Школьные будни

      Понедельник после каникул. Утро у Александра началось не в семь, как обычно, а в половину седьмого. Парень выгладил себе рубашку и пиджак.       — Неужели Саша вспомнил, что у него есть пиджак! — язвил отец.       — Ещё бы галстук нашёл, цены бы тебе не было. А брюки не погладил. Что о нас люди подумают? — язвила и мать.       — Кому вы нужны… — проворчал Александр.       — Как ты с матерью разговариваешь? — отец всё услышал.       — Как вы со мной, так и я с вами, — продолжал огрызаться Александр. Съел пару бутербродов и пошёл одеваться.       — Надеюсь, хоть сегодня тебя не вызовут к директору, — продолжал отец. Как будто с утра встал с настроением поругаться с единственным сыном.       — Всё, пока, — Александр накидал учебников и тетрадей в сумку, накинул на плечи куртку и, сунув ноги в кеды, побежал в школу. Сегодня даже не опоздает на первый урок.       Первым была физика. Даже технари не любили, когда этот урок ставили с утра. В восемь утра не хочется решать задачи на равноускоренное движение. Хочется спать.       Одноклассники потихоньку приходили и рассаживались по своим местам. Александр, зайдя в кабинет, прищурился. Вспоминал, за какой партой сидит Ростислав. Наконец, вычислил нужную и занял место на первом варианте.       — Нихуя себе, Саша, ты пил вчера, что ли? — пришёл Владимир, сосед Ростислава по парте.       — В смысле? — Александр не понял наезда.       — Как бы тут моё место, если че, — Владимир скрестил руки перед собой, ожидая, что Александр немедленно встанет и уйдёт.       — От того, что ты переедешь на ближайший год с лишним вон туда, — Александр показал на свободное место за своей партой, — не сдохнешь. Так что, Вова, руки в ноги и пошёл отсюда. Ишь че, придумал мне тут. Ты всё равно с Ростиком не общаешься, так что ничего не теряешь, только выигрываешь.       — Не борзей, а, — одноклассник был настроен на дальнейшее выяснение отношений. Уже остальные пришедшие наблюдали за развязавшимся конфликтом.       — Давай, давай, пошёл, — Александр оттолкнул его от себя. И с лицом победителя расслаблено навалился на спинку стула. Хорошо было сидеть на среднем ряду, ничего не сказать.       — Ты пожалеешь, Саша, — слышалось ворчание с третьей парты первого ряда.       — Нахуй иди, угрожает он тут мне. Первый у директора стоять будешь, плакаться, — съязвил Александр.       Владимир слился, не в силах продолжать перепалку. Пытался отчаянно вникнуть в физику. Смерил взглядом Ростислава, который слышал большую часть разговора и ждал, когда все успокоятся, чтобы спокойно сесть за свою парту. Шумные выяснения отношений и лица одноклассников вгоняли того в ужас.       «Саша за меня заступился… Неожиданно…» — подумал Ростислав. Сел на своё место, не показав ни намёка на радость. Лицо не выражало никаких эмоций уже третий день. Стоит ли говорить, что остаток каникул парень провалялся в дикой апатии и постоянном ожидании чего-то ужасного? Хотелось просто пережить этот день. И чтобы ничего не случилось.       — Доброе утро, — Александр чуть улыбнулся. Хотел показаться доброжелательным и не спугнуть Ростислава.       — П-привет… — неловко ответил Ростислав. Достал свои тетради и учебники, аккуратно сложил на краю парты. И стал вертеть карандаш в руках. Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей в голове.       Александр наблюдал за его действиями краем глаза. Нервничает Ростислав, но никогда об этом напрямую не скажет. А как спросить о его состоянии, чтобы он не надумал лишнего, Александр не знал. Но твёрдо для себя решил, что никому из одноклассников сегодня не позволит и слово поперёк сказать. Кто-то же должен защитить человека, когда все ополчились на него как на дикого зверя.       — Рада вас всех видеть после каникул, — пришла и физичка. Звонок на урок опять подали с опозданием. — Давайте отметим, кого нет.       Десятиклассники неохотно откликались, когда учительница называла их фамилии. Дошла и очередь до Александра. Его физичка потеряла, привыкла видеть на ряду перед собой.       — Я здесь! — Александр поднял руку и помахал, чтобы физичка его заметила.       — Хорошо, отметила, — учительница кивнула и продолжила заполнять список. Дошла и до Ростислава. Ещё раз убедилась, что они с Александром теперь сидят за одной партой. — О, так вы вдвоём теперь сидите. Славно. Умные люди должны держаться друг за дружку.       Кто-то хихикнул. Кажется, Евгений. Вечно искал какой-то второй смысл в любой фразе.       — Цыц! — Александр погрозил ему кулаком.       — Ладно, мальчики, не надо убийств на моем уроке, все убийства после уроков. У нас сегодня сложная тема, так что напрягаемся и включаемся в работу.

