Глава 8 - Первые сомнения
26 сентября 2022 г., 23:25
Первым, что ощутила Рене, как только подорвалась на постели, был холод. Пронизывающий до костей, сильнее, чем в самые морозные дни её мира. Изо рта вырвалось облачко белесого пара. Обнаженные руки покрылись мурашками. Всю комнату покрыло инеем. Пол застилал толстый слой пушистого снега. Рене подняла голову и увидела, как снежинки опускаются прямиком с потолка. Появляются из пустоты.
Потерев озябшие плечи, Рене спустилась с кровати и подбежала к окну. Стекло затянуло морозным узором. Рассмотреть двор Алфеи было невозможно. Тогда девушка направилась к двери. С каждой секундой её тело замерзало. Губы дрожали, ресницы стали белесыми от кристалликов льда. Веки потяжелели, начало клонить в сон. Спеша поскорее уйти, Рене схватилась за ручку двери, пихнула ту плечом и вылетела наружу. Только оказалась вовсе не в коридоре общих комнат. Это было нечто иное. Пещера, усыпанная снегом. С высокого потолка свисали покрытые ледяной коркой сталактиты. Каждый звук, даже собственное дыхание, эхом отражалось от черного камня и уносилось вглубь пещеры. Остаться незамеченным было невозможно.
Рене передумала идти вперед. Хотела вернуться, но вместо двери увидела лишь стену, залитую льдом. На гладкой поверхности девушка увидела своё искаженное отражение. Или не своё? Разве у неё когда-либо были платья, кроме того, которое арендовала Стелла? Нет, и уж точно ничего длинного, в розовато-фиолетовых тонах, которые Рене недолюбливала на ровне с привычкой выщипывать брови каждый день, или делать маникюр. Однако девушка в отражении повторяла за ней каждое движение. Наклон головы, взмах дрожащей от холода рукой. Высунула кончик языка, когда это сделала Рене, а затем так же улыбнулась. Сомнений не осталось, это было её отражение.
За спиной раздался звонкий хруст льда. Рене резко обернулась, сжала кулак, приготовившись защищаться новой магией. Вокруг руки завихрился легкий поток воздуха, отозвавшись на зов. Но позади не было ничего, кроме ледяных глыб. Огромных кусков замерзшей давным-давно воды. Почему-то Рене знала, что стояли они здесь не один год и даже не десять. Здоровенные, они скрывали в своей глубине нечто темное, почти недоступное взору.
Поборов страх, Рене подошла поближе. Обошла одну глыбу за другой. Там, глубоко внутри, застыло нечто опасное. Девушка кожей чувствовала угрозу. Не могла заставить себя прикоснуться ко глянцевой поверхности, несмотря на любопытство.
И тут Рене услышала голос. Знакомый до боли, он врезался в мысли и словно потянул за собой. Рене ощутила, как тело отрывается от земли, и её несет вперед. Мимо ледяных глыб, вглубь таинственной пещеры. Мелькают бесконечные повороты, тьма сменяется пронзительно ярким голубоватым светом. Пока очередной тоннель не обрывается. Вскрикнув, Рене падает вниз. Страх застревает в сердце острой иглой. Ощущение падения, жаркой волной по телу прокатывает паника. Ещё немного, и она разобьется! Внизу уже видно дно пещеры. Оно всё ближе и ближе. Рене вскидывает руки. Пытаясь защититься. Спастись.
Падение резко прекращается. Словно воздух превратился в мягкую подушку. Рене плюхнулась на неё, подпрыгнула и плавно опустилась на ноги. Коленки подогнулись, девушка едва не упала. Схватилась за грудь, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Тяжело дыша, Рене посмотрела наверх. От невероятной высоты закружилась голова. Стоило представить, во что могло превратиться её тело, как к горлу подпрыгивала тошнота.
Немного отдышавшись, Рене осмотрелась вокруг. В этой пещере всё было немного по-другому. Глыба была лишь одна. Стояла в стороне, покрытая снегом. А внутри пульсировал свет. Его Рене не боялась, в отличие от остального запрятанного в вечной мерзлоте. Казалось, зов исходил именно отсюда. И стоило девушке об этом подумать, как сияние внутри льда стало ярче. Вспыхнуло короткой пульсацией, отзываясь на верные мысли.
