Проклятие Запада

Умирать страшно? Возможно. Чонгук ещё в детстве задавался этим вопросом, когда вместе с отцом обезглавливал петухов и куриц. Почему-то мозг сам представлял какого быть на их месте. Странное было чувство, он не мог даже просто их держать. Животные тоже заслуживают жизни, независимо как ими будет распоряжаться человек. Сейчас же, услышав выстрел, он мысленно попрощался со всем миром в который раз. Боли не было, вывод спустя столько лет стал известен: это не страшно. — Что за- Кёнсу смотрит на свой пистолет, понимая, что не стрелял, но тогда откуда выстрел? Слева раздаётся взрыв, лошади стоящие всё это время возле палаток, вырываются и с громким ржанием убегают прочь. Творится полный хаос, в который Чон не смог вникнуть сразу. Начинается перестрелка, люди с луками и томагавками убивают бандитов, повсюду крики и кровь, дым от взрыва – в ушах до сих пор звенит, парень медленно поднимается с земли, на которую даже не успел заметить как отлетел, но в голове стоит лишь одна мысль. Он подрывается, несясь к повозке, пока её лошади ещё не убежали. Кёнсу занят защитой своей шкуры — ему всё равно куда побежал Чон. Распахивая дверь повозки, он залезает внутрь, хватая по очереди каждого из друзей и побуждая встать. — Быстрее, уходим! Они и сами собирались это сделать, точнее выйти за Чонгуком, а после выстрела, а затем и взрыва, не описать как сильно страх за шерифа чуть не сожрал их полностью. Чимин только-только начинает приходить в себя, ещё не в силах встать сам, только с помощью поднимающего его Чонгука. Юнги подходит к выходу, но какой-то мужчина с раскрасом на лице закрывает дверь, перекрывая её замком. — Эй, ты кто ещё такой? Открой! — Мин бьёт плечом в дверь, но это оказывается бесполезно. Тележка резко начинает куда-то ехать, Тэхён падает вперёд, чуть не разбивая лицо о стену, Юнги ухватывается за решётки двери, а Чонгук успевает перевернуться и уронить спиной на пол себя, служа для Чимина упавшего ему на грудь подушкой безопасности. Они без понятия куда их везут, кто и зачем, но то, что нападение на лагерь было спланировано, это определённо. На деле, Чонгук бы поблагодарил этих людей, они ведь спасли ему жизнь, но неизвестность пугает, что мысли о благодарности улетучиваются вмиг. — Ты вернулся, — больше утверждает, чем спрашивает Пак. Ему всё равно, что происходит вокруг, куда их везут и что может быть дальше: если Чонгук рядом, то это место уже становится на пару процентов менее опасным. В тот момент, когда Чонгук признался и ушёл, Чимин не находил себе места. Будь силы он бы побежал за ним, к сожалению, слабость была его главным врагом. Он жалел, больше не об этой ситуации, а о том, что подвергает парня опасности из-за своего положения. Если бы Чимин не решил устроить слежку за шерифом, а тот вследствие за ним, кто знает, что могло произойти. Но парень бы точно находился в безопасности, по крайней мере до поры до времени. Так же он думал о его словах. Сомневался в их реальности и делает это до сих пор, может, снова очередная иллюзия? Как Чонгук может его любить? За что, он может его любить? Пак подверг опасности многих людей, умалчивал о своём причастии ко всему этому, а теперь лежит на груди Чонгука, в его сильных и крепких руках, смотря в его глаза... в глаза, которые любят. Как такое возможно? — Я не мог тебя оставить, — слегка улыбается в ответ Чонгук, совсем забывая где они сейчас находятся. — Эй, любовнички, — обрывает момент Юнги. — Нам как бы надо думать, как отсюда выбраться. И точно после этих слов, повозка останавливается. Парни быстро поднимаются, Чон до сих пор придерживает Чимина под руку, он ещё слишком слаб и еле стоит на ногах. Неизвестный мужчина появляется в маленьком окошке с решёткой, осматривая каждого из них внимательно, со странным прищуром. Взгляд останавливается на Чимине, тогда он сам себе кивает и начинает отпирать дверь. — Вы должны следовать за мной, — мужчина открывает дверь, слегка отходя в сторону. — От него тёмная энергия, — кивает на Пака. — Мы можем помочь. — Мы? — переспрашивает Тэхён, выходя спереди всех. — С чего нам верить? — Потому что у вас