На «А» Его Бзик

Антон простоял под холодным душем минут десять, почти не двигаясь, лишь изредка хлопая глазами, чтобы прояснить взгляд, голову, мысли. Но тщетно. Он слышал, как вибрировал телефон, и подозревал, что это пишет ничего не понимающий Арсений. Но сейчас самым непонимающим в этой ситуации парень ощущал себя. В какой момент все зашло так далеко? Ледяная вода тонкими струйками стекала по уже давно остывшему телу, но внутри все равно все совершенно по-скотски горело: то ли от неловкости, вызванной фотографией Арса, то ли от ужаса, что поселился в печенках, — когда Антон понял, что его это самое фото и мысль о том, где оно было сделано, заводят. В тот момент, когда Антон ни о чем не подозревал, написывая Арсению всякие пошлости, тот действительно возбудился. И ему еще хватило бесстыдства запечатлеть это на камеру, пока в этой же чертовой комнате с ним переодевался сам Шастун. От этого осознания перехватывает дыхание. Антон понимает, что ему должно быть неприятно, мерзко, неловко. Но тело и разум реагируют абсолютно иначе. Через некоторое время Шастун все-таки моется, наконец отмерев, но сердце продолжает свою пляску, наводя на неуместные мысли, будоража что-то, скрытое далеко внутри под десятью печатями. То, что Антон не произнесет вслух, не признается даже самому себе в отражении зеркала, потому что это заставит многие вопросы всплыть наружу, как упорно потопляемые трупы его подсознания. Все взгляды, касания, объятия и смех перестают казаться столь невинными, когда у тебя встает на собственного друга. Если раньше можно было все свалить на крепчайшую связь, которую Антон никогда ни с кем не испытывал и считал просто светлым проявлением привязанности, то сейчас, когда в мыслях бесстыдные голубые глаза, чужой член и физически ощутимое возбуждение от чертовых выходок Попова, становится до боли в рёбрах смешно называть это как-то иначе, как не влечение. Антон выходит из ванной и проходит в спальню, где на кровати лежит Ира, с интересом листая что-то в планшете и не поднимая взгляд на парня, за что он ей искренне благодарен. Если бы ему сейчас пришлось объяснять ей свое отстраненное от мира состояние, он бы точно свихнулся. Антон ложится в постель, доставая телефон и подключая к нему кабель зарядки, как экран вновь загорается, и парень считывает несколько сообщений из мелькающих оповещений. Ars 21:59 Не говори, что ты там решил подрочить! Ars 22:01 Я жду свой обещанный интернет-секс! Ars 22:05 Опять меня кинул. Ладно. Ars 22:07 Больше фоток тебе не скину, принцесса, а то член в мозолях будет Ars 22:17 Реально что ли уснул? Доброй ночи) Уголки губ автоматически поднимаются, и Антон удаляет оповещения с экрана с легкой улыбкой на лице и рождающейся непонятно откуда теплотой на сердце. Шатен засыпает только через час, загнанный своими мыслями в голове, и уверенный, что на утро ему уж точно будет лучше.

***

На утро чуда не случилось, и Шастун проснулся таким же помятым, сбитым с толку, только теперь еще и с болезненным стояком между ног. Он отчаянно вздохнул и посмотрел на время — телефон разрывался от будильников, которые он откладывал, видимо, несколько десятков раз, не решаясь прерывать какой-то невероятно интересный мокрый сон. Благо, он не помнит, что было в этом сне. Неудобных сексуальных фантазий ему хватает и в реальной жизни. Кстати о них. Парень открывает диалог с Арсением, чтобы привычно поздороваться и извиниться за вчерашнее, пока готовится принять душ. Попов отвечает почти моментально (кто бы сомневался), и Антону стоит немалых усилий не прочитать все сразу с экрана блокировки, а сначала хотя бы залезть в душ и включить воду. Рука сама на автомате тянется к телефону, и Антон наконец читает сообщения. Ars 8:47 Утро было бы добрым, если бы кое-кто вчера меня не кинул. Ars 8:49 У тебя, надеюсь, оно доброе)

Anon 8:58 Не дуйся, я извинюсь

Ars 8:59 Ртом? Антон тяжело вздыхает и откидывает голову назад, упираясь затылком в холодную стенку. Он уже не надеется нормально домыться, но налитый кровью член сейчас никак не упрощает ситуацию. Шастун одной рукой обхватывает плоть, а второй неторопливо скользкими пальцами печатает ответ. Черт бы побрал этого Арсения. До чего он его доводит?

