизации" он попал в плен. И фраза "всё будет в шоколаде" на самом деле подразумевает "блин, авось всё получится". Но зачем лишний раз пугать парня, который итак дрожит как осиновый лист? - Придурки вы, придурки. Сидели бы на месте... - Сочувстливо ругал парней лысый. - Ты за себя говори. - Буркнул низенький сорокалетний мужчина, похожий на хорька. - Я, например, тут сидеть не собираюсь. Эй, орёл. - Обратился он к Энакину. - Кинь-ка мне ключи, мне тоже надо. На миг Энакин задержал взгляд на этом мужчине. Как же этот человек похож на одного из тех уродов, которые... - Эй, чего ты на меня так пялишься? Дырку просверлишь. Давай ключи быстрее. - Нервно потребовал мужчина. - Обойдёшься. - Выплюнул Энакин в ответ. Одно лишь слово содержало в себе много разных негативных эмоций - гнев, ненависть, надменность, презрение. "Хорька" это очень обидело: - Ах так! В отместку он заорал во всю глотку: - Эй, сюда! Тут люди сбегают! - О нет... - Тихо произнёс Пол, впадая в ступор. Энакин выругался, а затем скомандовал Полу: - План такой. Я отвлекаю копов - ты бежишь к выходу. Понял? Пол кивнул и спрятался за спиной Энакина. Они вместе вылетели из комнаты. Энакин уже принял было боевую стойку, приготовившись отбиваться от всех подряд, но... Как ни странно, это не понадобилось. Не смотря на старательные вопли мужика, никто из копов почему-то не спешил бежать и ловить беглецов. А тот самый сержант, который должен был за всеми следить, сейчас неподвижно сидел на стуле, не реагируя на происходящее. Его голова опрокинулась на спинку стула, левая рука безвольно свисала, еле заметно покачиваясь над полом. На полу под стулом валялся смартфон. Его экран ещё не успел погаснуть. - Что за фигня? - Одними губами произнёс Энакин, с недоумением уставившись на неподвижное тело сержанта. - Боже... Что с ним? Он умер? - Испуганно прошептал Пол. Энакин осторожно приблизился к сержанту. Услышав довольное размеренное сопение, он понял, что полицейский просто спит. Энакин, еле заметно улыбнувшись, знаками показал, что всё в порядке, а затем осторожно забрал у сержанта электрошокер. Они пошли дальше. Когда они добрались до основного помещения со столами и рабочими местами, они ещё больше поразились всей странности происходящего. %Все% сотрудники полиции, включая заместителя лейтенанта, спали крепким сном, застыв в неожиданных позах - создавалось впечатление, будто они уснули мгновенно. Энакин с Полом недоумевали, что это за бред сейчас происходит. Они словно попали в сказку про Спящую Красавицу, где все люди в королевстве уснули на долгие десятилетия, попав под влияние проклятья злой ведьмы. Сейчас всё выглядело именно так. Не хватало только паутины и буйных растений, что со временем проросли сквозь камни и всё скрыли под собой. Однако какой бы странной не была ситуация, Энакин решил не медлить и просто воспользоваться ею. Они с Полом забрали свои вещи и покинули полицейский участок. - Спасибо тебе, Энакин! Я никогда не забуду того, что ты сделал для меня! - Взахлёб выражал свою благодарность Пол. - Не теряй времени. Спаси свою мать. - Ответил ему Энакин. "Спаси её. Сделай то, что я не смог". - Я этого не забуду! - Всё ещё кричал Пол, оборачиваясь через плечо. Энакин смотрел ему вслед. До тех пор, пока парень не скрылся из виду. Но и после этого он продолжал смотреть всё в том же направлении. Его память снова рисовала перед ним картины, которые никогда не померкнут в его сознании. Его руки помнят тяжесть материнского тела; его уши ещё до сих пор слышат её тихий, ослабевший голос; его глаза видят мерзавцев, спешно покидающих место преступления. "Падме, где ты? Как ты? Всё ли с тобой в порядке?" Энакин вспомнил сегодняшний вечер. И глубокую печаль в глазах своей жены. Она всё говорила Энакину о том, что она пришлёт к нему своего лучшего адвоката, и он долго не будет сидеть за решёткой. - Прости меня, Падме. Я не знаю, что на меня нашло. Я сорвался... - Виновато произнёс он, уцепившись рукой за один из железных