нет другого выбора. Так и есть. Им ничего не остаётся, тем более этот человек чувствует нечистую силу, а значит хочешь не хочешь, а всё равно поверишь. Он даже убрал оружие и не настроен агрессивно. Ему хочется доверять. Чонгук кладёт руку на плечо Тэхёна, говоря тем самым доверится, и тот, тяжело выдыхая, всё же успокаивается, смиренно выходя из повозки. Парни выходят после Юнги, сразу застывая от увиденного. Здесь много людей, лошадей, домов. Это место находится глубоко в лесу, но выглядит как обычная деревушка. Удивительно. Но не настолько. Очень много больных, практически каждый второй кашляет еле передвигаясь по территории. Чимину очень тяжело на это смотреть: понимать, что являешь причиной этому, заставляет начинать себя ненавидеть. Мужчина жестом подзывает держаться рядом, ведя к самому большому дому в этом месте. Всё сделано из подручных средств: палки, сено, верёвки, брёвна. Эти люди не пользуются огнестрельным оружием, только самодельными луками и томагавками. Будто отречены от цивилизации. Им приходится скрываться как диким зверям в лесу. Звучит печально, Чонгуку их жаль. Подходя к двери, незнакомец показывает подождать, пока сам коротко стучит в дверь и после негромкого «да?», приоткрывает. — Госпожа? Я привёл их. — Хорошо, пусть проходят, — раздаётся старческий голос по ту сторону. — Ведите себя прилично и уважительно, — предупреждает мужчина, открывая проход внутрь. Пожилая женщина сидит на большом старом ковре, вокруг с десяток свечей, на стенах головы диких животных, а в самом центре вырезанный круг на полу. Глаза пустые: она слепа, но это не мешает ей по своему осмотреть незнакомцев. Вытягивая руку перед собой, она издаёт что-то наподобие мычания, а после указывает на Чимина, пуская странный смешок. — Ты проклят, — Тэхён удивлённо приоткрывает рот. Чонгук лишь сильнее прижимает парня к себе, ведь взгляд шатена изменился не в лучшую сторону. — Тёмные силы хотят поглотить твою душу и забрать несколько сотен на тот свет. Из-за твоих ошибок страдают люди, ты это понимаешь? — Понимаю и мне жаль, — голос Чимина становится громче, силы держать себя самому, наконец, появились. Он аккуратно убирает с себя руку шерифа, делая пару шагов к женщине. — Я заслужил эти страдания, я заслужил самую мучительную смерть и то, через что прохожу сейчас. Люди не должны отвечать за мои ошибки, только я сам, — лицо его серьёзное, а слова уверенные. Тэхён в который раз гордится тем, что Чимин был их лидером. Он остался им и сейчас. — Но прошу, если есть хоть какая-то другая возможность снять проклятие и всё исправить, я сделаю что угодно лишь бы эпидемия остановилась. Женщина улыбается, лицо покрывается небольшими морщинками, пока она медленно поднимается с помощью того мужчины и подходит к парню. Нежная рука касается его груди, брови сужаются на переносице, и немного помедлив, она кивает. — Хорошо, мы проведём обряд. Если ты справишься с испытанием, боги дадут нам подсказку. Если нет... твоя душа останется в загробном мире навсегда. Согласен? — Да, не вижу другого выхода. Парни не вмешиваются, они до сих пор в какой-то степени злы на Чимина, да и на Чона тоже, ведь судя по его реакции, он как раз-таки всё знал. Шатену обиднее всего: думая, что у Пака нет для него тайн, он глубоко ошибся. Неужели Чонгук заслужил больше доверия, чем он? Позже им стоит поговорить. — Стань в круг и выпей это. Мужчина передаёт старушке маленькое деревянное блюдце, куда она засыпает измельчённые травы, висящие всё это время в колбочке на шее. Протягивая Чимину, она отходит на пару шагов, указывая сделать то же самое остальным, чтобы только брюнет остался в круге на полу. Содержимое, мягко говоря, выглядит противно, а про запах... лучше промолчать. Проглатывая залпом, Чимин начинает кашлять от ужасно горького вкуса, а после роняет блюдце, чувствуя слабость и ломоту в теле. Оно становится тяжёлым и тянет прямо на пол. Чонгук хочет подойти, в его глазах так и читается беспокойство, но рука мужчины не позволяет туда соваться ни на шаг. Остаётся зажмуриться, когда Чимин теряет сознание и падает на пол, по виду, больно ударяясь головой.

