Феникс

Авраам Хейят – юный герцог, наследник благородной четы Хейятов, вечно пьяный молодой правитель целой планеты перевернулся на бок и сгреб в объятия спящую на соседней подушке Аурелию. Она забурчала и отвернулась. Авраам забурчал в ответ. — Отстань, Авраам, — попросила Аурелия. Авраам устало выдохнул, сдвинул одеяло и прильнул к ее обнаженной спине. Он коснулся ее теплого животика пальцами и скользнул к груди. Аурелия схватила его запястье и отстранила от себя. Авраам недовольно фыркнул и прижался горячими губами к ее шее. — Ну отстань. — Ну чего ты как не родная? — спросил он, сильнее прижимаясь к ее спине и стараясь согреть ее своим телом. — Я к тебе всей душой, — прошептал он и прислонился губами к ее уху, сладко причмокнул и опустился к шее. — А ты со мной так… — Авраам нежно поцеловал ее шею, вытянул запястье из прохладных пальчиков Аурелии и, ласково взяв ее за подбородок, повернул ее лицо к себе. — Разве я тебе хоть капельку не нравлюсь? Аурелия сонно поморщилась и перевернулась на живот. Авраам откинул волосы Аурелии, наклонился и поцеловал ее спину. — Ты будешь моей герцогиней? — спросил Авраам, проведя снизу вверх по спине. Аурелия тихо заурчала и прогнулась в пояснице. Авраам поцеловал ее шею и облизнул губы. — Аурелия Хейят, герцогиня… — Почему ты не сдал меня? — А зачем? — Ты же зачем-то согласился выступить против меня. Авраам повернул голову и встретился взглядом с Аурелией. Он устало вздохнул и погладил ее лицо. — Вроде принцесса, а все объяснять надо, — он улыбнулся. — Мне было выгодно, чтобы на Троне был кто угодно, кроме тебя. — А теперь ты, значит, передумал? Авраам усмехнулся. — Ты же теперь… моя герцогиня, — с особым акцентом на слове “моя” проговорил он. — И мы, конечно же, будем сотрудничать? — Конечно же, — передразнила его Аурелия и отвернулась. Авраам шутливо насупился, обхватил ее руками, перекинул на другую сторону и навалился на нее всем телом. Он схватил ее за ребра и защекотал. Аурелия завизжала, пинаясь и толкаясь, пыталась выбраться из крепких объятий Авраама. — Ладно! Ладно… — простонала Аурелия. Авраам отпустил ее, откинул одеяло и поднялся с постели. — Уже пора вставать, — сказал он, выглянул за плотные шторы и сморщился от яркого полуденного солнца. Он обернулся к Аурелии, которая еще сидела на постели, закутавшись в одеяло. Его губы тронула теплая улыбка. — Ты видела рассвет? Аурелия подняла голову. — Видела. — Тебе нравится? — Авраам сел на постель и взял ладонь Аурелии. — Я знаю, на Тигардене не бывает рассветов и закатов. Тебе нравится эта маленькая особенность моей планеты? — Неплохо, — кивнула Аурелия. Авраам вытянулся в лице. — Неплохо? — переспросил он. — Ты забыла слово “потрясающе”? Аурелия фыркнула и надменно вздернула носик. Авраам улыбнулся, подсел ближе и, осторожно наклонив Аурелию к себе, сладко и со звонким чмоком поцеловал ее шею. Она игриво поморщилась и толкнула его. Он поднял Аурелию, на руки, посадил к себе на колени, запустил руки под одеяло и погладил ее бедра. — Ты выйдешь за меня? — снова спросил Авраам. — И ты вернешь мне Тигарден? — Аурелия сощурилась. Авраам устало вздохнул и закатил глаза. Он снисходительно с теплой улыбкой оглядел ее с ног до головы, наклонил ее к себе и впился в ее губы. — Все, что захочешь, дорогая, — прошептал он, шлепнул ее по попе и качнул головой. — Пойдем. Пора вставать. Аурелия слезла с Авраама и нащупала на полу разорванное платье. — А как ты вернешь мне Тигарден, если Авацина не приедет на свадьбу? Авраам тихо хмыкнул, застегивая