прутьев. - Эни. Нам нужно некоторое время побыть отдельно друг от друга. - Устало прошелестел её голос. "Нет, так не должно быть! Мы должны быть вместе! Мы просто поссорились. Это ненадолго". Словно наяву, Энакин увидел перед собой Падме. Её печальное ангельское лицо на фоне белой стены. Он протянул руку и нежно погладил её щеку. Падме удивлённо сдвинула брови домиком и прикоснулась к своей щеке, почесав её. В ноздри Энакину ударил очень резкий запах - смесь духов Падме и сильных медикаментов. Энакин закашлялся. Видение пропало. Он стоял один посреди улицы, во тьме, слегка освещённой фонарями. "Где же ты, Падме?". Три года назад. 2008 год. "Я помню тот день, когда я снова встретил тебя. Этого не должно было случиться, ты не могла оказаться в том Богом забытом месте. Но, пролетая над осаждённым городом, я вдруг увидел знакомое северное сияние. Мою драгоценную радугу. Почудилось ли мне? Впервые в жизни я потерял управление. Мой истребитель стремительно терял высоту. Я нёсся навстречу гибели. И я был счастлив" Почти любая дипломатическая миссия Падме, как бы безобидно она не начиналась, в итоге становилась похожей на приключенческий боевик. Данная миссия тоже не стала исключением. Падме прибыла в город Набу, что находился на дальнем Востоке. Этот город был известен тем, что поставлял провизию американским войскам. Падме не успела покинуть Набу. Уже через два дня враги взяли город в блокаду. Прошло слишком мало времени. Никто не знал, что произошло с Набу. Город был отрезан от мира, надежды на спасение не было. Но Падме так не считала. Она нашла одного гения, который смог бы передать сигнал о бедствии. Вместе с ним и верной телохранительницей Сабэ (которая заменила Грега, что был "уже слишком стар для всего этого" по его собственным словам) она добралась до радиовышки. К счастью, им повезло в том плане, что повреждения этой радиовышки оказались незначительными, и им удалось передать сигнал, хоть и с трудностями. Когда они вышли из здания, в небе они увидели золотисто-серую точку. Она приближалась всё ближе к их городу, и уже очень скоро её очертания стали различимы. - Это истребитель! - Удивлённо воскликнула Падме. - Они не могли прилететь так быстро. Я отправил им сигнал две минуты назад. - Холодея, произнёс Ник. - Пора бежать, девушки. Наш город сейчас будут бомбить. - Добавил он, судорожно ища, где укрыться. Но Падме спокойно ответила: - Почему в небе всего один истребитель? - Ник прав. Здесь находиться опасно. - Пыталась поторопить её Сабэ. Тем временем боевой самолёт резко рванул вниз. Оказавшись на рекордно низкой высоте, он выровнялся, выйдя из состояния пикировки. Истребитель промчался прямо над городскими домами, а затем, изящно накренившись на восемьдесят градусов, прошмыгнул между двумя небоскрёбами - очень медленно, словно он плыл по воздуху, а не летел. После того, как он миновал высотки, он снова рванул вперёд, мгновенно набрав скорость. Не прошло и секунды, как истребитель скрылся из виду. Падме, похоже, не собиралась никуда бежать. Она стояла на месте и внимательно наблюдала за истребителем. Ей стоило бы бояться его, но глядя на него, она не чувствовала никакой угрозы. Более того, при его виде ей почему-то стало тепло на сердце. - Впервые вижу, чтобы истребитель так летал. - Удивлённо воскликнула Сабэ. - И всё-таки, Падме...- Снова намекнула она на то, что пора отсюда уносить ноги. Ник, кстати, это уже давным-давно сделал. - Я иду. - Успокоила её та. Как же тяжело работать с клиентами, у которых начисто отсутствует инстинкт самосохранения, подумала Сабэ. Когда она охраняла политиков и бизнесменов, всё было намного проще. Они настолько боялись за свою жизнь, что выполняли все рекомендации Сабэ и даже туалетной бумагой не пользовались до тех пор, пока её не проверяли на наличие яда. Но именно по этой причине Сабэ и стала работать на Падме. Люди, которых она охраняла раньше, превратили её любимую работу в рутину. С Падме Сабэ снова ощутила вкус