***

Снова лес. Пустой, тихий, туманный. Вокруг только высокие стволы деревьев и громкое карканье чёрного ворона сидящего на ветке. Внутри такое странное чувство, похожее на дежавю, но сейчас оно не имеет особой роли, так как эта тишина начинает давить на виски. Чимин делает пару шагов вперёд, совсем не представляя куда это приведёт. Он не знает как тут оказался, в памяти появился огромный провал. — Эй, — кто-то кладёт руку на плечо, но Пак не пугается, так как слышит знакомый голос. — Всё хорошо? Чего отстаёшь, я думал, потерял тебя уже. — Просто... — просто что? Знать бы самому. — Задумался. Этого ответа было вполне предостаточно, чтобы Чонгук взял его за руку и повёл в другую сторону леса. Всё это слишком странно. Почему Чонгук с ним говорит так спокойно? Почему крепко держит за руку? Когда они успели подружиться, если тот недавно связал его и забрал из лагеря? Чимин понять не может – просто молча идёт за ним, перебирая в голове все варианты, когда они успели так быстро сблизиться. — Э-это что? — заикается Чон, отвлекая от рассматривания веток на земле по дороге. В нескольких сотнях метров от них, возле заваленного дерева сидит медведица, пожирая мясо мёртвого оленя. Она огромная, Чимину приходилось максимум сталкиваться с волками, и то те убегали от обычного выстрела с револьвера, а в этой ситуации это только её разозлит. Но всё равно, инстинктивно Чимин тянется к кобуре, в которой к огромному удивлению оружия не оказалось. Где он успел его потерять? Сегодня слишком большие проблемы с памятью, наверное, из-за болезни. За спиной раздаётся довольно громкий щелчок ветки, поворачиваясь, Чимин видит, как Чонгук наступил на палку, а ещё он видит, как медведица отрывается от поедания мяса и переводит взгляд на них, рыча и показывая окровавленные острые клыки. Он надвигается на них, с каждым шагом всё больше повышая скорость, что Пак от страха медленно отступает назад. — Стреляй! — кричит Чонгук за спиной, а Чимин удивляется, ведь в руке каким то образом появляется лук, а на спине колчан со стрелами. — Убей её, Чимин, ну! Парень достаёт стрелу, натягивает тетиву и целится в морду бегущего на них животного. Почти отпускает, но видя возле дерева, где лежит туша оленя, маленьких медвежат, что-то внутри не позволяет сделать выстрел. Он зажмуривается, опуская лук и хватает Чонгука за руку, начиная убегать вглубь леса. Сбежать от такого хищника невозможно, но и выстрелить казалось точно таким же. Медведица просто защищала своих детей при виде опасности, убивать её нельзя, иначе малыши не выживут. — Стой-стой, — с отдышкой тормозит Чонгук парня, упираясь руками в колени и оглядываясь. — Оторвались. И правда. В такое тяжело поверить, но на деле Чимин рад, что не выстрелил, могло потом быть хуже. Вряд ли бы стрела смогла так быстро её убить. Колчана за спиной уже нет, как и лука в руках. Чудеса творятся одним словом. — Почему ты не выстрелил? — довольно грубо предъявляет Чон, выпрямляясь. — А если бы она меня сожрала? Ты бы стоял и смотрел точно так же? Плевать на меня, да? — Что ты несёшь? Чонгук ведёт себя чертовски странно. Так запросто разбрасывается такими словами, будто они пара прожившая вместе всю жизнь. Чимин думает, что у него поехала крыша после падения со скалы, иначе такое поведение объяснить нельзя. А ещё нельзя объяснить его резко изменившейся взгляд и будто хищную походку, от которой Чимин неосознанно пятится назад, прислоняясь спиной к дереву. — Я тебе нравлюсь? — вполне уверенно спрашивает тот, позволяя себе провести по талии парня. — Ударился? Что за хрень ты- Чонгук целует, а зачем и почему Чимин не имеет ни малейшего представления. Но