***

      Семь уроков тянулись как жвачка. Ещё и классный час в конце поставили. Дурацкое расписание. Дурацкий день.       Сегодня было жизненно необходимо обсудить план мероприятий до нового года и поговорить об оценках. В десятом классе оценки ставили за полугодия, поэтому классная отчитывала людей со средним баллом ниже трёх с половиной, внушала людям с четвёрками, что надо стремиться к пятёрке, а отличников просто снова расхваливала до изнеможения.       — Так, у нас Всерос тут планируется, быстро отметились в списке, что собираетесь писать, — учительница пустила по рядам список класса, где нужно было отметить галочками предметы, по которым хотелось попробовать свои силы на олимпиаде.       Кто-то отмечал нужные для себя предметы, кто-то отмечал сразу все, чтобы прогулять уроки, кто-то неохотно под уговоры классной отмечал одну галочку напротив русского языка, будто бы это самый простой предмет.       Листок дошёл до парты отличников. Александр уверенно отметил физику и информатику. Ростислав, не глядя, отметил физику и математику. Список пошёл дальше и вернулся на стол к классной.       — У-у-у, какие все амбициозные, — она пробежалась оценивающим взглядом по списку. — Ростислав, а чего только физика и математика? Хорошо ведь учишься, много знаешь, можно и русский с литературой хапнуть, там и историю. Чего таланту зря пропадать? — хихикнула она.       Но эта шутка была последней каплей для Ростислава. Его уже трясло от этого бесконечного лицемерия со стороны учителей. Каждый считал своим долгом отметить его отличную учёбу и сравнить его со всем остальным классом, явно не в пользу последних.       — А то я не человек, наверное, и заняться мне больше нечем. Так, машина по получению исключительно отличных результатов, — несвойственным для себя громким голосом произнёс Ростислав. Встал из-за стола, со всей силы швырнул задачник по физике, по которому доделывал домашнее задание. И вышел из класса, громко хлопнув дверью.       10 А замер в удивлении. Странное поведение для самого тихого человека в классе.       — Я даже не знал, что он такой, — шепнул кто-то из впереди сидящих своему соседу по парте.       — Ладно, успокоится и вернётся. А мы возвращаемся к вашим оценкам. Чтобы исправили свои тройки к декабрю! — классная решила перевести тему. Теперь стала называть людей по списку и публично оглашать, по каким предметам у них плохая успеваемость.       «Ты ж сука, а если он сделает что-нибудь с собой?!» — тихо возмутился Александр, подбирая задачник с пола. И, не спрашивая разрешения, вышел из класса. Искать Ростислава по этой необъятной школе с кучей коридоров.       — Отличники ушли, не будут краснеть за вас. Продолжаем разбор полётов, — классная стала ещё фанатичнее листать журнал. Словно ничего сейчас не происходило. Вообще ничего. Будто нервные срывы у учащихся — вполне нормальная вещь.

***

      «Чтобы найти Ростика, нужно думать, как Ростик. Куда вот мог уйти тихоня, которого обидели публично? Где здесь самое тихое место?» — рассуждал Александр. Поднялся на последний этаж и решил начать свой поиск оттуда. Сходил в дальний угол с кабинетами английского. Пусто. Слышно было только, как третьеклассники во вторую смену изучают Past Simple. Ещё и завуч бродила, которая отчитывала Александра за форму не так давно.       — Ищешь очередную жертву, Саша? — с насмешкой спросила она.       — Друга ищу, — ответил Александр. А что, так и было по сути.       — Стал одеваться, наконец, как в школу, а не как в спортивный зал. Неужели исправляешься? — заметила завуч.       — Типа того, — кивнул Александр. И побежал дальше.       На втором этаже в старшем блоке было пусто. Пятиклассники репетировали какой-то номер в актовом зале, что было слышно из-за приоткрытой двери. Информатички пили чай в одном из компьютерных классов. «Надо бы осчастливить свою и сказать, что буду писать олимпиаду по программированию», — подумал Александр, пройдя мимо кабинета. И пошёл дальше. В коридоре у учительской столкнулся с ещё одним завучем. Снова тот же разговор про то, что он изменяется в лучшую сторону. Александру это нисколько не льстило. Люди просто говорят факты. Вот когда бедные младшеклассники перестанут огребать за косые взгляды в сторону компашки Александра, тогда точно весь педсовет охренеет.       