Potter's reflections

(март 1997го) Изначально, только услышав от паникующего Гарри о том, что Айрис нашли в «коматозном» состоянии, Питер подумал, что проклятая Нарцисса ее достала. Как именно, было непонятно — все же Айрис на территории школы должна была быть в безопасности, не в последнюю очередь потому и предпочла ожидать результаты экзаменов там. По правде, в последние недели Айрис сократила список мест, в которых бывает, до школы и банка, перемещаясь между ними камином, и всегда договаривалась о сопровождении, чтобы не оставаться одной даже, забирая обед на вынос в кафе Косого переулка. Опять же, после смены в аврорате Гарри все равно обычно отирался рядом с сестрой, он должен был присматривать — знал же, что Нарцисса взъелась на Айрис!.. Но и так, вряд ли можно с уверенностью сказать, что удалось застраховаться от всех возможностей разъяренной ведьмы избавиться от «первопричины ареста сына и мужа». Возможно, Нарцисса через знакомых смогла договориться с кем-то из студентов — раз уж Гарри клялся-божился, что отследил ее в городе, а к Хогвартсу она не приближалась… Однако, спустя каких-то полчаса после пугающего сообщения стало ясно, что ситуация все же другая — о нападении уже полагалось бы заявить в аврорат. И все же, Питер почти физически чувствовал, что время, отведенное на попытку Плющику помочь, утекает, а руководство школы отличилось предельной пассивностью — даже узнать о точном состоянии Поттер по официальным каналам не казалось возможным. По крайней мере, без Юи, которую, как всегда, с другого конца света поди достань еще, и которая никогда с Питером нормально не сотрудничала. Оказалось, что, если б переполох не разбудил спозаранку полбашни Рейвенкло, если бы Луна не разбудила тотчас и сокурсницу, по стечению обстоятельств пребывающую в больничном крыле, если бы эта ведьмочка не сообщила, в свою очередь, что мадам Помфри не знает, чем Айрис помочь, если бы Гарри, к счастью, ночевавшего эту ночь в башне Гриффиндора, не подняли на ноги все те же печальные новости, если бы он не поспешил убраться из Хогвартса, чтобы аппарировать и рассказать Питеру… Если бы не все это, Айрис до сих пор могла бы так и лежать в больничном крыле: Альбус, когда отреагировал на происшествие и сам ее обследовал, принял решение прекратить разговоры об этом случае радикально, так, чтобы больше и слова за пределы школы силами учащихся не просочилось. В общем, Питер догадался, что Альбус вряд ли пытается скрыть простое нападение — здесь было что-то другое. Послав МакГонагалл пару запросов и не получив ответа, пришлось брать второго мелкого шустрого анимага, чтобы банально утащить Айрис из школы и нормально обследовать (благо, Поттер прикусил свой длинный язык и рвался помогать без обычного психоза). Нормальное обследование натолкнуло Питера на мысли о стазисе примерно той же этимологии, что и несколько лет назад, когда Айрис и Луну угораздило провалиться сознаниями в гости к Андрасте благодаря опасному заигрыванию с магией отражений… Да только вот день уже клонился к закату, а все, что Питер перепробовал, не помогало — никак не удавалось настроить мордредов мост в параллельный мир по путеводной потерявшегося сознания. Конечно же, невезение, ожидаемо преследующее Айрис после совершеннолетия, разгулялось на полную катушку — спровоцированная чем-то перестройка магических связей с другими магами вызывала катастрофические искажения, пусть даже ради помощи Айрис и собралось внушительное количество небезразличной родни. Остатки яда в крови, который Питер из-за упущенного времени пока не мог однозначно опознать, вероятно, осложняли и без того запутанную клиническую картину. И, тысяча проклятий, никакое провидение не собиралось помогать запутавшемуся Хвосту с настройкой. В том числе потому, что кое-кто, оказывается, умудрился вляпаться сразу после расторжения помолвки — в период, когда закрепленная магией