Дьявол в деталях

Беседа с матерью и подружками Кайлы Эллис не дала следствию ничего существенно нового. Хуже того. На осторожный намёк Джей-Джей о сексуальных предпочтениях Кайлы, мать убитой девушки устроила скандал, требуя прекратить порочить её дочь и найти уже ублюдка, кто забрал жизнь её девочки. Подружки оказались много спокойнее и сообщили, что постоянного партнёра у Кайлы не имелось. Раскованная и общительная, она экспериментировала и постоянно искала новых ощущений. "Роскошь" Кайла не особенно жаловала, но иногда заглядывала послушать, как играет на рояле и поёт Морнингстар. Кайле Эллис нравился голос владельца клуба, да и сам владелец, в общем, тоже, однако она не была знакома с ним лично и не стремилась к этому. - Давайте подытожим, - Хотч скрестил руки на груди. – Наш субъект белый мужчина в возрасте от двадцати пяти до тридцати лет. - Он обаятелен общителен и легко вступает в контакт, - подхватил Морган. – Живёт в своих фантазиях, но не оторван от реальности. Он из полной, но вряд ли счастливой семьи. - Убивает на улицах. Значит, либо живёт в многоквартирном доме, либо общежитии. Или кто-то из родителей жив, и он живёт с ним, - добавил Рид. - Почему вы так думаете? – немедленно спросила Хлои. - На улицах серийные преступники, как правило, убивают жертв высокой категории риска – проституток, бездомных, - пояснил Росси. – Все жертвы нашего субъекта относятся к категории низкого риска. В целом, не проблемные молодые женщины. Не стоит верить триллерам и криминальным шоу, детектив. Женщины, вроде наших жертв, чаще подвергаются ограблениям и попыткам изнасилования. - Верно, - Хотч кивнул, соглашаясь со словами коллеги. – Однако неизвестный убивает на улице, значит, у него нет места, где он мог бы уединиться с жертвой. - И тем не менее, он уединяется с ними в клубе, - вернул слово Морган. – Он проводит с жертвами какое-то время. Однако он их не запугивает и не удерживает угрозами. Жертвы не видят в нём опасности. - И поэтому мы думаем, что субъект выглядит заурядно. Он не выделяется внешне, - добавила Джей-Джей. – Воспитанный и с лёгкостью может найти подход к человеку. - Нечто в "Роскоши" вызвало у него сильнейший стресс, что и привело неизвестного к срыву, - вдумчиво проронил Хотчнер. – Он жаждет уничтожить клуб, однако пресса молчит, и неизвестный не пытался выйти на контакт с журналистами. Мы полагаем: две последние жертвы – попытка установить контакт с Люцифером, которого я на днях попросил не пить в участке! Все дружно уставились на Морнингстара, попытавшегося втихаря сделать глоток виски из фляжки. Чертыхнувшись, он убрал алкоголь и демонстративно обиделся. - А в чём суть этого контакта? – с любопытством поинтересовалась Хлои, вновь напомнив себе вызнать у агента, как тот умудряется призывать Люцифера к порядку, и, вот чудо! его слушаются. – Ни записки, ни подписи. - Орудие преступления его подпись, и подпись весьма характерная, - ответил Рид. – Последними жертвами неизвестный открыто намекает, что люди в окружении Люцифера в опасности. А Эллис он демонстративно убил почти рядом с клубом. Такое поведение говорит о том, что неизвестный осмелел и перешёл к сути своей фантазии. - Этот жест можно также трактовать как… - начал было Росси, когда Джей-Джей громко испуганно охнула: - Субъект убил любовницу мисс Смит! – и в панике посмотрела на Хотча. - Вы полагаете, он захочет убить агента Хотчнера? – Хлои широко распахнула глаза. - Не волнуйтесь, детектив. Никто Хмурого не убьёт, - прекратив дуться, с улыбкой заверил её Люцифер. – По-крайней мере, не наш негодяй. Я не готов расстаться с Мейз. - Причём здесь твоя барменша? – недоумённо нахмурился Морган, тщетно силясь найти логику в смелом заявлении. - Да всё просто, агент Завистник: если Хмурого убьют, он попадёт в Ад, а я вчера имел неосторожность подарить Мейз его душу, - чуть обеспокоенно ответил Люцифер. – Узнав, что Хмурый умер, она рванёт