пуговицы на рубахе. Он заправил ее в брюки, затянул ремень и обернулся к Аурелии, которая пыталась застегнуть молнию на платье. — Напрошусь к ним на какой-нибудь праздник, — просто ответил Авраам, подошел к Аурелии и медленно потянул замочек вверх. Он наклонился, откинул волосы на другую сторону и коротко и влажно поцеловал ее плечо. — Возьму тебя с собой. Убью тебе сестру, — он коснулся губами ее уха. — Посажу тебя на Трон. — Я тогда перестану быть твоей служанкой, — сказала Аурелия, скидывая с себя его вездесущие руки. — И ты не сможешь так просто мною помыкать. — Я и так не могу тобой помыкать, — напомнил он. — Ты все-таки принцесса. Не важно, что твой солдафон привез тебя под видом служанки, — Авраам наклонил голову. Его взгляд ожесточился, огоньки в глазах потухли, он смотрел прямо перед собой, не видя ничего вокруг. — Я никогда бы не позволил ему на тебе жениться. И с твоей стороны было глупо соглашаться на это. — Почему же? — спросила Аурелия. — Мне надо было сразу ставить себе целью соблазнить герцога? — А почему бы и нет? — улыбнулся Авраам. — Ты красивая и умная. — Да, и это все мои качества, — едко бросила Аурелия. Он прыснул и наклонил голову, скрывая улыбку. — Я этого не сказал. Просто… Знай, что этого достаточно, чтобы соблазнить герцога. — Да, и в моем плане должна была быть строчка “выйти замуж за герцога, и позволить ему сделать все за меня”. — По-твоему “выйти замуж за солдата, и позволить ему сделать все за меня” – лучше? Аурелия опустила глаза. Авраам взял ее ладони и наклонился к ее уху, обжигая кожу горячим дыханием. Аурелия поежилась от перевернувшегося внутри нее приятного чувства. — Хочешь, я убью его для тебя? — Он же твой брат. — Это ничего не значит, — его губы тронула улыбка. — Мое желание – закон. И твое, как моей будущей герцогини, тоже. Тебе нужно только попросить. — Нет, Авраам, — сдавленно буркнула Аурелия. — Я не могу. Он коротко кивнул, поцеловал ее щеку и выпрямился. — Могу я считать, что ты согласилась? — Согласилась с чем? — Выйти за меня замуж, разумеется. — У меня разве есть выбор? — Вообще-то есть, — Авраам прикрыл глаза и вздохнул. — Принять в этом конфликте сторону своего солдафона, спать с ним как его жена и бок о бок с ним плести заговор против меня. Аурелия удивленно вскинула голову. — Аурелия Танг-Лен, — протянул он, — жена и подстилка солдафона, — Авраам облизнул губы. — Если бы я писал твою биографию, я бы так и обозвал это главу. Или… “Герцогиня или жена солдафона: трудный выбор, определяющий судьбу”... — Судьбы не существует, — рыкнула Аурелия. Авраам удивленно поднял брови и наклонил голову. — Это говорит мне принцесса Танг-Ленов? Наследница рода, который – буквально – ориентируется на судьбу. Если бы не эта мифическая судьба, тебя бы здесь даже не было. — Может быть ты и прав… — Не “может быть”, леди, — с нажимом сказал Авраам. Аурелия вздрогнула от официальности этого “леди”: он уже начал разговаривать с ней как с будущей герцогиней. — А так и есть. Вы уже определились с этим… Как его..? Ваше мистическое предназначение. Кто оно? — Жумал саадик? — спросила Аурелия, изогнув бровь. — Я в него не верю. И в его услугах не нуждаюсь. — А как же равновесие? Мир во всем мире? — Я в это не верю, — твердо повторила она. — И я хочу кушать. — Как скажете, леди, — Авраам кивнул. — Тогда после обеда я распоряжусь о подготовке к свадьбе. Если ты не против? — Не против, — бросила она. Авраам самодовольно усмехнулся, отпер дверь и, взяв Аурелию под руку, повел ее в обеденный зал.

