Potter's reflections

начало декабря 1995г Связки заныли, когда Айрис, воспользовавшись возможностью в очередной раз снизить концентрацию на кубиках, левитировала к себе стул и устроилась максимально удобно для растяжки «в минус». Хотя сегодня не обошлось без немного неприятных ощущений, она зажмурилась от удовольствия: из-за завала на стажировке сложности с полноценными разминками длились уже неделю, и это было воистину ужасно. Настолько, что она всерьез раздумывала, не отказаться ли всё-таки от посиделок в пользу тренировки часика эдак на четыре… — Последний остался? — Спросила её Луна (впрочем, не поднимая глаз от начатой некоторое время назад фенечки). — Да, — кивнула Айрис, наклоняясь поближе к ноге и оставляя икосаэдр вертеться в коконе чар где-то над ухом. — С ним уже тоже стабильно всё, еще только проверю сейчас, не сбился ли баланс. А у тебя как? Планируешь весь вечер плести? — Тут всего несколько рядов, и закреплять скоро пора будет, — возразила Луна, проворно перебирая нитки. — Может, новую начну, не знаю… Я в принципе не собиралась, но что-то девчонки не спешат сегодня. — И не говори, — хмыкнула Айрис. — Мы такими темпами успели бы попалить сериальчик еще до их прихода. А так печаль одна: изоляция разложена, кровавый агат разряжается, а их всё нет и нет. — Думаешь, камни уже на исходе ресурса? — Спросила Луна, окидывая оценивающим взглядом круг из не самого дешевого минерала, призванный изолировать от пагубного воздействия волшебства генератор, ворох проводов, видеомагнитофон и телек, которые стараниями Айрис сгрудились посреди комнаты. — Думаю, ничто не вечно, и они вряд ли дотянут до Рождества. — Подтвердила Айрис. — В конце концов, чего мы от них хотим, два года к ряду устраивая изоляцию мало того, что внутри расширенного пространства в волшебном чемодане, так еще и постоянно храня этот чемодан в Хогвартсе, практически прямо на Источнике. Чудо, что камни так долго протянули исправно… Нужно бы новые раздобыть, но я сейчас на мели. — Ну, фильмы ты не одна смотришь, так что не лишне бы нам всем скинуться. Жаль, кровавый агат — не мелочевка какая, одной экономией на шоколаде не отбудемся. Но, может, мне повезет на Рождество несколько камней найти в пещерах — мы с папой как раз собирались в поход. — Было бы здорово, — кивнула Айрис. Природная жадность совсем недавно в очередной раз заставила её спустить всю заначку на перспективу — и, пусть Айрис не сомневалась в прибыльности предприятия, этой самой прибыли ждать еще не меньше года. — Что, кстати, смотреть будем, в это благословенное время, пока изоляция все еще с нами? Ты, как всегда, голосуешь за документалку? Кстати, почему, сама же говорила, что маггловские научные фильмы себя исчерпали для нас с момента изучения продвинутой трансфигурации? — Так не по физике, есть что-то новое про животных? Милота про пандочек? Или давай исторический фильм? Конечно, и там тот еще бред, но хоть забавно слушать. — Они же не специально, — пробормотала Айрис, — просто их больше, и даже стран у них больше, и все стараются скрыть неприглядные факты и переписать так, чтобы тот, у кого политического влияния больше, обязательно казался бубочкой. Логично, что правды потом не сыскать, да еще и в научно-популярных фильмах приукрасят… Тем более, немаги живут недолго, очевидцев через сто лет уже и не спросишь, как на самом деле что-то происходило, хранилищ воспоминаний нет, хроники с тем же видео — придумка сравнительно недавняя. — Я и говорю, в результате смотреть забавно, — пожала плечами её собеседница. — Подождем немного, с документалками станет лучше, — пообещала Айрис. — И даже в контексте физики. Пару-тройку десятков лет, и, надеюсь, они допинают разработку квантовых компов до уровня, когда не стыдно будет их использовать вместо сферы Эль Нуаре Шарля. Ну, хотя бы в некоторых расчетах. И расчет так должен обойтись дешевле, чем с помощью артефакта… Жду не дождусь, честно говоря, а то сейчас даже «Гринготтс» не может себе позволить постоянно использовать эту игрушку, и целый отдел дни напролёт считает поточку вручную из-за невозможности сильно автоматизировать. — А потом купят они новую игрушку, и этот отдел останется без работы. — Вряд ли прямо так кардинально, скорее, народ подтянется использовать новые возможности, выведет скиллы на новый уровень, и будет ставить другие задачи. Ну, уволится несколько гоблинов, наверное, но не все дружно. И это в том случае, конечно, если рассчитают, что игрушка вообще быстро окупится — ей же тоже изоляция из кровавого агата нужна. — Про этот вид техники есть что-то внятное посмотреть, или ты на основе видений говоришь? — Скорее второе. Даже обычные компы простецам пока еще прокачивать и прокачивать. И Дадли не прислал мне вообще никаких документалок на эту тему, так что в любом случае ничего такого не посмотрим. Там есть новый фильм про Солнце, и что-то про майя — с точки зрения археологов-немагов, конечно. Про животных только то, что мы уже смотрели. — Печалька, — наморщила нос Луна. — Вы же старое не смотрите. Джинни придёт, опять предложит брать комедию, в которой актер раза три снимет футболку без