за ним! Наверняка попросит Аменадиила помочь. А я не готов с ней расстаться! - Люцифер, прекращай свои бредни! – рявкнула Хлои. - Почему вы решили, будто Хотч непременно попадёт в ад? – с удивлением спросила Джей-Джей. – Он хороший человек. - И кто такой Амена… - Морган запнулся и мысленно выругался в адрес родителей, дающих своим отпрыскам вычурные имена. - Согласно Библии, Аменадиил – ангел, - немедленно встрял всезнайка Спенсер. - Аменадиил мой брат, агент Завистник, - великодушно бросил Моргану Люцифер, обернулся к Дженнифер и расплылся в довольной соблазнительной улыбке. – Моя очаровательная фея: тщеславие, гнев, чревоугодие и блуд. И это я лишь смертные грехи перечислил. Даже любопытно, сумеет ли Хмурый собрать всю семёрку? Это непростое достижение, поверьте на слово, моя обворожительная. А уж если Хмурый кого-нибудь убил… - Самооборона… - робко попытался Рид. - Агент Дитя, мой отец чётко обозначил правила. Номер шесть, если я правильно помню. И ему без разницы – убил Хмурый защищаясь или зверского убийцу, или того маленького человека, которого детектив называет "дочь". Убийство есть убийство, - наставительно объяснил Люцифер. – К тому же, Хмурый спит с демоном. Для папы такое поведение – последний гвоздь в крышку гроба. - Но ведь всегда можно раскаяться, - обескуражено проронил Росси, слишком изумлённый словами Морнингстара, чтобы свести всё к шутке. - Раскаяться, агент Писатель, означает простое признание вины. За раскаянием следует наказание. А Ад это и есть наказание. Чтобы его избежать нужно нечто посерьёзнее простого раскаяния. Например, стать святым. Настоящим. Лечение наложением рук, демонстрация снизошедшей благодати небесной; мученическая смерть не обязательна, но приветствуется, - продолжая самодовольно улыбаться, разбил его доводы Люцифер. - Боже!.. – простонала Хлои и спрятала лицо в ладони. - Ладно, в свободное время можем обсудить мою грядущую непростую загробную жизнь, - холодным тоном прервал беседу Хотч. – Пока я жив, предлагаю продолжить разработку профиля и попытаться понять, что движет неизвестным. - Но нельзя сбрасывать со счетов предположение Джей-Джей, - напомнил Морган. – Подумаешь об охране? - Не вижу в ней необходимости. Нападать днём он не рискнёт, - справедливо рассудил Хотч. - А ночью Мейз его ни на шаг от себя не отпускает, - подхватил Люцифер. – Надёжнее охраны не сыскать… Однако к вящему всеобщему неудовольствию идей, что именно вынуждает преступника убивать, не нашлось. Ни одна версия не выдерживала критики и не объясняла всё. Агентам казалось, будто долгожданная зацепка близко. Только руку протяни. И она-то как раз ускользала, как болотный огонёк. Как нужное слово, что вертится на языке, а вспомнить не получается. Никак не связанные меж собой молодые женщины. Один клуб, и призрак неизвестного убийцы. Если он хочет убить Морнингстара, отчего до сих пор не попытался? Почему не нападает на Мейзикин, Хотчнер своим коллегам объяснил, а Рид и Люцифер подтвердили его слова. Если же дело только и исключительно в клубе, для чего переходить на личности. Или он считает клуб и его владельца единым целым? Первой сдалась Хлои, сказав, что должна забрать дочь из школы. Спустя ещё минут сорок, Люцифер объявил, что "Роскошь" требует внимания и безаппеляционно бухнул, что подумать хмурый агент может и вне стен участка. Вы же не хотите, дамы и господа, чтобы Мейз заявилась и утащила ваше начальство в кандалах? Ведь не хотите же? А она непременно так и поступит, уж поверьте. Радуйтесь, что она вообще его куда-то отпускает. Впрочем, никто особенно не возражал. Всё равно здравых и рациональных идей нет. Отдохнём, выспимся. На свежую голову, глядишь, забредёт стоящая мысль. С тем агенты и разошлись – Хотчнер ушёл с Морнингстаром, а остальные в отель. И все искренне надеялись, что неизвестный убийца тоже отправился на боковую, а не на поиск очередной жертвы. Припарковав свой "Корвет" на