***

Аурелия громко постучала в дверь и опустила руку. Она прикусила губу, до боли сжимая ее зубами. — Войдите! — гаркнул за дверью Михаил. Недоволен – поняла Аурелия. Она распахнула дверь и шагнула в комнату. — Ооо, а вот и ты. — Заткнись, — огрызнулась она, закрыла дверь и встала у стены, скрестив руки на груди. — Ну как тебе живется, подстилка герцога? — Рот закрой, — рыкнула она. — Ооо, он тебе нравится, да? Аурелия взялась за ручку двери, повернула и открыла дверь. — Ну и куда ты? — Я не хочу с тобой разговаривать, — ответила она. — Схерали? Аурелия захлопнула дверь, в два коротких шага оказалась перед Михаилом и наотмашь влепила ему по лицу. — Я принцесса, если ты еще не забыл, — рыкнула она. — И ты не будешь так со мной разговаривать. Михаил тихо зашипел, прикоснувшись к щеке и опустил взгляд на Аурелию. Его зрачки сузились. Она разбудила в нем мадри. Михаил схватил ее за шею и поднял ее лицо к своему, чтобы прочитать все, что в ней накопилось за все то время, что он спал. Аурелия прикрыла глаза, вздохнула, пробуждая мадри, и открыла глаза со зрачками-бусинками. Ее мадри оперативно прятал все сведения, все документы, кропотливо собранные им за последние дни. Хватал раскиданные мысли и распихивал по шкафчикам, чтобы мадри Михаила не увидел ничего, что может ему не понравиться. Однако если он ничего не найдет, это разозлит его еще больше, поэтому хитрый мадри Аурелии ловко подсунул ему воспоминания и негативные ощущения прошлой ночи. Мадри Михаила с мерзостью отбросил их и продолжил шариться в документах, пытаясь найти доказательства измены или воспоминания о действиях герцога, которые могли бы заставить Аурелию передумать. Мадри Аурелии не отставал. Хорошо припрятав разговоры с герцогом куда подальше, начал рыться в мозгах Михаила, пока он занят рытьем в мозгах Аурелии. Мадри будто на секунду что-то смутило: он заметался, не зная, куда себя деть, будто что-то вдруг пошло не так. Этой секундной заминки хватило, чтобы пробраться в маленький уголок его сознания, в котором таились его сомнения и переживания, где мадри Аурелии пытался выискать причины его отвратительно мерзкого поведения, в том числе – почему он схватил ее и без ее ведома стал рыться в его вещах. Ооо, мадри Аурелии был далеко не глуп. Ленив, но не глуп – он прекрасно изучил Михаила и поведение его тревожного мадри, так что знал, где они оба предпочитают хранить свои мотивы. причем его мадри иногда так искусно их скрывал, что Михаил даже не мог их потом откопать. Это либо в отделе страхов, либо в сомнениях, либо лежит на поверхности с чувствами и другими дурацкими мыслями. Мадри Аурелии подозревал, что может двигать этими двумя: либо ревность и зависть, либо зависть к другому. В первом случае это ревность и зависть в сторону герцога Авраама. Страх, что Аурелия предпочтет его, как ее мадри, собственно, и заставил ее поступить. Это выгодно. От герцога явно будет больше пользы, чем от солдата, тут он был полностью согласен. Вторая зависть – это зависть Михаила именно к положениею дел: он тоже желал вернуться на Тигарден, но его одолевала какая-то дурацкая эмоция, которая диктовала ему сделать все самому, не посвящать в это Аурелию, чтобы она была ведомой, делала все, как он хочет. Жениться на ней, занять место герцога и уже в роли титулованного человека вернуться на Тигарден, чтобы, может быть, и на Тигардене занимать высокое место рядом с Аурелией. Мадри Аурелии это мало интересовало. Он наоборот был готов сделать все, чтобы Михаил остался в нижнем положении и не лез под руку, когда принцесса решает. Как и ожидал, он нашел мотив и в том, и в том. Мадри Михаила, он уверен, никогда не докопается до разговоров с герцогом. А вот мадри Аурелии очень легко протиснулся в документацию с заговорами. Ожидаемо, он уже поднимал людей, чтобы выступить с ними против герцога. Нехорошо. Убрать его – тоже нехорошо. Но если он уберет герцога, будет плохо. Видимо, нужно начинать движение против него, хоть он и помогал до этого. Михаил отпустил Аурелию и отвернулся. Она несмело отступила, до нее постепенно доходило все, что ее мадри раскопал в Михаиле. До Михаила ничего не доходило: его мадри ничего не нашел. Аурелия сжала зубы и вздохнула, обдумывая его поведение. Она во многом