всякого повода. — И… будет права? — Провокационно фыркнула Айрис, краем сознания отмечая, что зачарование последнего кубика полностью готово, и убирая его в мешочек к остальным. — Ромком с красивыми мужиками — беспроигрышная тактика, чтобы хорошо провести время с подругами, даже, если сценарий в фильме подкачал. Неужели, тебе совсем скучно, мне казалось, иногда смотришь вполне позитивно? Или, теперь мысли об одном небезызвестном старшекурснике с Хаффлпафф покоя не дают и мешают наслаждаться просмотром романтики? — Да ну тебе, какие мысли! — Отчётливо покраснев, отмахнулась Луна, косвенно подтверждая, что те самые мысли преследовали её весьма часто. — Я просто не люблю плоские сюжеты, особо тупые даже симпатичный главный герой спасти не способен. Кстати, об этом… Я не очень разбираюсь, но, если посмотреть все фильмы с любимым актером, и после этого всё равно не получится выкинуть из головы образ определённого парня, это же что-то значит, да? Именно то, что я думаю? — О ля ля, так всё-таки Хаффлпафф рулит… — довольно констатировала Айрис. — Мерлин, я не о себе! — Возмущенно возразила Луна, покраснев ещё больше. — Я о Гермионе! Она обмолвилась недавно на эту тему. Мне кажется, она явно влюблена в твоего брата, тебе нет? — Конечно, влюблена, — подтвердила Айрис без колебаний. — Дело запущено, я бы сказала, в терминальной стадии. Она недавно перебирала вслух детские имена, которые красиво сочетаются с фамилией Поттер — и то, что это она для меня, вообще неубедительно прозвучало, я же род сменю, если меня угораздит-таки создать ячейку общества. — Так почему они с Гарри всё никак не начнут встречаться?! Что у них не клеится постоянно, зачем ходить друг вокруг друга кругами и вздыхать на расстоянии, если у обоих диагноз очевиден? Они поссорились, что ли, глобально, а я пропустила? — Да нет, чего, — покачала головой Айрис, отвлёкшись даже на секунду от растяжки. — Это они просто два неуверенных в себе слоупока. В смысле, Гермиона, конечно, обиделась недавно, когда Гарри пролез к ней в комнату и получил много бесплатных обнимашек и возможность поваляться у неё на коленях… Но тут и она сама виновата, что таскает всяких няшных котиков, не выясняя их происхождения — он-то честно пришел похвастаться тем, что у него получился оборот, и вряд ли мог отказаться от почухивания за ушком, пока пребывал в аниформе. Не думаю, что это важно. Скорее, в том, что они всё никак не признаются друг другу, виновата та дурацкая история с помолвкой: они же тогда договорились расторгнуть её, когда Гермионе будет семнадцать, и торжественно поклялись, что они точно друзья-друзья, и никаких претензий. А тут, вроде как получается, что уже и не совсем дружить хочется, и опять неловкость жуткая, и проговорить её нормально — это прямо слова придётся использовать, сложно. — Я думаю, нам пора уже что-то делать. Помочь им, я не знаю… — Ага, закрыть их вдвоём в чулане, чтоб разобрались. Хочешь моё мнение — влазить в чьи-то отношения — себе дороже, по-любому окажешься крайней. Им бы не помешало погудеть в одной компании, но я пас даже предлагать, и так уже с Гарри временно не разговариваю. — В смысле, не разговариваешь? Почему? После вчерашнего, что ли? Вы же не всерьез ту дуэль, правда? — Нет, конечно, не всерьез, как случайные пару заклятий вообще можно за дуэль посчитать. Но я всё равно обиделась! Набуя он меня со стола снял?! Полной дурой перед всеми выставил, прости Господи! — Знаешь, мы можем уточнить у Джин, но мне кажется, что это обычная реакция для братьев, застающих сестёр в таких ситуациях. В смысле, что он должен был подумать, когда заходит в гостиную, а там все пьяные до лиловых пикси, музыка на полную, и ты на стол лезешь? — Что я желание продула, что тут думать-то?! Если он мне перед приходом написал и спросил, что делаем — и я ответила, что играем! Ну не стриптиз же я танцевала, в самом деле! — Так он просто не знал, что тебе загадали устроить представление, и тем более не знал, что именно ты хочешь сделать! Мало ли, может, правда на стриптиз подумал. — Мы и устроили красочные феерверки, Майкл даже засчитал за выполнение задания, — поморщилась Айрис. — Слушай, я не спорю, Гарри не обязан был с порога врубиться, но меня бесит, что вместо выслушать и попытаться понять, он давай сразу нудить! Такой умный, про «надо меньше пить» чешет — когда у самих там в карете каждый второй вечер гульня, и при том, что я вообще не пила, мне же не стоит из-за тренировок сознания! Всего крапулечку смеси вдохнула, строго по дневной дозировке, ну что я, виновата, что ли, что от неё зрачки расширяются?! И главное, я вообще не понимаю, с каких пор мне нельзя развлекаться, как остальным? Какой блин закон запрещает пить несчастное сливочное пиво, играть с сокурсниками в «правду-действие», или даже в самом деле станцевать стриптиз, если захочется? Мы же почти ровесники, почему он считает, что наши посиделки должны выглядеть принципиально иначе, чем тусовки в его компании? Если я редко остаюсь на пьянки, это же не значит, что я на них не бываю вообще! Почему, когда я говорю «играем», это в его воображении может быть только