В какой-то миг Рене показалось, будто происходящее вокруг — реально. Она почти всегда могла понять, что находится во сне. Сейчас всё было по-другому. Словно она и правда находилась в ледяной пещере, медленно приближаясь к источнику сияния. Холод был осязаем, волнение тоже. Ей хотелось увидеть то, что скрывалось внутри льда. И одновременно тревога не давала покоя, заставляла сомневаться. Она почти коснулась льда, когда случилось нечто странное.
Рене услышала крик. Полный отчаяния и ужаса. Вслед за криком девушка почувствовала удар и невыносимую боль, нараставшую с каждой секундой. Закричав, Рене схватилась за грудь. Кожу словно раскаленным металлом прожгло. Прикоснувшись к себе, Рене подняла руку и оцепенела. Ладонь была покрыла кровью.
***
Рене сидела в стороне на траве, вместе с другими феями своего курса, и наблюдала, как первокурсницы, одна за другой, пытаются перевоплотиться. Совсем ещё девчонки. Палладиум решил, что совместное занятие со старшекурсницами пойдет юным студенткам на пользу. Приятно, когда рядом на занятии по боевому колдовству, кто-то торчит рядом и успокаивает, говоря, что все не так уж и плохо. Сама Ренесси вспоминала эту практику с содроганием. Ей досталась в партнерши заносчивая сучка, высмеявшая неспособность первокурсницы перейти в боевое превращение. — Девочки, подъем, — профессор жестом поманил старшекурсниц к себе. — Пора продемонстрировать свои навыки работы в качестве наставниц. Уверен, у всех вас получится просто замечательно. Выберете себе подопечную и покажите личным примером, что первое превращение не так уж сложно, как кажется. Обхватив плечи, Рене стояла в стороне и ждала, пока одногруппницы с энтузиазмом не расхватают себе «подружек» на одно занятие. В этом году был значительный недобор и большинство старших фей остались без пары. Рене вздохнула с облегчением и уселась обратно на траву. Винкс полным составом вышли перед всеми. Палладиум пожелал удачи и передал им бразды правления. Блум начала говорить пылкую речь о внутренних силах, а профессор отошел к остальным ученицам. Важно водрузил руки на пояс и вздернул нос, явно не намереваясь оставлять отдыхающих в покое. — Для вас есть другое задание, — он протянул к ближайшей фее руку и помог подняться. — Вы будете отрабатывать защитные заклинания. — Щиты? — Удивилась та самая вставшая девушка. — Разве мы не проходили их в прошлом году, профессор? Палладиум хотел протянуть руку Рене, но та вскочила, будто ошпаренная, лишь бы избежать лишнего прикосновения. Эльф немного растерялся, однако быстро справился с ситуацией. Прокашлялся и хлопнул в ладоши. — Повторение и закрепление материала никогда не бывает излишним. А теперь перейдите в свою боевую форму и приготовьтесь отбивать мои атаки. — Вы же не собираетесь нас калечить, правда? — Кокетливо спросила одна из фей и украдкой подмигнула профессору. Ни на секунду не растерявшись, Палладиум наклонился к ней и томно прошептал: — Всё зависит только от вашего старания и умений. Девушки рассмеялись. Бедная фея покрылась краской до кончиков светлых волос и отвернулась. Рене поймала игривый взгляд Палладиума и не смогла сдержать улыбку. Его глаза задержались на ней чуть дольше положенного. Недостаточно, чтобы заметили остальные ученицы. Хватило, чтобы напомнить обоим о чуть большей близости, чем с другими. — Ладно, приступайте, — скомандовал Палладиум и отошел в сторону, предоставляя феям пространство для превращения. На самом деле Рене не очень любила свой боевой облик. Слишком открытый костюмчик, как по ней. Коротенькая юбочка, узкий топик. Всё в вычурном зеленом цвете, с таким количеством блесток, что сама ткань казалась в десять раз тяжелее. Ещё и колючая на ощупь. Каждый