И лишь благодать укажет тебе путь...

      После выполнения очередного заказа на убийство монстров, Погасший, получив награду и похвалы от Катерины, незамедлительно направился в гильдию, чтобы набрать ещё парочку, так как выполнил предыдущее поручение достаточно быстро, несмотря на то, что сам воин предполагал, что оно может занять время до самого вечера. Заказ звучал, на первый взгляд, достаточно серьезно, мол, появилось племя хиличурлов, которое нападало на путников по дороге исподтишка и скрывалось так умело, что никто даже понять не мог, где они находились. Этого Погасшего заинтересовало, и он направился разбираться с этим…       Но, как оказалось, тот лагерь хиличурлов, который якобы был очень скрытен и неуловим, на самом деле, оказался весьма очевидно спрятан при помощи магов Бездны, с которыми Погасший уже тоже руку набил и легко выслеживал, так что ему не составило труда от них всех избавиться. Видимо опыт из Междуземья развил в нем навыки проницательности и наблюдения до невероятного уровня.       …       Ну или кто-то в гильдии слишком любил преувеличивать — таких людей было весьма много, как воитель много раз подмечал. Та же Фишль бы легко разобралась с этим делом, Погасший полностью оценил её навыки, и девушка действительно была отличной разведчицей, несмотря на свои причуды, к которым он весьма легко привык, ведь ему приходилось слушать старух, Чтиц Пальцев, что очень любили говорить расплывчатыми загадками. К тому же Оз всегда мгновенно и любезно переводил её предложения, так что и размышлять над их значением не надо было.       Так или иначе, но заказ был выполнен, и ему хотелось выполнить ещё, чтобы не валять дурака. В конце концов, заниматься ему было нечем, кроме как выходить на охоту.       Проходя через улицу города, ведущей к здании гильдии, до него вдруг донесся необычный, но довольно знакомый женский крик откуда-то… сверху?       Кровавый Волк занес недоуменно голову к верху, на всякий случай, кладя руку на рукоять меча, к своему удивлению, заметив, что Люмин пролетела сейчас над ним и улетела в сторону штаба Ордо Фавониус. Поморгав немного от любопытства, пытаясь обработать то, что сейчас его глаза лицезрели, воин решил отложить заказы в гильдии и направиться узнать, что же затеяла такого Путешественница, что решила полетать по Мондштадту? Было ли это какое-то особенное задание или поручение, или же она просто решила таким образом повеселиться и расслабиться от напряжения с ситуацией Ужасом Бури? Если второе, то это звучало несколько опрометчиво.       Погасший поднялся по улицам и дошел до штаба Ордо Фавониус, где пронаблюдал интересную картину: Эмбер вместе с Люмин и Паймон стояли перед рыцарем Отто — простым на вид молодым мужчиной с каштановыми волосами, и объясняли тому, что лишь проводили экзамен для получения лицензии для полета на планерах. Воин заинтересовался: «Для планеров нужна лицензия?» У него этой лицензии не было, но планером в своих заказах он пользовался часто. Довольно удобная вещь, с ним его мобильность ещё сильнее повышалась, при этом, что важно, без траты больших сил. К тому же, благодаря планеру, можно было выстраивать различные хитрые тактики против врагов, что тоже являлось огромным преимуществом в использовании данного агрегата.       С учетом этого, Погасший посчитал, что, возможно, ему следовало подробнее разузнать об этой самой лицензии и о том, что она ему давала. И видимо как раз Эмбер, Люмин и Паймон могли ответить ему на этот вопрос. Он решил подождать, пока спор между ними уляжется, ибо не хотел своим присутствием помешать им.       Когда Отто их покинул, Погасший медленно начал подходить поближе. Девушки смотрели на друг друга, пока не замечая его. Эмбер, которая спокойно говорила с Люмин и Паймон, внезапно почувствовала, как на неё упала тень от грозной, устрашающей фигуры. Обернувшись назад, девушка аж впала в ступор при виде воителя, который польстил их своим могучим присутствием.       — О?! С-сэр Погасший?! — с удивлением пролепетала девушка, но потом улыбнулась с дружелюбием. — Не ожидала вас встретить! — она явно была рада его видеть, несмотря на то, что её слегка напугала поначалу огромная тень от него.       Погасший молчаливо кивнул, пока решив обменяться любезностями. Он уже давно в себе приметил, что перестал… быть более прямолинейным. То есть, воитель оставался довольно лаконичным и иногда грубоватым, но определенно из-за частых разговоров с кем-либо: в гильдии, с друзьями или просто с различными прохожими — со всеми, с кем приходилось иметь дело, у него заметно улучшились навыки общения. Хотя, конечно, от своей молчаливости и прямоты воитель вряд ли избавится — слишком уж в нем это укоренилось.       — Мы тоже! — следом за ней довольно дружелюбно сказала Паймон.       Похоже, после того, как Погасший показал себя со стороны надежного напарника (или из-за того, что дал тогда в пещере ей покушать) Паймон стала к нему намного дружелюбнее и теплее относиться. Пожалуй, это было хорошим знаком.       Одна Люмин одарила Погасшего приветственным и молчаливым кивком с легкой улыбкой. Похоже, она тоже ценила значение слов и говорила именно тогда, когда нужно. Как и следовало ожидать, воитель ответил взаимным кивком.       — …Вы сказали, что проводите экзамен по получению лицензии планера? — спросил с небольшим интересом воин, поглядывая на девушек, желая убедиться в верности своих слов. Получив кивки, тот продолжил. — …Что она дает?       Эмбер тут же засветилась от его интереса. Похоже, тема планеров была для неё особенной.       — О, благодаря ей, вы можете законно летать на планере без ограничений… — она чуть замолчала, слегка отведя глаза, почесывая затылок. — …ну, за исключением пары случаев, но, думаю, суть ясна, — девушка улыбнулась.       Погасший кивнул, понимая, что, похоже, лицензия ему действительно была нужна сейчас. Ему не хотелось, чтобы Ордо Фавониус за его частые полеты, могли оштрафовать или посадить в тюрьму. Кровавый Волк, знакомый уже с законами Мондштадта, предпочитал не высовываться и быть примерным гражданином, ибо, если у него уже стояла весьма громкая репутация, то пусть она ограничивалась тем, что он — охотник на монстров, а не какой-нибудь там жалкий преступник.       — …Я могу получить лицензию? — задал он следующий вопрос, рассчитывая, что у Эмбер, или кто должен был принимать экзамен, могло найтись время на него.       — Ох, точно, вы же тоже пользуетесь планером! — вспомнила радостно Эмбер и покивала. — Конечно! Я с радостью приму и у вас экзамен!       От Эмбер энтузиазм буквально излучался. Ну, конечно, ведь скаут могла увидеть насколько Погасший был настоящим мастером, каким он был практически во всем (кроме общения с людьми). Она слышала о том, как тот умело использовал планер при битве с Ужасом Бури, так что, девушка не сомневалась, что Кровавый Волк мог продемонстрировать высший класс и сразу получить лицензию на полет.       — О, можно мы тогда понаблюдаем?!       Судя по удивленной реакции Люмин, она не ожидала такого предложения от своей спутницы, но промолчала и затем кивнула, как бы с ней соглашаясь. Сам Погасший не нашел чего-то странного или подозрительного в их просьбе и одарил ещё одним молчаливым кивком, после чего возвратил взор на Эмбер, которая уже от нетерпения чуть ли не подпрыгивала на месте.       — Тогда приготовьте планер! — сжала руки в кулаки и вскинула их вверх в решительном жесте. — Следуйте за мной! Мы отправимся на дикую природу — сначала посмотрим, как у вас получается летать в таких условиях! — кратко озвучила Эмбер первый пункт проведения экзамена.       — А, разве, сэр Погасший не должен прочитать книгу по управлению планером? — задумчиво подметила Паймон, немного охлаждая задор девушки испытать Кровавого Волка.       Эмбер тут же замедлилась и неловко захихикала, оборачиваясь к ним.       — Ой, точно… — и почесала неловко затылок, взъерошивая каскады каштановых волос. — Сэр Погасший, вы случаем не читали руководство по использованию планеров?.. — с чуть более спокойным, профессиональным тоном спросила скаут.       Видимо это руководство являлось одним из условий прохождения экзамена, ну или просто использовался, что перед экзаменом проходящий хотя бы знал какие-нибудь основы или что-то вроде того, чтобы не завалиться на первых же порах. Погасший немного задумался и вспомнил, что, на самом деле, какое-то руководство тот точно читал для понимания работы с планерами. В конце концов, это целый инструмент, который требовал мастерства, а не импровизации, какую он демонстрировал в битве с Ужасом Бури при поддержке Венти.       Кровавый Волк кивнул, давая понять Эмбер, что читал. Она задумчиво прищурилась, видимо раздумывая поверить ему на слово или проверить его знания.       — Что написано на странице 57, во втором абзаце? — внезапно задала она вопрос буквально с ничего, пытаясь застать врасплох Погасшего.       Самый лучший вопрос на знания — совершенно неожиданный. Тем не менее, Погасший даже не дрогнул под шлемом. Он помнил каждую строку из прочитанных им книг, потому, недолго думая, начал:       — «Планер используется для полета одного человека либо двух, последнее только в крайнем случае и только при наличии признанных навыков мастерства от любого из семи государств у того, кто использует планер» — в слово в слово процитировал воитель без запинки ровным и спокойным голосом.       Эмбер в шоке замолчала, её глаза полезли на лоб. Люмин и Паймон недоуменно переглянулись, так как сами, по кое-какой причине, не смогли прочитать книгу и соответственно не знали её содержания хотя бы дословно, но, исходя из реакции скаута, Погасший сказал всё максимально правильно. Девушка ещё недоуменно поморгала пару раз.       — В-вы выучили всю книгу или что?.. — удивленно полюбопытствовала она, но затем слабо покачала головой. — Э-э-э, ладно, неважно, вы молодец! Там буквально написано так… — на безмолвные вопросительные глаза от Люмин и Паймон, она тихо сказала. — …я тоже её выучила, хех, — Эмбер завела руки за спину и слегка покачалась на каблуках, ощущая некоторую неловкость от того, что сама была такой. — Так или иначе, теперь я не сомневаюсь в ваших знаниях! Идемте!       Погасший, заготовив заранее планер на экзамен и проверив на всякий случай снаряжение, пошел за активной девушкой-зайчиком. Люмин с Паймон последовали за ними.       Тем же временем тени были активны как никогда. Они перемещались быстро по городу, иногда распугивая простой народ. Некоторые люди шептались, что, мол, видели кого-то в переулках во тьме, но большинство только крутили пальцами у виска или отмалчивались, не желая навлечь на себя гнев чего-то большего. Город и его окрестности находились под их присмотром в поисках тех, кто посмел предать.       Глубоко под землей их дела обстояли таким же суетливым образом. Большинство ассасинов покидало базу на патрулирование окрестностей, дабы следить за всеми подозрительными активностями, командиры объясняли и давали отрядам указания. И в центре всего стояло трое. Первый, Вторая и Девятый, на чьих плечах была возложена задача понять и найти источник предательства в их рядах и быстрее устранить его, пока не было поздно.       — Что у нас по последним сведениям?       Из трубы до сих пор капала вода, нарушавшая тишину, но твердый голос Первого его игнорировал и задал четкий вопрос.       — Сэр, — перед отчетом, ассасин отдал ему уважительный кивок. — …в субботу 25 сентября, группа из «наших» направилась на запад Мондштадта, в сторону древнего храма Ветров, — ассасин показал на карте примерный маршрут движения. — Доподлинно цель отколотого отряда не установлена, но, исходя из того, что они встретились с объектом VI, возможно, их задачей было его устранение.       Перед ним стояла доска, на которой было развешено кучу фотографий, за которыми выстраивалась целая паутина из нитей, которая, впрочем, ни к чему особенному не приводила. Их попытки понять произошедшее пока проваливались, но не были полностью бесполезными. За всем этим скрывалась разгадка — оставалось только поглубже копнуть.       — Но у них ничего не получилось, — без определенных эмоций протянул Девятый, рассматривая фотографию на доске, где были изображены трупы тех смельчаков, что попробовали напасть на воителя.       Весьма кровавая картина, лишь подтверждающая слова Мудреца об опасности Погасшего. Если и были те, кто как-то сомневался в силе воина, то теперь могли понимать всю настоящую угрозу. Их ассасины, которые являлись страхом чуть ли не для каждого человека в Тейвате, кто наслышан о них, оказались безжалостно перебиты, как куча свиней. Ни единого шанса.       — Мы отследили все приказы, которые отдавали в последнее время Предвестники, но ничего подозрительного не выявили…       Первый перевел взгляд на несколько фотографий, а также письменных заметок на доске.       — Не значит, что они не виновны, — заметила Вторая, обращая взор безликой маски на фотографии Синьоры и Скарамуччи.