настолка?! — Потому что у тебя из-за работы на тусовки времени нет, но при этом ты настолько любишь настолки, что на них-таки регулярно время находишь, — с готовностью отозвалась Луна, недвусмысленно кивая на только что заклятые кубики. — И потому, что ты выпадаешь из реальности, когда увлекаешься, и при этом регулярно увлекаешься новыми чарами, что окончательно отправляет тебя в категорию заучек-зануд. А эта категория, в свою очередь, просто обязана состоять из пай-ведьмочек, и никак иначе. Пай-ведьмочки не бухают, не курят траву — даже слов таких не знают, никогда не ругаются, не взрывают ничего под настроение, и вообще в любой ситуации ведут себя исключительно благопристойно — этот стереотип настолько прочен, что никто не может поверить в то, что заучки способны делать ровно всё то же, что и не-заучки. Иногда не верят даже, когда своими глазами видят. Так что смирись и наслаждайся, в конце концов, есть у этого стереотипа и плюс — если где какая лажа, на нас всегда думают в последнюю очередь. — Но он же мой брат, уж он-то должен понимать, какой именно я человек! И вот, когда Айрис уже хотела было добавить, что её репутация заучки в принципе сильно преувеличена — по сравнению с той же Мио, например, на лестнице, ведущей в чемодан, послышался отчетливый топот гриффиндорок-опоздашек. Сетования на вселенскую несправедливость и стереотипы были тут же забыты, и она встала, прекращая разминку, чтобы поприветствовать девчонок. Девчонки, кстати, были какие-то взбудораженные: обе раскраснелись, а Гермиона, так вообще, не обращала внимания даже на выпавший из прически локон. Спустя минуту Айрис и Луна даже поняли, что послужило причиной такой взвинченности: Джинни спешила ею поделиться. Пока они тут сидели в укромном уголке, собираясь смотреть кино, школа шумела, как растревоженный улей, обсуждая Генри Поттера, Чемпиона Шармбатона, и счастливицу, которой повезет открывать с ним бал. По словам Джинни, сама живописность сплетен о приглашении уже оказалась нехилых масштабов: одни «очевидцы» говорили, что Поттер, дабы создать романтичную остановку, превратил гриффиндорскую гостиную в оранжерею с розами, другие упоминали беседку под окнами класса трансфигурации и белоснежных голубей, третьи — ледяные скульптуры на Черном Озере, и, конечно, это всё никак не могло быть правдой — по крайней мере, не всё одновременно. А Гермиону, которую он, вроде как, пригласил, тем не менее, уже задергали расспросами все, в том числе Джинни, с которой они встретились уже на подходе в комнату Айрис. Айрис не сомневалась, что брату вполне под силу наколдовать что-то эдакое, в конце концов, он даже дракона иллюзией успешно одурачил — но еще Айрис не сомневалась в том, что «романтичную обстановку» Гарри с некоторых пор зарёкся устраивать. Его две предыдущие попытки (слава Богу, несколько менее масштабные, чем рассказанные сплетниками) выявили четкую закономерность: Гермиону любая показуха пугала, смущала и напрягала, так что ему приходилось быстро переводить всё в шутку — и это тогда, когда он едва-едва набирался смелости прояснить наконец для Мио свою симпатию. Было бы странно предполагать, что он, заходя на третий круг, наступит на те же грабли… — Так, а на самом деле, что он сделал? — С любопытством уточнила Луна. — Вы ведь разговаривали, да? Он тебя пригласил? — Наиболее надёжные источники видели их двоих за стеллажами в библиотеке, — тут же доложила Джинни, чем окончательно довела Гермиону до отчетливо слышного раздраженного пыхтения. — Пригласил, — буркнула сквозь зубы она. — На свидание. По-тихому, безо всех этих спецэффектов. Я отказалась. — Почему именно? Ты настолько против самой идеи? Или ты просто правда ожидала более романтичный антураж? — На свидание пригласил, а на бал — нет! — Выпалила Гермиона. — Да еще и на тайное! Ну не придурок ли? И еще все эти сплетни дурацкие! А Патил нагадала, что будет открывать бал! — Да, для Генри было бы логично пойти на бал именно с ней, — с умным видом, отчаянно пытаясь подавить улыбку (как будто парней-Чемпионов, подходящих, чтобы открыть с Патил бал, не трое, а не только неудачливый косноязычный Гарри!), прокомментировала Айрис, одновременно формулируя для Луны ментальный посыл с вопросом, чьих рук дело — эти сплетни. — С чего это?! — С подозрением спросила Мио. — Потому что она красивая? — Нет, потому что обе Патил помолвлены. Никто ни одну из них под воду не утащит, слабо себе представляю, чтобы жениха на такое уговорили. Жалостливый у меня «дядюшка», тебя подставлять ни за что не будет, к Парвати рассчитывает, что не сунутся, надеется, что организаторы кого-то из его соучеников запросят, а там уж мадам Максим подсуетится, чтобы из смесков с максимальной выносливостью выбрать… Раздолбай. Опять забыл: ну кому нужны шармбатонцы, если «племянница» под боком — моего-то жениха как раз точно уломают… С другой стороны, он хоть заломит нам нормальную компенсацию… — Слегка задумчиво закончила она. «Я нашептала Падме, а она точно сказала сестре, а там уже и вся школа знает» — навязался ей, тем временем, мысленный ответ Луны. Как всегда при общении направленными мыслями, с некоторой