Рыцарь Овечьей Шкуры

POV Линеа       Совсем не такой развязки ожидала Линеа фон Джой, когда просила свою мать - богиню воды и жизни Хэйали о помощи. Как всегда перед большим походом, отец решил отвлечь своих воинов и пустить им пыль в глаза. Он задумал большой турнир и пышные празднества в честь свадьбы. Свадьбы своей младшей дочери, только вошедшей в пору девичества.       И хотя он объявил, что в жены её сможет взять любой, кто победит на турнире, большинство догадывались, что это гиблое дело. Ведь отец попросил её брата, самого могущественного и способного воина, каких только видело королевство, стать чемпионом для его “давнего друга”. А именно короля Лайоффа Третьего Угрюмого. Лайофф, чья пятая жена недавно преждевременно скончалась под топором палача на дворцовой площади, желал себе новую женщину. “Способную наконец родить мне сына!” - плевался толстяк, отгрызая от свиного бока огромный кусок. “Так посмотри, какая красивая меня дочурка” - пророкотал её отец, подливая ему вина в кубок. И рука принцессы обошлась Лайоффу всего лишь в стоимость торгового флота и новой судостроительной верфи для короля фон Джоя.       Вскоре пиршество в дворцовой зале стало более разнузданным, воины захмелев стали грубы и хватали проходящих мимо служанок, насильно усаживая к себе на колени. Королева и Линеа покинули главный зал, чинно попрощавшись с мужчинами. По пути в покои, королева схватила принцессу за руку и прошипела: “Ты не посмеешь нарушить планы отца”. Девушка освободила свою руку и присела в реверансе: “Как пожелает моя королева”. Она оставалась в этой позе, пока дверь дальней комнаты не хлопнула.       Линеа не собиралась сдаваться так быстро - в конце концов Королева даже не её настоящая мать. Королева Амин была бесплодна и когда двор практически ополчился на неё - её муж, король Эстер фон Джой пошел на крайние меры. Он обратился к Оракулу храма Хэйали, богини отвечающую за рождение и смерть. И Оракул провозгласил, что у Короля будут дети, но не у его Королевы. После таинств, обрядов (про возможные жертвоприношения принцесса старалась не думать) - богиня возлегла с Эстером на берегу вод реки Живы. Не прошло и одного сезона, как река вынесла на берег корзинку с близняшками - Линеа и её братом Хиллом. О божественности их происхождения говорили не только глаза и сияющая кожа, но и пара отметин на затылке - знаков Хэйали.       Амин пыталась принять и воспитывать как своих собственных детей. И если Хилл, быстро ставший любимчиком королевы, впитывал всё, что она ему внушала, то Линеа с детства оказалась бунтаркой. Она отказывалась следовать правилам и смиренно принимать свою жертвенную роль. Как же в тот момент она завидовала южанам, у которых пол детей не играл особую роль, а девушек учили наравне с юношами.       Во дворце длилось бесконечное противодействие принцессы и её приемной матери, которая пыталась привить Линеа благонравность, присущую особе королевской крови. Линеа же хотела учиться и впитывала всё до чего могла дотянуться. Как не странно в этом ей помогали жрецы богини Хэйали. Девушка не знала, что именно донесла через Оракула настоящая мать, но служители церкви всегда привечали её с радостью. И предоставляли возможность учиться всему, чему желало сердце принцессы. Дипломатия, экономика, обряды посвящённые Хэйали, знания о природе и мире. А главное - магия.       Магия никогда не была под запретом в королевстве. Но магов побаивались, а тех, кто смог прожить больше 60 весен старались уничтожать. Ведь такие люди были несомненно сильны, а значит опасны. Поэтому ковены прятались по селам и деревням, а в городе найти живого мага было крайне проблематично. Что конечно не относилось к жрецам. Жреческая обрядовая магия считалась почти божественной, или близкой к ней. Ведь в молитвах жрецы обращались к богам и высшим сущностям, часто приносили жертву. Но сами силой не обладали. Это успокаивало людей, ведь каждый мог попросить какого-то бога, в надежде на то, что божество услышит их молитвы.       