Дама

Слишком горда, чтобы просить о помощи (Приказов с её стороны не обнаружено)

Сказитель

Слишком высокомерен, чтобы просить о помощи (скорее всего даже не ставит Объект VI в серьез) ((Приказов с его стороны не обнаружено))

Слуга

Не имеет причин вмешиваться и ликвидировать Объект VI(Исходя из отчета Пятого, знает об объекте VI и также воспринимает предупреждения Мудреца серьезно) ((Приказов с её стороны не обнаружено))

      И так было расписано на каждого подозреваемого, но, что удивительно, всё сводилось к тому, что никто не подходил, так как не было мотивов против самого Погасшего, так и использовал их помощь в его устранении. Слишком удобно получалось, но они имели, что имели. Первый не был этим раздражен — он понимал, что, скорее всего, придется значительно потратить время и постараться прежде чем можно было раздобыть настоящую информацию.       — Также интересно то, что как только мы узнали об этом происшествии, все трупы нападавших исчезли вместе со всеми следами сражения… — он на мгновение замолчал, словно сам до конца не понимая, как это могло произойти. — …кто-то не хотел, чтобы мы смогли найти зацепки, — воздержался от личного мнения и подытожил нейтрально и сдержанно Черный нож.       А это было самое странное во всем этом деле. Стоило Девятому придти на базу и сообщить о том, что кто-то попробовал ликвидировать Погасшего с Путешественницей, и стоило Первому туда лично направиться вместе с небольшим отрядом в качестве этакой защиты, как внезапно оказалось, что уже не было ни самих трупов, ни даже каких-либо признаков сражения. Как будто всё испарилось на месте и это вызывало массу вопросов и подозрений, что даже на базе у них находились предатели, которые подслушивали и следили за каждым их шагом.       Первый это предположил сразу и тут же приказал всех проверить. Проверка до сих пор продолжалась, отобранные лично лидером убийцы, подобно инспекторам, проверяли каждого Черного ножа тщательно, но однозначно она дала определенные результаты: некоторые ассасины загадочным образом исчезли в моменте, когда всё это начиналось. И что странно, сделано это было очень продуманно, явно готовились к подобному, что позволило сделать вывод: у предателей был лидер, который их координировал и весьма делал это хорошо.       — Хм…       Первый задумчиво уставился на доску, пытаясь выискать какую-то закономерность, но в куче всей этой информации особенных зацепок не улавливалось, а делать поспешные шаги ему было нельзя, иначе это может ещё сильнее подставить других. Он уже отослал отчет Мудрецу об этом, оставалось только гадать, как тот мог отреагировать.       «Может ли он попросить Нулевую…» — Первый сильнее нахмурился под маской. Если Мудрец действительно мог послать её, то…       — Первый!       Лидер Черных Ножей отвлекся от мрачных мыслей и обернулся, увидев ещё одного ассасина, которым к ним подбежал и прервал доклад.       — Что-то срочное? — видя встревоженный настрой подчиненного, поинтересовался холодно мужчина.       «Час от часу не легче…» — он уже понимал, что новости, скорее всего, были бы плохие. Нынче хороших у них просто не было.       — Да, наш патруль обнаружил странный отряд из наших ассасинов, — он подошел к карте Мондштадта. — Вот здесь, — и указал где-то к северу от Спрингвейла. — Мы проследили за активностью там и выяснили, что капитан Ордо Фавониус Морская Пена разведывает территорию, — отчитался ассасин. — Похоже, они нацелились на неё.       Первый, проанализировав эту информацию, хмуро вздохнул, пока от Девятого задумчиво послышалось:       — Странные у них приоритеты, если эти ассасины связаны с теми, кто напал на Обьект VI, — скрестив руки на груди, мужчина продолжил размышления вслух. — Чего они добиваются? Пытаются ослабить Мондштадт? Пытаются обернуть Мондштадт против Фатуи или…       В потоке различных вариантов, Первый внезапно смог уловить некоторую закономерность в этих делах.       — …Подставить нас, — перебила его Вторая, тоже догадавшись.       — Да, скорее всего так, — согласился с её предположением Первый, кивая. — Кто-то хочет нас подставить и поставить под сомнение нашу эффективность, чтобы мы оказались в стороне от будущих дел.       У организации было много врагов, которые хотели бы избавиться от них. Даже некоторые из Фатуи их не особенно любили, так как часто ассасины действовали в независимости от других и ещё чаще брали на себя некоторые задания и проведения особых операций, ни с кем не координируясь. Неудивительно, что кому-то это совсем не нравилось, что те были готовы разобраться с ними.       «Но только кто?..»       — О как? И у кого же столько влияния на наших ребят, чтобы ОНИ нас предали, и при этом стойкое желание нас убрать? — весьма резонно поинтересовался Девятый, озвучивая мелькнувшие мысли Первого вслух.       Вопрос оставался открытым, ибо эти качества сочетал в себе… никто кто мог быть подозреваемым. Некоторые Предвестники, возможно, стремились их убрать, но никак не могли повлиять на ассасинов так, чтобы они выступили против Черных Ножей. А те, кто обладали возможностью не имели логичных причин для подобного, гнусного удара в спину. Первый снова задумался. Действительно те предатели стремились их подставить или… у них было что-то более конкретное на уме?       «Возможно, не всю организацию, а… меня?» — эта мысль тоже имела смысл. Мудрец явно разочаруется в том, если кто-то из Черных Ножей под присмотром Первого сделает то, что совсем не надо и совершенно бессмысленно, да и заодно мешается их давно запланированным делам. Его, скорее всего, тогда отстранят от должности и поставят кого-то нового… а оттуда всё пойдет коту под хвост.       Но это было только предположение, которое, наверное, возникло на почве личной гордости лидера за себя, из-за чего, тут же обдумав это хладнокровной головой, попытался подальше отбросить и оставить пока в качестве второстепенной причины. Истинные мотивы предателей только предстояло узнать. И Первый… планировал лично с этим разобраться.       — Пусть патруль продолжает свой изначальный маршрут, — отчитавшийся ассасин кивнул, не задавая лишних вопросов. — Вторая, Девятый — вы за главных, — со стальным тоном в приглушенном и тихом голосе произнес мужчина.       Первый взмахнул плащом и уверенным шагом пошел, обходя ассасинов, направляясь к ближайшему выходу на поверхность, откуда мог воспользоваться точкой телепорта и по-быстрому добраться до Спрингвейла. У него оставалось мало времени, но он не мог допустить смерть Эолы — это совершенно не входило в их планы и, более того, по предположениям Мудреца, она была важным человеком, которого следовало оставлять в живых.       — Собираешься взяться за дело сам? — спросил Девятый, наклоняя голову вбок.       Редко приходилось видеть, когда сам лидер брался за дело. Но если такое происходило, то, значит, бояться было нечего. Первый не зря назывался «Первым». Он был лучшим из лучших и стоил несколько отрядов их убийц. Даже поговаривали, что тот был достаточно сильным, чтобы тягаться с некоторыми предвестниками Фатуи, но в прямой схватке тот никогда с ними не сталкивался, так что это оставалось на уровне слухов.       — Да, собираюсь, — он кивнул в знак подтверждения.       Девятый с пониманием кивнул, не споря с его решением. В конце концов, в сравнение с Первым, власти у него было совсем немного, хотя, конечно, они все относились к друг другу с равным уважением — это была основа их организации.       Вторая взглянула на него и сказала тихо, но искренне:       — Будь осторожен, — привычным коротким образом начала девушка, но потом, сохраняя хмурое молчание, огласила серьезнее. — Спичка… чиркнула.       Последние слова заставили Первого задуматься. «Похоже, и вправду чиркнула… но кто это сделал?» — глава ассасинов помотал головой и направился срочно к выходу из канализации, не желая терять драгоценного времени.

