Никто не верил и не поверит

Ваня опускает взгляд вниз и шмыгает носом, но вот это вот грубое прощание его очень расстраивает. Хотя и Влада понять можно. Приходится отойти в сторону, проследить взглядом за тем, как машина газанула вперёд на красный и пойти своей дорогой. Сначала в парк, потом домой. Снимает в касание, но дома не спешит сразу насыпать дорогу. Идёт в душ, потом быстро перекусывает, ложится на любимый диван и включает телик; пульт уже пылью покрылся в сто слоёв — не прикасался к нему уже несколько месяцев. Хочется как-то объясниться перед Владом, оправдать себя, пообещать что-то, но что с него, бля, взять? Он ведь не сможет без наркоты. Обидно за себя и за возможные отношения, но может, если Влада не трогать, то тот сам быстро забудет о нём? Да, это определённо лучший вариант. Вот только судьба сама подкидывает масла в огонь, когда спустя неделю, уже под конец смены, Ваню зовёт Элла, говорит, типа, пришли менты, а ей самой нужно срочно сделать перевязку живота бинтами с гепарином, а там, может быть надолго, ибо пришли по душу каких-то там нарков, что где-то что-то украли. В центре холодно, на Ване тёплый кашемировый свитер, тишка под ним и медицинская маска на лице. Зарулив из коридора в кабинет, он тормозит на пороге, потому что понимает, кто это пришёл. Стоило догадаться, что это может быть участок Влада — это ж так близко к его месту обучения. Но Шабашов старается держаться и не выдавать то, что знает товарища мента, тем более тот не один. — Здравствуйте, — проходит за стол, садится. — Чем могу помочь? Как бы Влад не старался, то забыть Ваню у него не получается – он делится с этим как-то с одним из друзей. Он у них самый понимающий, поддерживать умеет, но Владу кажется, что слова "да ты же влюбился в него" не очень поддерживают. Только ещё сильнее загружают головы. Владик чувствует себя как-то тяжело. У него начинается насморк и иногда побаливает горло. Безумно болит голова – приходится закидываться по несколько таблеток обезбола, чтоб хоть как-то функционировать. Но к этому ритму жизни он привык, а сейчас как-то выбивается прям ему все так впадлу. Только Влад не может предать дядю, который для него постарайся устроил в академию и на работу. Сегодня у них вызов, кража в магазине – воришки сбежали, но попали на камеры. Оказываются те, из местной наркологички: Влад и ещё несколько человек едут туда. И Владик не ожидает, что он там увидит Ваню – и он не в качестве клиента, а в качестве работника...странно, конечно, что тут могут работать наркоманы. Влад остаётся здесь, а остальные опросить работников и понять, как их подопечные смогли сбежать. — Да тут..., — Влад садится за стол напротив Вани, открывает папочку и выкладывает перед ним три фотографии, — Знаете этих людей? Мы установили, что они тут у вас лечатся. Совершили кражу в магазине, — слегка кашляет, вздыхает и поднимает взгляд на Ваню, — Сейчас неизвестно где. Есть идеи, где можно искать и как вообще возможен побег? Ваня смотрит на снимки с камер видеонаблюдения, примерно понимает, что это за люди. Хотя ещё не всех тут запомнил: — Да, знаю. Они не лечатся тут, просто приходят за медикаментами там, за перевязкой и шприцами, — вздыхает. Пальцы тянутся к нижней тумбочке, из которой Шабашов достаёт список личных дел с адресами, а там уже ищет адрес каждого из всех троицы. Поворачивает папку и даёт пару листочков и ручку, чтобы Влад переписал адреса. Когда смотрит на Владика, то внутри прям-таки что-то приятное зреет. Наверное, от того, что соскучился. Но вспоминает их последний недо-разговор, который оставил не самые хорошие впечатления, и опускает глаза в бумажки, делая вид, что что-то делает, но не может стереть с лица улыбку. Владу сейчас неловко сидеть и опрашивать Ваню, потому что он все ещё чувствует. Все ещё чувствует, что Ваня ему нравится – ещё он скучал ужасно и сейчас в голове зреют всякие мысли...хочется обнять там, поцеловать, например...Влад машет головой, чтоб это от себя отогнать, ведь они вроде все решили, а ещё он сейчас на работе. — Спасибо, — Влад переписывает адреса, потом встаёт, собирает свою папку и идёт искать коллег, ибо ну, быстро все решилось. Потом отправляются по адресам: на одном из и оказываются все трое, грузятся в машину...