стоянке клуба, Люцифер придержал Хотчнера, несколько минут колебался и, наконец, решившись, полез в карман. - Знаешь, что это, Хмурый? – над его раскрытой ладонью в воздухе закружилась большая монета. - Как ты это делаешь? – с детской непосредственностью восхитился Хотч. - Неважно, - Люцифер ухватил монету указательным и средним пальцами и протянул агенту. Монета оказалась внезапно увесистой. На одной стороне выбит рисунок распятия, вписанного в треугольник. На другой – перевёрнутая пентаграмма с головой козла. И на обеих сторонах надписи на латыни. - Что здесь написано? - На той, где распятие: "В Боге, которому мы доверяем", и суть Троицы – Отец, Сын и Святой Дух. А на той, где пентаграмма: "В Боге мы прокляты", и пять моих имён. Ты не знал, Хмурый? У меня много имён, - со всей серьёзностью сказал Люцифер. – Это моя монета. Монета Дьявола! Жетон адского метрополитена. Видишь ли, Хмурый, когда я покинул Ад, я оставил себе пару-тройку лазеек, на случай, если бы я надумал вернуться. С помощью Троцкой монеты можно попасть в Ад, - он выдержал паузу, - или вернуться из него. Пусть побудет у тебя. На всякий случай. Как вы, людишки говорите: "Бережёного Бог бережёт". Тебя бережёт сам Дьявол. Лишний повод потешить твоё тщеславие. Поймаешь негодяя – вернёшь монету. Я не готов расстаться с Мейзикин. Она находит тебя занятным. Да и я тоже. Как ты это делаешь? - Делаю что? – не понял Хотч, разумеется, не поверивший ни единому слову. Ну, может, лишь переводу надписей. - Почему с тобой не срабатывает моё дьявольское обаяние? Тебя мой отец послал? Но ты определённо не ангел! Детектив тоже так умеет, но отказывается рассказать. Я хочу понять, что с вами обоими не так. - Кто сказал, что оно не срабатывает? Вопрос поставил Люцифера в тупик. То есть, его дар божий работает и одновременно не работает? Но так не бывает! - Я далёк от мысли считать себя ангелом. И не хочу заниматься с тобой сексом, потому что не хочу, а не потому что ты мне не нравишься, - невозмутимо рассуждал Хотч. – Что до моего желания… Ты его всё равно не исполнишь. Никто не исполнит – ни ты, ни бог, ни дьявол. Так к чему напрасно тратить слова? - Оу, что же это за желание такое? – донельзя заинтригованный Люцифер пристально смотрел в глаза человеку. – Если всё работает, расскажи мне о нём. Чего ты желаешь на самом деле? Хотч положил монету на торпедо, вынул телефон и показал Морнингстару снимок – светловолосый мальчик лет семи. - И? - Его зовут Джек… - Я всё понимаю и много чего насмотрелся, но чтобы ты… Я был о тебе лучшего мнения, Хмурый, - с брезгливым упрёком качнул головой Люцифер. - Ещё слово, и я тебе зубы выбью, - ледяным тоном прервал его Хотч. В тёмных глазах его вспыхнули огоньки ярости. – Джек мой сын. Его мать погибла. И моё заветное желание – повернуть время вспять, и если уж не исправить свои ошибки, то хотя бы успеть спасти мать моего сына. Успеть остановить того, кто убил её. Ты можешь вернуть меня в прошлое? – ошарашенный рассказом Люцифер не нашёлся, что сказать. – Я так и думал. Они немного помолчали. - Значит, ты отец. И у тебя есть сын, - закурив, негромко проронил Люцифер. – Очевидно, твоя гордость и надежда. Но что, если бы он восстал против тебя? Чтобы ты с ним сделал? - Для начала я бы постарался найти причину. Дети не бунтуют без причины. Чаще всего это вина родителей – много контроля, давления или напротив безразличие. Я бы поговорил с Джеком, попытался бы понять и, по возможности, исправить ситуацию. Ничего бы я с ним не сделал. Он ведь мой сын, и я буду любить его, невзирая ни на что, - также негромко ответил Хотч. - Иди к Мейз, Хмурый, пока она, правда, не взялась за кандалы, - мягко попросил Люцифер и предупредил: - Не потеряй монету… Оставшись в одиночестве, он задумчиво смотрел перед собой, снова и снова прокручивая в мыслях слова человека. В том, что смертный говорил правду, Люцифер не сомневался. Недаром же Дьявола