легко даваться он точно не собирается, только попытки оттолкнуть кажутся бесполезными. Тогда Чимин действует иначе. Притягивает за воротник к себе сильнее, уже отвечая на поцелуй и приоткрывая рот, пока рукой медленно тянется к револьверу в кобуре парня. Чон целует превосходно, его губы практически поедают чужие, даже умудряясь вызвать лёгкую волну мурашек по спине. Чимин бы так и тонул, если бы не одно «но». — Вообще, — выдыхает Пак, когда может, наконец, отдышаться в чужие губы. Чонгук с ухмылкой смотрит в глаза, ожидая продолжения предложения, но получает лишь дуло в подбородок и звук взвода курка. — Чонгук не умеет целоваться. Выстрел.

***

— Ты отлично справился, — голос старушки слышен не сразу, но разобрать слова возможно. — Боги велели передать вам: то, что вы ищете, находится рядом на видном месте. Будьте внимательны и проклятие будет снято. Не лучшая подсказка, ожидания этот ритуал не оправдал. Хотя на деле, Чимин и не верил получить точный ответ и уж точно не предполагал, что всё дастся слишком просто. Он даже не сразу заметил как Чонгук придерживает его голову и не отрывает взгляд с лица, только глазами задавая вопрос «всё в порядке?». Пак улыбается уголком губ, протягивая руку к его лицу и задевая большим пальцем нижнюю губу, уделяя особое внимание на маленькую родинку там. — Спасибо, что не умеешь целоваться, — удивлённые глаза парня Пак запомнит надолго. Ничего, скоро он сам его научит и будет делать это хоть ночами напролёт. Покидая деревушку, до самой повозки парни не сводили с Чимина глаз. Он понимает, они до сих пор злы за сохранение такой тайны, ну, а что ему оставалось? Разболтать всем, чтобы потом пошли слухи? Опасности и так хватает до конца дней, наживать новую не хотелось бы. — Наши люди заберут три ящика лекарств, один ваш. Считайте плата за ритуал, — оповещает напоследок мужчина, и получив положительный кивок, удаляется. Целый ящик... Они ведь могли бы сейчас поехать в лагерь, будь он цел и будь все живы. Чимин бы выполнил своё обещание, а теперь там помогать некому. Вина за тот день на всю жизнь, даже если короткую, останется на душе. Заслужил, сам подверг их опасности, дурак. — Не буду задавать вопрос «какого хера ты ничего мне не сказал», но когда всё закончится, объясняться будешь долго, — Тэхён до сих пор не отошёл от недавней вести, ненавидит, когда от него что-то скрывают. Чимин понимает и всё расскажет, но хорошо, что не сейчас. Сейчас бы не смог. Повозка в их распоряжении, план озвученный Чонгуком приняли все. Они просто раздадут лекарство в городе, оставив пару доз для Чимина. Хотя бы это прибавит им времени для нахождения разгадки на «подсказку» богов. Томбстоун теперь может быть опасен из-за Джеймса, который сто процентов успел наплетать начальнику свой лживый бред. Сделать нужно всё быстро, а место для нового лагеря найдётся потом. Сейчас целью является не он. Лагерь Кёнсу уничтожен. Тела, залитые кровью лежат чуть ли не на каждом шагу, некоторые с оторванными конечностями, а некоторые с топорами и стрелами в груди. Опасные те люди, однако. Чонгук помнит от куда бандит приносил лекарство, в ту палатку они и держат путь. И когда доходят, не могут поверить глазам. Те люди уже забрали свою долю, оставив целый ящик до горсти набитый фляжками с лекарством на столе. Шансы прибавились вдвойне, Чимин не может не улыбнуться. Они не сразу заметили мёртвого Кёнсу неподалёку от лагеря, когда несли ящик к повозке. Чимин решил забрать свою вещицу, если тот её, конечно, не продал. Ну это на вряд ли. Три стрелы в грудь – то, что он определённо заслужил. Ещё недавно Чимин думал, как было бы здорово избавиться от него