приключений. Конечно, Падме было сложно беречь от всяких бед, ведь она была неудержима. Но телохранительница тем и нравилась Падме, что она никогда её не отговаривала от всяких авантюр - Сабэ и сама была рада в них поучаствовать. За чертой города раздалась серия взрывов. Земля затряслась. Над городом пролетел ещё отряд истребителей. - Вот было бы интересно увидеть пилота того истребителя. - Это было первое, что сказала Падме, когда они уже оказались в безопасном месте. - У истребителя такой странный окрас. - Заметила Сабэ. - Я ведь знаю, что как правило они серые. А у этого были золотистые крылья. Откуда он взялся? - Не знаю. Но я уверена в одном: он не враг. Он наш защитник. - Сказала на это Падме. - Откуда же ты это знаешь? - Еле заметно улыбнулась Сабэ. - Я чувствую. - Последовал загадочный ответ. Город был успешно освобождён. Люди выходили на улицы, радовались жизни, устраивали парады, врубив музыку на максимальную громкость и поедая вкусняшки. Всё вокруг ликовало, и казалось, что даже солнце теперь светило ярче. Набу кишело репортёрами, гудевшими, словно единый пчелиный рой. Каждый из них желал по-своему интерпретировать историю о недавних событиях, каждый хотел выделиться и урвать свои бонусы. Все только и говорили о двух героях, спасших город - о Падме и о таинственном лётчике, прилетевшим на истребителе с золотистыми крыльями. Никто не знал его имени и как он выглядел, но многие видели, что он делал в небе. Его окрестили Героем-без-страха. Он первым бросился на амбразуру и уничтожил все главные вражеские объекты, таким образом облегчив задачу американской армии. Обломки его истребителя теперь покоились где-то на поле боя. Репортёры набросились на Падме, устроив ей жёсткий допрос. Они и подумать не могли, что перед ними сейчас стоит и отвечает на их вопросы вовсе не мисс Наберрие, а её телохранительница Сабэ. По забавной случайности они с Падме были похожи, словно сёстры-близняшки. Эта особенность часто помогала Сабэ оберегать свою клиентку от злодеев и всяких надоедливых людей. Падме же тем временем отправилась к военным. Она узнала о печальном конце отважного Героя-без-страха и пришла почтить его память. - Здесь ошибочка вышла. - Засмеялся один молодой лётчик, лейтенант Смит. Он рассказал Падме о том, что тот, кого назвали Героем-без-страха, на самом деле жив-здоров. Просто истребитель, как всегда, угробил. Что ж поделаешь, лейтенант Скайуокер летает как бог, но вот приземляться не умеет. "Скайуокер... Скайуокер..." - память Падме кричала ей о том, что она когда-то уже слышала эту фамилию. Но как девушка ни старалась, вспомнить она ничего не могла. - Как же он выжил? - Удивлённо воскликнула Падме. - Он успел катапультироваться? - Не-а. Что с ним станется? Лейтенант в рубашке родился. Вернулся сюда, словно из преисподней - волосы дыбом, одежда порванная, весь в грязи, хромает. Не сказал ни слова, сразу завалился спать. Я ему много раз говорил: чего ты свой истребитель перекрашиваешь? Не случайно же все истребители серые. А он говорит: хочу, мол, - и крашу. С таким цветом он как ёлка летающая. Неудивительно, что враг в него так и норовит пускать снаряды. Не доведёт до добра такой выпендрёж! - Всплеснул он руками. Болтая со Смитом, Падме много чего интересного узнала о пилоте золотисто-серого истребителя. За два года, что он прослужил в ВВС, он успел стать настоящей легендой. Он отличился уже не в одной битве и смог получить звание аса за рекордно короткий срок. А ещё у лейтенанта Скайуокера есть хобби - он обожает чинить всё подряд, в том числе и истребители. Тот самый истребитель с золотистыми крыльями оказался модифицированной версией F-22"Raptor". В своей обычной версии F-22 хоть и славится тем, что может летать в небе выше всех истребителей, имеет также серьёзный недостаток - маломаневренность. Скайуокер устранил этот недостаток, и кроме этого ещё что-то нахимичил с истребителем. Падме ещё больше захотелось увидеть своими глазами такое чудо. Лейтенант Смит согласился отвести Падме к нему. Однако они заметили лейтенанта Скайуокера ещё в коридоре. Он, кстати, уже успел отмыться от грязи и переодеться, его волосы были аккуратно расчесаны. Оказалось, Герой-без-страха любил уделять внимание своей внешности. В нём чувствовался шик; даже военная форма смотрелась на нём как модный брэнд. Человек, в котором лейтенант Смит узнал их майора, сейчас тыкал пальцем в лицо Скайуокера и кричал на него, гневно разбрызгивая слюни во все стороны: -...