задержкой, — «ну, а что, если все вокруг будут уверены, что они уже встречаются, разве не повод призадуматься?» «Так ненадежный же повод! Пока что Мио просто недовольна. Если Гарри догадается сплетни поддержать, то, возможно, она станет кому-то что-то доказывать чисто назло, но тут непонятно, во что выльется», — старательно подумала Айрис для Луны. Настолько старательно, что едва не пропустила настоящую вербальную реплику. — Ты что вообще сейчас сказала? — Спрашивала Джинни, судя по выражению лица, откровенно не понимая. Гермиона, впрочем, выглядела также — и Айрис вспомнила-таки, что последние новости о задании доносила до Гарри приватно. — Я говорю, второе задание Турнира, — постаралась она выдать что-то более связное. — Ну Анджелина же и Невилл, вроде бы, тоже разгадали загадку, не слышала стихи? Там у каждого Чемпиона украдут важное и спрячут на дне Черного озера. Так вот, для пущей эпичности, это будут люди, близкие для этого Чемпиона, в идеале, девушка или парень, на крайняк родственники или друзья, ну и планируется красивое такое спасение. Организаторы собираются посмотреть, кого на бал пригласят, и как там Чемпионам пойдет, чтобы с заложниками определиться. Только для заложника удовольствие будет так себе — хоть и под чарами, но проторчать под водой пару часов! Конечно, не все опекуны на такое согласятся, но вот Гермионину семью даже не спрашивали бы, она же магглорожденная, там директор бы за нее согласился. Генри до сих пор плавает довольно медленно, он не хочет, чтобы она в воде мерзла. Но на нет и суда нет, раз Генри ей все равно не интересен, никакой озерной романтики ей не светит. — И ты думаешь сама поплавать? — Живо отреагировала Джинни, на долю секунды опередив удивленную Гермиону, которая явно тоже собиралась что-то сказать. — Не будешь просить жениха тебя отмазать? — Ему невыгодно будет, я же говорю, скорее, деньги стребует, — отмахнулась Айрис. — Да и мне невыгодно отказываться, предупрежден — значит, вооружен. Подумаешь, померзну, зато возьму для Генри маячок. — А я, получается, по его мнению, маячок взять не способна?! — Прошипела Гермиона. — Тебе и не нужно было бы, он бы тебя по помолвочной связи надежнее отыскал, — хмыкнула Айрис. — Но вы ж помолвку игнорите, про нее и не знают, от свиданий ты отказываешься… у организаторов нет причин решать, что Генри именно тебя должен спасать, так же? — Вы ребята помолвлены, серьезно?! Когда? — Воскликнула Джинни. — Так, по порядку рассказывайте, давайте, как ты ему вообще тогда позволяешь каких-то Патил на бал звать? Разве Генри тебе не нравится? А зачем тогда помолвка, за тебя же не могли родители договориться, и… Эй, куда, я же умру от любопытства! Гермиона покраснела и издала невнятный писк, осознав, что Айрис только что подставила ее под очередную пачку неудобных вопросов: Джинни всегда была очень любопытной особой. Трезво оценив ситуацию и воспользовавшись тем, что, в отличии от Джинни, разместившейся в мягком кресле, она все еще стояла ближе всего к лестнице, ведущей за границы чемодана, Мио сочла за лучшее поскорее ретироваться, укоризненно сверкнув глазами в сторону Айрис и смазано попрощавшись прямо на бегу. — Ну вот и посмотрели вместе фильм, — прокомментировала Айрис, хватая устремившуюся было за ней Джин за рукав. — Хоть ты не убегай, последний месяц к нам вообще не заглядывала, все полетать и полетать! «Она же к Гарри пойдет, да?» — Постучалась мысленно Луна. — «Разбираться с этими приглашениями, которых он, скорее всего, Патил и не делал?» Айрис пожала плечами: она не стала бы сейчас загадывать, что сделает Мио, хоть и постаралась свести разговор в сторону от разбора, как неправильно Гарри зовет на свидания, что девчонка аж отказывется. — Ты что, зубы заговариваешь? — С подозрением уточнила Джинни. — Это опять тайная помолвка? У вас что, в семье только так и принято? А почему Гермиона ее игнорит? Я думала, это очевидно, что Генри ей нравится… — Можно и так сказать, что тайная. И Мио ему нравится, и он ей, а все у них какие-то недоразумения. Не бери в голову, короче, сами расскажут, как до чего договорятся, сейчас та помолвка всё равно что-то вроде фиктивной. — Но твоя-то настоящая, да? В смысле, раз жених уже еще один опекун… Блин, точно, так это тебе и бал вообще не в радость, если только кто-то не додумается у него разрешения взять… — Не понимаю, что сложного вообще спросить разрешения у жениха, особенно, если оговорить, что никаких претензий. Даже и без разрешения, это всего лишь танцы, уверена, те же Патил без пары все-таки не останутся. Но мой нормально, сказал, я могу с кем хочу идти, лишь бы договор не нарушала. — Так ты все же идешь?! Слушай тогда вторую самую яркую сплетню за сегодня, хотя я думаю, что народ немного гонит. Говорят, Драко собирается тебя позвать на бал по всем правилам, и… — Нет, он с Панси идёт, это точно! — Поспешно заверила Джинни Айрис. Драко, смеркут его за ногу, Малфой, сегодня так потрепал нервы, что просто жуть! — О. Ну я же и говорю, сплетня не особо правдоподобная… Он так печется о своём статусе, пригласить тебя было бы настоящим вызовом, наверное. Да, вызов для