собственными руками, а сейчас, видя его тело, он понимает, что мужчина этого не стоил. Такая смерть для него оказалась быстрой и везучей, пусть благодарит в своём уже загробном мире. Кулон, как и ожидалось, висит на его шее. Смотреть на него не хочется, не то что забирать, но что-то подсказывает: он точно пригодится. Парень срывает его с шеи, рассматривая в который раз. Маленькая вещица принесла столько страданий и смертей. Тяжело поверить, что иногда легенды не врут. — Встретимся в аду, — шепчет парень напоследок и уходит к повозке. Больше этот ублюдок не принесёт проблем. Юнги и Тэхён решили остаться в повозке, а парни взяли управление на себя. Неизвестно насколько опасным будет путь, да и само пребывание в городе тоже. Чонгук всю дорогу хотел что-то сказать, но, видимо, передумывал, раз просто отворачивался на дорогу, бегая глазами по пустому пейзажу. Чимин решил не влезать, скажет, когда будет готов. Подъезжая к городу, внутри появилось внезапное чувство тревоги. Но всё было как обычно. Люди спокойно гуляют и работают, совсем не обращая внимания на их повозку. Курт так и остался ждать возле салуна, парень улыбается, помечая в голове дать ему в награду пару яблок. Они тормозят прямо возле салуна, Юнги выходит первым, вместе с целым ящиком лекарств. Времени не так много, нужно всё по быстрее раздать и валить, пока не появились новые проблемы. — Раздавайте, я найду Мелиссу, — Чимин вспомнил о ней ещё давно, до самого этого момента надеясь, что с ней всё хорошо. — Я с тобой, — не отстаёт Чонгук, просто потому что захотелось пойти с брюнетом. Ему всегда хочется быть рядом с ним. Цоканье со стороны Юнги и тяжёлый выдох Тэхёна всё равно его не останавливают. Парень догоняет Чимина, который уже заходит внутрь салуна, следуя за ним до самой двери в комнату, где последний раз была девочка. Времени прошло не мало, она давно могла куда-то уйти, Чимин просто надеется, что если так, то с ней ничего не случилось. Как и оказалось, внутри пусто. Значит, сегодня придётся потратить пару часов поиска по всему городу. Чонгук подбадривающе поглаживает по плечу, кивком показывая идти назад. Находится здесь сейчас нет смысла, парни возвращаются к друзьям, которых теперь сложно заметить среди такой толпы. Люди чуть ли не толкают друг друга для получения бесплатной порции лекарства и уж точно не планируют упускать шанс взять побольше. — Ребят, — выглядывает Тэхён из толпы, что виднеется только макушка с глазами, — нам бы не помешала помощь. Парень отвлекается, и какой-то мужчина нечаянно толкает его на землю. Оставшиеся склянки падают и рассыпаются – люди, как стервятники набивают полные карманы, совсем не обращая внимания на пытающегося встать с земли Тэхёна. Только Юнги протискивается через людей, подавая ему руки и поднимая. Все рассасываются через пару секунд, когда ни на земле, ни в ящике ничего не осталось. — Вот и помогай потом людям, — возмущается Ким, отряхая штаны от пыли, пока Юнги помогает стрясти с рубашки. Всё разобрали довольно быстро, и как бы «грубо» это не было сделано, парни всё равно остались довольны тем, что смогли помочь хотя бы этим людям. Чимин посмеивается с грязного Тэхёна, но переводя взгляд ему за спину, становится обеспокоенным. Все смотрят туда же и видят мужчину с женщиной и идущей рядом Мелиссой. Как только она видит Чимина, вырывает ручку у женщины, несясь прямо в его объятия. — Куда вы пропали? Я думала, что меня бросили... — Нет-нет, принцесса, что ты, — ласково успокаивает Чимин, поглаживая девочку по спине, — мы ни за что бы тебя не оставили. А это кто? — кивает парень на подошедших незнакомцев. — Они хорошие. Я встретила их, пока