И лишь благодать укажет тебе путь...

      Определенно Погасшему было непривычно двигаться в таком большом отряде. Ему доводилось путешествовать максимум только с тремя людьми в группе — это было наиболее практично. Каждый мог прикрыть спину другого и при этом покрыть возможные слабые стороны у кого-то. Но даже подобное было для него исключительной роскошью, так что Погасший большее количество времени всё равно ходил в одиночку в Междуземье. Да и чаще всего, большинство его собратьев предпочитали тоже одиночество. Ощущение того, что ты подставлял и доверял кому-то спину было для многих из Погасших несколько противоречивым, из-за чего часто это избегали, несмотря на очевидные плюсы.       А сейчас их группа была невероятно огромной: Люмин с Паймон, Джинн, Лиза, Эола, Эмбер и Венти. Всего их было восемь, включая воителя, и ему казалось, что это несколько перебор. По-хорошему им бы следовало разделиться на три группы для того, чтобы как можно быстрее забрать слезы, но, как ранее подметила Эола, вероятность нападения ассасинов слишком высока и лучше оставаться вместе. Если кого-то из-за этого могли застать врасплох и убить, то это будет катастрофой. Мондштадт итак находился на краю пропасти, один неверный шаг и всё обратилось бы в прах. Потому сейчас, несмотря на трудности огромного количества человек в отряде, следовало держаться вместе.       Но и было всё-таки какие-то плюсы от их огромной группы. Каждый в отряде, кроме Паймон, умел сражаться и имел немаленький боевой опыт, так что эффективность должна была быть высокой. Оставалось только проверить на практике.       Прямо сейчас они направились из штаба в сторону торговой площади. Люмин очень хотела кое-что показать, как сама сказала, нечто важное, что могло помочь сократить им маршрут и добраться до храма Ветров, а потом и в ущелье Дадаупа гораздо быстрее и безопаснее, чем просто идти пешком. Предложение, конечно, было очень заманчивым, ведь время для них являлось особенно ценным ресурсом. Никто не отказал Путешественнице продемонстрировать её загадочный метод. Всем было понятно, что она обладала довольно необычными способностями. Так что у них не оставалось сомнения, что сейчас Люмин вновь собиралась показать на что была способна.       Конечно, проходивших жителей заметно привлекал их огромный отряд. Больше, конечно, в частности Джинн напрягало, что передвижение группы увидели и парочку Фатуи, из-за чего она опасалась, что те могли что-то задумать. Но у них сейчас дела требовали подобного вмешательства со стороны всех. Дело касалось Ужаса Бури — кто знал, чьи способности могли пригодиться? Каждый их в группе был талантливым человеком, потому не хотелось попасть в неприятную ситуацию.       Все проследовали за Люмин, которая их привела… к необычному монументу, что светился синим прямо перед торговой площадью города. Погасший хмурым взглядом впился в загадочное нечто, а потом медленно перевел глаза на Путешественницу, желая узнать, что же именно она хотела показать. Девушка чуть улыбнулась и указала на монумент.       — При помощи него, мы можем оказаться очень близко к Храму Ветров…       — …Ты про то, что при помощи них можно телепортироваться? — предположил сразу же воитель.       Ему в прошлом довелось уже пробовать эти монументы. Они были расположены в случайных местах, но благодаря ним Погасший мог намного быстрее перемещаться по землям Мондштадта, что увеличило его эффективность в выполнении заказов в несколько раз. И он не оказался удивлен, что именно Люмин, возможно, и была замешана в активации этих загадочных устройств.       От догадки Погасшего, Путешественница заметно удивилась, видимо не ожидав, что воин в этом разбирался, и кивнула.       — О, так вы знаете! Что ж, будет тогда проще объяснять… — как-то облегченно произнесла Люмин, мягко улыбнувшись. — Я называю их «точками телепортации». Такие стоят по всему Мондштадту и невдалеке от Храма Ветров и ущелья Дадаупа есть такие. Мы можем переместиться по ним и забрать слезы за кратчайшее время!       Погасший согласно кивнул. Да, это действительно могло им пригодиться. Путь до храма Ветров и тем более до ущелья Дадаупа не был близким. Они бы точно потратили больше нескольких дней просто на передвижение и путешествие, а так телепортация могла им помочь заняться более насущным делом по добыче слез.       — Поразительно, я и не догадывалась, что эти странные монументы обладают такой силой… — восхищенно прошептала Джинн.       Погасший заметил, что никто из местных жителей их не использовал. Возможно, они не могли ими воспользоваться по каким-то загадочным причинам. Впрочем, учитывая, что Паймон умела перемещаться вместе с Люмин, то переместить остальных тоже можно было. Так что им оставалось только собраться.       — У нашей милашки полезные таланты, — лишь промурлыкала в ответ Лиза, явно находя факт использования монументов, как точки телепортации интересным.       И все, конечно, были не в терпении испытать на себе эту способность. Люмин собрала всех, каждый член их отряда взялся за руки, чтобы переместились сразу все до одного. Видя, что никто не был забыт, Путешественница сосредоточилась на месте, где они должны оказаться. Монумент блеснул синеватым оттенком, и они резко исчезли с места.       Очутились они на склоне, который был неподалеку от основной дороги в храм Ветров. Конечно, им придется сделать небольшой круг, но это всё равно куда быстрее, чем было идти от Мондштадта до самих руин.       — Ух ты, мы и вправду здесь! — удивленно, но радостно огляделась вокруг Эмбер.       — Да, разведчикам бы пригодилась такая способность… — пробормотала лишь спокойно Эола, сохраняя бдительность.       Решив не терять более времени, они направились в сторону храма Ветров. Дорога, к удивлению, получилась достаточно спокойной. Хиличурлы уже давно не обитали здесь, бросив свои еле как уцелевшие лагеря. А всё из-за Погасшего. Что поделать — воитель был чересчур эффективен в том, чтобы охотиться на монстров, как много раз ранее подмечалось.       Они довольно быстро добрались до храма. Картина тут не сильно поменялась после того, как Погасший и Люмин разобрались с руинным молотильщиком и стражем руин.       Первую слезу забрать было легче легкого, на удивление Погасшего. Их никто не остановил не из магов Бездны, не из Черных Ножей или из Фатуи. Они просто пришли, забрали и ушли. Пожалуй, это было самым плавной и спокойной частью их похода. Успешное начало, так что, благодаря Люмин, они переместились быстро к следующей локации их поисков. К ущелью Дадаупа.       В месте, где некогда располагалось три самых крупных лагерей хиличурлов во всем Мондштадте, им нужно было отыскать ещё две слезы. Первая находилась в одном из лагерей, а вторая в храме Сокола, что находился неподалеку. Обозначив поставленные задачи, они выдвинулись в путь сразу же — им не следовало тратить время попусту.       Хиличурлов, конечно, в ущелье Дадаупа было не так много. После той резни, их количество заметно уменьшилось, а затем постоянные рейды Погасшего вообще заставили монстров бежать подальше от этого места. Всё потому, что ущелье — буквально самое первое место, которое приходило в голову каждому мондштадтца, если спросить про то, где больше всего располагалось хиличурллв. Они хоть и не слишком были умными, но и совсем глупыми тоже, к тому же, ими часто управляли Маги Бездны, которые очень разбирались в том, куда и где прятаться.       