связь с Людо уже ничем не помогала, а новую, с другим женихом, еще, судя по всему, не настроили! Вот и жалей теперь, что сам же долго нос воротил от устройства договорного брака, и не стремился проследить и проконтролировать, чтобы у Айрис свадьба прошла, как оговаривали… Луна предложила все равно позвать Людо, а вот Флёр озвучила очевидное: — Льюдо мог затаить обиду, если его отве''гли 'гади аманта! Питер в очередной раз за сегодня потерянно вздохнул, подумав о легкомысленности Джеймса, и о том, что вот так тоже, бывает, заканчиваются попытки кого-то принудить к свадьбе. Что стоило дорогому другу не отвергать того таинственного кандидата в мужья, в которого его дочери суждено было влюбиться, не выдвигать набор требований ради поиска еще кого-то? Что стоило хотя бы поделиться с кем-то, кроме жены, своими планами на судьбу Айрис? Неужели, Джим правда не видел уже тогда, что Юи ею играет, считаясь с рисками явно меньше, чем говорит вслух, неужели, он не знал, насколько упрямой становится его дочь, если ей чего-то хочется? До сегодняшнего дня Питер надеялся, что до разрыва Айрис не доведет: Людо и правда, по здравому размышлению, был бы не худшим мужем, а главное, они с Айрис доказали способность договариваться между собой еще при заключении помолвки. Они и командой были неплохой — во что-то там вместе деньги вкладывали, обсуждали ремонт в доме Людо без особого стресса, да и тыл из Людо получился, что надо: он и на суде Гарри удачно показания дал, и делом младшего Малфоя занялся с полной отдачей. Зачем ей это нужно на самом деле, Айрис жениху не говорила — но он все равно ее страховал. Избавил от общества жестокого мальчишки вовремя, достоверно изобразив разгневанного партнера, отволок Малфоя в Министерство, воспользовался связями, чтобы всех в «Трех метлах» опросили, и даже настоял на проверке мадам Розмерты, поспособствовав, впоследствии, выявлению доказательств наложенного Империо и его автора. Словом, очень помог прижать Люциуса — под скандал с наследником семьи, позволившим себе применить Непростительное, авроры и со старшим Малфоем предметно побеседовали, а наконец внезапный обыск выявил у них в доме разыскиваемого преступника — Крауча, и тело Лорда… Странно, что Сири еще тогда на наличие Людо в жизни Айрис внимание не заострил, он же мелькал в отчетах, хотя Бродяга дело младшего Малфоя и не вел. Впрочем, то дело старались не предавать особой огласке по целому ряду причин, а потом удалось поймать рыбу покрупнее и завести целую стопку дел посерьезнее, с которыми Сириус и просиживал ночами — любой, наверное, мог бы забыть такие детали, как имена второстепенных свидетелей... Так и не скажешь, что Айрис просто все достаточно детально предсказала и просчитала, договорившись с женихом заранее, согласовав их действия и дав Людо возможность подготовиться к тому, что нужно сделать. Разыграли они в итоге сцену, как по нотам, секунда в секунду, никто из посторонних и не усомнился в том, что Людо почувствовал неладное по помолвочной связи и поспешил на помощь. Хотя, с чего бы им сомневаться? В «Трех метлах» не было антиаппарационного барьера или других запрещающих заклятий, как на том же Хогвартсе или лавках Косого переулка, а потому, теоретически, Людо ничего не мешало перенестись поближе к невесте — и какая разница, что немедленный перенос по маяку в случае помолвочных чар нормально работает только у тех пар, у которых очень глубокие взаимные чувства — как доказать, что Айрис и Людо их друг к другу не питают? Да, встречается такое взаимопонимание в договорных браках редко, и случаи подобных аппараций, да еще и когда везет успеть вовремя, с относительно незащищенной зоной прибытия — редкость еще большая. Но в приемной ДМП последнее время более склонны верить в силу крушащей барьеры романтики: Сириус, чтобы не признаваться в наскоро сгенерированном вранье насчет правдоподобности случайной явки