Он не позволит предателям всё разрушить

***

      Эола, поправляя слегка волосы, ещё раз огляделась вокруг с легкой хмуростью в своем выражении. Обычные просторы Спрингвейла — ничего особенного, но нынче времена сложились такие, что даже, казалось, такие простые и знакомые места уже отдавались серьезной опасностью. Теперь, когда Мондштадт находился под непосредственной угрозой Ужаса Бури, то всё стало давить на Ордо Фавониус. Хиличурлы… хотя, ладно, ими и прочими монстрами эффективно разбирался Погасший, да настолько, что они уже за много километров от города решили обосновывать лагеря, чтобы, не дай Архонт, Кровавый Волк до них не добрался. Больше всего опасность представлял Орден Бездны, которые также опасались безжалостного воина, но были достаточно умны, чтобы прятаться лучше, а не с принципом «чем дальше, тем лучше», из-за чего могли продолжать мешать также, как и раньше. И, конечно же, последние, но не по значению, в списке тех, кто устраивали проблемы — Фатуи, слишком любившие качать свои права на основе того, что их мирная делегация прибыла для «переговоров». Только вместо этого, они только унижали рыцарей и намекали на то, что им требовалась помощь, так как сами были «немощными».       В основном, поэтому Эола и отправлялась на разведку. Чтобы найти подозрительные вещи, которые могли намекать на присутствие Бездны или их “ надежных союзников» из Снежной. Действовала она одна не из соображений гордости, а, скорее, эффективности. Людей катастрофически не хватало, особенно опытных, а надо было осматривать весь Мондштадт. Понимая это, рыцарь самостоятельно приняла смелое решение и сообщила Джинн, что лично займется разведкой территории Спрингвейла. Да, это было опасно, пожалуй, даже слегка безрассудно, куда без этого, но Лоуренс была не из робких. Уж постоять за себя она сможет, да и в крайнем случае сбежать у неё точно получится. Будучи капитаном разведывательного отряда, уж девушка прекрасно понимала, что бегство куда лучший маневр, чем сражение в большинстве случаев.       Остановившись ненадолго, Эола разглядела пейзаж каньона, что простирался перед ней. Внутри на каменистых, неровных дорогах было пусто, хотя раньше там часто ставили свои лагеря хиличурлы. Но опять же, постоянные зачистки Погасшего отпугнули монстров от Мондштадта и теперь те чуть ли не отправлялись аж на сам Драконий Хребет, чтобы их не настигли. Безуспешно, ибо воитель, похоже, настолько был неутомим, что далекие расстояния ему не казались преградой и всё равно постоянно ходили новости о том, как он зачистил очередные несколько лагерей.       «Вспоминаю, как в таверне кто-то полностью серьезно говорил, что Погасший — дух ненависти и смерти, спустившийся из Селестии, чтобы покарать и уничтожить всех монстров в Тейвате и спасти всё человечество…» — вспомнив об этом, она посмеялась слегка. Конечно, воин совершенно не был духом, но в чем Эола не сомневалась, так это в том, что тот явно имел желание уничтожать монстров, пока их вообще не останется. Рвать и терзать, пока все не иссякнут.       И проходило у него это максимально успешно. Благодаря его зачисткам Мондштадт был безопасен прямо как во времена, когда магистр Варка не отправился в долгую экспедицию. Из-за этого ей хотелось горько усмехнуться. Незнакомец, прибывший из ниоткуда, сделал больше, чем Ордо Фавониус… это звучало даже смешно.       Но она не винила Кровавого Волка. О нет. Эола глубоко уважала Погасшего. В отличие от большинства мондштадтцев, воин, несмотря на происхождение девушки, её не презирал и также уважал. Конечно, скорее всего, это было из-за того, что ему не рассказывали истории о подлых аристократах, но, так или иначе, она ему была благодарна за то, что он прежде судил её по поступкам. Мелочь, но мало из людей такое делают. И взамен она также судила его по поступкам. Довольно удивительно, но у Погасшего хотя и закрепилась репутация этакого героя; могущественного охотника за монстрами; того, кто обезопасил дороги и местность вокруг Мондштадта на много километров, про него всё равно иногда ходили неприятные слухи, которые подхватывали другие, так как люди всегда любили сплетничать. Якобы, что убивая так часто монстров, он просто насыщал свою жажду крови, насилия и тому подобное.       Эола не спорила с тем, что Погасший был весьма жесток. Но это одна сторона его личности. Личности безжалостного и смертоносного охотника за монстрами. Но ведь у него была и другая сторона. Закрытый, хмурый, но честный и справедливый одиночка-рыцарь, который не поскупится помочь кому-то в беде. Девушка знала его лично, потому и видела, каким он являлся. И постоянно слыша иногда в таверне, как какие-то завидующие ему люди говорят, что тот просто маньяк, она не могла не усмехнуться. «Чего не придумают другие люди, чтобы попытаться обвинить тех, кто банально лучше них…» — и тяжело вздохнула. И ведь Погасший и вправду был лучше них! И сильнее, и благороднее, и добрее (несмотря на мрачный вид), и красивее… «А, почему я об этом…» — Эола внутри покраснела, но постаралась отмахнуться от глупых мыслей. Она на задании, не время!       Вернув взгляд на поля Спрингвейла, Лоуренс продолжала двигаться подальше от каньона, и добралась до одиноко стоящей статуи Анемо Архонта, которая благодаря стараниям местных жителей до сих пор оставалась ухоженной. Где-то к югу невдалеке должна была быть известная винокурня «Рассвет» и сама деревенька с охотниками на востоке. Взглянув на невозмутимый каменный облик, Эола немного задумалась, как вдруг…       Она отодвинула голову в сторону и позволила метательному ножу пролететь мимо неё в паре сантиметров. Острое стальное лезвие вонзилось в землю, но единственная реакция, которая от неё последовало: недопонимание с хмуростью, которое быстро перетекло в долю отвращения и рыцарской гордости.       — Хмф, нападать в спину — как низко, — с недовольством процедила она.       Двуручник образовался из золотистых частиц. Его изысканное, широкое лезвие цвета морской воды плавно перетекал в золотые крылатые гарды, а в основании клинка были начертаны струны, создавая образ поющей лиры. Обхватив элегантно рукоять пальцами, и поднимая высоко меч над землей, загораживая фигурой сияющее солнце, Эола плавно прокрутилась, практически исполнив движение из танца, и взглянула с холодным и решительным взглядом на её противников, ожидая либо хиличурлов или пресловутых похитителей сокровищ…       …И невольно дыхание у неё сбилось.       Черные фигуры в безликих масках неподвижно стояли с оружием в руках. Их было семеро и все они, как призраки, наблюдали безмолвно за ней.       Тут же все инстинкты Эолы закричали изо всех сил, предупреждая её о смертельной опасности от тех, кто стоял перед ней. Эти белые маски… она о них уже слышала. О них даже прямо предупреждали в Ордо Фавониус. Неуловимые убийцы, не оставляющие за собой свидетелей. Те, кто постоянно находились в тенях. Практически легенда, миф, который блуждал по уголкам Тейвата, пугая жителей.       Черные ножи…       Её уста задвигались, выговаривая это имя, но звуков никаких не последовало. Отходя на шаг назад, Эола приняла защитную стойку, пока глаза перебегали с ассасина на ассасина, тщательно следя, чтобы они не застали её врасплох своим нападением.       — Хм, когда мне рассказывали о загадочных убийцах в безликих масках, я наивно рассчитывала, что это легенды… — подметила с горьким тоном девушка, покачивая головой, виня себя за свою наивность, но ненадолго, так как жалеть уже было не о чем. — Но, похоже, мне придется столкнуться с вами лицом к лицу? — её тело напряглось, уже готовясь к неизбежному столкновению.       Ответа не последовало. Один из ассасинов быстро и резко вырвался вперёд, разрывая дистанцию между ней и собой, совершая диагональный удар мечом. Эола вскинула брови вверх, удивляясь удивительной скорости нападавшего, тут же поднимая двуручник и отражая неожиданный выпад. Лезвие прошлось по лезвию, создавая противный скрежет вместе с искрами, и ушло высоко под углом. Девушка в ответ замахнулась сама и атаковала по вертикали, намереваясь разрубить неизвестного, понимая, что смысла сдерживаться не было — её пришли убивать, это была битва на смерть. Лезвие врезалось в землю, оставляя трещины, но девушка увидела, как изящная фигуры убийцы уже отошла назад к остальным. Она нахмурилась, сжав зубы.       «Не хорошо…» — она уж точно понимала, что дело — дрянь. Один Черный нож представлял огромную угрозу, а семеро и подавно. У неё одной, как бы она не хотела себе признавать, было мало шансов на победу.       Потому Эола приняла стратегическое решение, а именно отступить. Рыцарь не была дурой и участвовать в сражении, где вероятность погибнуть и проиграть была слишком высока, точно ей не хотелось, потому, хотя аристократская гордость твердила сражаться до последней капли крови, она зарядила двуручник магией Крио и совершила удар клинком о землю, вызывая мощный буран вместе с ледяным туманом, который загородил обзор ассасинам и дал той краткую возможность пуститься в бега. Понимая, что времени у неё было катастрофически мало, девушка развернулась и побежала.       Ассасины, как и ожидалось, не поддались особо этому трюку и просто прорвались сквозь буйные потоки ледяного воздуха и устремились быстро за ней. Двое из них вытащили луки, ещё один арбалет, другие замахивались и кидали в неё метательные ножи. Эола, бросив взгляд на преследователей, цокнула языком от недовольства, уворачиваясь ловко от летящих в неё снарядов, огляделась по сторонам, пытаясь выцепить что-то полезное, что-то что могло помочь ей сбежать или получить хоть какое-то преимущество против Черных ножей, и разглядела далеко впереди обрыв, у которого она была пару минут назад. У неё появилась идея. Слегка безумная, немного рискованная, но в её ситуации хорошая идея.       Но тут же её триумфальная ухмылка оказалась нарушена, так как один из Черных ножей, владевший стихией Электро, вырвался вперёд при помощи молниеносного рывка, оказавшись перед её носом, и замахнулся своим необычным, но смертоносным в правильных руках оружием прямиком из далеких земель Инадзумы: парным клинком. Эола выставила двуручник, встречая яростные атаки противника, но, не желая уделять ему внимание, сконцентрировала энергию Крио и совершила мощный всплеск вокруг себя, заставивший убийцу отступить от неё. Используя ту же энергию элементов, она ускорила себя сильнее и продолжила бежать.       Наблюдая за погоней, Первый, сидя осторожно на верхушке руин старой цивилизации, наблюдал за тем, как Эола умудрялась уворачиваться от атак его бывших подчиненных, а ныне гнусных и грязных предателей, чья жизнь отсчитывалась уже на минуты. К этой девушке у него зародилось настоящее уважение. Не каждый мог вот так ловко избегать ассасинов. Это не могло не радовать, значит, у него хватало времени на то, чтобы вмешаться и оборвать попытку её устранения.       Правда, сделать это надо было изящно и осторожно. Вот так вмешиваться прямо не стоило, ибо ему не хотелось вот так открываться Эоле. У неё появятся вопросы, неудобные вопросы и тогда мужчине придется её оглушить, в худшем случае, даже устранить, если она узнает слишком много, что полностью противоречило той цели, из-за которой он пришел. Потому ему приходилось выжидать и раздумывать над планом, пока внимательно следил за тем, чтобы девушку всё-таки не поймали.       Но его кое-что ещё беспокоило. Всё казалось слишком просто. Отряд из семи человек только гнались за Эолой и не задумывались о том, чтобы себя прикрыть? Не могли же они ожидать, что они полностью пройдут незамеченными? То есть, Черные ножи должны были это делать, но всегда они продумывали тактики, чтобы быть готовыми к различным, неожиданным ситуациям.       «Что-то тут не так…» — и словно в подтверждение его мыслей, Первый прислушался к окружающим звукам… и расслышал свист стрелы сзади, которая быстро приближалась к нему.       Он подпрыгнул вверх, позволяя неожиданному выстрелу пролететь под ним и улететь куда-то далеко, так и не настигнув изначальной цели. Сам же лидер полетел вниз, выставляя ноги под собой, благодаря чему мягко, практически бесшумно приземлился на землю, поднимая голову, чтобы встретить ещё пятерых ассасинов.       — Следовало догадаться, что всё не так просто, — Первый выпрямился и смерил их жутким взглядом из-под безликой маски.       То самое прикрытие, которое следило за происходящим и вмешивалось, как сейчас, если что-то шло не так. Выглядели все вполне привычно, та же форма, та же уверенная и непоколебимая стойка, но острый глаз Первого всё равно подметил что всё-таки было в них нечто… странное. И это он сейчас не раздумывал о предательстве.       Но пока лидер убийц не стал задумываться насчет этого и решил сосредоточиться на них, как на предателях. Один из ассасинов, обнажив два кинжала, вышел вперёд достаточно уверенно, но Первый заметил что тот слегка хромал на левую ногу. Странно, обычно у Черных ножей не принято использовать тех, кто ранен. Впрочем, возможно, предатели были иного мнения. Или же…       — Не лезь в это дело, Первый. Мы делаем то, что приказано, — с нейтральным тоном монотонного голоса сказал убийца с какой-то странной натянутостью.       Похоже, они совершенно не хотели конфликта. Неудивительно, Первый был лидером не просто так, он являлся самым лучшим. При желании, мужчина мог их перебить всех с легкостью и даже бровью не повести.       Но ему показалось странным тон голоса ассасина. Он звучал слишком… мертво, даже для него.       — Приказано кем? — попытался он докопаться до правды, рассчитывая, что у предателей осталось хоть какое-то чувство уважения к нему.       Но в ответ ему донеслась тишина, которая поставила точку в их разговоре. Гвоздь в крышу их гроба. Первый издал задумчивый, немного раздраженный вздох. Больше всего он не терпел в предателях то, что они наивно рассчитывали на свое выживание, потому не шли добровольно на контакт.       Роковая ошибка…       — Что ж, раз вы не скажете…       Первый думал уже потянуться за оружием, чтобы просто-напросто перебить их, как жалких и бесполезных тварей, коими они и были, но тут же осекся. Нет, ему следовало допросить этих предателей и потом с ними расправиться, как они заслужили. Он прохрустел опасно своими кулаками и принял боевую стойку.       — …Я выбью из вас ответ.       Тут же оба ассасина с мечами подпрыгнули вверх и накинулись на Первого, рассчитывая атаковать его одним разом. Один обволок лезвие стихией Гидро, другой Крио, видимо раздумывая создать мощную реакцию двух стихий для большей эффективности. Лидер Черных ножей не собирался с ними церемониться — ему ещё следовало следить за Эолой, чтобы её не убили. Потому, когда их оружия опасно приблизились, он пропал мгновенно во вспышке пламени, используя Пиро, и оказался за ними, тут же уклоняясь следом от копья другого ассасина, что попытался его словить на телепортации, и резким ударом ноги по его лицу отправил тут же того в нокаут. Маска разбилась вдребезги, а вместе с ней, наверное, было разбито и лицо. Убийца с булавой и ещё один с кинжалами подходили, собираясь также атаковать одновременно. Не желая их сильно жалеть, Первый в секунду запустил мощный всплеск пламени в обоих, откидывая их в стену руин, оглушая и оставляя серьезные, на первый взгляд, смертельные повреждения. Но он точно знал, что его уже бывшие подчиненные крепкие, так что подобное они с легкостью могли пережить. Впрочем, нестерпимую боль это не отменяло.       Последние ассасины в сознании замахнулись снова. Один слева по диагонали, второй справа по горизонтали. Лидер убийц вздохнул, заряжая кулаки пламенем, и легко отбил их лезвия, после чего тут же схватил обоих за головы крепко, не давая шансов вырваться, которые обрушил с друг другом, оглушая тех.       Как и ранее говорилось, не зря Первый был лидером Черных ножей. Он мог расправиться с огромным своим отрядом за секунды, если то требовалось. Мужчина хрустнул шеей, оставаясь довольно равнодушным к тому, что только что избил жестоко своих бывших подчиненных, и огляделся, оценивая место сражения.       Первый направился к тому ассасину, который говорил с ним и предупреждал не лезть. Тот немного пришел в себя, но тут же его горло оказалось замкнуто в крепкой хватке лидера Черных ножей.       — Кто вам приказал напасть на Эолу Лоуренс? — голос Первого уже не звучал так спокойно, а уже с убийственной остротой, собираясь тому раздавить шею в любой момент.       Убийца продолжал молчать, не желая идти на сотрудничество. Первый, не особо желая терпеть предателя, схватил того за маску и грубо сорвал её, желая лицезреть лицо того, кто посмел отступиться от них и подвергнуть всех угрозе…       …И ужаснулся.