была согласна с выводами мадри. Теперь стало окончательно ясно, что он ей больше не друг. Почему бы не дать герцогу жениться на ней, помочь в возвращении Тигардена, развестись, уехать, и забыть об этом? Оба негодовали. Для Михаила было даже немыслимо, что Аурелия может сотрудничать так же плодотворно с кем-то еще. К тому же, с таким мерзким человеком, каким ему представлялся Авраам. Аурелия успела уже узнать его с другой стороны – это не делало его менее мерзким, но она уже могла позволить себе работать с ним: он не был глупым, вроде как он знал, как все работает, плюс, он герцог уже довольно долго, намного дольше, чем она – Королева. Михаил обернулся к ней. — Если я узнаю, что между тобой и им что-то есть… — сказал он. Аурелия наотмашь ударила его по лицу. Михаил рыкнул и схватил ее за шею. — Не смей, сука. — Не смей звать меня сукой, — рыкнула Аурелия и снова ударила его по лицу. — Я не твоя служанка. — Но ты и не моя хозяйка. — Убери руки, — Аурелия ударила его по ладони. — Ты права не имеешь меня трогать. — Я сказал… Ты мне не хозяйка. — Ты мне не указ. — Ты – моя служанка. Аурелия скинула с шеи его руку и отошла к двери. — Я убью твоего Авраама и верну тебя на Тигарден, — спокойно сказал Михаил, глядя на Аурелию исподлобья. — Будь уверена, так и будет. Аурелия фыркнула и вышла из комнаты, хлопнув дверью. Она сжала переносицу пальцами. Сообщать Аврааму или нет? Стоит ли ей разобраться с этим самой? Сможет ли она? Или сразу сказать Аврааму, чтобы он разобрался с Михаилом? Но тогда где гарантия, что он не обманет ее? Ведь пока Михаил рядом, можно сказать, Авраам “должен” ей помочь и заменить его. А когда Михаила не будет, он может забыть о помощи ей. Однако он совсем не боится Михаила. Наверное, он сам хочет помочь, отдельно от Михаила. Нравится ли она ему на самом деле, чтобы он хотел помогать ей? Может ли она сейчас избавиться от Михаила без вреда для своего положения? Аурелия покачала головой. Мадри настаивает, чтобы сказать Аврааму. Нет. Она не будет говорить ему. Она сама разберется с Михаилом. Главное успеть до того, как он убьет Авраама.

***

Авацина вдохновенно готовилась к свадьбе. Диана стояла за ее спиной. Служанки закалывали еще не пришитые юбки прямо на Королеве. Она крутилась перед зеркалом и просила перекалывать, если ей не нравилась юбка. — Красиво? — спросила Авацина, обернувшись к Диане. Она моргнула, отвлекаясь от обдумывания плана, и оглядела Королеву. — Ты опять где-то летаешь? — Извините, госпожа, — Диана покачала головой. — Я слишком озабочена проблемой сохранения власти. Авацина устало и сочувственно выдохнула и коснулась ее плеча. Диана испуганно вздрогнула от прикосновения Королевы и отшатнулась. — Красиво, госпожа, — кивнула Диана и отступила. — Извините, я просто… Очень сильно переживаю. Свадьба – это важное событие, и я бы не хотела, чтобы оно омрачилось чем-то вроде восстания. — Ничего, дорогая, — улыбнулась Авацина. — Я тоже все никак не могу отделаться от чувства, что что-то не так. — Не переживайте, госпожа. Это моя работа. — Мне еще нужно, — сказала Авацина, обернулась к зеркалу и тяжело вздохнула, — написать список гостей. Я не знаю, кого звать. — Вы уже нашли бывшую принцессу Аурелию? — спросила Диана. — Почему ты спрашиваешь? — Авацина через зеркало бросила недоверчивый взгляд на Диану. — Ты что-то знала и не говорила мне? Диана покачала головой. Авацина продолжала, сощурившись, наблюдать за ней. — Я бы предложила вам включить в список герцога Хейята со свитой. — Почему? — Потому что солдатик, сбежавший с бывшей принцессой, родом с Хейята, — ответила Диана. Авацина медленно кивнула: многие мужчины здесь были родом с Хейята. — Поэтому я не удивлюсь, если он упросил бы ее вернуться туда. Если они находятся в распоряжении герцога Хейята, Аурелия, вероятно, находится в гареме. Если у нее близкие отношения с герцогом, она может попросить его взять ее с собой. — Звучит логично, — Авацина кивнула и прикусила губу. — Только это опять сплошные вероятности… — У меня нет других идей, — призналась Диана. — Герцог Хейят будет рад вашему приглащению. Да и вам было бы неплохо наладить с ним отношения. — Я подумаю над твоим предложением. А сейчас мне нужно написать список гостей. Пришивайте юбку.