молодой девчонки в Азкабан к жениху, которому грозила опасность, притащил из семейной библиотеки древность древнюю, в которой описано даже больше одного ритуала помолвки, дающих подобный эффект впечатляющего сопротивления преградам при переносе по маяку. Мисс Грейнджер чуть было по этому поводу оправдываться не пришлось — но Юи, которую пригласили дать показания, как гаранта той самой помолвки, лишь похлопала ресницами, заверив, что использовала технику семейную, но не противозаконную, и доказательство этому простое: помолвку-то все еще можно по желанию разорвать, а ведь противозаконные обряды обычно выливаются как раз в нерушимые результаты. Как бы там ни было, Питеру казалось, что Айрис и Людо нормально ладят. Он даже ни слова не сказал о том, что по изменившейся с осенней встречи ауре подопечной после Рождества Питер четко понял, что девственность она потеряла. Ну так не попрекать же таким совершеннолетнюю ведьму? Если договорилась с женихом до свадьбы, то их планам на свадебный ритуал это помехой не будет. По крайней мере, до этого дня Питер полагал, что договорилась она именно с женихом — иначе у Людо уже довольно давно могло появиться желание расторгнуть помолвку со скандалом и требованием оговоренной виры… — Это наконец звучит более похоже на бунт принудительно помолвленной семнадцатилетней барышни, но где, в таком случае, сам амант? Уж чья бы помощь не помешала… — Сказал, тем временем, Бродяга. — Но они не встречаются, — заверили всех тихони-подруги, снижая настроение Питера еще на градус. Значит, знали о том, что Людо собираются дать отставку, но вряд ли пробовали взывать к разуму… Людо, конечно, хоть и нормальный — не идеал, особенно в контексте предполагаемой браком верности, но опять же, раньше Питеру казалось, что как-то они с Айрис этот момент тоже проговорили. Ну должен же у них был быть уговор, разве нет?! Если уж не о том, чтобы самим попытаться построить отношения, то тогда хотя бы о том, чтобы в отношения друг друга цивилизованно не лезть. А иначе, какой дурой нужно быть, чтобы с кем-то без ведома жениха встречаться — и спать, рискуя порушить помолвку и остаться без защиты? Айрис никогда не была дурой — так что же это сейчас за бред происходит? Нет, Питер допускал, что ей мог кто-то в школе понравиться — на то она и молодость, чтобы влюбляться. Но не до такой же степени, чтобы нарушить взятое на себя обязательство ради мимолетной интрижки с типично несерьезным сверстником! А еще, Питеру, грешным делом, после того, как Айрис в компании Снейпа застряла в гоблинских подземельях, показалось, что тот с ней тоже слишком уж неформально общался… Но Снейп сказал, что они решили подчистить ему память, а Айрис вовсе не выглядела девочкой с разбитым сердцем… Неудивительно, что Питер тогда отмахнулся от мимолетного предположения, что между ними что-то было — разумеется, наиболее вероятными были отношения все-таки с Людо, и… Как по заказу, связной артефакт вдруг пиликнул — будто ощутив, что Питер думает об адресате, на которого он настроен. Северус расщедрился на длиннющее послание: писал, что вытрусил из измененной Альбусом памяти Помфри данные о первом, утреннем осмотре Айрис и закончил реверсный анализ следов яда для его определения. Спрашивал, часом ли не Питер в ответе за то, что Айрис вдруг пропала из больничного крыла и Снейп ей, соответственно, антидот дать не может. Спрашивал, где она и что с ней сейчас, Мордред подери — как будто бы пару месяцев назад он не выкинул из головы большую часть памяти о ней. Как будто бы ему не было плевать. — Так, по яду в крови у меня, внезапно, новости, — заметил для остальных Питер, строча ответ с указанием, куда аппарировать. — Скоро доставят расшифровку по анализу более раннего времени, чем смог сделать я. Честно говоря, я не хотел поднимать этот вопрос… Но, раз уж они с Людо разошлись… Кто из вас знает, со Снейпом у нее что сейчас? На