***

      В это же время, пока у Первого были проблемы с предателями, а Эолу пытались настигнуть преследователи, кое-кто пока сохранял весьма непринужденный настрой, ведь их путешествие проходило весьма гладко.       — …А почему мы пошли в Спрингвейл?       Паймон, летая возле невозмутимой Люмин, задала интересующий её вопрос активной и позитивной Эмбер. Погасший же, как и всегда, шел с тем же мрачным и угрожающим видом, сохраняя холодное молчание.       — Раз уж вы к нам присоединились, то я решила, что будет нечестно отправлять Погасшего на то же место, где вы проходили экзамен! — девушка уперла руки в бока и произнесла эти слова с важным тоном. — Я жажду честного экзамена! Понятно?! — уставилась она на них с таким острым взглядом, будто желая дырку во лбах прожечь.       Похоже, когда дело касалось планеров, то Эмбер становилась максимально серьезной и строгой. Погасший уважал подобный подход. Он не против был какого-то вызова, чтобы испытывать свои навыки владения планером. Практика всегда полезна.       — Э-э, хорошо-хорошо, Паймон поняла…       Люмин тихо усмехнулась от серьезного настроя Эмбер, сохраняя приподнятое настроение, пока Погасший, в противовес, впрочем, как обычно, оставался хладнокровно молчаливым и лишь оглядывался по сторонам в поисках опасных или подозрительных вещей. На первый взгляд, всё выглядело довольно спокойно, тем более, Эмбер — скаут, так что она и сама, наверное, хотя и была расслабленна, но осматривала всё острым взглядом. Беспокоиться, казалось, было не над чем, но у Погасшего оставалось странное внутри чувство, что что-то не так. Возможно, это уже было что-то вроде привычки — предполагать заранее только самое худшее.       Воитель уже бывал раньше в этом месте. Проходил мимо, когда выполнял очередной заказ на устранение монстров. Возможно, это было около трех-четырех недель назад, когда он подробно изучал Спрингвейл, занося небольшие пометки для себя на карту, и попутно выполнял те заказы, что были в этом районе. Район охотников, у которых воин пользовался большим уважением после уничтожения того монстра-волка, так что те часто охотно делились с ним интересной информацией или местоположением лагерей монстров, которые не были отмечены в заказах. Да, даже эти лагеря он уничтожал. Погасший занимался этим не ради денег. Нет. Он их истреблял, потому что это то, что тот умел лучше всего. Тем более, само по себе, это хорошее дело.       Немного подумав, пожалуй, Погасший мог прописать подобную характеристику любому месту в Мондштадте, ибо выполнение заказов его закидывало по различным точкам и разнообразным локациям. В какой-то момент, Кровавый Волк осознал, что он всю карту практически облазил кроме старого Мондштадта — там до сих пор стоял воздушный барьер, да и особых причин туда идти у него не появлялось. Однако, однажды, тот не сомневался, ему придется туда пойти. В конце концов, разобраться как-то с Двалином следовало, но пока Венти ни о чем не говорил.       «Надо будет найти его и обсудить с ним это… может, вместе с Люмин…» — подумал Погасший, посчитав, что как-то давненько не видел барда. Тот уже должен был что-то придумать. Всё-таки времени у них было не особо много.       Погасший продолжал идти вместе с девушками, как вдруг сверху услышал грозовой разряд из ниоткуда, что его сразу насторожило и заставило остановиться. Он посмотрел вверх на утес, что нависал над ними, а снизу был каньон, на дне которого расположилась дорога к винокурне «Рассвет», принадлежавшей загадочному господину Дилюку Рагнвиндру. Весомая фигура, так как ему принадлежала практически вся винная империя Мондштадта, но Кровавый Волк его ещё ни разу даже не встречал, что показалось ему необычным… либо встречал, но не узнавал.       Но не суть. Когда, услышав загадочный разряд, Погасший остановился, вместе с ним остановились Люмин, Эмбер и Паймон, что недоуменно на него покосились.       — Что-то не так, сэр Погасший? — с интересом спросила Эмбер, упирая кулаки в бока.       «Скорее всего…» — Люмин тут же увидела, что Погасший выглядел абсолютно также, как тогда, когда они выполняли заказ, и он заметил на скале нечто подозрительное. Учитывая удивительное восприятие воителя, она не сомневалась, что-то что было не так.       Погасший пошагал вперёд поближе к тому утесу, как вдруг… оттуда выпрыгнула и полетела на планере Эола.       — Эола?! — с шоком прокричала Эмбер, увидев свою подругу.       Люмин и Паймон недоуменно переглянулись, так как впервые увидели её, а Погасший напрягся, так как заметил, что на лице рыцаря Морская Пена выступало напряжение и хладнокровие — взгляд того, кто находился в битве. И вновь не прогадал. Следом за Эолой из-за утеса выпрыгнули… те самые безликие ассасины. Всего двое. Воспользовавшись элементом Анемо, они управляли своими планерами, почти что как настоящими крыльями, и полетели в сторону девушки, выставив мечи наготове, чтобы её зарубить прямо в воздухе.       — На неё нападают!       Эмбер образовала лук из золотых частиц и прицелилась, тут же делая выстрел, заряженный энергией Пиро. Но стрела, неудивительно, пролетела мимо ассасинов, так как те очень ловко маневрировали. Погасший понимал, что попасть в них — это как попасть в маленькую птицу. Ещё надо было умудриться сделать, да и к тому же не факт, что одна стрела в их теле могла остановить тех. Тем более, когда ещё маячила Эола, было опаснее стрелять: вместо ассасинов она или он сам могли случайно задеть её.       Эола, заметив под собой знакомые лица Эмбер и Погасшего, попыталась свести руки, чтобы сменить траекторию и полететь к ним, но ассасины оказались быстрее и, используя потоки Анемо, оказались вблизи к ней. Девушка кое-как смогла уклониться от прямого столкновения, но не избежала другого повреждения: крылья её планера оказались разрезаны. Ощущая, как воздух проходил через прорезы, Эола в мгновение поняла, что уже не летела, а падала прямиком вниз в каньон навстречу своей гибели. Ассасины, используя Анемо магию, продолжали уворачиваться от стрел Эмбер, что яростно их обстреливала.       — ЭОЛА!!!       Испуганный голос Эмбер разразился на весь округ. Эола ощутила, как время будто замедлилось. Она видела, как фигуры убийц отдалялись, воздух свистел в ушах и бил беспощадно в её спину. Голубое небо, что стояло перед её лицом, выглядело умиротворенным, что становилось практически тошно — это ложное ощущение безопасности, которое в порыве адреналина её психика пыталась искать, совсем не помогала. Она знала, что должна была что-то предпринять. Она же Эола Лоуренс — аристократ, рыцарь Морская Пена, капитан разведывательного отряда Ордо Фавониус! Она не могла просто взять и погибнуть просто так!       «Не может всё закончиться так!..» — с яростью и отчаянным желанием жить она подумала, пока у неё оставались считанные секунды перед столкновением…       Как вдруг она ощутила, как пара крепких рук её подхватила и крепко удерживала. Не успела девушка осознать, как оказалась прижата к широкой груди, скрытой под крепким, металлическим нагрудником. Эола подняла взгляд, разглядев знакомый ей шлем, что был отдаленно похож на прищуренное выражение волка, который вот-вот собирался наброситься на свою добычу.       — П-Погасший?..       Погасший ничего не сказал, управляя планером, попытался опуститсья на самый низ каньона, как вдруг те же самые потоки Анемо от убийц подкинули его вверх. Удерживая Эолу крепко за талию одной рукой, другой он вытащил посох и использовал «Невидимую форму», скрывая себя и её от глаз ассасинов. Они пролетели мимо, явно удивленные этим неожиданным ходом. Да что там. Эмбер с Люмин и Паймон тоже оказались в удивлении.       Летя в невидимости, Погасший спланировал на землю с Эолой напротив девушек, и развеял заклинание, тут же меняя посох на свой привычный полуторный меч. Он поставил рыцаря Морскую Пену на ноги, на что та, со слегка покрасневшими щеками, но благодарными глазами, опустила голову в некотором смущении.       — С-спасибо, вы… спасли мне жизнь.       Погасший одарил её кратким кивком, тут же оборачиваясь назад, беря в левую руку железный баклер, чтобы встретить ассасинов во всеоружии. Вместе с ним рядом встали Эола, Эмбер и Люмин. Паймон укрылась за их спинами, но вскинула свои маленькие кулачки, показывая свой боевой настрой.       Из-за утеса следом выпрыгнули ещё пятеро убийц, раскрывая планеры. При помощи поддержки Анемо от тех двоих, что попытались сбить Эолу, они ловко планировали прямиком к ним, уворачиваясь ото всех выстрелов Эмбер. Один из них — убийца с парным клинком разразился молниями Электро и мгновенными рывками из бока в бок оказался напротив Погасшего, совершая мощный удар, подпитанный магией электрического элемента, что настолько сильно искрился, практически загораживая обзор. Воитель не растерялся и направил щит поперек лезвия его оружия, заряжая металл магией для создания техники семьи Кария — «Карианское возмездие», способное безупречно отражать заклинания и обычные удары в том числе. Мощный громовой разряд оглушил окрестности, заставляя девушек на мгновение вздрогнуть, как в следующую секунду, меч Погасшего оказался вонзен ровно в грудь Черного ножа, обрывая тому жизнь. Над фигурой воин образовалось три полупрозрачных магических клинка, которые тут же полетели в других ассасинов, но не настигли их.       