искала вас, — она отстраняется и переходит в объятия Тэхёна. — Они накормили меня и дали поиграть в игрушки, — когда те останавливаются возле парней, Мелисса становится между ними, начиная знакомить. — Это Аманда, а это Крис. А это мои друзья: Чимин, Тэхён, Чонгук и Юнги. Знакомство проходит вполне хорошо. Аманда и Крис женаты и рассказали как множество раз пытались завести ребёнка, но постоянно не удавалось. Лекарь сказал, что она бесплодна и детей иметь они не смогут. Когда Мелисса попалась на их пути, сказав, что потерялась, они не могли оставить всё так, решая помочь ребёнку хотя бы переждать у них в доме. Она согласилась не разу, повторив фразу ещё неизвестного для них Чимина: «никогда не верь незнакомцам». Пара понимала осторожность и решила оставить её в покое. А когда они пришли домой, девочка появилась на пороге, скромно попросив поесть. Теперь они понимают, что с ней придётся расстаться, поэтому немного грустят, когда Тэхён говорит, что им уже пора уходить. — Мелисса? — Чимин поднимает взгляд на Аманду, снова опуская на девочку. — Ты не хочешь остаться с ними? У нас опасное задание- — Я думала над этим и хотела спросить тебя. Мне бы хотелось, но это если вы все будете меня навещать! — она смешно хмурится, проводя по всем пальчиком. — Конечно будем, — улыбается Чонгук, подходя ближе к Чимину и кладя руку ему на плечо. Он увидел вдалеке то, что очень не хотел бы. — Но нам надо идти. Пака как током пробивает от мысли о том, что лекарства на этих людей не хватило. Как бы то ни было, но в планах снять это чёртово проклятие уже через несколько дней, а значит отдать свою порцию не значит ничего. Парень смотрит вдаль, откуда идут какие-то люди и быстро поднимаясь, бежит к повозке, откуда достаёт три последних флакона. Они будут нужнее другим, уже новой семье Мелиссы, они заслужили их больше. Парень передаёт без лишних слов, Чонгук уже предупредил, что люди на горизонте точно ничего хорошего не сделают, нужно быстрее покинуть город и скрыться. Благодарность пары остаётся позади, Мелисса машет ручкой, получая в ответ то же самое. Она всегда верит Чимину и обязательно будет ждать его и своих друзей, ведь теперь у неё появился шанс на полноценную жизнь, где опасность становится вовсе не проблемой. Тэ и Юнги снова залезают в повозку, Чимин садится за управление, а Чонгук седлает Курта: оставлять его здесь не планирует, ведь считать этот город своим домом уже не сможет. Навыки Джеймса во вранье могут удивить любого, а начальник лояльно относится к своей работе и не позволит, чтобы кто-то позорил его имя. Знал бы он, что Чонгук хочет сделать для мира, сразу угомонил того щенка, который всю карьеру думал как подставить или унизить Чонгука. На самом деле, они абсолютно не знают куда держать путь. Лагеря нет, постоянного дома нет, есть только опасность, поджидающая практически на каждом шагу. Чонгук решает идти спереди, на всякий случай, а Чимин пришпоривает лошадей, направляясь следом. Куда-нибудь придут точно. Таков был девиз полтора часа назад. Небо чистое, голубое, без единого облачка. Чимин весь лоб стёр от этой жары, а на горизонте ни единого городка или хотя бы деревушки. Сколько ещё уйдёт на это времени? В этой части Чон ещё ни разу не бывал — впереди только неизвестность. Но когда неподалёку, чуть дальше пригорка виднеется кристальное отражение солнечных лучей в воде, парни просто не могут не обрадоваться. Вода сейчас просто необходима, их будто услышал сам бог и решил помочь. И они чертовски благодарны. — Ай, блять, чё творишь! Чонгук приподнимает бровь, когда возмущения Юнги доносятся из повозки и спрыгивает с лошади, доставая пистолет из