Драко был действительно нешуточный, подумала Айрис. Путаться с полукровкой на официальном мероприятии, пусть даже на «просто танцах» — куда серьезнее, чем просто ее задирать при случае. — Иногда думаю, может зря я его аж так динамлю, — неожиданно для себя сказала она. — Не урод, всё-таки, и я ему правда нравлюсь, и не врёт мне, опять же. — Солнце, ты что, он же действительно груб с тобой, — ошарашенно заметила Луна, прервав своё молчаливое рукоделие. — Да, но по крайней мере, он честен, — вздохнула Айрис. В каждый отдельный момент их общения Малфой постоянно не мог понять, она его больше бесит или возбуждает — и он этого не скрывал. Но на фоне толпы ухажеров, активизировавшихся на волне всеобщего помешательства на бале, он внезапно выглядел довольно неплохо: не пытался навешать ей на уши любого рода лапши, лишь бы потом реализовать всё то же желание поскорее переспать. — Он начал тебе… нравиться? — Спросила Джинни, отчего-то шепотом. — Правда, что ли? Тебя столько народу глазами поедает, а тебе в итоге нравится… он? — Да никто мне не нравится! — Поспешила Айрис внести ясность. — Они меня вообще все раздражают! — А ты пробовала дать кому-то шанс? Ну, нормально пообщаться, на какие-то темы попроще, знаешь… Джинни, душа компании, по жизни свято придерживалась правила «будь проще, и люди к тебе потянутся», и периодически проповедовала его даже в башне Рейвенкло. По её теории, парней могла отпугнуть манера Айрис периодически проявлять свой ум: научись она его скрывать, как делают все действительно умные женщины, и у неё не было бы отбоя от кавалеров — ее считали красивой, но у Айрис ни с кем не клеилось. Поэтому на новость о помолвке Джинни прореагировала куда спокойнее, чем Мио: Джинни считала закономерными сложности Айрис в отношениях, да и самостоятельные умницы на брачном рынке не в почете. Забавно, что Джинни отнюдь не единственная делала такой вывод, на нем сходилось большинство знакомых Айрис людей. Мама, правда, говорила, что на брачном рынке не в почете, скорее, ширококостные тролли, и неустанно напоминала Айрис о необходимости диеты, а тетя переживала, что Айрис по меркам колдунов, после развода Поттеров, в глазах общества была куда ниже, чем могла бы быть, если бы родители оставались вместе, но… Все почему-то в итоге сходились на том, что в ситуации Айрис есть уйма затруднений, мешающих составить счастливую партию. Кроме Юи: та удачных партий предложила целый список на выбор, с примечаниями в виде полного расчета и анализа вероятностей. — Не интересно. — Припечатала Айрис. — Вот веришь, полно колдунов вокруг, а мне вообще никто не интересен! Это, конечно, было небольшим преувеличением — Айрис так же, как и все остальные девчонки, не прочь была заценить залипательные бицепсы и кубики квиддичистов, которые те не стеснялись мимоходом демонстрировать на тренировках, так же, как другие, могла восхититься чьим-то энтузиазмом к любимому делу и познаниями в нем, и так же, как другие, улыбалась остроумным шуткам харизматичных обаяшек. Однако, стоило ей попристальнее сосредоточить внимание на любом парне, чем-то понравившемся, как вдруг тут же выяснялось, что он совсем не против. Где-нибудь в теплице, раздевалке, нише или даже в общей спальне за пологом, и вопрос у него был только в том, как бы половчее свести потенциальное свидание именно к этому вопросу. Что бы студенты не пытались рассказать, привлекая её внимание записками, волшебными цветами или разговорами, Айрис почти что с первого взгляда видела, что общение им не в тему, прогулки под луной обещают как дань вежливости, и вообще, такой небольшой недостаток, как наличие у девушки мозгов, кавалер собирается геройски перетерпеть, заняв её рот делом поважнее, чтоб умных мыслей не озвучивала. А что, мозги у девчонки, это ж как, скажем, третий глаз, экзотично, но бывает, и вообще, под волосами не видно, поцелуям не помеха. В итоге, пассивная поверхностная легилименция, которая уже давно сопутствовала Айрис и напрочь срослась с интуицией, служа отличным детектором озабоченности, шовинизма и, что прискорбнее всего, жуткого лицемерия, надежно ограждала Айрис от влюбленностей. Хуже того, нормально общаться получалось в основном с теми, кто всегда воспринимал Айрис исключительно как «своего парня» — то есть, с Джастином, с ребятами из пати, и с Гарри. И с теми, чьих мыслей Айрис не могла понять по крайней мере спонтанно — такие колдуны случались, конечно. Вот профессора Флитвик и Моуди, например. И еще те, кто уже не учился в школе, тоже давно выйдя за возрастной ценз. А еще был Драко, да. Его ум Айрис не смущал: сам был не дурак, и пикировки доставляли ему удовольствие, и даже дебаты на научные темы его бы не испугали. И не врал никогда, что она интересует его как потенциальная невеста, а не любовница. Если б еще он козлом при этом не был… «Айрис, у тебя случилось что-то? С Драко? Мне кажется, или вопрос Джинни выбил тебя из колеи сильнее, чем должен был бы?» — Услышала она вдруг, прямо посреди таких вот философских дум. И непроизвольно вздрогнула, встретив взгляд Луну: ей-то тоже в проницательности не откажешь… «На самом деле он