Принцесса Линеа была природным магом, с собственным источником. Ей не нужно было взывать к богам, чтобы использовать свои силы. С детства она скрывалась, ведь её отец, король Эстер, магию ненавидел. Он боялся неконтролируемой могущественной мощи магов и стремился истребить всех колдунов, до которых мог дотянуться. Конечно полномасштабную охоту на ведьм король не открывал, но вот закрывать глаза на убийства тех, кого считали таковыми - стало обычным делом при его правлении.       Поэтому девочка крайне удивилась, когда однажды после службы в церкви один из священников попросил принцессу задержаться. Там наедине, в ризнице, он прошептал, что знает о её способностях. И что он может ей помочь: “Всё наше сообщество, церковь Хэйали, поможет тебе, дитя. Ибо так повелела Богиня!”       С тех пор Линеа обучалась магии воды и жизни. Но как вскоре она поняла - у любой монеты есть две стороны. Как училась она восстанавливать силы, лечить людей, также училась она и забирать всё это. Яды “лечебные припарки”, болевые и смертельные точки “анатомия и лечение травм”, пытки “сращивание плоти и костей”. Каждый день наполнился для принцессы новыми открытиями и она была крайне поглощена обучением. До момента её совершеннолетия…       Лунная кровь долго не приходила к Линеа. Но вот, перед самой зимой шестнадцатилетия, когда отец снаряжался на войну - она появилась. Амин радовалась, ведь теперь мятежная принцесса чего-то да стоит. Она и стала той, кто подбил Эстера на поиск подходящих мужей. Подходящих по политическим причинам.       Когда от женихов в замке стало не протолкнуться, отец решил, что турнир - станет хорошей разрядкой для всех. А воинов и простолюдинов это подбодрит перед предстоящим походом. Тем более фон Джой уже достиг договорённости с правителем королевства Тумана, лежащего за проливом - Лайоффом. Его цена за руку принцессы казалась мужчине самой подходящей. Для развития его земель, естественно. А личная власть Эстера, которая окрепнет, когда корабли с его воинами смогут грабить самые дальние уголки континента, конечно совсем не была причиной происходящему…       В вечер пиршества, когда Амин ушла в свои покои, Линеа выбралась из замка. Ноги сами принесли девушку к церкви. Как оказалось там ожидали её прихода. Старый священник, учивший и оберегавший Линеа, на этот раз стоял на пороге здания. Он встретил заплаканную принцессу и приобняв за плечи, ввёл её под анфиладу. Линеа пыталась объяснить старику почему она сбежала, но он только тихонько кивал не говоря ни слова.       Наконец они обошли здание, старик подвел принцессу к берегу реки и омыл её руки:       -Просто попроси, дитя. Она ведь тоже страдает вместе с тобой… - он указал на темные воды, - вода услышит тебя. Повторяй за мной.       И Линеа повторила слова тихой молитвы, срывающиеся с его уст. Молитвы, взывающей к милосердии настоящей матери девушки - Хэайли.       Принцесса даже не заметила, что начала заходить в воду. Свои последние слова она произнесла стоя по грудь в реке. Она почувствовала как бурлят течения, омывающие ноги. Почувствовала нежные материнские объятия… И провалилась во тьму.       Когда Линеа очнулась на берегу ручья в неизвестном месте, то сначала испугалась. А потом обрадовалась как никогда - ведь она была свободна. Свободна от брака, правил, политики. “Ты уверена в этом дитя?” - услышала она шепот вод. Нет, - принцесса вздохнула, - но я решу эту проблему. Маленькими шажками, мама. Да, - на девушку упало несколько брызг, - сделай всего пару маленьких шажков…       Линеа подняла глаза. Сквозь деревья она увидела мерцающий огонек чьего-то костра. Как свет надежды, что угасала в принцессе при королевском дворе. Она подобрала свой плащ и решительно направилась прямо навстречу к нему.