Ты! Ты что себе позволяешь, Скайуокер! Да ты у меня под трибунал пойдёшь! Я выгоню тебя из армии к чёртовой матери, ты понял?!! Будешь до конца своих дней в цирке на кукурузнике летать!.. - Почему майор злится на него? - Воскликнув, спросила Падме Смита. - Лейтенант не привык подчиняться приказам. Сегодня он ни с того ни с сего сорвался с места и без разрешения улетел на истребителе. Он сказал напоследок: я чувствую, что Набу в опасности. Следом за Скайуокером сразу же отправился его отряд во главе с сержантом Рексом - они никому не подчиняются кроме лейтенанта. Ребятам тоже влетит по полной... - Сочувстливо покачал он головой. - Как ни странно, он оказался прав - через некоторое время мы получили сигнал... от вас. - Добавил Смит. - Но в армии не имеет значения, прав ты или нет. - Объяснил он Падме. - Если ты не подчиняешься приказам, ты плохой солдат. "Падме!" - Вдруг услышала она в своей голове чей-то молодой мужской голос. Она почувствовала на себе пристальный взгляд. Обернулась. И с изумлением пронаблюдала за тем, как лейтенант Скайуокер сам, полностью проигнорировав разозлённого командира, подошёл к ней. - Падме! - Воскликнул он, и девушка с облегчением поняла, что никакой голос не звучал в её голове, это просто лейтенант её звал. Но откуда он знает её имя? Однако это просто объяснить. Падме - лицо публичное, её часто показывают по телевизору. И всё же лётчик вёл себя странно, как будто он был знаком с ней лично и теперь был счастлив от того, что спустя долгие годы наконец встретил её. Он глядел на неё восторженно, обожающе, со жгучей, всепоглощающей страстью. Он говорил, что с момента их разлуки думал о ней каждый день; просыпаясь и засыпая, он представлял её образ, гадал о том, что она делала в данную минуту, как сложилась её жизнь... Падме же тщательно старалась скрыть недоумение. Она думала сейчас лишь об одном: "Кто он такой???" - ...А ты вспоминала обо мне? - Спросил он её. Этим вопросом он поставил Падме в тупик. Чтобы сгладить неловкость ситуации, Падме решила притвориться, что знает этого парня. Но лейтенант, похоже, её раскусил. - Падме... Это я, Энакин. Ты меня не помнишь? - Его взгляд стал грустным, по-детски растерянным. - Малыш Эни... Как же ты вырос! - Воскликнула Падме. С изумлением она глядела в его голубые глаза, и только их и узнавала. Золотистые волосы маленького Эни со временем потемнели и приобрели мягкий каштановый цвет. Эни стал очень высоким, на целую голову выше Падме - а ведь когда-то она вынуждена была нагибаться, чтобы взять его за руку. Энакин смутился, хоть и не показал виду. Сколько же глупостей он успел наговорить Падме за эти пару минут! Он влюбился в неё с того самого момента, как впервые увидел её. Прекрасная восемнадцатилетняя девушка, похожая на ангела, с красивой фигурой и всем остальным... Но как он мог подумать, что Падме грезила о нём так же, как и он о ней? На момент их первой встречи Энакину было всего лишь тринадцать лет, и притом выглядел он ещё моложе - ему нельзя было дать на вид больше десяти. Разве можно испытывать романтические чувства к ребёнку? Для Падме Энакин был лишь забавным малышом, которого просто хотелось потрепать за белобрысые волосы и дать конфетку. Представляя в своём воображении мальчика Эни, Падме испытывала к нему чувство умиления, дружбы, благодарности. Но теперь, когда она смотрела на красивого юношу, в которого превратился маленький Эни, она любовалась им. А как им не любоваться? Высокий голубоглазый лётчик - мечта всех