самом деле? Он просит пустить присоединиться к нашему собранию. — После вчерашней комиссии я подумал, они любовники, — выдал Гарри, непроизвольно скривившись. — Гермиона, правда, говорит, что я все не так понял, и ей нравится кто-то другой. — Ох ты ж тухлые пикси! — Не удержался от нового восклицания Сириус. — Теперь еще и старина Снейп, будто Бэгмена мало?! — Я чувствовать, ты реаги’гуешь сльишком ост’го, ваша Айви не дитя, что плохого, если ей пон’гавился Масте’г чуть ста’гше? — Чуть? По-твоему, двадцать лет — это чуть старше? — Переспросил Флёр Сириус. Гарри, тем временем, громко фыркнул, что дело не в возрасте, а в самом Снейпе, заглушая подруг Айрис, тоже попытавшихся вставить свои мнения. Не надо было собирать сюда весь балаган, тоскливо подумал Питер — все равно толку мало… Флёр, ожидаемо, младших проигнорировала, поспешив упереть руки в боки и напомнить Бродяге, что в их паре почти та же разница в возрасте — и что ее, например, это по-прежнему не волнует. Питер же, оставляя друга самого прояснять вопросы с девушкой, плавно переходящей на возмущенный щебет по-французки, попытался сосредоточить остальных на первоочередном: — Сейчас не так важно, Снейп или не Снейп, мне просто нужен человек, у которого с Айрис есть сильная эмоциональная связь. Вкратце, Гарри, почему считаешь, что у Айрис со Снейпом что-то таки да, и вы девочки тоже, вкратце — вашу версию, кто ей нравится! — Ой да хз, просто так… показалось, когда сестра мне сказала, что соврала под Веритасерумом, — поджал губы Гарри. — Она при всей комиссии на вопрос о «нежелательных знаках внимания» выдала тираду о том, что Драко к ней годами лез, в конце концов и Империус пробовал применять, перед тем, как… эм, ну… там такое дело… — То самое, после которого младшего Малфоя арестовали? — Удивленно вскинул бровь Питер. — Я знаю, что там было, помогал с организацией подставы после того, как он применил к ней Империус прямо в школе и это спустили на тормозах из-за отсутствия доказательств. Да, вас с Сириусом мы решили не отвлекать от других дел, но допустить произошедшее в "Трех Метлах" тоже было одной из идей, как облегчить вам получение ордера на обыск поместья Малфоев. При чем тут Снейп? — Вот именно, — тряхнул головой Гарри, — при чем тут Снейп? Ее не о Малфое спрашивали — но она сказала про него, да так сказала, что все поверили, будто он много успел… и будто ей из-за этого помолвку разорвать пришлось. Я тоже поверил, между прочим, хотя Айрис и отрицала потом! Но зачем она вообще этот вопрос на комиссии подняла, если не для того, чтобы уклониться от разговора о Снейпе? Про него все сразу будто забыли, собачась на тему того, как профессора просмотрели применение Непростительных с целью домогательств. — Так Малфой, по слухам, вас с Мио под чужими личинами и видел, он же и написал в Попечительский Совет жалобу на профессора Снейпа, — сказала ему Луна. — А после того, что Айрис рассказала, все, наверное, и задумались заново, насколько стоит доверять словам свидетеля. Раз уж этот свидетель уже под следствием за применение Империуса, да еще и вскрываются такие подробности, ради чего он вообще заклинал мадам Розмерту — вряд ли прибывшие на комиссию маги были в курсе всех деталей расследования авроров насчет Драко. В общем, у Поттера тоже внятных сведений нет, пусть это вот его «показалось» и совпало вдруг с «показалось» самого Питера, — осознал Хвост. Проще у самого Снейпа спросить, не против ли он попытаться построить мост сознаний, раз уж он все равно скоро заявится. — Может, профессор мог бы помочь, они все-таки хорошо сработались в «Гринготтс», пусть он и не помнит, — отзеркалила его мысли Луна. — А может, нам все же нужно вернуться в школу и найти желтый блокнот, — вздохнула Гермиона. — В смысле, я понимаю, что иномирянин вряд ли поможет с настройкой мостов, но вдруг он что-то посоветует? Он, в конце концов, гений, помню, именно он