Chapter 4.
4 сентября 2022 г., 12:22
Примечания:
Приятного чтения!!!💜💜💜
На следующее утро Гермиону перехватила профессор Макгонагалл по дороге на занятия. Лили стрельнула в нее любопытным взглядом.
— Я займу тебе место в классе, — произнесла она перед тем, как уйти.
Грейнджер последовала за профессором Макгонагалл к ее кабинету, жалея, что не съела последнюю сосиску за завтраком, потому что начала чувствовать, как ее желудок переворачивается, от чего в ней поселился дискомфорт. У нее непреодолимое чувство, что это всё, что они связались с Академией Шармбатона и убедились, что она лжет, что выдает себя за другого человека и, без сомнения, состоит в союзе с Волдемортом и намеревается причинить вред Дамблдору.
— Присаживайтесь, мисс Грейнджер, — слова её декана отрывочны, а голос хладнокровен, но именно так она всегда разговаривала со студентами, и Гермиона не может сказать, ведёт ли она себя как обычно профессионально или злится, или даже рада, что именно она исключит Гермиону и выгонит из территории Хогвартса.
Гермиона благодарна за предложение присесть, потому что ее колени внезапно подкосились, а прочный стул как раз то, что ей нужно. Она положила руки на колени. Девушка не подозревала, что сжимала их, пока особенно сильно не выкрутила большой палец и внезапно не развела руки с болезненным вздохом.
Профессор Макгонагал бросила на нее суровый взгляд, но потом тоже села.
— Я боюсь сообщить Вам, что есть небольшая проблема с Вашим переводом.
— Да? — спросила Гермиона тихим голосом. Смеет ли она надеяться на лучшее теперь, когда профессор начала не с «Вы исключены»?
— Помимо полного отсутствия документов, подтверждающих Ваш уровень знаний в различных областях магии, необходимо обратить Ваше внимание на то, что ученики нашей школы сдают С.О.В. на пятом курсе, а не на шестом, как это принято в Вашей прежней школе. Директору Дамблдору не удалось связаться с Вашими бывшими профессорами и получить какие-либо сведения относительно Вашего уровня знаний. Поэтому факультет согласился, что вы должны будете сдать свои С.О.В., чтобы выбрать, какие предметы Вы будете сдавала на Ж.А.Б.А.. Я уверена, Вас не должно удивлять, что большинство профессоров не горят желанием принимать в свой класс студентку, уровень знаний которой по их предмету неизвестен. Экзаменаторам, конечно, разъяснят ситуацию, но степень их снисходительности будет полностью зависеть от них.
О, верно. Подождите. Что? Профессор Дамблдор не может связаться ни с одним из её старых профессоров? Мысли Гермионы закружились, пытаясь позволить ей полностью понять смысл того, что сказала ей профессор Макгонагалл. Конечно, если бы директор связался с Шармбатоном, они бы поспешили сообщить ему, что они никогда в жизни не слышали о Габриэль Грейнджер, не говоря уже о том, чтобы преподавать ей свои предметы.
— Исходя из сложившихся обстоятельств, Вы должны сдать экзамены как можно быстрее, чтобы не отставать от учебных программ. Ваше тестирование назначено на следующую неделю.
— Всего неделя на подготовку к С.О.В.? — выпалила Гермиона. — Это безумие!
— Я хорошо осведомлена о прискорбных обстоятельствах, но уверяю Вас, что, учитывая отсутствие сведений о Вас, сделанная уступка является более чем великодушной.
— У меня даже нет ни учебников, ни конспектов!
— Один из Ваших сокурсников поможет Вам. Лили Эванс — особенно одаренная ученица. Я уверена, что она с удовольствием поднатаскает Вас после уроков.
— Разве меня не освободят от занятий, пока я не сдам экзамены?
— Конечно, нет. Вы будете посещать занятия со студентами пятого курса, пока будете готовиться к экзаменам. Если Вы их провалите, мисс Грейнджер, боюсь, Вы будете вынуждены посещать пятый курс на постоянной основе.
— Вы имеете в виду, что меня оставят на второй год на пятом курсе!
— Ну, уверяю Вас, наши методы обучения очень отличаются от методов в Академии Шармбатон, Вы обнаружите, что это будет не то же самое, что «остаться на второй год».
Гермионе захотелось расплакаться. Она уже почувствовала, как напряжение расползлось по ее позвоночнику, просачиваясь в кости. В прошлый раз у нее был целый год, чтобы подготовиться к экзаменам, и она так и не смогла набрать высшие баллы по всем предметам! Как она может рассчитывать на успешную сдачу экзаменов, потратив на подготовку всего неделю? И снова проучиться на том же курсе целый год? Нет, эта мысль слишком ужасна, чтобы ее даже развивать. Даже если Гермиона не собирается долго оставаться в этом мире, она не может позволить себе провалить С.О.В. Ее чувство собственного достоинства не позволит.