Кровавый Волк грубо отбросил труп на землю и тут же сделал быстрый отшаг в сторону, позволяя другому ассасину с двуручной секирой пролететь мимо и встретиться с неожиданным мощным всплеском Анемо от Люмин, которая заранее продумала свой шаг, как того достать. Из предыдущей схватки с ними, она понимала, что ей следовало думать на два шага вперёд. Следом, пока убийца опешил и прокатился неприятно по земле, Эола по-быстрому приблизилась и замахнулась двуручником. Но неожиданно летящий болт в неё прямо в голову заставил её вместо финального удара отразить снаряд и позволить ассасину быстро восстановиться и вскочить на ноги, уже ловко уклоняясь от Эмбер, что быстро выпускала стрелы, а затем напоследок, внезапно образовала из золотых частиц забавную куклу, похожую на неё внешне.       — Барон-Зайчик, вперёд!       Барон-Зайчик величественно полетел на ассасина, намереваясь обрушить на этого глупца свою праведный гнев… но тот просто одним ударом обрушил его на землю.       — Эй! Грубо! — сказала Эмбер, но, хитро улыбаясь, прицелилась и выстрелила.       Ассасин вынул секиру, собираясь отбить стрелу, но… она вонзилась в куклу. Он недоуменно склонил голову вбок, и тут мощный взрыв, заставивший всю живность в окрестностях разбежаться куда подальше, обволок его с ног до головы. Убийца свалился оглушенной тушкой и не успел нормально очнуться, как его голова встретила добивающий удар от Эолы.       Ещё трое десантировались и тут же вступили в бой, вытаскивая оружия: большой изогнутый меч, парные топоры и косу. Помимо этого в воздухе двое ассасинов обстреливали Погасшего и остальных. Понимая, что надо было действовать быстро, воин дождался момента, когда все трое на него побегут. Первый с изогнутым мечом замахнулся, следом с топорами, и третий с косой занес её для одной смертельной атаки. Дождавшись момента, когда они точно не могли отступить, Воитель вскинул щит вверх, активируя «Клятву непокорства», из-за чего тот сверкнул золотом. То же золотистое свечение окутало его тело, и все те атаки, что Черные ножи попытались совершить просто… оказались бесполезными. Лезвия их оружий ударились о тело Кровавого Волка, как о непробиваемое препятствие.       В этот же момент, воин вонзил меч в землю, активируя гравитационную магию, что протянула ассасинов к нему ещё ближе, заставляя их всех потерять равновесие, и затем, вынимая клинок, начал раскручивать лезвие вокруг себя, собирая острые потоки бури. Вместе со смертоносным лезвием, ветер прошелся по телам убийц, разрезая в клочья их одежду, кожу, плоть, кости и органы. Погасший неистово закрутился, продолжая делать мощную атаку, но это уже было не нужно: он порубил всех на кусочки, не дав даже шанса проявить себя. Темная кровь обволокла второй кожей его доспехи, но единственное, на что воин обращал внимание — это всё ещё летевшие при помощи Анемо двое ассасинов. Пока те уворачивались от стрел Эмбер, воитель, перехватывая посох в руке, сильно оттолкнулся ногами, затем отпрыгнул от дерева и использовал «Завесу Мириам». Убийцы недоуменно огляделись, и тут же внезапно на одного из них сверху напрыгнул воин, тут же пронизывая того насквозь в спину. Погасший тут же отпрыгнул и снова скрылся в завесе. Не прошло и секунды, как он оказался перед ассасином, хватая его за руку и утягивая за собой вниз. Кровавый Волк поместил незадачливого убийцу под себя и, сталкиваясь с землей, расплющил ему ногой голову.       Погасший выпрямился, стряхивая кровь с меча, и взглянул на Эолу, желая объяснений того, как всё с ней это произошло. Но видя у той напряженный и слегка недоуменный взгляд, он догадался, что, похоже, эти ассасины её тоже застали врасплох, как когда его и Люмин.       — Эола! Кто это был?! Почему они за тобой охотились?!       Эмбер подбежала к своей подруге и аккуратно опустила руки на её плечи, оглядывая с ног до головы, чтобы убедиться в том, что та была в порядке. Эола, скрывая меч в золотых частицах, лишь издала вздох.       — Так называемые «Черные ножи»… — хмуро прошептала девушка, поправляя свои слегка взъерошенные от битвы волосы, — я-то думала, что они всего лишь слухи, байка, созданная Фатуи, чтобы запугать других… — с раздражением сказала та, чуть сжимая кулак от того, насколько сильно была опрометчивой, когда об этом думала.       Выслушав её ругание на саму себя, Кровавый Волк взглянул на труп ассасина, который владел Электро. Та же самая форма и та же самая схема нападения. Умелая работа сообща, пытаясь прикрыть друг друга. Но Погасшему показалось, что эти действовали слегка медленнее…       — …Уже приходилось их встречать, — вспомнил о той дождливом дне воин с небольшой хмуростью в голосе, оглядываясь на трупы.       Эола вскинула бровь вверх.       — Правда?       — Полная правда! — Паймон подлетела к воителю, что проследил за траекторией её полета, и замахала ручками. — Они пытались убить сэра Погасшего и Путешественницу! — с праведным гневом проговорила девочка.       Эола моргнула, понимая, что помимо её друзей, стояла Путешественница со странной спутницей, о которых рассказывали в ордене. Но она решила попозже разобраться с приветствиями и любезностями, ибо слова Паймон заинтересовали девушку куда сильнее.       — Сэр Погасший, не расскажите подробнее? — попросила рыцарь, подходя поближе, чтобы внимательно послушать немногословного воителя.       — …Выполняя заказ, они попытались убить нас, но мы от них избавились, — вкратце разъяснил о той встрече воин, не желая особо вдаваться в истории и терять бдительности сейчас. — Нужно уйти. Это место опасно.       — С-согласна! — тут же кивнула Эмбер. — К-кажется лучше попридержать экзамен! — подметила очевидное девушка, ибо сейчас точно не момент, чтобы принимать экзамены по планерам. — Нужно сообщить магистру Джинн, что на Эолу напали…       Это звучало лучше всего. Но Погасший немного задумался. Почему же ассасины напали на Эолу? Желали ослабить силы Ордо Фавониус? Если так, то, похоже, помимо Двалина и Бездны у них появился ещё один враг…       Кровавый Волк в порыве мыслей обернулся опять в сторону лежащего неподвижно тела, под которым уже образовалась целая лужа довольно тёмной крови. Учитывая, что он пронзил грудь, значит, такая большая лужа было нормой. Но под шлемом проницательные глаза разглядели всё-таки некоторую странность, которая едва была заметна. Погасший, знавший точно как должна была выглядеть человеческая кровь, понял сразу в чем причина. Она слишком была темная. Практически черная, что явно напрягало. Такого не должно быть у людей…       К тому же он не забыл о том, что и сам был покрыт ею. И вот что тоже странно, но запах тоже заметно отличался. Не терпкий, слегка отдающий железом, что для него было уже обыденностью. А более… затухший, как у мяса, что лежало несколько недель под палящим солнцем, или… как у давнего трупа, что спокойно и мирно гнил эти же несколько недель.       С этими странными наблюдениями, Кровавый Волк не мог отделаться от ощущений, что что-то было не так с этими ассасинами. Погасший медленно подошел к трупу под задумчивые и заинтересованные взгляды его спутников, после чего опустился на одно колено и аккуратно, медленно снял с того маску, чтобы разглядеть в лицо нападавшего. Он считал, что тёмная кровь — признак их нечеловечности. Тогда воин мог бы спустить всё на то, что они являлись представителями другой расы или вроде того, в чьих организмах и внутренних органах мог совершенно не разбираться.       Но увидев перед собой то, что ему открылось, Погасший понял, что дело было гораздо хуже. Его рука отпустила маску, и та разбилась о землю.       Он увидел бледное лицо молодой девушки с чертами лица, схожими из людей со стран Тростника, но, учитывая, что находились они в Тейвате, родом она была скорее всего из Ли Юэ или Инадзумы. Однако смутило Погасшего далеко не это. На когда-то шелковистой коже теперь, как на грядке сорняки, расползлись ужасные язвы и вздувшиеся тёмно-фиолетовые вены, в которых пульсировала болезненная энергия. Глаза налились черной кровью, которые текли по щекам, превращая некогда прекрасное лицо девушки в сущий кошмар.       Все подошли поближе, чтобы разглядеть труп. Паймон испуганно вздохнула и тут же прикрыла глаза, залетая за спину Люмин, которая слегка обняла спутницу, пока хмуро рассматривала обезображенные черты лица ассасина. Эмбер находилась в недоумении, когда Эола, приметив все странности, огласила:       — Влияние Бездны… — она обошла и встала на одно колено, прижавшись плечом к плечу к Погасшему. — Очень серьезное, исходя из язв и этих вен… — аккуратно проводя рукой по коже убийцы, подметила девушка. — Могу сказать, что она уже не была человеком… лишь оболочкой для извращенных лап монстров, — слегка горько и сухо произнесла Лоуренс, явно вспоминая что-то из личного опыта, где уже встречала подобное.       Будто из солидарности или некоторого сочувствия, Эола легким движением руки закрыла веки ассасину, чтобы не видеть у той больные глаза. Люмин подошла к трупу поближе, оставляя испуганную Паймон с Эмбер, и тоже склонилась над убитой девушкой.       — Из её трупа исходит энергия…       — Признак сильного заражения, — на замечание Люмин Эола строго проговорила. — Очередной факт, доказывающий, что они уже явно были не в себе…       Но, похоже, Путешественницу волновало далеко не это.       — Сэр Погасший, мне кажется, что тогда у тех ассасинов, что напали на нас, была такая же энергия… — вспомнила Люмин и серьезно взглянула на молчавшего воина. — Я думала, что это обычное дело… но с учетом слов Эолы…       «Значит, тогда тоже напали зараженные Бездной убийцы?» — до этого вывода Погасшему было не трудно дойти. Пожалуй, им повезло, что только этим нападением всё и ограничилось — кто знает, что могла предпринять Бездна для их ликвидации?       Он пока решил отказаться от вопросов, ответа на которых не получит.       — …Пора идти, — напомнил всем Погасший, выпрямляясь.       Все с Кровавым Волком оказались солидарны, и они направились прочь из этого места, чтобы направиться и сообщить обо всем Джинн.