Anon 9:00 В нашем случае пальцами Напечатаю тебе лучший минет в твоей жизни

Ars 9:01 Знаешь, я много диет перепробовал, но самая эффективная — твои пустые обещания)

Anon 9:02 Они не пустые! Я докажу.

Антон сам не понимает, зачем развивает дальше эту тему, но мысль о том, что Арсений в нем разочаруется как в интернет-партнере, почему-то вызывает панику. Шастуну нравится их общение, нравится их неуместный в реальной жизни флирт, нравится узнавать брюнета с той стороны, с которой он никогда к нему не сможет подобраться. Он совершенно точно не готов это терять. До такой степени, что даже готов к этому самому, прости господи, секстингу. Ars 9:02 Можешь начинать) От этого сообщения перехватывает дыхание, и парень на автомате облизывает губы, выдавая свою нервозность. Шум воды, к счастью, отлично маскирует его бешеное сердцебиение.

Anon 9:03 Ну не так сразу… Мне нужно время

Ars 9:04 Знаешь, я готов пожертвовать часть лапши голодающим в Африке, чтобы все были сыты)) Шатен глубоко вздыхает, чувствуя как внутри постепенно разгорается злость вперемешку с обидой. Арс что, правда думает, что Антон такой лошок и не сможет его засексить? Особенно, когда он сам возбужден.

Anon 9:05 Ладно. Раз ты настаиваешь.

Ars 9:06 Я не настаиваю. Ты можешь порадовать меня фоткой, и я отстану. Антон ухмыляется его ответу и тут же печатает свой, продолжая неторопливо водить рукой по члену, что отзывается приятными разрядами тока по низу живота.

Anon 9:08 Моя фотография и рядом не стоит со способностями моего языка, Арсений

Ars 9:08 Продолжай Шастун чувствует, как температура тела поднимается, а лицо краснеет. Минуту назад он действительно хотел показать Арсу, на что способен, но вот он стоит, надрачивая самому себе, думая о другом мужчине (не друге, просто мужчине) и о том, как бы завести его текстом. Боже, как нелепо. Он уже печатает начало сообщения, но через секунду удаляет. Затем пробует вновь, даже прикрывая глаза, чтобы представить, как это будет читаться по ту сторону. Не то. Все не то. Текст стирается так же быстро, как набирается, а внутри берет свое начало ожидаемая паника — Антон попал в ловушку. Кожа покрывается мурашками явно не от того, что ему холодно в запаренной душевой. Скорее от мысли, что внезапно возникла в голове, ногой сшибая дверь и все моральные устои, которые держались на честном слове. Он обдумывает это еще десять секунд, стараясь не вгонять себя в краску. Что такого в одном маленьком фото? Антон умеет фотографировать член, благо, его молодость была веселой. Он щелкнет своего готового к фотосессии дружка с нужного ракурса, так, чтобы было непонятно, где он и кто он. Точно. У него все получится, он не вызовет подозрений, Арсений успокоится и все будут довольны. Так было в мыслях Антона до тех пор, пока он не попытался сделать фото. Сначала ему не понравилось, как падает свет. Затем его не устроило, что слишком хорошо видна плитка на фоне. Повозившись еще с минуту, парень умудрился сфотографировать, как нужно: налитый кровью член с темной головкой и выступающими венками на фоне белого пола душевой. Никаких деталей, только пошлая картинка, как в интернете. Только сейчас до Антона дошло, что он мог скачать что-то из интернета. Он мысленно ударил себя по лбу, но фото отправил. Зря старался что ли?

Anon 9:12 *Фотография*

Ars 9:12 Блять Антон замирает, ожидая реакцию собеседника. Губы терзаются зубами, а телефон так неудобно скользит в руке, что приходится протереть и его, и руку полотенцем. Шастун вновь чувствует вибрацию и немедленно открывает чат. Ars 9:14 Я сам готов тебе отсосать Рука вновь тянется к твердому члену, по которому он нарочито медленно проводит, оттягивая крайнюю плоть. Он шумно выдыхает, печатая ответ.

Anon 9:15 Продолжай

Ars 9:16 Я бы провёл головкой твоего члена по своим губам, пачкая их твоей естественной смазкой. Ты бы поцеловал меня?

Anon 9:17 Блять. Да.

Антон не успевает даже подумать перед тем, как отправить. Он прикрывает глаза на миг, представляя эти дикие Арсеньевские голубые глаза, его блядские мокрые губы на собственном члене, его красные от возбуждения щеки. Повторная вибрация вырывает шатена из его фантазий, подкидывая новые — те, что навязывает сейчас Арсений. Ars 9:18 Я бы взял головку в рот, мягко посасывая, а рукой водил по стволу, вырывая у тебя приглушенные стоны. Ты был бы тихим, Антон? Антон сглатывает, сдерживаясь из последних сил, ведь почти готов заскулить от накатывающего возбуждения. Его рука двигается быстрее, наращивая темп, по венам разливается тягучее приятное тепло, дыхание учащается, а мысли подкидывают новые яркие картинки — продолжение их фантазии. Шатен печатает.