раз Рене испытывала дискомфорт. Потому не спешила. Отошла в сторону, закрыла глаза и собралась с силами. В этот раз с первых секунд всё было совершенно по-другому. Рене почувствовала, будто из самого сердца исходит тепло. Удивительно приятное, ощущаемое физически. Волна за волной, её окутывала энергия собственной магии. Рене закрыла глаза и оторвалась от земли. Секунды, пока длилось превращение, показались настоящей вечностью. Магия преображала тело, меняла одежду, расплетала волосы. В прошлый раз всё было иначе. Не было ощущения шелка, скользящего по коже. Оставляющего волну приятных мурашек и легкого холодка. Ощущения, словно сам ветер вырывается из груди, подхватывает и возносит к самому небу. Энергия стремится к спине и вырывается наружу. Рене судорожно вздохнула и на миг почувствовала настоящую эйфорию. По телу пронеслась волна жара. Прокатилась по венам и ослепительной вспышкой вырвалась наружу. Не в силах сдержать восторга, Рене засмеялась. Прикрыла рот ладошкой, пытаясь сдержаться. Превращение завершилось, но она никак не решалась открыть глаза. Несколько раз глубоко вздохнула, прежде чем смогла это сделать. Первым, что Ренесси увидела, были изумленные лица одногруппниц. Те уже перевоплотились, стояли перед ней в знакомых пестрых костюмчиках. С крошечными крылышками за спиной. Полупрозрачными, в постоянном движении. Рене нахмурилась, не понимая, что вызвало такие заинтересованные взгляды. Первой реакцией было тут же вернуться обратно. Замкнуться в знакомом образе, в кофте с длинным рукавом и мешковатых штанах. Она не привыкла ко вниманию, тем более такому откровенному. — Чего? — Резче, чем хотела, спросила Рене ближайшую девушку. — Ничего, — буркнула та и все остальные принялись отворачиваться. По толпе прошелся недоумевающий шепоток. Только тогда Рене решилась и осмотрела себя. То, что она увидела, никак не вязалось с прошлым превращением. Ошарашенная, девушка едва не вскрикнула. Всё было иначе! Вместо мини-юбки и топика на ней было слитное платье нежно-голубого цвета, застегнутое на шее. Руки полностью открыты, только запястья закрывали короткие белые перчатки без пальцев. Легкие, как и сам наряд, опускавшийся ниже колен. Вырез на бедре немного смущал, но не казался такой уж катастрофой. Зато укороченные голубые сапожки на невысоком, устойчивом каблуке, привели Рене в полнейший восторг. — Нихрена себе, — воскликнула она, кружась и наслаждаясь тем, как развевается свободный подол. Блестящий, но мягкий и совершенно не приносящий дискомфорта. Костюм сидел, как влитой. Будто вторая кожа. Распущенные волосы развевались шелковистой копной. Они ни в какое сравнение не шли с тем жестким гнездом, к которому Рене привыкла. — Т-так, — подал голос профессор Палладиум и прокашлялся, возвращая голосу крепость. Только тогда Рене поняла, что он смотрел на неё всё это время, не в силах оторваться. — Выстроитесь в шеренгу и приготовьтесь отражать удары. Я буду атаковать неожиданно. Не рассчитывайте, что удастся спрятаться за более сильных подруг. Всё ещё не в силах поверить собственным глазам, Рене уверенно встала в самое начало. Желающих занять её место не было совсем. Мало кто помнил заклинание защиты, а так оставалось время, чтобы повторить или посоветоваться с подругами. Рене знала его наизусть. Мысленно проговаривала, когда принимала боевую стойку и готовилась отражать удар. Палладиум замешкался. Было видно, что он колебался, когда собирал в руках энергию. Вопросительно взглянул на Рене, будто уточнял, не передумала ли она начинать. Ответом ему стала уверенная стойка. Как и обещал, профессор атаковал без предупреждения. Резко выбросил энергию вперед. Последовала вспышка, на миг ослепившая