прозвали "Отец лжи". Он остро чувствовал ложь и фальшь, но в его разговоре с человеком не нашлось места ни тому, ни другому. Люцифер размышлял о словах смертного, ощущая, как из глубины его сущности рвутся наружу тоска и гнев. Он восстал против отца и пал, низвергнутый Богом в Ад. Обречённый на вечные проклятия и обвинения. И никто, даже мать не вступились за него! Прошло много тысяч лет, но и теперь ему твердили, будто Ад законное его место. А глупая Линда посмела предположить, что его низвержение – дар его отца. Бред какой-то! Жаль, он не мог поставить её в своё положение. Хотя бы на час. И потом с удовольствием послушал бы рассуждения о "даре". Вечно проклятый, без права на помилование или хотя бы снисхождение. Окончательно разозлившись, он поднялся в пентхаус, налил себе выпить, закурил и вышел на балкон. Косматые тучи висели угрожающе низко, точно собирались обрушиться на землю всей тяжестью. - Ты его слышал? – запрокинув голову, в ярости крикнул Люцифер в угрюмые небеса. – Слышал?! Этот жалкий ничтожный смертный милосерднее тебя, Милосердного! Его сын имеет то, чего ты лишил меня – любви отца! И кто из нас гордец?! Небо предсказуемо не ответило. Размерами постель Мейзикин скорее напоминала поле для мини-футбола. Тем не менее, увлёкшись, любовники умудрились несколько раз грохнуться на пол, что не мешало. Скорее забавляло. - Мне стоит поблагодарить за вчерашнее, - отдышавшись, хрипло сказал Хотч. – Теперь я думаю, что дыба, возможно, не так уж плоха. Если не увлекаться. - Ты второй раз благодаришь за пытку, - Мейз развратно улыбнулась и слегка прихватила зубами его шею. - Может, мне это было нужно, - Хотч с удовольствием пропустил сквозь пальцы пряди её волос. И в самом деле! Вчера она вытащила его, разомлевшего из джакузи, и Аарону показалось, будто он попался в плен очень, очень опытному инквизитору или, говоря современным языком, врачу ортопеду. В какой-то момент, у него мелькнула предательская мысль, что Мейзикин переломает ему кости. Или шею свернёт. Хруст позвонков и суставов звучал зловеще. А потом он в прямом смысле вырубился. Однако когда Мейз растолкала его в пятом часу утра, у Хотча сложилось впечатление, точно он побывал на курорте. Ничего не болело. Усталость как рукой сняло! Давненько он не чувствовал себя таким отдохнувшим и бодрым, чем Мейз, естественно, не преминула воспользоваться. - Запомню на будущее, - пообещала она, и Хотч взгрустнул. - Мы поймаем убийцу, Мейзикин, и сказка моя кончится. - Ненадолго прервётся. Люцифер обещал мне твою душу, - острые ноготки игриво царапнули его по груди. – Максимум лет сорок, и ты мой. Навечно! Пролетят – не заметишь. - Будешь поддерживать огонёк под моей сковородкой? – шутливо с улыбкой поддел он. - Нет, Аарон. Твои грехи и раскаяние за них – пытка. Чем сильнее грех, чем глубже вина, тем болезненнее. И теперь ты пытаешься болтать со мной. Я накажу тебя за это, - жарко и похотливо прошептала ему на ухо Мейз. – Вернёмся в постель? - Чтобы снова с неё упасть? – он притянул её к себе. – Мне и здесь неплохо… На сей раз Мейз остановила выбор на круассанах. Судя по аромату, с яблоками и корицей. Что любопытно, смертный почти перестал сопротивляться. Должно быть, окончательно смирился. Или есть хотел. Люцифер отстранённо подумал: что Мейз придумает, когда идеи для завтрака исчерпаются? Впрочем, в мире смертных полным-полно самой разной кухни. Чревоугодники! Вопреки папиным стараниям, жадные и недоверчивые. Кто его знает, что там будет после смерти. Нужно брать от жизни всё! А там, глядишь, покаешься, исполнишь епитимью и снова чист, аки младенец. Наивные! Чтобы до Бога молитвы дошли, необходимо искренне верить, а таковых человечков по пальцам пересчитать. Даже в Ватикане. Поправка: тем более в Ватикане! И ведь всё равно надеются. Грешат и каются. Каются и снова грешат. И надеются. Наивные… - Доброе утро, Люцифер. И оно, похоже, действительно