Ещё один тихий коридор. Здесь были музыкальные классы. Но занятия тут обычно бывали с утра. А во второй половине дня — тишина, даже инструменты никто не настраивал. Здесь же был вечно не работающий медпункт. И школьный психолог обитала неподалёку. А ещё здесь была библиотека. Александр первым делом заглянул в библиотеку. Но там не было никого, даже того, кто по долгу службы выдаёт книги на руки. Хмыкнув, десятиклассник пошёл дальше. И заметил знакомую фигуру у окна.       — Ростик!       Ростислав вздрогнул и повернулся в сторону Александра. Почему-то был искренне убеждён, что про него все забыли. Сидел себе на подоконнике и смотрел в окно на школьный двор. Ждал, когда все одноклассники уйдут, чтобы самому тоже уйти.       — Как ты? Всё… не очень хорошо, как я вижу, — поинтересовался Александр. Сел рядом.       Ростислав сжимал руки в кулаках. «Только не давать волю слезам, это стыдно», — думал он. Напряжение всё ещё гуляло по нервам. Даже капилляр в глазе лопнул, теперь проходил заметной красной ниточкой. Всё ещё трясло от злости. Ко всему прочему добавилось и чувство стыда за произошедшее. Почему-то казалось, что теперь будет раз в десять больше насмешек за неумение сдерживать эмоции.       — Это была её отвратительная шутка. И ты вполне нормально отреагировал. Ты не обязан поддерживать образ идеального паренька, который задротит в учёбу и весь такой послушный. Нашей классной, правда, этого не понять, всё в шутку переводит. Но ты хотя бы самому себе не ври. Сам же понимаешь, что всё это накапливается и потом ломает, — продолжал Александр. Откуда-то нашёл подходящие слова, чтобы говорить, пусть пока и получается монолог. Не зря все каникулы сидел с литературой.       Ростислав кивнул и закрыл лицо дрожащими руками. Не смог сдержать эмоций. Они разрывали изнутри. Строить из себя спокойного не получалось. Образ стремительно трещал по швам.       — Прости, пожалуйста, — прошептал Ростислав сквозь слёзы. Шумно вдохнул и выдохнул. — Мне стыдно…       — Чего ты стыдишься? Своих настоящих эмоций? Это глупо, Ростик… — Александр положил руку ему на плечо.       — Почему ты так хорошо ко мне относишься? Я этого не заслужил… — продолжал Ростислав.       — Ты мне не сделал ничего плохого, всё просто, — ответил Александр.       — А как же твои друзья? Они наверняка тебя ищут сейчас… Ещё и начнут из-за меня тебя гнобить… — Ростислав переживал, что Александра сделают таким же изгоем, как и его самого. Пытался перевести тему со своего состояния на что-то другое.       — Ну и пусть гнобят. Настоящие друзья так бы не поступили, — отмахнулся Александр. — Как мне тебе помочь? Ты просто такой… Я не знаю, как это сказать, чтобы ты не обиделся, просто не хочу, чтобы ты чувствовал себя одиноким, во.       Ростислав поднял взгляд на Александра. По щекам текли слёзы. Глаза раскраснелись. И весь вечер обязательно будет болеть голова. Ростислав не помнил, когда в последний раз плакал. Обычно ставил свои эмоции на второе место, чтобы никого не заставлять волноваться. А если напускное спокойствие и давало трещину, то это было только ночью. Подушка никому не расскажет, что ты ночами плачешь от бессилия. На людях свои эмоции показывать считалось чем-то запретным и стыдным. Так родители учили. Никому не интересно, как ты себя ощущаешь, поэтому успокойся и не ной.       — Просто не говори никому об этом. Я не вынесу ещё одного осуждения… — тихо попросил он.       Александр приобнял Ростислава. Кажется, слова поддержки не очень работают. Придётся прибегнуть к действиям.       — Никому не скажу. И если кто-то посмеет тебе что-то лишнее сказать, говори мне. На место поставлю, — ответил Александр.       — Спасибо за поддержку… — всё так же тихо поблагодарил Ростислав.       Посидели в тишине где-то, наверное, половину урока. Ростислав успокоился. Перестало трясти от злости. Больше не хотелось запустить в кого-нибудь книжкой.       — Пойдём в класс? Думаю, наши разошлись уже, — предложил Александр.       — Пойдём, — согласился Ростислав.       Не встретить завуча в школе невозможно. Снова те же женщины, которые хвалили Александра за возвращение к строгой одежде.       — О, 10 А. Чего не дома ещё? Саша, теперь Ростика в свою банду заманил? — хихикнула одна из них, заметив, что Александр держит Ростислава за руку.       — Конечно, как нет-то? Вот увидите, завтра же что-нибудь натворим вдвоём, — отшутился Александр в ответ.       — Смотри, не обижай Ростика, а то на учёт поставим, — погрозила вторая.       — Не дождётесь! — радостно продолжал Александр. Ростислав тихо краснел со стыда.       В классе и правда уже никого не было. Кроме классной руководительницы. Одноклассники, скорее всего, ушли как раз полчаса назад. Возможно, даже никто не ходит около школы.       — Ой, вернулись, что ли, — саркастично произнесла она. — Вам нужны распечатки оценок для родителей или обойдётесь?       — Нужны, — ответил за двоих Александр. — Мне точно нужна.       — Тогда держи. Завтра на уроки не опаздывать, проверка придёт! — классная вручила Александру ведомость с оценками. И выпроводила обоих десятиклассников из кабинета. Ростислав даже попрощаться не успел. Да и не хотел. Когда злился на людей, начинал холодно к ним относиться.       В раздевалке висело только две куртки. Точно одноклассники разбежались. Оно и к лучшему. Александр не хотел сегодня выяснять отношения ни с кем. Хотел мирно завершить этот день.       — О, сегодня дождя даже нет, — Ростислав глянул на ясное небо, когда они вышли из школы.       — Не люблю дождливую погоду, если честно. Настроение сразу портится. Лучше пусть будет солнышко, но при этом прохлада, — поддержал Александр.       — Согласен. Тоже не люблю дождь, вернее, не люблю, когда попадаю под него, — чуть усмехнулся Ростислав.       Александр увидел, что Ростислав уже улыбается, и сам тоже улыбнулся. Кажется, одноклассник уже не остерегается его. Хороший знак.       — Наверное, это самый дурацкий способ начать разговор, говорить о погоде, — вдруг задумался Ростислав.       — Говори о чём хочешь, мне приятно с тобой общаться, — ни с того, ни с сего ляпнул Александр. Сам же смутился от того, что сказал. Закрывал руками покрасневшие щёки.       Ростислав смутился тоже. Никто никогда не говорил ему подобного. А тут услышать что-то хорошее, да ещё от такого человека, как Александр. С ума сойти можно.       — Я тебе точно не навязываюсь? — на всякий случай уточнил Александр. — А то, может, хочешь избавиться от моей компании, но боишься сказать, мало ли, какие слухи обо мне в школе ходят…       — От компании одного тебя избавляться не хочу, хотя человек ты и непростой, как и все мы. Но от компании твоих друзей, которые кошмарят обычных людей по вечерам — уж извини, но избавился бы, да… — ответил Ростислав, на всякий случай оглядевшись по сторонам.       — Так они до тебя всё-таки добрались… — с ужасом осознал Александр, широко раскрыв глаза. — Извиняюсь за всех, я с ними обязательно поговорю. А то мне тоже было интересно, куда они направляются и без меня.       — Я думал, что это ты их подослал, — Ростислав тоже удивился, узнав, что Александр не причастен к событиям того вечера.       — Ты мне не сделал ничего плохого, чтобы я вот так вот с тобой общался, как они это делают. Если честно, мне с ними как-то тяжело в последнее время. На дружбу и не похоже, если кратко. Чистое прикрывательство виноватых моей персоной. «Это не они, их подставили, они были со мной, мы были в другом месте». Думаю, завучи уже не особо верят моим оправданиям, — продолжал Александр. Почему-то решил, что Ростислав — именно тот человек, которому можно доверить всё самое сокровенное.       — Ты с ними и правда какой-то другой человек. Попробуй только слово такому сказать, узнаешь, сколько костей в твоём теле, — нервно усмехнулся Ростислав. Кажется, то, что рассказал тренер по волейболу, вполне правдиво.       — Это да… — Александр снова смутился. Не думал, что выглядит таким грозным со стороны. — Но не такие мне друзья нужны были. Люди, которые поддерживают твои самые плохие привычки — разве друзья? Я думаю, что нет.       — А они хоть знают об этом? — поинтересовался Ростислав.       — Думаю, что им всё равно. Пока есть кто-то, кто вытащит из проблем, им хорошо. Об остальном можно и не думать, — махнул рукой Александр.       — А сам ты что думал по этому поводу?       — Знаешь, я много думал об этом на каникулах. И пришёл к выводу, что творить беспредел мне надоело. И хочу сменить компанию раздолбаев на компанию более приземлённых людей, которые не будут пользоваться мной, — Александр взглянул в глаза Ростиславу, чуть улыбнувшись.       — Это намёк? — прищурился Ростислав.       — Да, намёк. Будь моим другом, Ростик!