помог Айрис минимально разобраться с неполным следом ритуала на руке первого Гарри и предложил, где искать варианты его привязки к нашей реальности… — Её друг по переписке? Зануда? Они все еще постоянно общаются? — Уточнил Питер, пытаясь припомнить, упоминала ли его Айрис последние года два… Получалось не очень: похоже, в основном он слышал о том парне исключительно в контексте патентов насчет чар на блокнотах множественных связей — Плющику было достаточно сложно прописать мага, не присутствующего на материальном плане, как соавтора, но она не хотела врать, что составила комплекс зачарования самостоятельно, ведь парень очень помог ей с исходными расчетами. Как же имя-то его, такое простое, вроде, а из головы вылетело… — Конечно, общаются, — вразнобой закивали девчонки. — Ну, в тех пределах, как всегда общались. Встретиться-то они нормально не могут, — уточнила Гермиона. — Я, право, весь день об этом думаю… — Вздохнула Луна. — Что, если она попыталась встретиться на самом деле, потому и застряла… ну, вот так, в стазисе, с сознанием где-то далеко? Конечно, на нее не похоже не соблюсти технику безопасности, да и вообще, ввязаться в колдовство не своего уровня, но… — Но она влюбилась, — прошептала, вторя ей, подруга. — А с мистером Бэгменом все равно свадьба окончательно расстроилась… — Так, прости, если я что прослушал, — послышался голос Бродяги. — Теперь вы говорите, есть еще какой-то парень — который ей нравится — и он вообще Мордред подери где? Можно поточнее, что вы о нем знаете? — Да не особо много, — отозвался Питер, отстраненно обдумывая странное предположение Лавгуд. Если она права, дело дрянь… — Не могу же требовать с нее регулярный отчет по каждому знакомому парню? Она начала с ним переписываться после смерти Лили, Айрис тогда психолог посоветовала побольше общаться с новыми людьми, не только с кем-то из того круга, где все тоже знают Лили и тоже по ней горюют. Сам его не помнишь, мы же вместе переписку просматривали? Конечно, маггла вряд ли имела в виду именно такого друга, но я проверил, что он ничего крамольного не писал, и Айрис на предмет проклятий, которые можно передать по переписке, я тоже проверил… Нормальный, вроде, пацан, правда, вежливый патологически и малость помешанный на учебе — но ведь тогда и Плющик была такая же, вот они и засели Протеевы чары модифицировать. Помню, когда Юи начала носиться с идеей помолвки, Зануда явно агитировал Айрис соглашаться на сделку. Рациональный очень парень и расчетливый — и из бедной семьи, насколько я понимаю, все упирал на то, что с мужем и разойтись можно когда-нибудь, а опыт после стажировки у серьезного Наставника всегда останется при Айрис. Думаю, в 92м парню где-то лет шестнадцать было, он учился в школе и особенно интересовался рунической и ритуальной магией — сейчас, значит, выпустился. Если ему уже порядка двадцати, должен уже работать. Вероятно, в его родном мире есть община гоблинов, оперирующих галлеонами — Айрис очень долго заморачивалась оформлением патента, чтобы он, теоретически, тоже мог получать доход от их зачарования насчет передачи данных и защиты от передачи связанных с ними проклятий. По мне, правда, им проще было бы просто лицензировать в разных мирах одну и ту же технику волшебства — все равно никто проверять не будет. Вот, как бы, и вся инфа, что у меня есть. — Это ладно, — кивнул Сириус, сверля глазами студенток, — но у вас-то, дамы, будет что поинтереснее добавить, правда? — Не знаю, — стушевалась под его взглядом Гермиона. — Конечно, мы много о нем слышали, но не думаю, что его вкусы на тему музыки или книжных жанров сейчас принципиальны. Он всегда Айрис поддерживал, когда что-то серьезное случалось. Помогал искать чары, которые могли бы помочь Гарри во время Турнира Трех Волшебников… Я знаю, что Айрис придумала вариант, чтоб с Занудой видеться, но он очень много энергии берет, да и встреча получается