Моя девочка💕

Завидев спускающегося Ливси, Кейт быстро подбежала к нему. — Доктор, как там Джим? Плохо? Нужно ли ему ещё какие-то лекарства пить? Как скоро он выздоровеет? — она сразу же засыпала его вопросами, пронзительно смотря своими зелёными глазами. — Спокойнее, я не успеваю отвечать, — как обычно улыбаясь, сказал он и выставил вперёд ладонь в утихомиривающем жесте. — Зря волнуешься, он уже полным ходом идёт на поправку. На тумбе я оставил микстуру с жёлтой этикеткой, её давать перед сном по одной ложке. А ту, с синей этикеткой, уже больше не надо,— объяснил врач. — Когда кашель пройдёт окончательно, он может встать. — Спасибо Вам огромное, Сэр! Чтобы мы без Вас делали! — сказала в ответ девушка и вздохнула с облегчением. — Не стоит, это моя работа, да и видеть вас двоих мне только в радость. К тому же… — он не успел договорить, ведь его прервала песня, доносившаяся неподалёку со стола, стоящего у стены. Хотя разве это песня, что уж, это больше похоже на пьяное неразборчивое мычание: "Пятнадцать человек на сундук мертвеца, йо-хо-хо и бутылка рому! Эй, девчонка! Рому мне! Рому!" В помещения резко стало тихо, немногочисленные гости разом смолкли, а Кейт тотчас, оторвалась от своего собеседника и побежала на кухню за бутылкой. Но, когда она подошла к столу, и уже намереваясь открыть требуемый спиртной напиток, на её плечо легла рука, тем самым останавливая. — Я так понимаю, вы и есть эдакий капитан, — не спрашивал, а утверждал доктор. Он не повышал своего голоса, совсем, нет, но звучал он так твёрдо и напористо, что казалось будто он кричал. — Джентльмен, если, конечно, Вас можно так назвать, по какому такому праву Вы поднимаете шум в этом чудесном трактире? — произнося эти слова, он не убрал свою руку с плеча Кетти и она хорошо чувствовала напряжение его ладони. — Я требую рома! — проигнорировав все обращённые к нему слова, моряк привстал, заняв более воинственную позицию и снова повторил — Рома, я сказал, ты что оглохла?! — девушка вжала голову в плечи и сделала неосознанный шаг назад. — А ты чего пристал, может пустить тебе крови? — эти слова уже очевидно были обращены к доктору Ливси. Ливси ничуть не изменился в лице и лишь подальше отодвинул Кейт за свою спину. — Если вам дорога ваша жизнь, сию же минуту извинитесь перед этой леди. — ровно проговорил он. Лицо капитана, слегка красноватое из-за не малой порции выпитого алкоголя, сделалось совсем багровым, ведь кто это тут смеет ему возражать и указывать. Естественно он не только не выполнил сказанное, нет, веленое ему действие, но и вытащил из-за пазухи нож. За соседними столиками послышались испуганные вздохи. Но Ливси, ни в кой степени не испугавшись и быстро сориентировавшись, за два больших шага преодолел расстояние между ним и этой никчёмной жизнью, назвать это существо человеком, было просто невозможно. Даже в этом полу мрачном помещении было видно, как сверкнули его глаза. В одно движение он схватил дебошира за грудки да так, что тот от такой неожиданности выронил своё холодное оружие из рук. — Поставь меня на место! — взвился он, из-за резко появившегося страха мгновенно протрезвев. Но Ливси и не колохнулся: — Повторяю: вы незамедлительно попросите прощение у этот юной дамы. — Да попрошу я, отпусти только! — капитан к всеобщему удивлению явно был напуган. Какой-то, на вид небольшой человек, безоружный, смог поднять его, самого могущественного капитана, к тому же имеющего немалый вес. Ливси немного ослабил хватку, поставив пьяницу на пол, но не перестал держать его, крепко вцепившись за