Anon 9:20 Ровно до того момента, пока не перехватил бы тебя за волосы и не начал насаживать поглубже. Ты бы справился с этим, Арсений?

Он дышит рвано, прикрыв глаза, надрачивая себе все быстрее и быстрее, ловя ртом остатки кислорода в этой душной комнате. В голове — Арсений — лохматый, красивый, мокрый, податливый. Арсений на коленях. Арсений с его членом во рту. Арсений с чертиками в голубых потемневших глазах. Арсений, Арсений, Арсений. Вибрация телефона так невовремя отвлекает от уже почти подступающей разрядки. Помутневшим взглядом шатен еле считывает текст с покрытого испариной экрана и больно прикусывает нижнюю губу. Блядский Попов. Ars 9:22 Я бы хотел, чтобы ты меня насаживал. Грубо и глубоко, пока весь твой член не будет блестеть от моей слюны, а мои глаза не станут насквозь мокрыми, как мое белье сейчас. Дышать действительно тяжело, в комнате душно, жарко, пахнет похотью. Кольцом из пальцев Антон плотно перехватывает член у основания и тихо шипит, пропуская через себя каждое написанное Арсом слово. Он сжимает зубы, позволяя себе ощутить реальность, прийти в себя всего на несколько секунд. Печатает одно слово и тут же отправляет.

Anon 9:25 Покажи

Едкая смесь напряжения с адреналином проносится по венам, будоража все внутренности, а шум отбойного молотка в ушах, что раздается, видимо, из-за учащенного сердцебиения, лишь сильнее смазывает границу реальности происходящего. И в опьяненной голове нет абсолютно никаких мыслей кроме одной — увидеть Арса прямо сейчас, возбужденного и доведенного до такого же состояния, как и сам Антон. Ars 9:27 *Видео* — Блять. Шастун не сдерживается, включает видео, стараясь прислушаться к звуку, но тщетно — шум сердца в ушах и льющейся из душа воды этому препятствуют. Но Антону хватает одной картинки того, как лежащий на постели Арс своими длинными аккуратными пальцами мягко водит по черным боксерам, очерчивая выступающий член, проходясь по потемневшему от смазки пятнышку. Он неторопливо оттягивает резинку, обнажая мокрую щелку, и у Антона совершенно точно мутнеет в глазах. Арсений обхватывает свой член и водит по нему рукой, большим пальцем очерчивая головку, а Шастун невольно подстраивается под один ритм, не замечая, как судорожно кончает. Он смотрит видео до конца, додрачивая, подрагивая, но не отрывая свой дикий взгляд. По телу проносится жар, тепло разливается в каждой клеточке, а мышцы наконец мягко расслабляются. Шастун откидывается на стенку позади, прикрывая глаза, загнанно дыша и постепенно приходя в себя на дрожащих ногах после яркого оргазма. Перед глазами разноцветные пятна на черном фоне, а в голове одно единственное имя, от которого сердце теперь играет симфонию Бетховена. Аплодисменты, дамы и господа. Арсений его официально перепидорил.