доброе, - делая глоток кофе, бодро поприветствовал Хотч. – Я, кажется, знаю, кем является наш неизвестный. По-моему, тут орудует "ангел смерти". Услыхав уверенное заявление человека, Мейзикин посерела, издала горлом непонятный звук, выронила круассан: - Азраэль на Земле? – и широко распахнула глаза. - Неувязка, Хмурый, - напряжённым тоном сказал Люцифер. – Ты вчера уверял, что негодяй – мужчина, - заметил недоумение Хотча и пояснил: - Ангел смерти – Азраэль – моя сестра. Повисла короткая пауза взаимного недопонимания, затем Хотч стянул с тарелки круассан и с укоризной взглянул на Морнингстара: - Это сложно, Люцифер, и мне искренне жаль, но мир не вращается вокруг тебя и твоей семьи. Рано или поздно ты бы узнал об этом. Прости. И, к слову, Санта Клауса не существует. Ты уж извини меня за жестокость, - было заметно, что агент в шаге от того, чтобы расхохотаться и с трудом сдерживает эмоции. - Пошёл ты!.. - "Ангел смерти" – название определённого типа серийных убийц, - довольный реакцией на шутку, пояснил Хотч. – И наш неизвестный так называемый "сострадательный" ангел. Я всё думал о твоих с Мейзикин разговорах про ад и воздаяние за грехи. Сострадательный убийца считает, будто его жертвы страдают, а он помогает им избавиться от мучений. - Убивая их? – Мейзикин изогнула бровь. – В этом нет смысла! Ведь если его жертвы грешны, после смерти они попадут в Ад, и вот тогда начнутся подлинные страдания. - Для него есть. Более того, он уверен, что выполняет миссию, и его цель благородна, - Хотч достал телефон. – Даже когда его арестуют, он будет убеждать всех вокруг, что не совершил ничего дурного. Доброе утро, Гарсия, - поздоровался он с аналитиком. - И вам доброе утро, мой капитан, - немного сонно отозвалась Пенелопа. – Что искать? - Ничего. Можешь организовать конференц связь? Телефонную. - Сию минуту, сэр, - звонко ответила она. Аарон включил динамик. Пара гудков и - Утро, Хотч. Я и детектив Деккер уже в участке, - деловито уведомил Морган. - Позови её и включи динамик. - Привет, Хотч, - зазвенел голос Джей-Джей. – Американо с сахаром и сливками, - сказала она кому-то. - Доброе утро, моя прелестная фея, - опередил Хотчнера мгновенно просиявший Люцифер. - Ой! - Привет, Хотч, - сонный голос Рида вяло добавил: - Двойной эспрессо, пожалуйста. - Доброе утро, Аарон, - к сонму голосов присоединился Росси, разбавив приветствие брякотком чашки о блюдце. - Я попросил Гарсию организовать конференц связь. Всем всех слышно? – уточнил Хотчнер, получил нестройный утвердительный ответ и изложил свою теорию. - Звучит притянуто, - выслушав, пробасил Морган. - Но логично и убедительно, - возразил Росси. – Счёт, пожалуйста. - Мы кое-что забыли, - встрял Рид. – В христианской традиции Люцифер – падший ангел и король Ада… - Я знаю, кто я, агент Дитя. И не делаю из этого тайны, - высокомерно прервал Спенсера Морнингстар. - Будь любезен, не встревай! – потребовал от него Хотч. – Продолжай, Рид. - Так вот, твоя версия прекрасно согласуется и с клубом, и с его владельцем. Если взять её за основу, то в глазах субъекта "Роскошь" просто филиал ада на Земле, - потягивая кофе, тараторил взбодрившийся Спенсер. – Только представьте: переполненный грехами клуб, который принадлежит мало того что человеку по имени Люцифер, так ещё и с фамилией Морнингстар… - Что не так с фамилией? – в недоумении спросила Хлои. - И мне интересно, - насмешливо поддержал её Люцифер. - Морнингстар одно из имён Дьявола, хоть и не все богословы и теологи с этим согласны. Они упирают на факт, что при трактовке книги пророка Исайи произошла путаница, и утренней звездой в стихе назван не дьявол, а… - Вавилонский царь, агент Дитя, - вновь вклинился в монолог Люцифер, изрядно удивив всех своими познаниями. – Ерунда полная. Мои братья и сёстры с подачи отца, не иначе, слух распустили. Всё потому, что я, как бы папе не хотелось обратного, остаюсь ангелом. Мама называла меня "Утренней