Из-за этого они сейчас спокойно шли по ущелью. Вокруг пока не было ни души, но для Погасшего это не был повод для расслабления. В левой руке он удерживал железный баклер, в правой — полуторный меч. Воин двигался впереди всех, ведя за собой в лагерь, на который указал Венти по карте. В тот самый лагерь, где он устроил огромную резню и впервые вообще столкнулся с орденом Бездны лицом к лицу. Похоже, что слеза там появилась после того, как они всё там зачистили подчистую. Получается, в какой-то период времени Двалин сюда летал? Интересно для чего…       Очертания опустошенного лагеря замаячили перед ними. Погасший устремил безмолвный взор на возвышающиеся башни, но наверху никто не стоял. Пусто. Сложно сказать — хороший или плохой знак. Оставалось лишь идти глубже и надеяться, что слеза, о которой твердил Венти, там лежала.       Они остановились у разрушенного входа. Пред ними оказался заброшенный лагерь, который с той кровавой ночи до сих пор оставался покинутым его хозяевами, если они остались после совместных усилий Погасшего, Венти и Беннета по их устранению. И главное достояние с того момента осталось на месте — гора трупов хиличурлов, что за долгие месяца под влиянием внешних факторов сгнили, но из-за видимо своих особенностей ещё сохранившие примерное очертание своих форм. Впрочем, это можно было сказать о небольшой части. Большинство же больше походили на изуродованные, искаженные карикатуры самих себя, словно сошедшие с глубин какого-то гротексного кошмара.       В воздухе витал зловещий смрад от их мертвых тел — ужасная смесь гниения, протухшей крови с их померкшим естественным запахом и гарью от стоявшего в ту ночь огромного пожара, охватившего дома монстров. Почти у всех невольно скрутило желудок от него, из-за чего им пришлось больше дышать через рот, чтобы избежать мерзкого ощущения. Безуспешно, впрочем. Воздух как будто насквозь пропитался этим и проникал через кожу вовнутрь. Ощущения максимально неприятные.       Один Погасший оставался в привычном для себя хладнокровии. К подобным запахом он уже давно привык — они часто гуляли по различным местам Междуземья или оставались после того, как тот пробивался через орды врагов. Тем более, приходилось ему чувствовать зловоние гораздо хуже — трупы тех, кто был подвержен алой гнилью, пахли, как протухшие куски мяса перемешанные с непонятным и вовсе не приятным ароматом, отдаленным напоминавших цветы. А вспоминать о запахе тех, кто подвергся Смерти, даже Погасшему не слишком хотелось. Это… было нечто за пределами простых запахов. Не подвергалось описанию. Возможно, к лучшему.       — Ох, так вот где… — Джинн прикрыла рот кулачком, сдерживая рвотный позыв. — …Так вот где вы, сэр Погасший, устроили знаменитую резню хиличурлов… — хотя в её тоне был и ужас и отвращение, но также и доля восхищения.       Знаменитая в своей чистой жестокости и свирепости Кровавого Волка к монстрам. Было заметно, как у большей части трупов недоставало конечностей или вообще целых огромных кусков тела. Кому-то повезло ещё меньше: они были расплющены и раздроблены в мясо с кусочками костей. Погасший в порыве боя не задумывался. Он просто действовал из своего опыта, техники и чистых инстинктов, которые в итоге превращали из него разрушительное нечто, которое могло исказить окружающее вокруг до неузнаваемости.       И сейчас девушки могли собственными глазами разглядеть то, как выглядело поле сражения той ночью, и воспроизвести в голове, как это происходило и насколько интенсивной была битва. И в очередной раз понять, что с Погасшим определенно шутки были плохи.       — Здесь… больше сотни хиличурлов… — как-то испуганно и заворожено подметила Эмбер, пытаясь сосчитать бесчисленные горы трупов монстров.       Погасший не запоминал точное число — слишком их было много. Когда воин кромсал всех направо и налево, то где-то на пятидесяти решил игнорировать счет и сосредоточиться ещё больше на том, чтобы перебить каждого. В конце концов, пусть это и были хиличурлы, которых, как сам заметил воитель, многие недооценивали, но ещё с Междуземья Кровавый Волк знал, что даже самые невзрачные враги могут обрести сокрушительную силу, если работали сообща.       — Не зря вас называют «Кровавым Волком»… — Эола отреагировала хладнокровно, но в её глазах тоже мелькнуло что-то вроде уважения к возможной силе и мастерству воителя.       Сама Эола никогда не видела такого огромного количества хиличурлов. Сражаться с такой армией требовало невероятного умения и не только силы, но и тактики. Ведь монстры могли легко зажать его со всех сторон и просто завалить толпой, но, очевидно, у них этого не получилось.       Лоуренс, конечно, задумалась о том были ли у неё шансы против стольких хиличурлов… аристократическая гордость твердила, что она их бы уделала одной левой, но практичная часть капитана разведывательного отряда рационально подытожила: смогла, но, наверное, ценой серьезных усилий и, возможно, невредимой она бы точно не вышла. Девушке стало интересно разузнать подробности о той ночи, какие именно тактики использовал Погасший против монстров. Информация точно лишней никогда не будет.       — Определенно, сэр Погасший, вы устроили этим хиличурлам незабываемый бой, — как-то кокетливо заметила Лиза, хитро улыбаясь.       А Лиза, в своем стиле, сумела отыскать даже в такой, не слишком подходящей к романтике и заигрываниями обстановке момент, чтобы пококетничать с воином. В некотором роде, её уверенность в этом была впечатляющей для Погасшего. Определенно нужна внутренняя сила, чтобы умудряться кокетничать на фоне гнивших трупов.       — Лиза… — с упреком прошептала Джинн на флирт ведьмы, на что та невинно улыбнулась.       Люмин лишь молча смотрела на горы трупов, пока чувствовала, что Паймон сзади укрылась, чтобы наоборот не видеть заставляющую стынуть кровь в жилах картину. Она в голове представляла то, как это количество монстров выглядело живыми — огромная, плотная толпа, которая могла тебе просто затоптать и пройти мимо. Но Погасший с ними разобрался. Победил. Это в очередной раз дало понять Путешественнице, что его мастерство выходило на совершенно иной уровень.       — Ах, воспоминания… — облегченно вздохнул Венти, смахивая несуществующую слезинку. — …Которые, впрочем, я предпочел бы забыть, кхм… — он невольно отмахнулся, усмехаясь. — Ладно, слеза должна быть впереди.       Довольно просто. Ну, для Погасшего и, пожалуй, остальных. Всего-то пройти через поле, усеянное кучей трупов хиличурлов. Не самое сложное, пусть и не слишком приятное дело, но выбора не было.       — Я не хочу туда идти! — Паймон внезапно вскрикнула.       Все обратили на неё внимание. Похоже, ей совершенно не хотелось иметь дело и находиться рядом с трупами хиличурлов. Погасший оглянулся на всех — её реакцию многие поняли и у никого не было особенного энтузиазма буквально ходить по трупам. С осознанием этого, Кровавый Волк решил, что мог и самостоятельно разобраться с тем, чтобы забрать слезу.       — …Ждите здесь, — лишь кратко произнес Погасший, разворачиваясь. — …Я возьму слезу.       — Хорошо, мы прикроем ваш тыл, — Джинн серьезно сообщила.       Очевидно, раз они оставались позади, то им следовало оставаться хоть как-то полезными. Прикрыть тыл Погасшего на случай неожиданной ситуации было неплохо. Потому воин согласно кивнул и направился медленно вперед.       Кровавый Волк не пытался как-то ловко переступать через трупы или элегантно их проходить. Нет. Он просто шел по ним, пинал их, если они мешали, нисколько не ощущая отвращения, несмотря на то, что гниль из тел выходила большими склизкими частями, облепив его сапоги толстыми слоями. Хотя за самими шагами Погасший следил — пытался отследить не было ли под трупами ловушек. Ему что-то подсказывало, что заполучить слезу будет не так просто, как казалось. Не могли же маги Бездны вот так бездействовать?       — В той башне, Погасший! — докричался до него Венти, указывая на башню, что была впереди.       