всех вокруг. Рене среагировала моментально. Мысленно проговорила заклинание и рывком скрестила руки перед собой, сжав кулаки. Так сильно, что захрустели пальцы. Перед ней, прямо из воздуха, возник щит. Едва видимый, полупрозрачный, идеальной круглой формы. Шар энергии врезался в него с громким шипением. Рене почувствовала давление на руки, но только несколько секунд. Энергия рассыпалась искрами, едва ударилась о щит. — Браво! — Воскликнул профессор, вскинув руки. — Я проверю, как идут дела у первого курса. Когда вернусь, я хочу, чтобы каждая из вас продемонстрировала подобную блестящую защиту. Рене опустила чуть дрожащие руки и нервно улыбнулась. Она совершенно не устала. Раньше в боевом превращении каждое заклинание выкачивало из неё силы. Истощало, пока она не падала от усталости. Сейчас Рене была готова свернуть горы! Смотрела на собственные пальцы и чувствовала, как сила пульсирует под кожей. Непередаваемое ощущение, сродни истинному, чистому восторгу. — Выскочка, — бросили из-за спины и вернули возбужденную фею с небес на землю. Будто камнем по голове ударили. Рене резко обернулась и искренне удивилась, когда увидела недовольную физиономию собственной соседки по комнате. Ту самую, которая ушла на первом курсе. — Что ты сказала? — Злость неприятно царапнула изнутри острым когтем. Девица удивленно приподняла одну тонко выщипанную бровь. Наигранно удивленно осмотрелась и так же фальшиво выразила радостное изумление. — О, это вы мне, ваше величество? — Она мерзко захихикала, пихнув локтем одну из подружек. Та веселья знакомой не поддержала и лишь отмахнулась. Фею это не остановило. Отбросив прядку кудрявых светлых волос, она шагнула к Ренесси и поклонилась. — Ваше величество, принцесса-заучка. Рене сразу поняла, что происходит. Закатила глаза и скрестила руки перед грудью. Она не собиралась вступать в ссоры. — Слушай, отвали от меня, — как ни старалась, Рене не вспомнила, как зовут вредную соседку. — Не лезь, ясно? — Иначе что? — Дерзнула та и передразнила жест Рене, закрывшись руками. Последовал отрывистый кивок в сторону Палладиума, подошедшего к Винкс. — Пожалуешься своему… — Заткнись, — перебила её Рене металлическим тоном, не желая терпеть никаких намеков и подозрений. Поняв, что грубостью только усугубляет своё положение, она стиснула пальцами переносицу и попыталась взять себя в руки. — Просто отстань от меня. — Или что? — С вызовом повторила блондинка. Рене подошла к девице вплотную. Подружки отбежали от той, опасаясь попасть под горячую руку. Как ни крути, Рене была их раз в десять сильнее, к тому же с защитой в виде преподавателя. Об этом не говорили напрямую, но каждая понимала, что Ренесси находилась у Палладиума в любимицах. Может, сама девушка тоже неосознанно думала об этом. И чувствовала себя сильнее, чем обычно. — Или ты пожалеешь, что не умеешь держать язык за зубами, — прошипела Рене в лицо бывшей соседке. Не дожидаясь ответа, девушка прошла мимо феи и нарочно толкнула её плечом. Девица, худощавая, как вешалка, отлетела и едва не упала на высоких каблуках. Чуть не подвернула ногу. Туфли едва держались, перевязанные тонкими жгутами. В сравнении с мощным телом Рене и её экипировкой, блондинка в коротеньком красное платьице с огромным вырезом на животе казалась тоненьким прутиком. — Ты! — Взвизгнула блондинка и хотела было кинуться вдогонку, когда одна из подружек схватила её за руку и дернула обратно. — Дина, не надо, — прошептала та, однако разъяренная фея больше не могла себя контролировать. — Давай, беги жаловаться своему профессору! — Крикнула Дани так громко, что услышали даже первокурсницы. Занятия тут же прервалось, все обернулись на голос. — Выпроси у него оценку