действительно собирался позвать меня на бал, официально очень так, протокольно, при свидетелях.» — Поделилась она. — «Правда, собирался. Осознал, что его тактика не работает, и что в моих глазах он не покровитель… и решил пойти на уступки, на деле доказав мне, что у него более… долгосрочные намерения, чем мне казалось. Я, в общем, как поняла это, так живо себе представила, что будет, если соглашусь… Скандал, ссоры у них там в семье из-за этого, возможно, и до моего жениха бы сплетни дошли… а, если откажусь при свидетелях, то это же хороший такой плевок в душу, и Драко в курсе, что отказ был бы вероятнее всего, но все равно он меня окликнул, чтобы… Я так растерялась, словами не передать, и, ну… писец, в общем. Кажись, я ему спонтанное внушение сделала. По крайней мере, он рта даже раскрыть не успел на тему приглашения, так, какую-то дежурную фразу мне бросил, и пошел Панси приглашать. После того, как я отчаянно пожелала, чтоб он передумал, понимаешь?» «Понимаю. Звучит именно что сменой намерений. Тебе пора тестироваться и, возможно, срочно учиться. Поздравляю, кажется, сознание ты расширила успешно и дыхательную смесь тебе подобрали хорошо, кушайте, не обляпайтесь.» «Но может, все-таки просто совпало, а?» — Неуверенно возразила она. «Вот дядя тебе тест проведет, и узнаешь! Я тебе тоже пять лет назад про совпадения рассказывала, а ты мне что? Заставила провериться и скорректировать восприятие! И чем мне грозило б, если б не скорректировала — ну подумаешь, выросла б не нормотипиком… Я все еще не жалею, если что, но теперь и ты, солнце, меня послушай, если таким, как мы, кажется — то оно скорее не кажется. Прошляпишь несколько раз спонтанное внушение, потом проблем не оберешься под контроль брать. Не жди второго случая, пиши мистеру Петтигрю сразу! Вот тебе мое экспертное мнение!» «Так не хочется дергать его… Вот не было печали. Он и так устает, у мелких тоже зубы-простуды, с Бекки он до сих пор прорабатывает психотравму… А тут еще и я со своими заскоками, а все из-за того, что приспичило прорицаниями заняться». «Да не факт, что из-за этого, может, травы и тренировки по вхождению в транс только подстегнули неизбежное. И что значит, не хочется дергать? Кто с крестниками сидит каждое полнолуние, кто со школы линяет, нагло прикрываясь наставником в «Гринготтс», через раз, когда там у мистера Петтигрю накладки и помощь нужна? Вообще не понимаю, почему для тебя помогать ему или тем же Дурслям — само собой разумеется, а самой попросить о помощи каждый раз — целая история, и ты до последнего ждешь? Понятно, что они тебя вырастили — ну так потому ведь и помогут всегда!» «Так он научил меня уже всем основам давно! Теперь, получается, уже вопросы по тем сферам, которым просто так учить запрещено! Не хочу я его подставлять, не дай Бог, кто узнает.» «Никто не узнает, если никому никогда не говорить, — прагматично заметила Луна. — Кроме того, может, там не все так плохо со спонтанным внушением, но этого ты тоже без специалиста не поймешь. Ну хорошо, а что, забить и не учиться сдерживать внушения всем, кто без блока ходит, оно этичнее? Не хочешь у мистера Петтигрю учиться, у тебя, помнится, еще варианты есть… Тебя вообще всему с радостью обучат, хоть разрешенному, хоть запрещенному, только заикнись…» — … не так уж и сложно, вот мне Фред говорил, они сейчас вводят в продажу одно зелье, которое при желании в перспективе можно использовать, чтобы однополая пара могла иметь ребенка, и… — услышала Айрис, и слова Джинни вдруг зацепили, живо отвлекая от, несомненно, важной, но достаточно секретной дискуссии с Луной. Проведя несложный анализ, Айрис ужаснулась: пока они тут усиленно навязывали друг другу мысли, не желая при Джинни обсуждать потенциальное ментальное внушение, Джинни тоже не молчала, развивая нетривиальную идею, которую озвучила сразу после того, как Айрис пожаловалась, что ей никто не нравится. Видимо, поскольку Айрис уже не первый раз заявляла, что среди колдунов интересных ей нет, Джин рискнула высказать предположение, что Айрис в таком случае может быть интересно подумать о ведьмах… А потом принялась заверять, что она не просто не осуждает, но и готова оказать понимание и моральную поддержку: Айрис-то вот уже несколько минут ничего не возразила! Она даже пример Парвати к разговору приплела — для немногочисленных наблюдательных гриффиндорок давно уже не было секретом, что та по уши втрескалась в Лаванду, но никто ее не осуждал, да и сплетничали очень тихо. Все-таки ситуация Патил была предельно романтично-трагичной: даже наберись она смелости признаться, а Лаванда — тоже пересмотри свои предпочтения, Парвати должна была выйти замуж по сговору сразу после школы. Ее семье было абсолютно все равно на то, что она там хочет — свадьба не обсуждалась, а жениха выбирали исключительно из соображений материальной обеспеченности. С учетом малого количества заинтересованной в женитьбе молодежи, если Патил не найдет кого-то достойного родительского внимания сама, жить ей с кем-то постарше, планирующим парочку наследников сразу после свадьбы. Луна, как и Айрис, прервала ментальный разговор: судя по