Погасший услышал его и остановился на мгновение, но потом сразу же продолжил медленный и осторожный ход. Неуклюжая, деревянная башня оказывалась всё ближе и ближе. Наконец он перешел через поле трупов и начал осторожно залезать наверх. Деревянные, грубо поставленные и соединенные не иначе как чудом с друг другом доски скрипели под его ногами. Воин старался идти легким шагом — ему точно не хотелось провалиться под пол.       Он медленно поднялся. И прямо наверху башни был… сундук. Красивый, золотистый, так и манивший быть открытым.       «…Подозрительно» — неужели слеза прямо в сундуке? Как-то слишком «удобно» по мнению Погасшего. Из любопытства он ткнул острием меча в сундук, а потом надавил, но тот не подал признаков жизни. Это воин сделал на всякий случай, ибо один из собратьев когда-то ему рассказал о мимиках — монстрах, которые притворялись простыми сундуками, привлекая внимание путников. Невнимательных они просто пожирали на месте. Таких тварей в Междуземье он не встречал, но тот товарищ предупредил, что всякое могло случиться и каждый раз при проверке сундука не помешает его «проверить» небольшим ударом или внимательным взглядом на то, что тот дышал.       Но этот драгоценный сундук, похоже, был настоящий. Воин присмотрелся внимательнее, стараясь обнаружить дыхание или расслышать его. Тоже ничего. Погасший в последний раз сильно ткнул меч в сталь, но ничего не произошло. Тогда воин уже со спокойной душой приоткрыл сундук. А внутри было ничего кроме слезы, что лежала на дне и поблескивала тускло зловещим, красным оттенком. Кровавый Волк заподозрил неладное. Приготовившись к худшему, тот потянулся к кристаллу рукой…       …Как вдруг расслышал сверху свистящий звук прорезаемого воздуха.       Он резко отпрянул от сундука, как ледяные шипы, прилетевшие откуда-то сверху, пробили насквозь деревянные доски перед ним. Погасший вскинул меч, замечая, что сверху над ним левитировал Маг Бездны стихии Крио. Вокруг него висел барьер морозной стихии. Монстр взмахнул посохом и выпустил ещё парочку ледяных шипов. Множество осколков Крио летели с высокой скоростью, потому воин решил спрыгнуть вниз, чтобы их избежать. Маг устремился следом за ним, пока шипы раздробили на куски лестницу, разрушая единственный подход к сундуку.       Все остальные заметили, что на Погасшего напали и тут же побежали ему на выручку, отбрасывая всё возможное отвращение, которое они испытывали к полю трупов перед ними. Даже Паймон решилась пролететь через это, хотя у неё было огромное желание просто исчезнуть и не возвращаться, как минимум, день.       В это же время Погасший приземлился, совершая кувырок для смягчения своего падения, и обернул голову назад, стараясь не терять монстра из вида. Маг Бездны, сохраняя безопасную дистанцию над ним в воздухе, выпустил ещё несколько ледяных шипов. Воитель быстро развернулся и поочередно мечом отразил каждый. С каждым разбитым осколком вокруг фигуры Кровавого образовывалась морозная завеса, что закрыла его целиком от обзора монстра. Для него это было отличной возможностью совершить внезапный удар.       Он схватил в руку блочный арбалет и быстрыми движениями зарядил взрывными, огненными болтами. Погасший вырвался из ледяного тумана. Пока морозная дымка омывала его фигуру и скрывала все движения, воин прицелился и выстрелил. Впрочем, все тактики не привнесли успеха: монстр оказался куда проворнее и смог ловко облететь летевшие в него болты. Вновь от него последовал ловкий замах посохом. Кровавый Волк оглянулся вокруг, не замечая шипов, как услышал, что под его ногами треснула земля. Не медля, он совершил отшаг в сторону. Земля, где тот стоял ещё мгновение назад, покрылась ледяной коркой, а затем разрослась острыми шипами, вырвавшимся из-под земли.       Пока Погасший раздумывал над новой тактикой, к нему пришла подмога. Венти среди группы выскочил самым первым. При помощи ветряной стихии он особенно высоко подпрыгнул вверх, образовывая из золотистых частиц лук. Поддерживая свое парение в воздухе и пользуясь моментом, что маг на него ещё не смотрел, бард приложил стрелу и натянул тетиву. Острие зарядилось энергией Анемо, и тот её пустил в рассекающий полет. Снаряд мощной вспышкой рассек ледяной барьер, оставляя по нему огромные трещины, но этого было недостаточно, чтобы его окончательно уничтожить.       Но дальше в дело вступила Эмбер. Пока маг отвлекался на выстрел Венти, девушка резво и активно подбежала поближе, вытаскивая Барона-Зайчика. Быстро подобрав и рассчитав дистанцию, она закинула его прямо в лицо ничего не подозревавшему монстру. Кукла в позе звездочки гордо пролетела по воздуху и ловко обхватила лапками треснутый барьер. Маг Бездны испуганно взвизгнул, прежде чем непонимающе уставиться на глуповатое выражение зайчика. Но на его недоумение скаут и брала расчет. Стрела была заряжена Пиро, когда она отпустила тетиву. Острие влетело ровно в спину…       …Мощный взрыв раздался в воздухе, распугивая местную фауну поблизости, а вместе с ним потом последовал удивленно-испуганный визг мага, что беспомощно летел вниз к земле с подгоревшей в некоторых местах робой. Погасший, не теряя времени, разорвал дистанцию и схватил монстра за голову. Мощным взмахом руки он пришиб его, погружая мелкое тельце в почву — от такого мощного напора и давления, оно не выдержало и прямо в этот же момент разорвалось, как помидор, оставляя на доспехах разорванные органы и темную, вязкую кровь, что, как смола, стекала с непреклонного воителя.       — Вы в порядке, сэр Погасший? — спросила обеспокоенно Джинн, только-только подоспевшая на помощь, которая уже не требовалась.       Погасший выпрямился после сокрушительного добивания монстра и отряхнулся от излишних остатков органов и крови, что слегка ему мешались. С окровавленными доспехами он обернулся к магистру, из-за чего та немного испуганно вздохнула. Но потом, к её же удивлению, воин невозмутимо кивнул, чем вызвал у неё неловкую улыбку. Он более чем ожидал засады от Бездны в таком месте, так что был готов к этой конфронтации. И стоило отметить, но Эмбер с Венти быстро сработались, что не могло не радовать.       Пока все осматривались в поисках новой угрозы, Венти использовал Анемо, чтобы оказаться на башне и вытащил из сундука слезу Двалина. Бард самодовольно улыбнулся, сжимая в руках кристалл.       — Ура, слеза у… А-А-А!       Бард настолько сильно обрадовался, что не заметил, как пол перед сундуком, оказывается, был проломлен, и свалился во внутрь башни. Иногда сложно представить, что Венти был целым Анемо Архонтом, что некогда перестроил Мондштадт в том виде, в каком он был сегодня.       Люмин, что удобно находилась на земле, первая подошла к основанию башни и нашла там доски, которые были не особо крепко прибиты гвоздями. Девушка с относительной легкостью отодрала их, создавая небольшой проход, и заглянула внутрь. Внутри башня представляла собой целый хаос из досок, которые каким-то невиданным образом соединены в единую паутину, умудрявшуюся не ломаться просто от собственного напора. Чего-чего, но видимо у хиличурлов был особенный талант создавать из мусора нечто походившее на постройку.       Венти лежал рядом с проходом. Он прижал одной рукой к груди кристалл, а другой берет на голове. Бард взглянул на девушку и неловко улыбнулся.       — Так вот что называют сногсшибательной радостью…       «Если шутит — жить будет» — вспомнила Люмин фразу, которую употреблял часто Итэр, и подала ему руку, чтобы встать.       