кобуры. Ну так, на всякий случай. Когда смотрит в окошко, лишь посмеивается, убирая оружие обратно и возвращаясь к коню. Чимин кивком интересуется, но короткого «ничего» оказывается как ни странно предостаточно. Кажется Чимин тоже всё понял. — Я по девушкам, говорил он, — посмеивается Чон, поглаживая гриву Курта. Парни сделают вид, что ничего не видели и не слышали. Озеро с настолько чистой водой, что виднеются рыбки, просто не может существовать. Хочется окунуться, поплавать и остыть от этой духоты. Вообще, это парни и делают, решая оставить друзей наедине друг с другом. Чимин рад, что Тэхён смог заменить пустоту в сердце на Юнги. Он хороший парень, вроде, но раз дружит с Чонгуком, то точно. Ему Пак с уверенностью может доверить друга. Снимая последнюю часть вещей, Чимин аккуратно заходит в чуть прохладную воду по колено, ёжась от внезапно покрывших всё тело мурашек. Ожидалось теплее, но чтобы просто остыть — отличный вариант. Он поворачивается к Чонгуку снимающему штаны и совсем не ожидает, что тот резко рванёт с места и снесёт с ног прямо в воду. — Дурак! — парень вытирает лицо, зачёсывая мокрую часть волос назад и смеется от прилипших прядей на лице Чонгука, помогая убрать их с лица. — Ух ты, — на груди Чонгука небольшой кулон в виде солнца, брюнет покручивает его в руке, осматривая на свете солнца. Так выглядит ещё красивее, — миленький. Молчание Чонгука привлекает внимание намного больше, чем какая-то вещица. Чимин медленно поднимает на него глаза, видя в его зрачках собственное отражение. Он смотрит так необычно, так по-новому, это... привлекает. С каждым ударом сердца в груди, его скорость набирает ритм. Опять Чонгук близко, только теперь ещё и практически голый. Касания его нежные, постепенно перерастают в более уверенные, убирая всю сдержанность к чёрту. Чон резким движением притягивает Чимина к себе и впивается в губы. Руки начинают бродить по телу, оглаживают влажную спину, спускаясь ниже к копчику, где сильнее подталкивают к себе, соприкасая их тела слишком плотно. Чимину опять жарко, он готов окунуться в озеро с головой, но продолжает стоять и таять не только от солнца, но и от Чонгука. И как бы неуклюже тот не целовал, всё равно пытается сделать лучше, совершенно не понимая, что так Паку нравится даже больше. Ухмылка Чимина хитрая, когда он отстраняется от припухших губ. Теперь уже Чонгук не ожидал, что тот толкнёт его в воду и будет просто стоять и смеяться. Взрослые дети, зато какие счастливые. Широкая улыбка Чонгука послужила отличным отвлекающим манёвром: Пак засмотрелся и упустил момент, когда тот подхватил его на руки и начал кружить. — Поставь меня! — смеется парень, но имеет в виду напрямую, от четвёртого круга начинает подташнивать. — Чонгук, сейчас укушу! Он точно издевается. Крутит только сильнее, а Чимин пустыми словами не бросается — кусает прямо в шею, сразу падая в воду, в который раз заливая всё лицо. Шериф так смешно потирает шею и шипит, что вновь залиться смехом кажется нереальным. Сегодня Чимин улыбается больше чем за всю жизнь. — Руки вверх, — голос за спиной Чонгука мигом убирает улыбку с лиц обоих, — голубки. Джеймс явился чертовски не вовремя и причём не один. Ким Сокджин – начальник Чонгука, Джеймса и всех остальных. Он всегда доверял Чону, но теперь это вряд ли повторится. Лицо Киртона неплохо подбито, парень очень старался, вкладывая в удары всю свою силу. Теперь отмазаться не выйдет, тот засранец всё слишком хорошо продумал. Неизвестно как быстро они смогли догнать, но, судя по всему, эти места им знакомы. Чонгук поднимает руки, медленно поворачиваясь в его сторону. За решёткой будет ой как не весело.