на каком-то нематериальном плане. Она как-то раз сказала, что он красавчик. — Думаю, способ должен быть связан с магией отражений — но она же не может о таком с нами разговаривать из-за недоразрушенного блока директора, а Гарри нам сплетен не пересказывал, — пожала плечами Луна. — Но раньше, когда они с Занудой пытались пообщаться, Айрис надолго не пропадала, и это не было похоже на то, что происходит сейчас. И думаю, эти встречи были очень редкими — скорее, Айрис продолжала переписку. Просто иногда пробовала что-то вроде передачи изображений, что логичный предел, когда собеседник в другом мире… Ну… Мы с Гермионой считаем, что, когда Айрис осенью упоминала, что влюбилась, она говорила именно о нем, но это всегда было… бесперспективно, и Айрис это понимала. В смысле, они же и общаться голосом нормально не могли, не говоря уже о том, чтобы даже пальцем дотронуться… Было бы замечательно, если бы она могла именно за него выйти замуж, вместо того, чтобы соглашаться с выбором мачехи, но… — Но он все еще в другом мире, и… честно говоря, мы не думаем, что чувства Айрис взаимны, она их, скорее, от него скрывала, и он предпочитает видеть в ней друга. Но, может, придумает, как помочь, если мы найдем блокнот, чтобы с ним связаться… Гарри почему-то его не принес с остальными, — закончила Гермиона. «А еще, если уж верить предсказаниям на тему того, кто Айрис может понравиться, Зануда задумывается о темной магии… Об этом тоже стоит сказать, да?» — Мелькнула вдруг ее отчетливая поверхностная мысль, и Питер поежился. Мерлин, почему у подростков вечно сердечные дела должны быть в статусе «все сложно» и он такую информацию вот подобным образом узнает? А главное, делать с ней что? Внизу раздался звук колокольчика: видно, Снейп пожаловал и теперь стучался во входную дверь. Сириус щелкнул пальцами, призывая Кричера, чтобы тот провел гостя. — Слушайте, так а как они познакомились? — Спросил Гарри, на лице которого застыло сосредоточенное выражение. — Я понял, что чувак для Айрис важный: Мио считает, что он может помочь вытащить сестру из любой передряги, а Луна — что она, может, ради него и затеяла сложную вероятностную волшбу. Но откуда он взялся? Изначально? Вот вы все так уверены, что он из другого мира, но как вообще ведьмы начинают общение с иномирянами, это, что ли просто? Кроме того, почему Зануда? Что ли, имени у него нет? — В смысле… ну я не знаю, просто познакомились, и все, никогда не спрашивала, как, — чуть нахмурившись, ответила Луна. Питер и сам нахмурился, осознавая, что тоже тогда не придал этому особого значения: Айрис и так уже из-за связей с Андрасте общалась по зеркалу с оравой нагов и нагинь, еще один иномирец на их фоне погоды не делал, особенно тогда, когда Айрис едва робко расшевелилась, все еще пребывая в депрессии после суицида матери… по правде, Питер тогда подумал, что Зануда тоже — наг, это было бы логично, ведь, кажется, Питер слышал, что он знает парселтанг… Но вот сейчас, если так подумать… Они уже пару месяцев, как ищут дневник в черной обложке, с помощью которого можно написать Темному Лорду-школьнику, дневник, который в другой вероятности был подкинут Уизли в 92м году… А тут, помнится, желтый маггловский блокнот с цветочным принтом, но… — Конечно, у него есть имя, — уверенно заявила Гермиона. — Просто прозвище к нему быстро прилипло, подходящее больно, да и имя какое-то скучное очень, а-ка Джон Смит… — Да, мы его всегда только прозвищем и звали… — Кивнула Луна, сосредоточенно вспоминая. А потом радостно воскликнула, хлопнув в ладоши: — Том! Точно, его имя Том! В смысле… — Тут же стушевалась она, осознав, что именно сказала. — Ну… мало ли на свете Томов? «Кто-нибудь, просто скажите, что это хреновая шутка», — отчетливо подумал Гарри. «Да, просто скажите», — присоединился Питер к его безмолвной мольбе. Однако никто ничего не сказал. Только снизу послышался многоголосый шум.