Не без маленьких изъянов, но вторая слеза теперь была у них. Оставалась последняя, но заполучить её, скорее всего, было гораздо сложнее, чем две предыдущие вместе взятые. Ведь им придется направиться в храм Сокола — заброшенный храм одного из четырех хранителей ветров. Одно это уже говорило о том, что, наверное, им слезу придется искать среди запутанных коридоров, населенных монстрами. По крайней мере, так предполагал Погасший. Но выбора у них не было, следовало двигаться. Потому они быстро перегруппировались и выдвинулись к нему.       Храм Сокола одиноко располагался чуть дальше ущелья, уходя ближе к склону с видом на океан. Погасшему там приходилось несколько раз бывать — опять же, чтобы истребить пару лагерей хиличурлов и однажды на охоту необычного монстра, напоминавшего куб, использующий стихии Электро. Сами руины он не посещал, так как они не были ему доступны. Врата во внутрь светились красным светом и никак не поддавались, как бы тот не прилагал усилий. Тогда Кровавый Волк посчитал, что они закрыты особенной магией, возможно, закрыты сами мондштадтцами, ибо это место по-своему было священно для них. В общем, воитель предпочел оставить тогда храм в покое и направиться дальше. Но сейчас ему вновь придется с ним столкнуться.       Они продолжали подниматься всё выше и выше, минуя мирные очертания природы, что раскинулись вокруг. На данный момент протекал то самое редкое мгновение спокойствия перед бурей. Погасший им воспользовался, чтобы убедиться в том, что его снаряжение было готово к новой предстоящей схватке. Меч был как всегда остер, готовый резать плоть. Щит крепко сидел на руке, почти мертвой хваткой — оторваться он мог только вместе с его собственной рукой. Арбалет был перезаряжен теми же взрывными болтами.       Их отряду удалось достигнуть храма достаточно быстро. Вход располагался прямо в скале, врата до сих пор светились зловещим красным оттенком. Вид, который Погасший довольно часто видел, но есть было отличие: Глаз Бури. Большое элементальное существо, представлявшее собой концентрированную энергию Анемо, покрытую слоем твердого камня. С таким противником Погасший редко сталкивался. В основном, лишь только в заказах на устранение. Не самый грозный противник, но из-за того, что тот постоянно находился в воздухе был несколько проблемным. Приходилось тратить болты, чтобы его оглушить и сделать его уязвимым.       Но в этот раз вместе с ним были Венти и Эмбер. Лишь завидев существо вдалеке, они переглянулись, одарили друг друга понимающими кивками и вытащили одновременно луки. Они синхронно положили стрелы, натянули тетивы и начали заряжать снаряды собственными элементами. К ним подключился и Погасший: он вскинул из-за спины арбалет и прицелился в слегка движущийся Глаз.       — …Три…       Он начал отдавать обратный отсчет, чтобы они могли выстрелить все разом и нанести максимальный урон существу. Венти и Эмбер приготовились.       — …Два…       Их тетивы натянулись сильнее. Погасший прижал палец к курку арбалета.       — …Один…       Выстрел.       Первой прилетела стрела Эмбер. Она вонзилась ровно в сферу промеж кусков каменной брони. Из-за концентрированного воздуха в ядре, огонь Пиро распространился и заставил монстра замедлиться. Вторым влетела стрела Венти. Сам по себе Анемо бы не нанесла урон Глазу, но зато оно смогло выплеснуть подальше от сферы камни, что её защищали. Напоследок к ним присоединились три взрывных болта от Погасшего, которые оглушили его и заставили упасть вниз на землю и открыться для финального удара.       — Быстрее! — прокричала Джинн, вскидывая клинок.       Пока она приготавливалась, Погасший вместе с Эолой уже устремились к оглушенному монстру. Пролетая сквозь склон, рыцарь высоко замахнулась — лезвие её меча покрылось Крио энергией, и она совершила грациозный выпад вперед. Воитель подле неё, ударил меч в землю перед собой, подпрыгивая вверх. Сальто вперед позволило ему замахнуться для последующего свирепого удара. Покрытое огнем Пиро ядро вспыхнуло паром от интенсивного таяния, делая его максимально уязвимым, а разрез от Погасшего разделил ослабевшую сферу напополам. Глаз Бури испарился, оставляя себя остатки камней, которые когда-то собрал для защиты. Не слишком ему пригодились.       Удивительно, но со смертью Глаза Бури красный свет во вратах испарился и сменился на приятный, голубой, который будто гласил, что теперь они могли войти внутрь. Странно, может, маги Бездны здесь тоже постарались и создали Глаз Бури для охраны? Тогда почему воин не натыкался на него раньше во время своих походов? Слишком много вопросов, для которых ответы вряд ли найдутся…       Решив не углубляться, Погасший положил ладони на каменные двери. Из-за магии они подались очень легко, толчком воин их буквально распахнул во всю ширь прохода в храм. Внутри была кромешная тьма и корридо куда-то вниз, в глубины земли свободы. Каменные стены обросли густым мхом, а воздух пропитался пестрым запахом растений. Учитывая, что храм уже не одно десятилетие, а то и столетие пустует — картина совсем обыденная.       Воин зажег фонарь на поясе, чтобы рассеять тьму перед ними, и медленно зашел первым, готовясь к возможным неожиданным нападениям из-за углов. Все остальные медленно зашли за ним, и как только последний из их отряда пересек границу проема, двери сами по себе захлопнулись, оставляя одних.       Проникая всё глубже и глубже в храм, чувство реальности постепенно исчезало перед глазами. В какой-то момент Погасший огляделся вокруг и понял, что тьмы, собственно говоря, уже не было, а вместо неё уже присутствовал откуда-то сверху солнечный свет. Вместо узких закоулков в пещере, они оказались в огромном, светлом пространстве. Вдалеке откуда-то снизу до чистых небес произрастал огромный корень, из которого сыпались водопады. Пропасть под ногами была настолько бездонной, что там лишь видно облака, но не земли. Сам же их отряд оказался на платформе из каменного кирпича, заметно обросшего мхом и растениями, намекавшие, что на возраст данных руин, парившего просто в воздухе.       Погасший точно не мог привыкнуть к подобным видам. Секунду назад они вроде шли по обычной пещере, а в следующую уже стояли в каком-то ином мире. Те, кто создавали эти храмы явно проектировали их при помощи могущественной магии. Иначе объяснить всё, что вокруг крайне сложно.       Воин подошел к их краю платформы. Ещё раз оглядев пропасть перед ним, он взглянул на другую. Очевидно, перебраться туда можно было только при помощи планера. Погасший решил выступить первым и перелетел, чтобы разведать обстановку. Приземлившись на другую, он осторожными шагами направился вперёд, прижался к стенке и слегка выглянул за угол. Дальше шла ещё одна летающая платформа, что была соединена с его очень шатким каменным мостом. Помимо этого на конце стоял хиличурл с арбалетом. Не слишком серьезная охрана, но рисковать не стоило.       Погасший отвернулся, вытащил арбалет и зарядил его простыми болтами. Использовать взрывные было риском — мало ли, вдруг тут всё могло обвалиться? Он не слишком доверял полу под собой.       Кровавый Волк быстро выскочил из укрытия и нажал на курок. Три болта вылетели, рассекли воздух и прилетели в хиличурла: первая влетела в маску и отлетела, отчего монстр откинул подбородок назад от неожиданного удара. Остальные две влетели в шею. Отсюда до него гулявший ветер донес хриплый вздох уже бывшего арбалетчика. Хиличурл попытался выстрелить в ответ в качестве мести, но споткнулся о неровный кирпич, совершил несколько неровных шагов и сорвался вниз, прямиком в пропасть, где исчез в пучинах облаков.       С основной угрозой он разобрался. Погасший махнул рукой, говоря, чтобы все остальные шли за ним. Впрочем, помимо хиличурла, осталась одна угроза. Мост. Очень шаткий, который продолжал стоять только исключительно на колдовстве, как всё в этом странном месте. Если по нему неосторожно идти, то сорваться и улететь вниз было легче легкого. А учитывая глубину пропасти — судьба далеко не завидная. Падать видимо придется довольно долго, возможно, слишком. Погасшему так или иначе не хотелось проверять, да и другим вряд ли тоже.       — …Идемте по одному, — лишь хмуро указал воитель остальным, что только подошли. Лучше поосторожничать и потратить побольше времени, чем потом слететь вниз непонятно куда.       Первым решила пойти Эмбер — она скаут, потому заодно могла разведать обстановку перед ними и предупредить об опасности впереди. Довольно легкой и ловкой она принялась перебираться на другую сторону, не забывая при этом ещё оглядываться по сторонам и наслаждаться видами вокруг, чем вызывала у Погасшего некоторое напряжение в душе за её безопасность.       Следующая пошла Эола в опасении за подругу. Благодаря постоянно своим тренировкам в танцах, её баланс был безупречен, потому какой-то мост не был ей соперником.       За ней Джинн и Лиза. Они взяли друг друга за руки и вместе, как лучшие подруги, стали двигаться, каждый их шаг был отработан.       Затем Люмин с Паймон. Маленькой спутнице вообще было просто — она умела летать, а вот Путешественнице пришлось следить за тем, куда ставить ногу, но вроде казусов никаких не возникало.       И оставшимся оказались Погасший и Венти. Бард не придумал ничего лучше, кроме внезапно не обхватить ногами и руками торс воителя, аргументируя это тем, что ему так всяко безопаснее. Напоминания Кровавого Волка о том, что он мог практически летать благодаря Анемо, оказались просто-напросто проигнорированы.       Успешно оказавшись на другой стороне, Эмбер осторожно взобралась по деревянным доскам наверх платформы и огляделась. Впереди протекала искусственная река, что истекала из одного водопада лишь ради того, чтобы утечь вниз другим, по краю которой можно пройти на другой берег — но была одна незадача. В конце, на высоких выступах стояли хиличурлы — один фиолетовый, стихии Электро, другой белый Крио. В руках оба держали арбалеты. Учитывая, что им придется и так и так проходить по воде, то с ними следовало разобраться иначе будет худо.       — Венти, там хиличурлы, — Эмбер обернулась к барду, кивком указывая на их небольшую проблему.       — Снова надо показать мастерство стрельбы? — Венти только мягко улыбнулся, уже понимая к чему она клонила.       В следующую секунду они уже стояли и целились из своих луков. Каждый в своего: Венти в Крио, Эмбер в Электро. Хиличурлы, конечно, не оказались полными дураками и заметили их, приготовились тоже стрелять. Но в сравнение с бардом и скаутом, реакция монстров оставляла желать лучшего. Итог не заставил себя долго ждать — хиличурлы получили в головы по стреле и пали в неравной схватке.       Все поочередно залезли на выступ. Без сопротивления в виде хиличурлов перебраться на другой берег вышло легче легкого, хотя промочить ноги было несколько неприятно. Впереди расположился закрытый проход, который пока непонятно было как открывать. Правда, стоило им сделать шаг вперед, как из-под земли выскочило два Пиро слайма. Впрочем, один даже не успел приготовиться к прыжку, как меч Погасшего уже разрубил его на две равные половины. Второй же получил мощную порцию электричества от Лизы. Напряжение было настолько сильным, что разорвал монстра на куски густой, горячей жизни.       С поражением всех монстров, внезапно руны на закрытом проходе засветились золотистым оттенком и сами раздвинулись, давая возможность идти дальше. Погасший не слишком представлял, как работал этот механизм — учитывая, что тут слеза, возможно, тут присутствовали Маги Бездны, которые вот так хитро решили всё обставить, чтобы усложнить задачу по её добыче.       Следующая локация представляла собой такую же платформу, но огороженную огромными стенами и с единственным проходом сверху. Но всё, конечно, не так просто. Впереди к ним уже скакал один маленький Пиро слайм и другой гораздо большей формы. И помимо них ещё из арбалетов нацелились хиличурлы — один тоже огненной стихии, а другой — электрической. Но в чем преимущество их большего отряда — каждый мог взяться за тех противников, которым им проще всего убить. Арбалетчки не совершили выстрелы, ведь Эмбер и Венти уже совершили свои. В лица хиличурлов прилетели стрелы, оглашая продолжение их победоносной серии над врагами в дальнем бою. Маленький слайм оказался безжалостно расплющен ударом Эола, а большой получил мощный апперкот железным баклером Погасшего, откинувшего его далеко назад.       Тот грубо прокатился, оставляя за собой горящие Пиро энергией сгустки слизи, и разорвался в небольшом взрыве над треснутой плиткой, из которой после вырвался воздушный поток, которым мог им помочь забраться выше. Благодаря нему они смогли оказаться на следующем выступе. Дальше путь шел… никуда не шел. Перед ними была пропасть с какой-то странной плитой, в которой могло уместиться разве что максимум два человека.       — Ох, это магические плиты, — пояснила тут же Лиза. — Она может помочь нам переместиться дальше.       — Будем перемещаться по двое, — сказала Джинн, рассматривая плиту перед ними.       Первыми решили пойти Эола и Эмбер в качестве разведки и проверки работоспособности данного механизма перемещения. Они обе аккуратно вступили на плиту, и, к удивлению, она зажглась золотистым светом и оторвалась от платформы. Все наблюдали, как две девушки плыли по воздуху к ещё одной платформе-остановке, зависшей посреди воздуха. От необычности этого храма, Погасший мог только удивляться и недоумевать. Ему не приходилось видеть нечто подобного в Междуземье. Хотя и там своих странностей хватало…       Когда девушки достигли, она на неё осторожно ступили, проверяя прочность пола под ногами. Убедившись, что вроде всё стояло надежно, они полностью перебрались на платформу, а плита отправилась обратно к остальным. Но рядом была ещё одна. Эола и Эмбер уже без колебаний встали на неё, и она их понесла ещё дальше, гораздо выше. От небольших маневров летающей плиты им приходилось за друг друга держаться очень крепко, чтобы случайно не слететь.       Плита продолжала поднимать их выше прямо к ещё одним руинам, что зависли в воздухе на самом верху. Им открылся весьма живописный вид — вокруг произрастали огромные корни, из которых сыпались величественные водопады. Откуда-то на всю красоту сыпался золотистый свет, не иначе как от Солнца. Эмбер уставилась на это с горящими глазами.       — Ух ты, как красиво! — она аж подпрыгнула на месте.       — Эмбер, аккуратнее! — хватая её за плечи и прижимая к себе, обеспокоенно произнесла Эола, немного нахмурившись.       Плита подняла их и поднесла поближе к ещё одной летающей платформы перед самими руинами. За неимением вариантов, они опустились на неё. Другие плиты выстроились в небольшой мост, по которому они смогли пройти дальше и оказаться на ступеньках, ведущим к ещё одним вратам. Эола с Эмбер дождались, когда остальные смогут преодолеть это небольшое путешествие, после чего они принялись идти дальше.       Их отряд медленно поднялся по ступеням вверх. Словно ощущая их прибытие, проход сверкнул светом и медленно отворился перед ними. Но как и всегда, на пути встали монстры. Два крупных слайма стихии Электро, а вдалеке гидро шамачурл, что исполнял ритуальный танец до поры до времени, пока не заметил их. С последним получилось достаточно просто — Эмбер подсуетилась и отправила его точной стрелой в голову на тот свет. Со слаймами решили взяться все остальные. Венти ловко взмахнул рукой, призывая потоки Анемо прямо под монстром. Слайма подкинуло вверх, и Джинн воспользовалась его беспомощным положением и задержала при помощи своих способностей висеть в воздухе, откуда переместила поближе к воротам и затем резким выпадом меча и выплеском ветра отбросила далеко в пропасть. Второму слайму повезло не меньше: к нему приблизились Эола с Погасшим, поднявшие мечи. Одновременный удар от них разрубили его на три равные части.       