***

      Черные вены с отвратительными язвами расплылись по лицу убийцы и пульсировали зловещей, фиолетовой энергией. Глаза налились тёмной кровью и были затуманены, пока из его уст доносились невнятные, безумные мычания и бормотания. Всё тело у него неистово дрожало. Наблюдая за этим, Первый опасливо отпустил горло ассасина, из-за чего тот упал, дергаясь в конвульсиях.       — …Бездна.       Первый не мог ошибиться. Он сразу же ощутил эту зловещую энергию вблизи. Не придал этому значения сначала, но теперь, заметив внешние признаки заражения, всё встало на свои места. Они вряд ли предавали их. Они попали под влияние Бездны и стали её безмозглыми куклами…       «То есть Бездна захватила разум некоторых ассасинов?.. но… как?» — неужели кто-то оказался не осторожен, и Бездна, почуяв отличную возможность, воспользовалась этим и проникла в их ряды?       — Кто это с тобой сделал? — попытался достучаться до больного убийцы, надеясь, что остатки осознания могли в том проявиться.       Первый наклонился к проклятому Бездной ассасину, крепко хватая того за плечо, как бы пытаясь показать ему, что лидер не собирался его бросать. Черный нож поднял голову, его черные глаза стали сильнее пульсировать фиолетовой энергией.       — П-Пе-ер-рв-в-вый… — он дрожащей рукой вцепился мертвой хваткой в запястье. — П-п-пр-пр-про-сти… н-нас…       Голос мужчины неестественно захрипел и заметно понизился почти что до животного рыка. Первый нахмурился, понимая, что тот начинал окончательно терять рассудок, но при этом с ним происходило ещё нечто более зловещее. Довольно неожиданно убийца, осознавая, что ему оставалось немного, отпустил своего лидера и толкнул его со всей силы в грудь, из-за чего тот пошагал пару неверных шагов назад. Восстанавливая равновесие, Первый уже принялся самостоятельно отступать, образовывая попутно из золотых частиц свой меч — слегка изогнутый, изящный клинок из черного металла с отогнутым чуть назад острием, способный резать практически всё, что угодно, как бумагу. Он огляделся, наблюдая, как из тел ассасинов стала исходить фиолетовая, темная энергия Бездны, что постепенно поглощала их и образовала некий водоворот.       — Что за?..       Первый тут же отпрыгнул на безопасное расстояние, наблюдая за происходящим. Энергия стала походить больше на густой туман, что загородила ему обзор на то, что именно случилось с убийцами. Ничего хорошего уж точно. Понял он это в тот момент, когда внезапно оттуда послышался высокий, демонический вопль. Лидер Черных ножей сжал рукоять покрепче, принимая заранее боевую стойку, понимая, что ему предстояло сражение и, похоже, уже не с его бывшими подчиненными, а с нечто… более страшным.       Энергия Бездны продолжала постепенно возрастать, заставляя окружающий мир вокруг дрожать от страха перед чистым злом, что обрушился на землю. Первый укрылся рукой от бьющего в его лицо ветра, продолжая отходить назад, как вдруг произошел мощный всплеск, почти что откинувший его назад. Мощный удар врезался в его грудь, но он мужественно устоял на ногах и поднял голову на сходивший клуб пыли перед ним.       Вместо ассасинов, Первый увидел громадное, в несколько раз больше него самого, существо гуманоидной, тонкой формы с головой, напоминавшей летучую мышь, и серой кожей под которой внутри пульсировали болезненно фиолетовой кровью вены. Ужасные когти украшали его длинные, цепкие лапы. Тёмные глаза светились невероятной злобой и яростью ко всему живому, но где-то в глубине лидер убийц разглядел и агонию. Агонию ассасинов, что превратились не по своей воле в ужасного монстра. Не по своей воле оказались в плену Бездны и предали своих братьев и сестер.       Сжимая в руках меч, Первый подавил нарастающий в себе гнев. Ему следовало сохранять хладнокровие, что было сложно. Мало того, что, похоже, его ассасины не оказались предателями, а попались и буквально стали марионетками в чудовищных руках Бездны, так ещё… они обратились в монстра.

Он не собирался мириться с такой несправедливостью…

      — Не беспокойтесь…       Взмах рукой. Внезапно вместо привычного меча, Первый уже удерживал длинную и устрашающую косу. Хитрая схема с механизмами и технологиями из Снежной позволяла лидеру переделать из одноручного клинка в совершенно иное, более смертоносное в некоторых ситуациях оружие. В косу — оружие пастухов и крестьян, но в данном случае его жатва — это жизни. Символ гибели и смерти. Он ею резко взмахнул, выставив широко ноги, коса оказалась за его спиной, готовая рассечь любого, кто к нему посмел бы сделать шаг. Безликий взор маски Первого смерил демона, что теперь устремил яростные глаза агонии на него.       — Я вам подарю… Предначертанную Смерть…       Зазвучал высокий, пронзительный вопль, распугавший всю живность в округе. Первый сжал косу крепче, нахмурившись под маской. Этот крик звучал странно знакомо. Отголоски из прошлого, которое, возможно, даже ему не принадлежало, отразились в лидере в моменте звучания, но он их постарался отбросить и сосредоточиться на настоящем. Но тот не сомневался, что перед ним предстал…

Демон в агонии

      Мощный рывок позволил демону сократить расстояние в мгновение ока. Когтистые лапы оказались над головой и обрушились на землю, но изначальной цели не достигли. Первый изящно избежал урона отшагом в сторону. Его руки, напряженные, но при этом легкие, рефлекторно перехватили косу и переместили её со спины перед лицом мужчины. Тёмная сталь блеснула кровожадно от света солнца, поглощая её. Одним взмахом острое изогнутое лезвие оставило глубокую и страшную рану на бедре демона, заставляя её обильно кровоточить, что только злило того больше.       Когти опустились в землю и выпотрошили её, вырываясь с грязью и камнями. Лидер ассасинов ловко отступил, делая флик назад, попутно делая взмах косой, отправляя в хвост демона диагональную волну сконцентрированной энергии Пиро. Пламя с ревом врезался в незащищенную спину монстра Бездны, заставляя того обернуться, и ответить прыжком с последующим ударом в землю. Вызывая мощный толчок, демон не заметил, как Первый просто-напросто ушел от атаки и, при помощи Пиро, переместился и оказался над ним. Убийца направил руку и выпустил мощный поток пламени, заставляя монстра буквально прижаться к земле от давления стихии и её неустанного жара, сжиравшее беспощадно его кожу.       Демон в агонии не думал сдаваться и попытался хвостом откинуть Первого, как надоедливую муху, что зудила под ушами. Ассасин ловко увернулся неожиданной атаки, приземляясь обратно на землю, прокручивая косу в руке. Он вдохнул запах горячего воздуха, подмечая терпкий аромат горевшей плоти монстра, и приготовился того встречать с полной решимостью с ним закончить, как можно скорее. Ему нельзя было особо задерживаться.       Монстр быстро развернулся, пустил в лапу сначала в землю, затем вынул её, создавая огромную пыльную завесу, которая послужила временным препятствием для обзора того, что он мог предппринять. Первый задумчиво кивнул. Это был интересный трюк. Неужели у этого демона были примерные задатки тактики помимо простого желания его растерзать на кусочки? Возможно, это осталось горстка сознания ассасинов… понимая это, рука Первого крепче сжала косу. Он с ними собирался покончить быстро. Мгновенно. Чтобы вся агония ушла в момент их гибели… чтобы они наконец могли обрести покой.       Фиолетовый свет блеснул где-то за завесой пыли. Первый вернулся из своих мыслей в реальность и приготовился. Он увидел, как тёмная фигура демона встала на две задние лапы и затем, ворвавшись через пыль, собиралась обрушиться всем огромным весом на ассасина. Отпрыгивая назад, Первый топнул ногой, замедляясь, занес косу вниз и тут же совершил мощный выпад вперёд с диагональной атакой от правого бока. Лезвие оказалось внутри головы демона, войдя через подбородок. Через ладони по металлическому древку Первый провел пламя Пиро, окутывая монстра полностью огнем, сжигая его изнутри. Мощный визг оглушил его, но он не думал останавливаться. Беспощадно вытащив косу, рассекая челюсть, Первый замахнулся и вонзил её снова, но на этот раз прямо через висок, повторно используя Пиро. Он потянул своё оружие на себя и вынул её из головы, на этот раз лишая демона одного глаза.       Монстр завопил, хватаясь за голову, и попытался отойти назад. Первый последовал за ним. Наблюдая за тем, как ассасин медленно и уверенно двигался, демон замахнулся высоко лапами, собираясь вокруг них зловещую энергию бездны. Лидер убийц слегка замедлился, смотря, как монструозные руки неслись на него, собираясь вновь обрушиться со всей мощью. Прокручивая косу в руке, Первый испарился в момент атаки во вспышке пламени. Мощный всплеск энергии Бездны разразился по земле, оставляя глубокие трещины и темный, неприятный туман. Сам же ассасин оказался прямо на демоне у его шеи. Взмах косой. Лезвие прижалось плотно к горлу.       — …Вскоре вы проснетесь от кошмара.       Послышался мерзкий, хлюпающий звук. Лезвие косы, обагренное тёмно-фиолетовой жижей, грозно блестело на солнце. Демон затих, даже не закричал, как внезапно его голова отделилась от туловища. Отсеченные от друг друга части свалились на землю, ознаменовав окончательную гибель чудовища. Первый прокрутил косу в руке, отряхивая её от подобия крови, и спрыгнул с тела.       …И внезапно хлопки в ладоши.       — Следовало ожидать, что ты справишься…       Первый обернулся к знакомому голосу, выставляя косу наготове. Девятый стоял, облокотившись о руины, похлопывая в ладоши, как радостный от шоу зритель. Его темная фигура выглядела весьма непринужденно, несмотря на то, что сейчас проходила жестокая битва с оскверненными убийцами из Черных ножей. Лидер ассасинов ловким движением руки пересобрал косу обратно в меч и скрыл всё в золотых частицах.       — Я говорил, что справлюсь один, — равнодушно, но твердо подметил Первый, не слишком довольный тем, что его приказ оказался проигнорирован.       — Знаю, но ситуация, знаешь ли, необычная, я не хотел бы рисковать нашим отважным лидером.       Под эти слегка иронические слова, Девятый ловко спрыгнул с уступа, встав напротив Первого. Лидер убийц решил ничего не отвечать, решив, что, на самом деле, он пришел как раз вовремя.       — Эола?       — Жива, — успокоил его Девятый. — Погасший и Путешественница со скаутом Эмбер разобрались с преследователями…       Первый кивнул. Как удобно. Погасший оказался рядом и смог решить ситуацию. Однако, особо это не было поводом для радости, ибо они снова себя выставили в плохом свете перед Путешественницей и Кровавым Волком, что совершенно не входило в планы Мудреца. Но, как полагал Первый, ещё не всё было потеряно. Что-то да точно можно было исправить. Но пока им следовало заняться другим.       — Что-нибудь выяснил? — спросил с интересом Девятый, поглядывая на обезглавленный труп демона. — И это что за красавчик? — с некоторым впечатлением тот уставился на голову.       — Бывшие ассасины, — сухо ответил Первый. — Наши. Они всё были подчинены Бездной.       Девятый вместо острого комментария серьезно замолчал, опуская голову. — Во имя Архонтов… — он прошептал с некоторым сожалением за тех, кто обратился в этого страшного демона. — Не позавидуешь такому…       Лидер сам помолчал некоторые секунды. Ему внезапно стало стыдно за то, что он настолько сильно разозлился на предателей и не стал их жалеть. Возможно, у него была возможность избежать превращения его собратьев и сестер… спасти их, как подобает лидеру, а не атаковать, как последний зверь…       — …Да, — сухо согласился Первый, смотря на труп демона со стыдом за себя и свою вспыльчивость. Но ему нельзя было предаваться сожалениями сейчас… нужно действовать. — Остается вопрос: как они оказались под настолько сильным влиянием Бездны, что они лишились свободной воли? — он с ожиданием взглянул на Девятого, рассчитывая, что тот мог что-то вспомнить.       — Сложно сказать… — сначала сказал мужчина, но, затем, его вдруг осенило. — Но у меня есть теория… — он снова замолчал, раздумывая над тем, насколько она имела смысл в их ситуации. — Но её проверить надо. Хочешь услышать?       Первый кивнул. Сейчас, любая зацепка могла им пригодиться.