звездой". - Ещё слово, Люцифер, и я сверну разговор и продолжу его в участке. Без тебя, - строго цыкнул Аарон. – Я и так нарушаю правила, допуская тебя к следствию, и смотрю сквозь пальцы на конфликт интересов. Помалкивай! К чему ты клонишь, Рид? - К твоей теории с грехами. - Тогда и коса, как орудие убийства, объяснима. Спенс, светофор! – очевидно, кофе Рид и Джей-Джей пили вместе. – Если наш субъект – "ангел смерти ", то вспомните, смерть чаще всего изображают с косой. Люциферу немилосердно захотелось возразить, что его сестра ходит не с косой, а с клинком. Что европейцы попросту украли идею косы у египтян. Одно ворьё кругом! Жулики и плагиаторы! Никакой фантазии! Однако, покосившись на сосредоточенного Хотчнера, благоразумно промолчал. Слишком любопытно, до чего люди договорятся. В свою очередь молчащая Мейз долила Хотчу кофе и протянула ещё один круассан. Демонице тоже было интересно. - Возвращаясь к грехам, - под возмущённые автомобильные гудки вернул инициативу Рид. – Как правило, согрешив, люди переживают муки совести. И наш неизвестный думает, будто избавляет свои жертвы от этих мук. - Тогда ясно, почему он проводит с жертвами какое-то время, прежде чем убить, - задумчиво потянул Морган. – Пытается понять, насколько глубока боль раскаяния. - Если они раскаиваются, - поправила его Хлои. - Ему не важно, что они скажут, детектив. Привет! – поздоровался Росси. Джей-Джей и Рид поздоровались в ответ. – Субъект всё уже решил за жертвы. - Непонятно только, отчего он не контактировал с двумя последними девушками. Привет всем, - теперь здоровался Морган. Рид, Дженнифер и Росси дружно сбросили звонки. - Что если их боль была для неизвестного очевидной? – закинул удочку Дэвид. – Секс с Люцифером… Века не хватит замолить такой грех! - Я всё слышу. И мне, между прочим, обидно, - обиделся Морнингстар. В ответ Мейз лишь насмешливо фыркнула. - Мейзикин, а у тебя есть привычка говорить окружающим о себе, как о демоне? – вкрадчиво спросил Хотч. - Мне нечего скрывать. - Если неизвестный – ангел смерти, в его прошлом должна быть минимум ещё одна жертва, - напомнил Рид. – Та, с которой всё началось. - А если учитывать, что его цель – "Роскошь", эта жертва связана с клубом и Люцифером, - поддержал юного коллегу Морган. – Ставлю на разрыв отношений из-за Морнингстара. - Принимаю! – забыв о предупреждении Хотчнера, задиристо встрял Люцифер. - Наш субъект молодой мужчина, - Хотча осенило. – Что если он работал в клубе? Не работает, а работал. И внезапно, без внятного объяснения, уволился. - Объясняет его осведомлённость о видеонаблюдении, - осторожно вставила Хлои. - И тот момент, что он никогда не покупал напитки сам, - подхватила Джей-Джей. – Его бы узнали! Хотч, ты ещё в "Роскоши"? - Помощь нужна? – предложила Хлои. - Нет, детектив. Я возьму в помощники Мейзикин и Люцифера. - Но я не хочу копаться в бумагах! – состроив кислую мину, попытался протестовать Морнингстар. – Ведь тоска смертная! - Ты хочешь спасти свой клуб или нет? – холодно парировал Аарон. – К тому же, ты полицейский консультант. И копаться в бумагах часть работы. Мы разберём личные дела, я подключу Гарсию и перезвоню. - Пойду, наброшу халат, - Мейзикин изящно спрыгнула с барной стойки и, посмеиваясь над Дьяволом, удалилась. Когда звонок Хотча прервался, Хлои не выдержала: - Как агент Хотчнер это делает?! – и, заметив удивлённые взгляды федералов, пояснила: - Почему Люцифер его слушается? В чём секрет? - Нет никакого секрета, детектив Деккер, - флегматично ответил за всех Морган. – Слова Хотча не расходятся с делом. И Люцифер это понимает. Что Хотч исполнит угрозу, если не делать, как он говорит. Дипломатия Хотча имеет весьма чёткие границы, которые лучше не переступать. - И не проверять на прочность, - добавил Росси. - Себе дороже, - кивнув, подытожил Рид Выслушав, Хлои с тоской вздохнула. Её шанс поставить Люцифера на место, очевидно, давно упущен.