***

Второе дыхание у шатена открылось, как только он прочел насквозь пропитанное раздражением сообщение Стаса, где тот писал, что надеется, что сегодня Антон приедет вовремя. Шатен вызвал такси, пока одевался, чтобы сэкономить время, а в салоне уже попросил самого водителя поднажать. Тот ехал по выделенке, умело объезжая пробки, так что свои пятнадцатипроцентные чаевые он с честью и совестью отработал. Антон сидел на диване, сложив ногу на ногу и почти слушая Стаса, время от времени нервно кидая взгляд на часы. Сам-то он явился вовремя, но где Попов? Спрашивать у Стаса не хочется, лишний раз показывая, что шатену есть дело, но учитывая спокойный вид Шеминова, Арсений явно придумал какую-то правдоподобную байку. Дверь открывается спустя пять минут, привлекая к себе внимание всех четверых сидящих парней. В особенности — Шастуна. Парень тут же осматривает Арсения с головы до ног и с трудом сдерживает лезущую на лицо злорадную ухмылку. Таким несобранным Арсения они видят редко. Тот явно собирался впопыхах — брюнет стоит в мятой футболке, с раскрасневшимся лицом и растрепанным гнездом на голове. Антон выглядел почти так же, но он ходит так ежедневно, а вот Попов таким видом вызывает кучу вопросов. Как и в этот раз. — Что, Арс, веселая ночка? — вместо приветствия беспардонно кидает Сережа, ухмыляясь. — Скорее, веселое утро, — подхватывает Стас почти сразу, после чего по комнате проносится негромкий смех коллег. Антон только собирается что-то вставить, чтобы парни перестали докапываться до брюнета, но Попов не Попов, если не ответит в своей сучьей манере сам. — Да, с утра дикпик скинули, пришлось подрочить, — пожимает плечами Арсений с абсолютно нечитаемым лицом, и все в комнате вновь взрываются смехом. Включая Антона. Но смех неискренний. Пока ребята вновь включаются в начатый ранее разговор о проектах, Шастун закусывает губу и пристально рассматривает Арсения. Он так легко всем сказал чистую правду, но никто и бровью не повёл, подумав, что тот шутит. Как часто он так делал? Шатен судорожно перебирает в голове разные моменты из жизни, но от каждого воспоминания в итоге отмахивается, не веря, что это может быть правдой. Но ведь этого и добивался Арсений, верно? — Ну, а ты, Шаст? — вырывает Стас из круговорота мыслей растерянного шатена. — М? — сомкнув губы, переспрашивает Антон, пытаясь вспомнить, о чем ребята разговаривали минуту назад. Но чертовски тяжело вспомнить то, что ты не слушал. — Что думаешь, спрашиваю? Насчет этого? — вскипая, переспрашивает Стас и хмурится, видимо, подозревая, что его пятиминутный монолог прошел мимо ушей. — Или ты не с нами сидел? — Да-да, я с тобой согласен, — наугад бросает Антон, высматривая реакцию Шеминова. За годы работы с ним и не такому научишься. Тот заметно расслабляется и откидывается на спинку стула, продолжая развивать свои мысли. Антон наконец выдыхает и начинает вслушиваться, чтобы второй раз его на том же не поймали, как типичного оболтуса с последней парты. Шатену правда интересно, что придумал Стас для нового сезона команд ровно до того момента, пока он не ощущает лёгкую короткую вибрацию в руке. По телу проносятся мурашки, но взгляд сосредоточен на Шеминове — Антон не будет так по-скотски палиться. Рука буквально горит от желания преподнести телефон к лицу, чтобы можно было прочесть, что же пишет один бессовестный коллега, сидящий в метре от него. Но Антон держится. Пропускает половину информации мимо ушей, кивает в некоторых моментах, будто понимает, о чем речь, но держится. Через долгих пять минут обсуждение стихает, и все присутствующие, как по щелчку, лениво залезают в свои смартфоны для проверки соцсетей. Антон сначала проверяет основной аккаунт, отвечая на висящие с утра непрочитанные сообщения, а затем быстро переключается на нужный профиль, заранее проверив, не следит ли за ним Арсений. Но тот не следит. Он расслабленно зависает в телефоне, сложив ногу на ногу и неторопливо что-то печатая. Ars 10:54 Не получил от вас обратной связи по поводу утреннего видео-отчета, Антон. Почему-то по спине пробежали мурашки при прочтении собственного имени при таком официальном тоне. Безумно хочется подыграть, но Шастун уже в курсе, до чего доводит его безумие — до ужасно сладкого оргазма в душевой.

Anon 11:04 Прошу прощения, Арсений, был занят детальным изучением отчета.

Ars 11:05 Какие-то корректировки?

Anon 11:05 Да. Начало довольно затянуто, много воды, прошу исправить эти недочеты в следующий раз.

Антон отправляет сообщение и прикусывает нижнюю губу — от таких переписок внутри не на шутку разгорается желание отыграть все вживую. Шатен невольно задумывается, как давно у него не было нормального секса (с работой не считается), что он заводится вот так с полоборота. Или дело в собеседнике? Шастун отмахивается от этих мыслей, параллельно считывая ответ Арсения. Ars 11:06 Тяжело сделать отчет без воды, когда получаешь такие вводные данные, как сегодня.

Anon 11:07 Арсений, отмазки не принимаются. Жду исправленный отчет сегодня вечером. Обсуждению не подлежит.

Часть мозга, что отвечала за здравомыслие Антона, видимо, уже отмерла и самоликвидировалась, иначе как объяснить его намеки на продолжение утреннего марафона? Он не задает себе ненужных вопросов — знает, что пока не готов на них ответить. Шастун просто получил удовольствие, ему очень понравилось и хочется повторить, а не думать о последствиях, упуская такой шанс. Когда еще сам Арсений Попов будет скидывать ему добровольно свои нюдсы? Ars 11:10 Задача принята, постараюсь уложиться в сроки.