***

      В кабинете магистра повисла мрачная тишина. За окнами оранжево-кровавые лучи солнца проникали внутрь, окрашивая всё вечерним оттенком. Погасший, Люмин с Паймон, Эола и Эмбер стояли посередине комнаты, наблюдая, как лицо сидящей перед ними Джинн сильнее и сильнее хмурилось. Около стола магистра стояла Лиза, у которой было примерно схожее выражение. И ещё в комнате присутствовал Кэйа, что, несмотря на мрачный отчет от остальных, оставался достаточно спокойным, будто нечто подобное он ожидал.       Наконец Джинн издала тяжелый, растерянный вздох, начиная массировать виски, чтобы притупить головную боль, которая, как показалась, после их рассказала, разгорелась только сильнее.       — Ох, не хватало того, чтобы Бездна подчиняла разум одной из самых опасных организаций во всем Тейвате… — да, определенно, новость о нападении не могла её обрадовать, даже несмотря на то, что Эола успешно вернулась.       Тот факт, что теперь была вероятность того, что на них в любой момент могли напасть ассасины явно не мог успокаивать. Сначала Фатуи, потом Бездна, а теперь ещё и Черные ножи к ним прибавились, словно их не хватало. Если в последнее время Джинн и так сильно нервничала, то теперь уровень её стресса уже повысился минимум в два раза…       — Думаю, это только часть Черных ножей оказалась под контролем… — самодовольный голос Кэйи звучал достаточно серьезно, хотя на его устах сохранялась непринужденная улыбка. — Вряд ли организация, которая принадлежит целому предвестнику Фатуи, вот так вся окажется в подчинении Бездны… — затем он пожал плечами. — Или оказалась. Тогда у нас настоящие проблемы, друзья…       Джинн от его слов только схватилась за голову, на что капитан кавалерии получил прожигающий взор со стороны Лизы, на что он виновато поднял руки вверх, как бы извиняясь. Эмбер вместе с Люмин и Паймон тоже неодобрительно на него взглянули, из-за чего атмосфера в кабинете сгустилась мрачными красками. Эола осталась по большей части равнодушна, больше сосредоточенной на своих мыслях по поводу нападения. Погасший, наверное, мог к ним присоединиться, но всё-таки он оставался более реалистом и наоборот нашел слова Кэйи весьма логичными и даже правильными, ибо вероятность подобного тоже могла вполне быть и тогда опасность была по-настоящему реальной.        — Не слишком обнадеживающе, Кэйа, — подметила Лиза с небольшим сарказмом на довольно расслабленный тон капитана кавалерии.       — Н-неужели ничего нельзя сделать? — спросила Эмбер осторожно, не слишком понимая насколько сильно им угрожала опасность.       Джинн молчала, раздумывая, что можно было предпринять против самых опасных людей всего Тейвата, которые, по желанию, могли полностью перерезать весь Ордо Фавониус, если захотели…       — Можно, — огласил Кэйа с небольшим энтузиазмом, желая реабилитироваться в глазах других. — Хотя, друзья мои, Черные ножи и кажутся недосягаемыми, но, на самом деле, кое-кто может с ними связаться напрямую… с их лидером, — единственный глаз мужчины, как обычно, светился лукавым, но проницательным светом.       «С лидером?» — тут же зацепился за это слово Кровавый Волк.       — …С Мудрецом? — предположил Погасший.       Он был бы не против с ним связаться, дабы узнать, откуда у его ассасинов есть способности с Междуземья и не мог ли сам Предвестник Фатуи быть родом оттуда. Это пока один из главных вопросов, которых воина волновали.       — Ох, если бы, сэр Погасший, — проговорил мужчина с искренним сожалением, покачивая головой, будто сам желая, чтобы были НАСТОЛЬКО обширные связи. — Но нет, чуть скромнее, — он слегка подвигал пальцами, как бы намекая немного приуменьшить ожидания. — Ассасин под прозвищем «Первый» является лидером организации… и так уж получилось, что мы знаем того, кто может с ним связаться…       Большинство тут же задумались над тем, на кого намекал Кэйа. Кто же среди их знакомых мог быть хорошо связан с Фатуи, особенно с их опасной подгруппой, которую большинство жителей Тейвата вообще не верили?       …И когда осознание пришло…       — Г-Господин Дилюк? — тут же догадалась Джинн, раскрывая глаза от удивления.       — Бинго, Джинн! — дал ей большой палец вверх Кэйя, усмехаясь. — В период бурной молодости, господин Дилюк настолько сильно портил жизнь Фатуи, что на него вышли Черные ножи, но… — взял небольшую театральную паузу. — Как вы понимаете, господин Дилюк жив и здоров и, более того, знает, можно сказать, весьма неплохо Первого.       Джинн бы хотелось поинтересоваться откуда Кэйя это мог знать, но, вспомнив, что, несмотря на их холодные отношения, они оставались братьями, тихонько кивнула.       — То есть, он может с ним связаться и попросить объяснений?..       На это энтузиазм Кэйи чуть подубавился.       — Связаться сможет, но дадут ли они объяснения… — Кэйа опустил взгляд. — Это предстоит выяснить…       Джинн опустила голову в стол. Шансы были совсем невелики, но это, возможно, единственная возможность пролить хоть какой-то свет касательно их тяжелой ситуации. Нельзя было от этого отказываться.       — Тогда займись этим, Кэйа… — произнесла она серьезно и строго, как подобает лидеру рыцарей, но, тут же смягчившись, добавила мягко. — …И будь осторожнее.       Кэйа кивнул с легкой и уверенной улыбкой, не выглядя совсем напряженным, направляясь к выходу из кабинета. Он знал, что своего нелюдимого брата сможет убедить попытаться связаться с неуловимыми и загадочными ассасинами. Если дело касалось до безопасности Мондаштадта, Дилюк ни за что не отказался бы от сотрудничества с ним, даже несмотря на их натянутые отношения с друг другом и Ордо Фавониус в целом.       — Не беспокойтесь, всё будет сделано в лучшем виде… — он открыл дверь из кабинета. — Не скучайте!       Помахал рукой на прощание и вышел, оставив Погасшего в качестве единственного мужчины здесь. И снова повисла небольшая тишина. Как заметил Кровавый Волк, их рассказ о нападении не особо привел к результатам. Лишь предложение от Кэйи внушало надежду на то, что они могли что-то узнать, но всё это по шансам получалось ничтожно.       — А нам что делать? — спросила Эмбер у магистра.       Самый главный вопрос, который оставался. Что же делать, пока Кэйа не пришел с результатами его переговоров с братом? Джинн мрачно молчала, сложив руки перед своим лицом. Её задумчивые глаза напряженно уставились куда-то вперёд. Погасший видел, что за ними у неё проходила целая буря мыслей. Сейчас, как магистру и, по сути, правителю всего города ей надо было делать сложный выбор и оставаться стойкой, несмотря на очевидные и страшные угрозы, что нависли над ними всеми.       Джинн вдруг подняла глаза на них. И в эту секунду Погасший перестал сомневаться: несмотря ни на что, она не собиралась сдаваться. Вера магистра в их успех перевешивала отчаяние, что хотело захлестнуть и сломить её.       — Оставайтесь начеку, — спустя секунды молчания огласила магистр, пока в её глазах блеснула решимость. — О любых подозрительных вещах сообщайте мне лично, — Джинн проговорила с уставшим, но строгим голосом. — Мы находимся в тяжелой ситуации, где повсюду наши враги… но мы должны выстоять… — она встала со стула и оглядела всех, кто находился в кабинете. — Ради Мондштадта.       Пока все решительно кивали в знак понимания, Погасший наблюдал за тем, как солнце заходило за окном, погружая мир во тьму ночи.

Похоже, на Мондштадт опустилась настоящая тьма…