— Теперь, — продолжила профессор Макгонагалл, — мы должны обсудить факультативы, на которые Вы хотели бы записаться.
***
— Подготовиться к С.О.В за неделю? Это безумие! — воскликнула Лили, когда Гермиона догнала ее после занятий. Будучи официальной ученицей пятого курса, Гермиона не чувствовала себя комфортно, вторгаясь в класс после того, как профессор Макгонагалл отпустила ее. Гермиона одарила ее горькой улыбкой. — Это то, что я сказала, но профессор Макгонагалл настаивала на том, что ни один профессор не примет меня в свой класс, если я не смогу доказать свой уровень знаний, — по крайней мере, теперь Гермиона знает, почему все профессора косо смотрели на нее в ее первый день. — Пока я не сдам экзамены, буду учиться на пятом курсе. Если я не сдам С.О.В., то останусь пятикурсницей на целый год. Лили схватила Гермиону за руку и остановила ее. — Этого не произойдет, Габриэль. У меня до сих пор хранятся все мои прошлогодние записи по каждому предмету. Какие факультативы ты выбрала? — Арифмантия, Древние руны и Уход за магическими существами. — Я не делала конспекты по Уходу за магическими существами, но думаю, их делал Римус. Я попрошу его посмотреть, сохранились ли у него его записи. Он хорошо учится, хотя тебе могла так не показаться, учитывая, что он тусуется с этими тремя головорезами. Не волнуйся, Габриэль. Мы пройдём это с тобой вместе, и тебе не придется оставаться на пятом курсе повторно. Гермиона улыбнулась Лили слабовато, но хладнокровие подруги помогло ей не паниковать. Гермиона знала, что она нелепа. Она уже сходит с ума из-за повторной сдачи С.О.В., хотя это последнее, о чем ей следовало беспокоиться. Если она сосредоточится на поиске пути домой, она полностью избежит повторной сдачи экзаменов. «Но что, если вернуться домой не так просто?» — подумала Грейнджер, направляясь в библиотеку на первую её подготовку к экзаменам. Они с Лили договорились встретиться там, пока Эванс сбегает за прошлогодними заметками. «Что, если ситуация продлится больше недели, и меня заставят вернуться на пятый курс, пока я буду исследовать путешествия во времени?» — эта мысль похожа на оживший ночной кошмар, и Гермиона знает, что, в каком бы затруднительном положении она ни находилась, заново учиться на том же курсе, даже если это другое время, для нее не вариант. И ничто не заставит ее провалить С.О.В.***
Первая неделя Гермионы в Хогвартсе пролетела незаметно. Она проводила каждую свободную минуту, когда была не в классе, за учебой: в Большом зале между перекусами, по пути в кабинеты, на переменах и до поздней ночи в общей комнате с Лили. Сейчас они сидели на диване у камина, и Лили задавала ей вопросы на разные темы. — Ты уже так много знаешь об этом! — воскликнула Лили. — Это впечатляет. Гермиона залилась краской. Она не из тех, кто отдыхает летом. Грейнджер прочитала учебники, необходимые ей для шестого курса, в которых резюмируется большая часть материала за пятый курс. Тем не менее, ее память не безгранична, и многие разделы этого курса она не помнит. — Несмотря на то, что наши С.О.В. сдаются на шестом курсе, у Шармбатона очень строгая учебная программа, — попыталась объяснить она. Гермиона удивлена тем, насколько записи Лили похожи на ее собственные; так мало изменилось за восемнадцать лет. Гермиона не уверена, рада она этому или же обеспокоена тем, что учебная программа Хогвартса застыла во времени. Как и было обещано, Лили попросила у Римуса его заметки с пятого курса по Уходу за магическими существами, которые он с радостью дал Гермионе, а в конечном итоге Люпин даже присоединялся к ней и Лили по ночам во время их учебных занятий, которые не раз превращались в теоретические дебаты по материалу, который они читали и быстро переходили в интеллектуальные беседы, которых у Гермионы никогда не было ни с одним студентом, не говоря уже о двух. Когда пошли слухи о том, что Гермиона готовится к сдаче С.О.В. всего через неделю, она стала кем-то вроде знаменитости. — Мы делаем ставки, — сказал ей однажды утром Джеймс, садясь напротив Гермионы во время завтрака, — на то, сдашь ты или нет, — кажется, он ужасно горд собой за то, что сказал ей это, и Гермиона задалась вопросом, были ли эти ставки его идеей или же Сириуса. Джеймс взял за привычку появляться рядом с Гермионой с тех пор, как Римус одолжил ей свои записи, как будто они внезапно стали друзьями через знакомство. Однако он появлялся только тогда, когда Лили не было рядом: когда она была либо на уроках, либо занималась обязанностями старосты. Гермиона не видела Джеймса и Лили вместе с тех пор, как прервала их разговор в свой первый день в Хогвартсе, но по тому количеству времени, которое Джеймс уделял