ну, а дальше все уже очевидно. А у Влада снова ночная смена. Снова на машине по городу. Сидя в машине, он крутит телефон в руке, думает: думает, что он заебался. Заебался страдать по Ване – думает, что им стоит поговорить, решить всё уже окончательно: если Ваня действительно чего-то хочет, то пусть решает дела со своей зависимостью – Влад может ему помочь. Он открывает чат и пишет "я заберу тебя с работы. во сколько заканчиваешь?" и когда получает в ответ, то смотрит на часы – ещё полчаса от места, где он щас примерно столько и ехать, поэтому он трогается с места, чтоб встретить там Ваню. Когда Влад и его коллеги уходят, Ваня ещё немного сидит на месте, пока не приходит Элла и спрашивает че и как. Выяснив подробности, она просит его сгонять до ближайшего ларька и взять чего-нибудь перекусить, а поскольку он сам днём ничего не ел, то идея хорошая. Возвращается с парой булок и двумя стаканчиками кофе. Сам съедает всего лишь сосиску в тесте и зажёвывает вишнёвой жвачкой. Приходит один из старших волонтеров, говорит, что им нужно будет прибраться, раскинуть документы по полкам и можно по домам. И тогда Ваня и получает сообщение от Влада. Почему-то кажется, что просто поездкой в авто до дома дело не обойдётся. Придётся разговаривать, но соглашается Шабашов, потому что просто хочет немного побыть рядом, даже если разговор никуда не приведёт. Выйдя через полчаса из центра в любимой куртке и с рюкзаком, он садится вперёд, кивает, мол, «виделись», а потом пристёгивает ремень. «Багаж» скидывает на заднее. — Ну че, всё успешно? — интересуется очевидным, потому что не знает, о чём говорить ещё. Влад ждёт неподалёку от входа, чтоб людей не пугать, а то подумают ещё, что за ними и будут шизить. Он серьёзный, задумчивый, а когда видит Ваню, то лицо даже трогает лёгкая улыбка. Но приходится натянуть прежнюю мину, когда хлопает дверь. С улицы потянуло холодком. У Влада под всей его одеждой аж пробежали мурашки. Он поворачивает голову в сторону Вани, усмехается. — Это было легче лёгкого, — пожимает плечами, заводит машину, и они отъезжают, Влад хочет заехать в кафешку, чтоб купить им обоим кофе, — Не ожидал, что тебя увижу там, — вздыхает, смотрит за дорогой, а потом вдруг останавливается на обочине, поворачивается к Ване, — Я скучал по тебе, — и тянет руку, кладёт на коленку, потом двигает чуть выше и смотрит на лицо его, — Пиздец чёт прям, — усмехается, закусывает губу и продолжает гладить чужую ногу. Поездка оказывается какой-то недолгой, потому что стоит только отъехать от центра помощи, они почти сразу тормозят на обочине, и Влад включает аварийку. Ваня смотрит сначала вперёд, потом на ладонь Влада, что лежит чуть выше его колена, потом на него самого: — Да, я тоже не ожидал тебя увидеть. Вам уже кражи расследовать доверяют? — усмехается и накрывает чужую ладонь своей. Слегка сжимает, греет кончики пальцев. Разговор как-то сразу уводится в совершенно несерьезную сторону, но какая нахуй разница, если хочется именно так? Поэтому Шабашов тянет вторую руку, дабы отстегнуть ремень безопасности, придвинуться ближе, положить ладонь на плечо. — Пиздец, я лошара, да? Тоже соскучился, а потом чёт совсем замотался, ну и, сам понимаешь, — пальцами ведёт от плеча по руке, а потом отстраняется, чтобы стащить куртку с себя, потому что стало как-то слишком уж жарко. Влад издаёт смешок, ибо в этой краже и расследовать то нечего, потому что все как на ладони было. А серьёзные дела ему ещё не доверяют, но Влад и не хочет пока – слишком много думать надо там. — Ну, типа. Всякие мелкие дела иногда. Влад кусает свои губы, потому что ему прям жарко сейчас, внизу живота скапливается это тепло: видимо от нахождения Вани рядом, ведь Влад действительно по нему очень скучал. Что сейчас аж не может удержаться. — Понимаю, — об этом сейчас не хочется говорить совсем. Поэтому Влад тянется, чтоб заткнуть Ваню поцелуем, а сам руками лезет потрогать: через мягкий свитер лапает бока, гладит по животу и целует увереннее, чем во все другие разы. А когда отстраняется, то между ними даже тянется ниточка слюны. Это охуеть – сейчас реально пиздец как разъебывает. Ваня не успевает даже ничего вякнуть, как его затыкают поцелуем, и в такой ситуации, в которую попал он, даже не хочется ничего делать. Пальцы сжимают ворот патрульной куртки, глаза он закрывает и позволяет тебя целовать, при этом тихонько, но не неодобрительно мыча. Кажется, именно это ему нужно было от Влада, чтобы он был настойчивее, а не обижался. Внутри сразу так приятно запорхали бабочки, будто оживая после долгой спячки, и хотя Шабашов терпеть не может это сопливое указание на влюблённость в виде бабочек, он в натуре чувствует, что в животе чёт шевелится, и надеется, что это не съеденная полчаса назад булка. Ослабив хватку, Ваня смахивает ниточек слюны и облизывает губы. Кажется, что и говорить, необходимость отпала…или нет? — Может, к тебе или ко мне поедем? Или ты дежуришь седня? — он слегка прикрывает глаза и перебирает ногами, чувствуя впервые за оооочень долгое