тому, как округлились ее глаза, тоже явно сейчас оценила, в какую степь ушел монолог, пока они рискнули его не слушать. — Я, правда, не совсем поняла, зачем принимать зелье для зачатия несколько месяцев, — размышляла, тем временем, Джинни, — но ребята еще, наверное, подшаманят, чтоб действовало быстрее. — Нельзя там шаманить, оно тогда не подойдет ведьмам, у которых физиология сходна с человеческой, а нас, все-таки, большинство, — сказала Айрис. Просто, чтобы как-то выйти из ступора, вызванного полетом фантазии подруги. — Ты что, принцип действия знаешь? Мне эти заразы так ничего и не объяснили, только похвастались. — Так это просто одна из модификаций Оборотного, мы еще когда рецепт подтвердили, — пояснила ей Луна. — Твои братья подавали его на проверки, чтобы получить лицензию на продажу. — Говоришь, вы им и его подкинули? Слушайте, вы им столько всего за так отдаете, не жалко? И чары для самописцев, и рецепты эти… Не пойму, ну зачем тебе, Айрис, бесконечные расчеты и опасные для печени занятия прорицанием, а тебе, Луна, эти исчезающие магические твари, если у вас так хорошо получается придумывать! Могли бы тоже продавать, знаете, как близнецы уже развернулись? У них самый крутой магазинчик на аллее! — Удавшийся проект не обязательно должен быть в центре планов на будущее, — пожала плечами Луна. — Создавать чары может быть забавно, но это для меня так, побаловаться. Помнится, у тебя минимум один впечатляющий авторский сглаз. И, как, он способствует желанию на постоянной основе продавать проклятия? — В ущерб квиддичу? Нет, конечно. Я вообще его для розыгрыша братьев придумала. Хэллоуин был… — Вот и я кое-что придумала в прикладных целях, — кивнула Айрис. — И то, теперь понимаю, что просто предвидела чьи-то идеи и переработала в магический аналог. Не хочу больше так воровать, моим способностям можно найти и лучшее применение. И мы не задаром на самом деле придуманное отдаем, а под небольшой процент от продаж, мы все вроде согласились, что это справедливо. Да, кстати, что ты вдруг прям как Мио, прорицание вовсе не опасно для печени, у меня вот просто отличные аромопалочки — я уже в транс впадаю на третьей минуте, еще чуть-чуть, и даже без них смогу обходиться. Как мне и говорили, главное — хорошую индивидуальную смесь подобрать. Передавай низкий поклон своей бабушке Тесси, она права была насчет тысячелистника. — Угу, — поморщилась Джинни. — Надеюсь, тебя правда не сорвет до конца курса, знаешь, сколько провидиц вот так сгорают, когда думают, что все нормально идет, и контроль ослабляют? Да та же Трелони наша, уж какой талант, а ошиблась все-таки при стимуляции дара, и что? Теперь в транс впадает вообще бесконтрольно. — Не то, чтобы прям бесконтрольно, просто для контролируемого ей теперь нужна минимум бутылка хереса, — вздохнула Айрис. — Не переживай за меня, все-таки, три провидицы консультируют, включая ту, которая обожглась. Осечки быть не должно, дозировка-то уже минимальная… Как-нибудь уж последний месяц справлюсь, оно того стоит. — Просто будь поосторожнее. И вы так и не сказали про зелье, Оборотное же меняет внешность, так? Чем это помогает залететь, если пара однополая? Или, предполагается, что один кто-то пол меняет? — Ну да, это же не чудеса с непорочным зачатием, а просто магия, — кивнула Айрис. — Что тут поделаешь с приближенной к человеческой физиологией. В том и прелесть данной модификации зелья, что у принявшего его пол меняется с максимальным из возможного сохранением исходного генетического материала, но при этом по-настоящему, включая хромосомы, и уж, понятное дело, органы. Для ведьм, которые хотят именно общего ребенка, но не готовы рисковать сесть в Азкабан из-за кровного ритуала создания гомункула и призыва души, остается разве вот правда одной такое зелье выпить, ну и сделать детку второй. Регулярно пить придется несколько месяцев, пока сформируются полноценные гаметы, но зато результат гарантирован, у колдунов-то и такого варианта нет. Джордж вообще изначально думал, то зелье только ради заковыристой шутки возьмут, ужас, как удивился, когда ему парочки начали писать и уточнять, во сколько станет курс — и это тогда, когда он еще и не рекламировал ничего, и лицензию недооформил. Оказывается, сейчас по всему миру Оборотку этого типа варят в шести местах, то ли рецепта ни у кого нет, то ли сложно взять лицензию, там же еще ингредиенты из не самых простых. Очереди, в общем, на месяцы вперед выстраиваются, и у близнецов уже тоже две пары настойчиво застолбили место. — Мда, как открыть магазин приколов, а стать репродуктивной клиникой для нетрадиционных парочек, — хихикнула Джинни. — А колдунам почему его пить нельзя? Потому что девять месяцев — слишком долго? Или в женщину зельем превратить сложнее? — Нет, почему, превратится-то колдун на раз-два. Только залететь не сможет, так что для этой цели пить бессмысленно. — Пояснила Айрис. — А в чем тогда… — В разнице в гаметогенезе, — перебила Луна, не дожидаясь конца вопроса. — Слушай, в самом деле, ну что мы обсуждаем? Вообще будем что-то сегодня смотреть? — Будем-будем. Я просто так, к слову. Инфу собираю, мало