ее мучениям, Гермиона поняла, что что-то происходит. Буквально вчера вечером Гермиона засыпала над своей тарелкой, когда что-то ударило ее по щеке. Это было что-то маленькое и твердое, отправленное с достаточной инерцией, чтобы вызвать жгучий эффект при ударе. Услышав, как Лили вскрикнула от боли, Гермиона поняла, что на нее тоже напали, как раз в тот момент, когда ее ударило еще одно маленькое нечто. Это были Джеймс и Сириус, скатывавшие маленькие шарики из пергаментной бумаги и использовавшие заклинание левитации, чтобы стрелять в других бумажными пулями. — Они всегда такие? — Гермиона захныкала, поднимая учебник, чтобы защитить лицо от нападения. У Лили был развернутый ею пергамент для защиты. — Боюсь, что так. Ты привыкнешь к этому. Когда стрельба стихла, Гермиона опустила учебник и бросила на двух мальчиков свой самый злобный взгляд. Такой взгляд хорошо работал на Роне и Гарри, когда они вели себя как незрелые мерзавцы, но Джеймс и Сириус были слишком заняты смехом над своими шалостями, чтобы обращать внимание на ее взгляд. Джеймс перевел на нее глаза в какой-то момент, ухмыляясь и подмигивая ей. Гермиона постепенно привыкла к присутствию Джеймса и перестала вздрагивать каждый раз, когда он внезапно приближался к ней, или нервничать, когда он с ней заводил разговор. Она понимала, что теперь не может избегать его, поэтому пыталась свести общение с ним к минимуму. Изо всех сил стараясь избегать его, она поняла, что он только больше становится заинтересован в том, чтобы выследить ее. Сириус и Питер — отдельная история. Гермиона не могла слишком долго смотреть на Сириуса, не чувствуя, как на нее накатывается безмерная скорбь, и всякий раз, когда она видела Питера рядом с ним (что бывало всегда), она одновременно наполнялась яростью и сильным желанием достать палочку, чтобы проклясть эту грязную крысу… Гермионе не привыкать справляться с этими противоречивыми эмоциями. Подавлять чувства из-за страха изменить прошлое — совсем другое дело. И поэтому Гермиона изо всех сил старалась избегать Сириуса любой ценой. Если она видела, что Римус машет ей рукой, когда рядом Сириус, она начинала бормотать короткое оправдание и бросалась в общежитие. Если Питер задавал ей вопрос во время еды, Гермиона резко отвечала ему и быстро задавала Лили гораздо более сложный вопрос о С.О.В., на который, как она знает, Питер не сможет ответить. Выходные для сдачи ее С.О.В. наступили и прошли, а на следующий день Гермиону вызвали в кабинет декана её факультета, чтобы она могла узнать результаты. Быстрое получение результатов было единственной уступкой, на которую согласились пойти экзаменаторы. Макгонагалл искренне поздравила ее и вручила ей свиток пергамента. Гермиона тут же разворнула его и ее охватывает прилив адреналина. Все П! Она еще раз перепроверила результаты. «Превосходно, — читала она, пока не дошла до того самого предмета и не смогла сдержать улыбку, гордясь собой, — Защита от темных искусств — Превосходно». Она показала результаты Лили, как только вернулась в гостиную, и Лили вскрикнула и заключила ее в объятия. — Римус, смотри! Она получила все Превосходно. Это… Превосходно! — Поздравляю, — усмехнулся Римус. Гермиона посмотрела туда, где несколько секунд назад стояли Джеймс и Сириус, но нашла угол пустым. Они вернулись через час с охапками сладостей, чипсов и… — Это огневиски? — воскликнула Лили, перебирая пакеты с едой. Уже поздно, и большинство гриффиндорцев уже легли спать. Те немногие, кто остался, начали ухмыляться и приближаться к добыче, которую принесли Джеймс и Сириус. — И Сливочное пиво? — спросила одна девушка, явно довольная. — Мы должны были устроить вечеринку в честь праздника, — воскликнул Джеймс. Он вытащил из сумки бокалы, которые, Гермиона уверена, они принесли с кухни, и наполнил их до краев сливочным пивом. — Тост, — произнес он, когда у всех в руках оказались бокалы. Он посмотрел на Гермиону. — Спасибо, — продолжил он, — за то, что сделала меня самым богатым человеком. Гермиона засмеялась и поняла, что покраснела. Она взглянула на Лили, которая выглядела покрасневшей, но потом Эванс сказала: — Он присваивает себе все заслуги, но на самом деле ему пришлось разделить счет на троих. Вскоре после первого бокала некоторые студенты пошли спать: это не вечер выходного дня, а вставать и так достаточно тяжело. Но шестеро из них не спали допоздна, празднуя. К черту ответственность. Гермиона не могла поверить, что уже провела неделю в этом времени. Она не могла поверить, насколько комфортно чувствовала себя рядом с Лили, Римусом и Джеймсом. Она не могла поверить, что до этого самого момента забыла, что ей каким-то образом нужно вернуться домой.