***

Авраам Хейят – юный герцог, наследник благородной четы Хейятов, вечно пьяный молодой правитель целой планеты по вечерам наслаждался обществом своей теперь любимой наложницы. Герцог сидел за столом на диванчике, откинувшись на мягкие подушки, и смотрел в потолок. Аурелия, устало прикорнув на его плече, ела виноград. — Дай? — Авраам прислонился щекой к затылку Аурелии. Она оторвала виноградину и вложила в его рот. Авраам легко коснулся губами кончиков ее пальцев. Он приподнял голову и, откинув волосы с лица Аурелии, поцеловал ее в лоб. Тут же он бросил короткий взгляд на сидящего за столом Михаила. — Дай еще, — попросил Авраам. Аурелия оторвала виноградинку и подняла голову, чтобы увидеть его лицо. Он встретил ее взгляд и поднял брови. Она поднесла виноградинку к его рту, и он послушно взял ее. Авраам нежно взял лицо Аурелии за подбородок и поднял к себе, заглядывая в ее глаза. Он накрыл ее губы долгим виноградным поцелуем, провел пальцами по лицу и обвел маленький, почти незаметный, синячок на ее шее. Он услышал, как стул отодвигается от стола, и оторвался от Аурелии. Авраам облизнул губы, провел пальцами по ее щеке, не оборачиваясь на психующего Михаила. — Дай еще, — тихо попросила Авраам. Дверь за его спиной громко хлопнула, он раздраженно прикрыл глаза и облизнул губы. Аурелия подала ему виноградинку. Авраам раскусил ее и наклонился к Аурелии. — Можно я его убью? Эта истеричка меня вымораживает. Аурелия поджала губы и опустила взгляд. Она не знала, как правильно. И теперь, когда он спрашивал у нее разрешения, ей полагалось ответить. Но она не знала, что отвечать. С одной стороны ей было бы выгодно, если бы Авраам сам расправился с Михаилом – ей не придется пачкать об него руки в попытке защитить Авраама. С другой стороны, она не хотела бы посвящать его в заговор против него же самого. Двери распахнулись, грохнув о стены. Авраам гневно выдохнул и обернулся, не убирая ладони от лица Аурелии. Лакей в черно-золотой с красным воротом форме шагнул в зал, чеканя шаг прошел к столу, и остановился перед герцогом. — Разрешите доложить, — проговорил лакей. Авраам устало отпустил лицо Аурелии, сел поудобнее и приобнял ее, подтолкнув обратно на свое плечо. Она положила на него голову, он коротко чмокнул ее в макушку и обернулся к лакею. — Докладывай, — строго бросил Авраам. Лакей вытянулся по струнке, достал планшет и прочистил горло. — Королева Тигардена, прекрасная дева Авацина Танг-Лен прислала распоряжение… — начал он. — Короче, — рыкнул Авраам. — Я рот ебал в твоих наворотах разбираться. Лакей испуганно вздрогнул и сконфузился. Он неловко распрямился и бросил короткий взгляд на герцога. — Королева Авацина желает видеть вас на своей свадьбе через две недели в субботу, — виновато, но громко произнес он. Авраам кивнул. — Что-то еще? — Нет, герцог, — он качнул головой. Авраам удовлетворенно кивнул. — Тогда свободен. — А… — он замялся. — Вы будете? — Будем, — кивнул герцог. Лакей низко поклонился и торопливо вышел. Аурелия проследила за ним и, когда дверь закрылась, навалилась на Авраама. Она провела пальцем по его гладкой щеке, и он, улыбаясь, обернулся. Он погладил ее щеку, опустил взгляд на маленький синячок на ее шее цвета кофе с молоком, потянул на себя ее лицо и поцеловал синячок. — Он тебя больше не тронет, — шепнул Авраам. — А нам нужно оперативно сыграть свадьбу, чтобы ты вернулась на Тигарден уже в титуле герцогини, — он встретился с ней взглядом и улыбнулся. — Готова? — Я всегда готова к возвращению, — сказала Аурелия. Авраам потрепал ее по голове. — Не будем сильно афишировать это событие. Просто сообщим, чтобы все знали. Аурелия довольно закивала, Авраам поцеловал ее в лоб, оторвал виноградинку и отправил в рот.