Anon 11:10 Будьте так любезны, Арсений.

Отправив это сообщение, Антон про себя ухмыльнулся. Провел наспех взглядом по комнате, чтобы проверить остальных ребят и удостовериться, что все так же заняты бесполезным залипанием в своих телефонах. Один только Стас с недовольным лицом печатал что-то в ноутбуке, видимо, расписывая принятые на собрании решения по поводу команд. Ars 11:11 Зачем заводить меня на работе? У тебя фетиш? Шастун сглатывает и аккуратно поднимает взгляд на брюнета — по его виду точно не скажешь, что он заводится. Либо слишком хороший актер, либо для него такие переписки уже как норма. Антон даже не знает, во что он верит больше. — Шаст, пошли курить, — внезапно подает голос Дима, вставая с кресла и кивком указывая на дверь. Антон тут же спохватывается и тянется за курткой, что висит за Арсением. На секунду их взгляды сталкиваются, и шатен готов поклясться, что тот явно дернулся при приближении к нему. Приятно знать, что Антон не один так парится за конфиденциальность их переписки. Уже выйдя на улицу и затягиваясь сигаретой, Шастун спокойно печатает ответ, параллельно пытаясь вслушаться в слова Димы на фоне.

Anon 11:14 Мне понравился твой настрой в прошлый раз, хоть это было и не в туалете)

Ars 11:15 Меня тогда чудом не спалили. Как бы я оправдывался перед своим секси-коллегой? Антону нравится собственное упоминание в диалоге. А особая кличка приятно тешит самолюбие. Шастун не замечает, как улыбается в телефон, печатая ответ.

Anon 11:16 Сказал бы, что встал на него. Ну и извинился бы, конечно)

— Ты заебал, сколько можно, — вскипает рядом стоящий Дима, который уже несколько раз повторил последнюю фразу, чтобы друг наконец отреагировал. — Да-да, все, прости, — Антон делает очередную затяжку и параллельно убирает телефон в карман, чувствуя вибрацию ответного сообщения от Арсения. Прочесть хочется безумно, но если он еще раз залезет в телефон перед другом, тот обязательно будет подъебывать его весь оставшийся день, а припоминать еще ближайшие лет десять. Знаем, плавали. Они продолжают свой разговор спокойно, обсуждая семью Позова и достижения Савины. Антон с интересом и восторгом слушает истории друга, а в глазах загорается неприкрытое восхищение. — Блин, тебе бы тоже уже детей завести, Тох, — как-то невесело улыбаясь, проговаривает Дима, — что у вас там с Ирой? Все так же? — Да, ты же знаешь, — улыбка с лица Антона стирается, и голос наполняется неподдельной усталостью, — мы живем как соседи. Ничего не изменилось. Дима был один из немногих, кому Антон доверял подробности личной жизни и кто был в силах дать другу дельный совет. Когда в их отношениях с Ирой настал «сложный период», Дима узнал об этом первым. Вернее, заметил. Сначала пытался приободрить, рассказывал, что все пары через это проходят, однако со временем понял, что парой, как таковой, они толком и не были. Скорее, они были друзьями, у которых есть общие интересы и одна больная привычка на двоих — быть хоть с кем-то в отношениях, чтобы не быть одному. Ведь быть одиноким, если ты Шастун, непозволительно. А при нынешних раскладах все оставались довольны: Антону — редкий секс, домашняя еда и хорошая компания на вечер, Ире — стабильность и возможность построить свою карьеру. Перекинувшись еще парой фраз, парни зашли обратно в офис, и Антон на ходу достал телефон, чтобы наконец прочитать последнее сообщение от Арсения. Ars 11:18 На этой ноте я бы пошел в ближайший цветочный за букетом на могилу наших дружеских взаимоотношений) Антон улыбается в экран, пока внутри разливается тепло от осознания, что Арс точно так же дорожит их взаимоотношениями, как и он сам. Даже несмотря на свою симпатию. Шастун заходит в комнату вслед за Димой, бросая взгляд на расслабленно сидящего в кресле Арсения, а в голове вырисовывается странная идея, которую по-хорошему нужно было выжечь еще на этапе ее зарождения, но эмоции сейчас слишком опьяняют разум, напрочь лишая способности здраво мыслить. — Пацаны, — энергично обращается Антон ко всем присутствующим, украдкой вылавливая пронзительный взгляд голубых глаз из общей массы, — а погнали сегодня в бар?