ли. Так меня бесят иногда эти парни, может, в будущем пригодится. Вот даже бал этот: как подумаю, так и бесит. Сами посмотрите, вот мы тут все красотки и умницы, а на балу придется печально кучковаться у столиков, потому что нас окружают тугодумы! Что там делать-то в итоге?! — Я танцевать собиралась, — честно сказала Айрис. — Джастин тоже, так что, надеюсь, так и будет. — Вы идете вместе? — удивилась Джинни. — Разве у него нет девушки где-то там, дома? — Да, идем. И девушка есть, мировая, кстати. Танцевать же это нам не мешает? В смысле, почему вместе вести кружок и танцевать там каждую неделю нам можно, а на балу уже нельзя? Мы еще летом договорились, когда о парадных мантиях разговор зашел. Зато точно будем уверены, что ноги останутся целыми. — Но вы не встречаетесь? — С подозрением уточнила Джинни. — Нет, я же сказала. Смысл только в том, чтобы, как ты говоришь, на балу не кучковаться у столиков, а весело провести время. — Стоптав туфли, ну да. Хоть Луна меня понимает… — Я тоже собираюсь танцевать, вообще-то, — мечтательно заявила Луна. — Не постоянно, конечно, как некоторые, но точно буду. Уверена, Рольф упоминал танцы. — Скамандер, с седьмого курса, — пояснила Айрис, мысленно улыбаясь тому, в какой шок повергло это невинное сообщение Джинни. — Кажется, Джастин постоянно спрашивал меня о Луне именно для него. Рольф недавно пригласил ее. — Он такой милый, — кивнула Луна. — И совсем не боится фестралов. Мы даже навещали их вдвоем… — Да вы шутите! Так это получается, что только я без пары, что ли?! Это, к пикси… нечестно! — Мы же не специально тебе назло согласились с ними пойти, — пожала плечами Айрис. — Кроме того, Джин, ты уж определись, ты хочешь пойти просто с кем-то или с кем-то конкретным. Потому что я слышала, ты прокляла Тейлора из-за его назойливости, и Криви тоже едва ноги унес, по-моему, остальные теперь оправданно опасаются. Ты нравишься Корнеру. И Томасу тоже. Я вон им обновила защиту от читерства на кубиках, а то Дин уже почти собрался бросать кампанию из-за постоянного колдовства во время бросков, чем не повод? Отнеси любому комплект, побудь милой, вот увидишь, точно пригласит. — Но я не хочу идти ни с Дином, ни с Майклом! — Простонала Джинни. — Ты знаешь, с кем я хочу пойти! — В конце концов, может, просто стоит позвать Невилла самой. Он ведь никого еще не пригласил? Неужели, настолько принципиально, кто предложил, если в итоге все равно идти вместе! — Ну конечно, настолько, — немного сердито ответила Джинни. — Я же не переживу, если он откажется! — Шансы получить работу обычно повышаются, если подать заявление, — намекнула ей Луна. — Я же не могу просто… Стоп! Айрис, насколько, говоришь, хорошо ты уже впадаешь в транс? С полпинка? — Ну… Скорее с краткой медитации, — настороженно ответила Айрис. — И точность прогнозов уже хорошая? — Значительно улучшилась по сравнению с той, которую выдает чистая нумерология, иначе дались бы мне эти прорицания. А что? — Как что?! Погадай мне! Погадай мне на Невилла! Я хочу с ним на бал, но не только это, я хочу с ним встречаться! — Прости, но как тебе поможет знание о том, что вероятность отрицательного ответа на приглашение, скажем, процентов тридцать? Что ты будешь с этим делать? — О, не делай вид, что не понимаешь! Ты знаешь, как прорицание по вероятностям работает, — нетерпеливо заявила Джинни, — семидесятипроцентный шанс на удачу — это как когда на сотню параллельных миров в семидесяти из них сделан удачный для меня выбор. Погадай мне с заменой исходников и узнай, какие именно нужны, чтобы этот выбор был совершен правильно здесь и сейчас, в нашем настоящем! Ну пожалуйста! Погадай! Что тебе стоит?! — Но я никогда не пробовала гадать в контексте чужих отношений, — озадаченно сказала Айрис. — Не думаю, что мне стоит сейчас…        — Нет, хотя бы попытайся! — Состроила просительную мордашку Джинни. — Подумай, на что ты меня обрекаешь, отказываясь! Если я ошибусь, Невилл потащит на бал какую-нибудь Патил, потом спасет ее из озера, не дай Моргана, начнет с ней встречаться, а я буду смотреть и страдать! Если я стану незамужней старой девой и в тридцать лет так и не найду достойного колдуна, от которого захочу родить, и начну искать себе ведьму, это все будет твоя вина! Учти, я тогда к тебе явлюсь с претензиями и припомню сегодняшний вечер, как будешь исправлять ситуацию?! — Да погадаю я, погадаю, — Пообещала она, успокаивая приятельницу. — Точно? — Недоверчиво переспросила Джинни. — Точно-точно… Приложу все усилия, — снова заверила ее Айрис, безуспешно отгоняя настойчивое мысленное хихиканье Луны на тему того, что исправить такую страшную ситуацию Айрис удастся, разве что женившись на Джинни самостоятельно и сварив так захватившее воображение Джинни зелье. «О Боже, ну хоть ты не поддерживай всерьез ее стеб!» — мотнула головой Айрис. Только это никак не помешало ей услышать ехидное «Ты темненькая, она рыжая, дети у вас будут милые». Что поделать, с тех пор, как Луна взяла под контроль то, что она когда-то называла мозгошмыгами, требовался все-таки полноценный, многоступенчатый даже, блок, чтобы закрыться от навязанных ею мыслей.