девушек. Их блаженное молчание было неожиданно нарушено майором: - Кх-кх... Вы это... Может прогуляетесь в городе? Сейчас праздник, погода хорошая, бой был тяжёлым. - Посоветовал он молодым людям. - Это такая прекрасная идея! - Восторженно воскликнула Падме. - А вы отпустите Э... лейтенанта Скайуокера? Майор утвердительно кивнул. Энакин отдал ему честь: - Благодарю вас, сэр, за предоставленную... - Вольно. - Отмахнулся от него майор. - Иди с глаз моих, чтоб я тебя не видел. Энакин с Падме, счастливые, тут же ушли. А майор побежал к полковнику - жаловаться. -... Лейтенант Скайуокер должен понести строжайшее наказание, сэр! Он совсем распоясался: моих приказов не слушает, базу покидает, когда ему вздумается, с девушками по городу разгуливает. Никакой дисциплины! Таким не место в нашей авиации! - Это мне решать, кому здесь место, а кому нет. - Сказал ему на это полковник. - Лейтенант Скайуокер получит своё наказание, теперь это не ваша забота, майор. Я отдам его под командование майора Кеноби. Он найдёт на него управу. Энакин и Падме прекрасно провели вместе этот день. Они веселились, дурачились. Участвовали в параде, разгуливая в костюмах динозавров. Наелись до отвала дешёвых сосисок и мороженого. Энакин отвёл Падме в ботанический сад. Это было удивительное место, похожее на рай. Сейчас никого рядом не было - все люди ушли веселиться в центр города. Там, на лужайке с огромными цветами, Энакин признался Падме, что любит её. Он был уверен, что Падме ответит ему взаимностью. Подумав: "Почему бы и нет?", она таки ответила ему. Падме всем сердцем желала быть с ним, но она не надеялась на то, что их счастье продлится долго. Это для Энакина она была единственной - для неё же он был очередным. С самого детства Падме была воспитана ярой патриоткой, ради своей страны готовой на всё. Её мечты и идеи стали её жизнью; её работа стала её любовью. У красавицы Падме было бесчисленное количество обожателей. Ещё до Энакина ей тысячи раз признавались в любви. Самые достойные мужчины влюблялись в Падме и были готовы ради неё горы свернуть. Но все они, к сожалению, так и не смогли стать для Падме чем-то большим, чем просто мимолётные увлечения. Энакин подарил ей много прекрасных мгновений - закаты, рисунки сердечек на небе, оставленных истребителем... Энакин оказался настоящим романтиком. Всё начиналось как обычное милое любовное приключение. И закончиться оно должно было так же красиво, как началось. Но этого не случилось. С Энакином всё получилось совсем не так, как с другими. Падме так и не поняла, как же так произошло. Всего лишь за три дня их знакомства её лёгкая влюблённость переросла в настоящее сумасшествие. На третий день она поняла, как сильно она любит Энакина. Это случилось тогда, когда Падме узнала о самых худших проявлениях его души. Оказалось, что Энакин мог быть не только добрым и нежным, но и жестоким, безжалостным. Падме помнит его горящий безумный взгляд и кровь убитых им людей, стекающую по его пальцам. Его губы произносят страшное признание. Любой нормальный человек на месте Падме испытал бы ужас и отвращение. То, что произошло, должно было оттолкнуть Падме от Энакина. Но не оттолкнуло. Нежный свет не погас в её глазах, а стал только ярче. - Людям свойственно злиться. - Не меняясь в лице, сказала Падме Энакину. Он доверчиво положил ей голову на колени. Она перебирала его волосы, гладила их. В ту минуту Падме поняла, что любит его. Какие бы ужасные вещи он не сделал, она будет его оправдывать. "Эни поступил незаконно, но справедливо. Те люди были настоящими подонками, они заслужили всё, что он с ними сделал". Падме верила в то, что Энакин никогда не поступит так с невиновными. Не поступит так с ней. Падме с Энакином поженились сразу же, как только вернулись в Америку. Это случилось через две недели после освобождения Набу. Взявшись за руки, они пошли вперёд, навстречу своему счастью. В тот миг они не боялись ни прошлого, ни будущего. Их любовь была сильнее всего на свете.