Но на этом их битва ещё не закончилась. Перед бездыханном трупом шамачурла со стрелой в центре маски вспыхнуло пламя, из которого образовался Пиро Маг Бездны — виновник всего торжества, лидер и защитник последней слезы Двалина. Монстр взмахнул посохом. Вокруг него появился огненный барьер, который им предстояло разрушить. Ещё один взмах посохом уже создал несколько сгустков пламени, что, как пронырливые змеи, перемещались быстро и извилисто по полу к ним.       Пока все от них принялись уклоняться, Лиза исчезла во вспышке Электро и уже оказалась в стороне от него с ладонями, которые грозно разразились потоками молнии. Электрические цепи обхватили со всех сторон мага, чей постоянный контакт начал разрушать барьер на глазах. Это не ушло из-под взора монстра, он и призвал три демонических главы вокруг волшебницы, которые по его щелчку раскрыли пасти. Лиза быстро огляделась, замечая опасность, и исчезла в Электро, прежде чем на месте, где она была, обрушились свирепые потоки пламени.       Кое-как избавившись от преследования огненных змей, Эола провела рукой по лезвию меча, окутывая его плотными потоками Крио, которые сформировались в огромный острый кусок льда вокруг в ещё больший клинок. Рывком, подпитанный магией морозного элемента, она сократила расстояние и высоко занесла клинок над головой. Мощным, сокрушительным вертикальным замахом она отбросила мага прямиком в стену, чем выиграла для их отряда пару секунд, но, к сожалению, этого не хватило, чтобы окончательно разбить барьер.       Но этими секундами воспользовалась Люмин. Она заранее собрала в двух руках потоки Анемо. Первую она смешала с Электро от Лизы, а вторую Крио от рассыпавшегося клинка Эолы. Путешественница подбежала к ошеломленному и пустила всю магию элементов в ход. Электро, Анемо, Пиро, Крио — смесь элементов вызвала за собой смесь реакцией. Искры, всплески огня, пар — почти всё разнообразие начало разрушать барьер на её глазах. От мощных потоков она невольно прищурилась но, сжав зубы, уперла твердо ногу в землю, не планируя отступать ни на шаг. Её план работал. Оставалось только дождаться…       …Барьер рассыпался!       Люмин рассеяла всё Анемо, образовала из золотых частиц меч, лезвие которого выставила перед магом. Одним резким движением, девушка пронзила середину туловища монстра насквозь. Маг хрипло вздохнул, но Путешественница, вдохновленная безжалостным стилем боя Погасшего, решилась не остановиться на этом. Она развернулась и бросила монстра в стену, где он расплющился, оставляя огромный кровавый след по каменной плитке. Сам Кровавый Волк, наблюдавший за этим, только удовлетворенно кивнул. Определенно, он бы точно также поступил для надежности.       Проход перед ней засветился, из-за чего в приступе адреналина она тут же схватила меч в оборонительной стойке. Но наблюдая, что просто путь расчистился, Люмин успокоилась и скрыла оружие. Дальше из-под плит доносился воздушный поток. Они на нем поднялись и оказались на верхней части платформы, где находился роскошного вида сундук. Погасший пошел первым, ткнул его на наличие жизни и проверил на дыхание, и затем открыл. Внизу расположилась ещё одна, самая последняя слеза.       Погасший её медленно вытащил и оглядел со всех сторон. Ничего примечательного он в ней не заметил, потому просто протянул слезу Венти. Бард, сходя из блаженной улыбки на лице, более чем обрадовался находке и с радостью её принял.       — Ура! Мы наконец-то закончили! Пришлось хорошенько постараться! — уперла довольно ручки в бока Паймон.       Повод для радости действительно имелся — раздобыть слезы оказалось не так тяжело, как себе представлял Погасший. Ему казалось, что это могло занять у них куда больше времени и сил. Когда твой враг являлся олицетворением коварства, то всегда следовало ожидать худшего. Так что, если этап с добычей слез оказался без подвохов, то что-то подсказывало воителю, что само спасение Двалина могло пойти не так, как положено. Но это пока были лишь его опасения.       — Расслабляться рано, — решила оборвать преждевременную радость Паймон Эола. — Нам ещё с Ужасом Бури разбираться.       Помимо Погасшего, Эола уделяла больше вниманию тому, как исполнить их план эффективно и быстро. Отпраздновать они всегда могли успеть, а вот исполнить задуманное могли и опоздать…       — Верно, — кивнул Венти, оставаясь довольно серьезным пару секунд, но потом его губы осветились в знакомой, легкой улыбке. — Но однозначно большую часть плана мы исполнили!       Одна слеза была в его руке. Из кармана своих штанов он вытащил две другие. Все три светились болезненно-алым оттенком и зловеще пульсировали у него в ладони, вызывая в душе неоднозначные чувства, которые заставили его нахмуриться.       — Да уж, они все осквернены… — прошептал он сухо с печалью, пока в его бирюзовых глазах отражался зловещий оттенок багрового.       Невольно он задумался насколько сейчас Двалину было страшно… и одиноко. Столько лет ненависти и одиночества превратили его из любопытного ребенка в настоящее чудовище, которое могло разрушить всё, что когда он вместе с ним же создал в один момент. Одна мысль об этом сводила ему живот.       — На долю Двалина выпало много страданий… — его голос отдавался горькостью. — Но вскоре… это закончится, — бард протянул три слезы Люмин. — Путешественница, твой час настал!       Как и в прошлый раз, Люмин взяла поочередно каждую слезу, сосредоточилась и смогла их очистить безо всяких проблем. Чистые кристаллы Венти принял с трепетом и, недолго думая, запихнул в Небесную Лиру. Инструмент отреагировал: блеснул ярко бирюзовым оттенком и уже предстала перед ними в совершенно ином облике. Темное дерево обратилось в чистый, белоснежный материал, сравнимый с мрамором по гладкости. Серебряные узоры обратились в золото, а темные струны теперь светились энергией Анемо.       Погасший внимательно присмотрелся к неожиданным изменениям в Лире. Теперь она действительно выглядела, как инструмент, которым некогда пользовался сам Анемо Архонт для донесения своей воли простым людям. Воитель где-то в глубине души начал понимать, почему Венти так грезился о её восстановлении. Возможно, действительно Лира была ключом к спасению Двалина от контроля Бездны.       — Ух ты! Сработало! — Паймон радостно затоптала ножками и сжала ручки.       — Теперь она выглядит иначе, — спокойно, но удивленно заметила Джинн, прикладывая руку к груди.       — Хм, от неё сейчас ощущается сильная Анемо энергия… — задумчиво, но удовлетворенно произнесла Лиза, прямо как какой-то профессор после удачного опыта.       — Ага, теперь она выглядит… ну, божественной! — восторженно посмеялась Эмбер.       — Значит, сила восстановлена? И мы можем перейти к спасению Ужаса Бури? — Эола сдержалась от восторженных комментариев, так как их и так хватало, и перешла к делу.       — Да, теперь можем, — Венти кивнул, перебирая пальцами струны Лиры, что отдавались чистейшим и нежным звуком. — Надо найти подходящее место. Там где ветер свеж и влажен и способен донести звуки Лиры до Двалина.       — …Утес Звездолова?       Утес находился к северу от Храма Ветров, где они ранее были. Погасший как-то раз взбирался на самый верх, и там дул весьма сильный ветер, отличавшийся свежестью и запахом моря. Если Венти нужно было место для призыва, то там, как ему казалось, самое подходящее место.       — Хм… Да, пойдет, — согласился Венти. — Отправимся туда и спасем Двалина!       Решение было принято. Шла финальная часть их плана.