получше, глядишь перейдешь на следующий курс без особых проблем! Рене резко остановилась. Ярость сковала напряжением каждый мускул её тела. Огненной волной раскатилось от головы до кончиков пальцев. Порыв ветра подхватил подол платья и рванул в сторону. Рене медленно обернулась. Превозмогая боль в окаменевшей шее. Желание растерзать наглую девчонку было настолько велико, что глаза на миг застелила алая пелена. Её слова слышали все, без исключения. Слышали Винкс, первокурсницы и одногруппницы. Слышал Палладиум, ни единой эмоцией не выдавший своего замешательства. Рене взглянула на него, встретилась глазами со спокойным, стойким взглядом. Бешенство, колотившееся в груди желанием заехать кулаком по самодовольной физиономии бывшей соседки, моментально сошло на нет, когда профессор едва заметно качнул головой. «Не надо, не делай глупостей,» — твердил его вид. И Рене закрыла глаза, загоняя злость куда подальше. Дина выпятила грудь, желая продолжить перепалку. Наглости ей было не занимать. Правда, когда Рене сделала к ней уверенный шаг, блондинка дрогнула и опасливо попятилась. — Дина, правильно? — Рене пыталась сдержать злость, всеми силами не выдать, настолько сильно чешутся кулаки и язык — сказать что-нибудь язвительное, гадкое, колкое. Её буквально потряхивало от ярости. Но Рене слишком хорошо понимала, в какое положение поставил себя. И профессора. Последний стал весомым аргументом за прекращение ссоры. — Неужели тебе настолько скучно? — Ч-чего? — Не поняла та, сделав ещё один шаг назад. — Если у тебя хватает времени, чтобы в десятый раз пережевывать одни и те же сплетни, то зависть к хорошим оценкам вполне объяснима, — Рене пожала плечом. Слишком отрывисто, не смогла сдержаться. — Знаешь, мне жалко тебя. Правда, по-настоящему жалко. От услышанного Дина позеленела. Вытаращив глаза, она смотрела на внешне спокойную Ренесси. Хотела что-то сказать, но поняла, что теперь все феи смотрели на неё с осуждением. Не выдержав, Дина судорожно выдохнула. Пробурчав что-то неразборчиво, стрелой пролетела мимо Рене, на ходу меняясь в свою привычную форму. Подружки последовали за ней хвостом, успев извиниться перед подошедшим профессором. Красные от стыда, будто несли персональную ответственность за несдержанность Дины. — Ладно, вернемся к занятию, — попросил Палладиум, когда феи скрылись в стенах общежития. Он уловил момент, когда ученицы приступят к выполнению задания и обратился к Ренесси. — Ты молодец. Рене, всё ещё дрожавшая от злости и откровенно боявшаяся за свою комнату, повернулась к профессору и залилась смущением. Палладиум смотрел на неё с нескрываемой гордостью. Широкая улыбка застыла на губах, глаза искрились. Рене быстро отвела взгляд. — Если бы не ты, я бы ей врезала, как следует, — бросила она прежде, чем слова пробились сквозь спутанные мысли к той части сознания, которая отвечала за разумность. Поняв, что ляпнула, Ренесси испуганно раскрыла рот, не силах даже извиниться. Хлопала ресницами, глядя растерянно на профессора, не зная, что ему сказать. Палладиум тоже удивился, хотя в себя пришел довольно быстро и снова одарил ученицу успокаивающей улыбкой. — Возвращайся к занятию, — сказал он мягко и кивнул в сторону Винкс, демонстрировавших создание щитов первокурсницам. — Поговорим позже. — А нам есть, о чем говорить? — Шепнула Рене, обнимая себя за плечи. Палладиум перестал улыбаться. На этот раз взгляд его был задумчивый. Ренесси не стала дожидаться, пока неловкость возьмет верх. Побежала к новым подругам, стараясь не оборачиваться и не думать, что профессор стоит позади и всерьез размышляет, была ли в слухах толика правды. Тем более она не могла знать, что Палладиум ничуть в этом не сомневался.