время то, что его накрывает некое возбуждение/вожделение или чёт типа того. Вообще, у Влада сегодня действительно дежурство почти на всю ночь, но если честно, то уже не хочется – он лучше проведёт это время с Ваней, потом, конечно, получит нихуевый выговор, но если машину вернет вовремя, то, может, никто ничего не узнает. — Да похуй, поехали, — ночью обычно ничего интересного не происходит. Чаще всего он катается и тратить бензин впустую. Он заводит машину снова и решает отвезти Ваню к себе, потому что это ближе. Едут они молча и быстро, потому что уже хочется выйти из машины, зайти домой... Но домой они скорее вваливаются, ибо Владу все неймётся, поэтому он прижимает Ваню к стене, целует снова и забирает руками под его тёплый свитер. Но приходится отстраниться, чтоб снять куртки и кроссовки. А после Влад тащит Ваню в спальню, но просто обнимает и прижимает к себе – он хоть и чувствует некое возбуждение, но не хочет настаивать, ведь не знает, чего хочет Ваня. Он прижимает Ваню к себе, снова лезет руками под одежду, чтоб погладить, а лицом он где-то в чужой шее, целует пару раз, а потом за ухом и выдыхает. — Ты правда думаешь, что не будет у нас ниче? — вопрос ведь всё-таки мучает, поэтому он его и задаёт. Доезжают они как-то слишком быстро, что даже приятно для Вани. Он почти всю поездку держит глаза закрытыми, думает, что Влад идёт просто на какие-то немыслимые жертвы ради него и главное, чтобы у него потом не было проблем. В квартире тепло и тихо совсем: такое ощущение, что Влад здесь бывает крайне редко. Шабашов виснет у него на шее, гладит по затылку и макушке, даёт себя лапать и улыбается, потому что ему и впрямь нравится. Все мысли отходят на задний план. Хочется просто быть здесь и сейчас, ловить кайф. Откинув голову назад, он держится за Влада, чтобы не упасть, лениво открывает глаза и облизывает губы: — С козырей пошёл, типа? — усмехается. — Я уже ни в чём не уверен, но надо решить слишком дохуя вопросов, — Ваня отстраняется, падает на кровать, раскидывает руки и ноги в стороны и с такого ракурса смотрит на Влада, который в своей форме выглядит суровым таким блюстителем порядка, хотя Шабашов знает, что он та ещё еблуша. — Не хочу решать ниче сейчас, — зевает, хотя спать не хочет. Поднимает руку и делает призывной жест ладонью, приглашая завалится на кровать рядом с ним. Влад знает, что главный вопрос тут только в зависимости Вани – не было бы её, то все было бы хорошо. Они были бы вместе...Владик уверен в этом, но сейчас точно нет смысла об этом говорить, чтоб не портить вечер. Можно просто быть рядом сейчас и отпустить все мысли. Влад падает рядом с Ваней, прижимает его к себе и лезет руками погладить под свитером. — Ладно, значит, поговорим потом, — вздыхает Влад, немного оттягивает воротник и оставляет поцелуи на шее, — Мне прост, без тебя не очень как-то, — немного приподнимается, чтоб посмотреть в глаза, — Влюбился, может, — и усмехается, опускает голову, ибо сам от себя таких слов не ожидал: иногда он может ляпнуть что-то не подумав, как сейчас например...а то похуй, в принципе, это же всё правда, — Разберёмся, короче. Ваня улыбается снисходительно — всё же он понимает Влада и его чувства, ведь сам точно в такой же ситуации: — Я тоже также вляпался, прикинь? — смотрит ему в глаза, а потом просто вперёд, пока обнимает Влада и греется о него: в медцентре из-за того, что народ ходит туда-сюда, он всегда мёрзнет, и спасают его только горячие напитки. — Написать пару раз хотел даже, но в последний раз мы как-то хуёво разошлись… Не хочется вспоминать тот вечер, теперь уже похер — ну было и было. Главное, что сейчас они вместе. Шабашов смотрит на руку Влада, что жамкают и жамкают его свитер, и усмехается: — Че, нравится, да? — проводит ладонью от собственной груди до живота: ткань и правда уютная очень и мягкая. Самое то для зимы. Они оба как идиоты ведут себя: Влад обижается, когда скорее нужно действовать, а Ваня…ну Ваня, он просто дурак, потому что наркота портит его жизнь. И плохо, что ничего он с этим решать не хочет. — Нравится, но лучше снять, — усмехается Влад, тянет край свитера вверх, оголяет живот и немного съезжает вниз, чтоб начать целовать там. Оставляет несколько поцелуев, двигается повыше и снимает с Вани его кофту. Поцелуи потом на груди, несколько мокрых на шее – у Владика даже дыхание становится чаще, потому что даже вот так просто Ваня очень соблазнительный в его глазах: особенно после того, как они не виделись неделю, да и тот факт, что целовались или зажимались они раньше, немного совсем. Поэтому сейчас отыграться хочется, ведь теперь Влад Ваню точно никуда не отпустит.