***

      Первый сейчас ходил из стороны в сторону, впервые вместо привычного ему хладнокровия его посещали сомнения и неуверенность. Лидер старался сохранять лицо и не падать духом, но ситуация заметно усложнилась. Он остановился, затем снова пошел, потом снова остановился. Не выдержав, ассасин вернулся к своему столу и принялся перечитывать недавние ему отчеты, но их содержание ему удалось практически наизусть выучить, но ничего полезного или содержательного в них не было.       До определенного момента, несмотря на крупное «предательство» части ассасинов, дела у них шли неплохо. Черные Ножи смогли устранить пусть и небольшую, но хоть какую-то часть зараженных, а также предотвратить некоторые попытки диверсии с их стороны, закрепляя порядок и контроль над территориями. Ему на мгновение показалось, что ситуация теперь была на его стороне. Возможно, катастрофа, о которой он невольно предположил, была устранена.       Однако возникло «но». Очень серьезное «но».       Внезапно, до него донеслись тихие шаги. Он поднял голову. Вторая подходила к нему, походка у неё оставалась тихой и изящной. Вместо приветствия, Первый смерил её хмурым молчанием.       — Брат, — её голос был ровным. — Никаких вестей насчет Девятого. Отряд поисковиков всё перерыл, в том числе и я, но никаких его следов не обнаружено.       «Вот черт…» — его ладони сами сжались в кулаке. Проклятие! Девятый сообщил о том, что мог знать о том, как Бездна могла проникнуть в их ряды. Он рассказал лидеру об останках Дурина под Драконьим Хребетом и предположил, что некогда одна из экспедиций Фатуи с их ассасинами могли заразиться и незаметно войти к ним. Это имело смысл — возможно, именно так все и произошло. Первый основательно подготовил отряд вместе с Девятым для того, чтобы он попытался разузнать.       Но они пропали. Все до единого. Ни весточки, ни трупов. Ничего. Как сквозь землю провалились.       И Первый сейчас был в растерянности. Он раздумывал: не мог ли Девятый сам оказаться под контролем Бездны и уйти специально, чтобы потом нанести удар? Но лидер не мог поверить в эту теорию. Первый столько раз переговаривался с Девятым. Девятый, услышав о том, что их ассасинов схватили, предложил всех обследовать и, более того, сам первый подтвердил то, что он был здоров. Неужели проклятие на него так незаметно повлияло? Да быть не может?!       — Вот черт!       Он ударил по столу. Сильно. Древесина под его кулаком жалобно проскрипела, но Первый был погружен в мысли. Он анализировал ситуацию, в которой они оказались. Если ничего не предпринимать, то вскоре могло произойти немыслимое.       — Что будем делать? — лишь спросила спокойно Вторая, слегка опешившая от резкой реакции своего брата.       Первый собранно вздохнул. Терять хладнокровие было сейчас точно не тем, что ему нужно делать. Раз они оказались в такой засаде, то им следовало выбираться и немедленно.       — Пусть все отряды, что за пределами Мондштадта, начинают распределяться по окрестностям и выстраивать оборону. Приоритет: местные деревни, аванпосты и прочие места, где есть скопления мирных жителей, — он собрался с духом и начал отдавать сестре указания, которая его внимательно слушала. — Все, кто здесь, пусть усилят наблюдение за всем происходящим в городе. Нельзя допустить, чтобы Бездна «нашими руками» попыталась устроить хаос, — пока Вторая кивала в знак понимания, он задал финальный вопрос: — От Отца вести есть?       — Ему сообщили о ситуации, пока ждем ответа.       — Хорошо, пока ответ не придет, выжидаем худшего, ибо, скорее всего, Бездна не упустит возможности сравнять всё здесь с землей…       Вторая кивнула и покинула его, направившись выполнять указания. Первый склонился над картой Мондштадта. Все мысли были заняты о пропаже Девятого. Слишком всё получалось удобно. Слишком уж удобно выходило, что Девятый просто «исчез». Скорее всего, Бездна до него добралась, даже несмотря на все меры предосторожности, который Первый предпринял ради него. Ему горько об этом думать — горько думать, что из-за его недальновидности один из лучших членов их группировки оказался теперь под контролем монстров. Но Первый не мог себе позволить долгое сожаление. Надо действовать, пока не стало слишком поздно.       А поздно могло наступить в любой момент.

***

      Уже ближе к вечеру они смогли добраться до утеса Звездолова. Благодаря Люмин, путь, который мог занять целые дни оказался делом пары часов. Эта скорость была как никогда не нужна. Возможно, именно из-за их быстрого передвижения, пока Бездна не успевала претворять свои задумки, но это не означало, что им следовало терять бдительность. У воителя невольно мелькнуло дурное предчувствие чего-то худшего впереди.       Утес представлял собой довольно мирное место. Тут редко ходили монстры, из-за чего Погасший часто тут видел странную парочку молодых людей вместе с ещё одним мужчиной, что смотрели куда-то вдаль. Здесь постоянно дул свежий, морской ветер, который даже мог немного сбить равновесие у неподозревающего человека. Особенно он выделялся своим живописным, просторным видом на океан, простиравшегося до самого горизонта. Где-то вдалеке расположился загадочный, одинокий остров посреди ровной глади воды.       Но сейчас не это их интересовало. Венти крепко удерживал Лиру в руках, на лице у него было немного странное выражение: смесь трепета, но при этом и какой-то определенной неуверенности. Хотя он и демонстрировал постоянно, что был абсолютно уверен в своем плане, но видимо в глубине душе бард всё равно опасался того, как могла пройти встреча с Двалином. Неудивительно. С каждым уходившим часом дракон мог становиться всё более и более опасным и непредсказуемым.       — Все готовы? — спросил у всех Венти, обернувшись ко всем с немного серьезным видом. — Помните, вы стойте позади, но будьте готовы к тому, что придется сражаться!       Редко приходилось видеть, как Венти не дурачился и ответственно, серьезно подходил к какому-либо делу. Погасшему, конечно, хотелось бы, чтобы он таким был почаще, а не ребячился, когда не стоило.       Все остальные последовали его словам и сделали хороший шаг назад.       — Погасший, а ты лучше пригнись, ладно? — попросил бард лично его. — Сам понимаешь, ты с Двалином слегка…       Погасший сразу догадался о чем тот говорил и хотел попросить. Воин уже два раза сталкивался в схватке с Двалином и в этих двух разах он оставил дракону серьезные увечья, а в первую встречу, так вообще почти что убил. Если Ужас Бури увидел бы его, то, скорее всего, тут же стал враждебным и напал, что им явно было не нужно.       Воитель понимающе кивнул и отошел назад, пригнулся и, подхватывая посох, использовал на себе чары невидимости, чтобы его точно не могли найти. Конечно, в крайнем случае, он был готов выйти и пойти сражаться с кем угодно, но на данный момент ему лучше засесть и сидеть, как мышь.       