ворот одежды. — Ну же! — сказал Ливси и сильнее прежнего сжал свои кулаки. — Простите меня, сударыня. — в ответ на такие резкие действия доктора выдавил из себя капитан. На лицах всех присутствующих было не то что удивление, оцепенение. Ведь до этого момента любой боялся и слово лишнее сказать, а тут такое. Опустив свои руки, вновь с поразительной быстротой восстановив самообладание, Ливси проговорил: — А теперь, коль у тебя есть уши, внимай. Если я ещё раз увижу, услышу или узнаю от кого-то, что ты повысил голос, нагрубил или, не дай бог, тронул кого-нибудь хоть пальцем, клянусь: болтаться тебе на виселице! Да-да на виселице, я ведь не только доктор, но и судья. Понятно вам, милейший? — обращение "милейший" было явно сказано с большим презрением и отвращением. — Я спрашиваю, понятно? — он не то что говорил эти слова, он буквально цедил их. — Да, — тихо прорычал униженный капитан, его авторитет просто раздавили на глазах у окружающих. Наконец, удовлетворившись ответом, не желая более хоть сколько-нибудь уделять внимание данной персоне, Ливси развернулся и подошёл к Кетти. Она стояла, словно статуя, парализованная от случившегося. — Моя милая, ты в порядке? — он задал вопрос так мягко, будто здесь сейчас вовсе ничего не происходило. Он медленно усадил её на стул. От его прежней резкости и гнева ничего не осталось. — Да, Сэр, спасибо Вам большое за.. — она запнулась, подбирая нужные слова. — за защиту. Простите, что вам пришлось это увидеть. Я надеялась, что Вы не застанете такой сцены, — сглотнув ком в горле, сказала она слегка подрагивающим голосом. — О чëм ты? Просто счастье, что я стал свидетелем сего безобразия. Я боюсь представить, что было бы, будь ты одна. Почему же ты раньше мне не рассказала об этом всём? Он же мог навредить тебе, неразумное ты дитя. Такое терпеть нельзя. Неужели ты мне не доверяешь? — в его взгляде читалось явное недовольство её поведением, упрёк за её безрассудное отношение к такой серьёзной ситуации. Ведь он боялся даже представить, чтобы было, не задержись он на беседу с Джимом. — Я боялась, что Вы не поверите мне. Да и вовсе не хотела Вас беспокоить, у Вас так много забот, а тут я ещё с этим...— прошептала девушка и опустила от стыда свой взгляд на туфли. — Никогда, слышишь, никогда не подумал бы, что ты наговариваешь. Я всегда буду верить тебе. Разве я давал повода усомниться? — он взял её за подбородок и поднял личико вверх, так, чтобы она посмотрела в его глаза. — Пообещай мне, пожалуйста, Кетти, пообещай, что с этого момента ты будешь рассказывать всё, тревожащее твоё сердце. И никакая работа, ни одно дело, ни одна забота, не стоит твоей жизни. От таких слов к глазам Кейт стали подступать слезы, но она смогла их сдержать. — Обещаю, Доктор Ливси, Сэр, правда, обещаю, — промолвила она. — Верю. Ну, что ж, теперь-то уж мне точно пора идти. И Ливси подойдя к дверям и стал одеваться. — Может, я могу сделать что-то для Вас? Ведь Вы так многое сделали и для меня, и для Джима. Могу ли я как-то отблагодарить Вас? — она посмотрела на него, полная искренности и признательности. — Лучшей благодарностью для меня будет ваша с Джимом безопасность. — сказал он, нежно заправив ей за ухо, выбившуюся из пучка прядь её русых волос. После прощания доктор ловко оседлал лошадь и уехал. А Кетти ещё долго смотрела из окна, провожая его взглядом. Когда она всё-таки повернулась, дабы вернуться к своим обязанностям, тот самый стол у стены, где совсем ещё недавно находился капитан, оказался пуст. А ведь она даже не слышала, когда он успел уйти к себе.