Как только все приготовления были закончены, Венти обернулся назад к океану и, аккуратно придерживая Лиру в руках, медленно, осторожно поплелся к краю утеса. Все, затаив дыхание, наблюдали за его неспешащей фигурой. Погасший медленно озирался по сторонам в поисках чего-то опасного, что могло помешать их плану. Пока всё было тихо, но это лично не приносило воину успокоения. Он слегка начал подбираться поближе к краю утеса и укрылся за небольшим камнем, продолжая наблюдение.       Венти остановился у самого обрыва. Ветер развевал его косички с накидкой позади и лишь каким-то чудом не сшибал берет с головы. Он бросил тихий взгляд на океан внизу. Окрашенная кровавым оттенком вода смотрела на него в ответ. Менестрель на несколько секунд застыл на месте, словно в попытках разглядеть свое отражение вдалеке, понять, как он сейчас выглядел. В его душе было неспокойно. Как же мог отреагировать Двалин? Сработает ли его «идеальный» план?       …Был единственный способ узнать.       Его пальцы начали медленно перебирать струны лиры. Из них вырвалась спокойная, тихая мелодия, подхватываемая бежавшим ветром, уносившим её с собой в дальние края. Но самое главное, помимо этого, он нес её к Двалину.       Все задумчиво переглянулись, немного размышляя, как это вообще должно было случиться. Неужели дракон вот так просто прилетит на звуки мелодии издалека?       Правда, никто не успел засомневаться в эффективности плана Венти, как внезапно земля затряслась, из-за мощных потоков воздуха, бившихся об утес. Многие это посчитали знаком приближения дракона и не ошиблись: через мгновение, из-за скалы вырвалась огромная фигура Двалина. Ужас Бури взмыл вверх, делая ловкий, несмотря на свои размеры, маневр, после чего медленно подлетел к игравшему Барбатосу. Погасший осторожно выглянул из камня, пока он уже держал в руке меч готовым на случай непредвиденной ситуации. Но стоило отметить, что Ужас Бури сейчас выглядел спокойным, не враждебным. Возможно, у них были шансы на успех. Оставалось наблюдать.       — И ты…       Из пасти дракона раздался могучий, рычащий и глубокий голос. Двалин махал медленно, но тяжко крыльями, заставляя воздух вокруг сбиваться в мощные потоки, содрогавшие землю, и смотрел на Венти с пронзительным видом. Сам менестрель оставался на месте, его пальцы продолжали тихо играть мелодию.       — Значит всё решено…       Барбатос прислушался к словам Двалина и поспешил их опровергнуть:       — Нет. Я вижу твою печаль, — его голос звучал твердо, но при этом и мягко, дружелюбно. — Я вижу это в твоих глазах, — он притронулся к Лире. — Ты должен вспомнить эту песню…       В ответ Двалин зарычал, его светящиеся глаза будто бы нахмурились в задумчивости. Он пытался вспомнить мелодию. Все остальные внимательно наблюдали за разговором.       — Они разговаривают… — лишь тихо и удивленно пробормотала Джинн.       Но её бормотания прервались странным звуком. Откуда-то сверху возникла вспышка Крио, что стремглав приближалась к Венти, вот-вот собираясь его ранить. Бард широко раскрыл глаза и инстинктивно попытался закрыться рукой, но… неизбежной боли не последовало. Отпрянув руку, он разглядел, как перед ним уже стоял Погасший. Его меч был выставлен перед лицом, лезвие после отбитого снаряда сохранило частицы инея. Не зря Погасший опасался худшего. Ибо оно случилось. Их плану всё-таки помешали.       — Не позволяй ему одурачить тебя, дракон…       Из-за огромного тела Двалина вылетел Крио Маг Бездны. Дракон перевел несколько недоуменный взгляд на монстра — похоже, слова барда сработали на Ужасе Бури, пусть и немного, так как тот был в растерянности. Погасший в это время вместе с Венти стоял, его щит и меч были наготове.       — Он уже бросил тебя…       Ситуация вышла из-под контроля. Погасший стал отводить Венти подальше от Двалина с магом. Бард принялся сопротивляться, так как не хотел сдаваться вот так, но воин оставался непреклонен. Остальные же тоже подбежали, чтобы приготовиться к схватке.       — Он снова тебе лжет…       — Барбатос…       — Да… Не сдерживай себя…       Но это оказалось последнее, что успел выговорить маг. Ибо он слишком отвлекся на попытки разозлить дракона, но не учел главного: Погасший не беспомощно наблюдал. Достаточно отогнав Венти на расстояние от Двалина, воин выпустил в мага Бездны опустошающий порез. Лезвие рассекающей пустоты разделило тело монстра напополам, и обе части тела полетели вниз к океану.       Но влияние мага уже было достаточным. Двалин зарычал.       — Ты… — он внезапно взглянул на Погасшего, глаза переполнились гневом, видимо вспоминая все прошлые встречи. — Убийца!..       Он раскрыл пасть и резко кинулся на всех, но целью его выступал именно Погасший. Времени оставалось мало. Воитель, быстро перехватывая печать в левой руке, совершил «Отказ» и отбросил всех назад, после чего поспешно выставил щит и меч, что совсем его не спасло. Двалин вцепился в него зубами и утянул за собой, взмывая ввысь.       — ПОГАСШИЙ! — это зазвучало от Венти.       Двалин, удерживая в своей пасти нижнюю часть туловища Погасшего, понесся высоко вверх. Пока они не слишком высоко оторвались от земли, воитель, используя ту же священную печать, воспользовался «клинком черного пламени». Лезвие полуторного меча окутал беспощадный огонь богоубийц. Кровавый Волк без колебаний вонзил его в морду Двалина. Черно-белое пламя разнеслось за считанные секунды по телу дракона, взбудораживая в нем нестерпимую, острую боль, от которой удивленно разжал пасть. Воин оттолкнулся от языка и оказался в свободном падении. Ужас Бури взглянул на него с яростью, но при этом и некоторым ужасом, что заставило Погасшего задуматься насколько он оставил дракону плохие воспоминания о себе теперь, после чего улетел восвояси.       Задумываться о том, как он навредил Двалину, времени не было. Кровавый Волк перевел в воздухе тело в горизонтальное положение и раскрыл за своей спиной планер. Упругая ткань подхватила попутные потоки воздуха, и Погасший устремился вниз к остальным. Не имея по пути казусов или проблем, он сложил планер и приземлился. Из-за набранной скорости его понесло вперед, но воитель вонзил меч в землю и тем самым смог замедлиться. Он хмуро выдохнул, медленно выпрямляясь в полный рост, пока наблюдал, как все к нему бежали.       — Сэр Погасший! — Джинн прибежала к воителю, и от беспокойства взяла его за руку, крепко сжимая. — Вы в порядке?       Пока подоспели все остальные, Погасший уверил в своей целости молчаливым и лаконичным кивком. С ним бывали ситуации и гораздо страшнее.       — Ох, это выглядело так опасно! Мне показалось, что он вас съел, — испуганно произнесла Эмбер, крепко удерживая свои руки на груди.       — Соглашусь, у меня сердце удар пропустило, — с легкой дрожью от адреналина поддакнула Лиза, делая глубокие вдохи, чтобы успокоиться.       — О чем вы думали, когда оттолкнули нас? Мы бы подсобили… — возмущенно, но при этом с искренним беспокойством произнесла Эола, хмурясь.       Выслушав их всех, Погасший несколько растерялся. Он просто сделал то, что пришло первым в его голову. Ему приходилось выдерживать то, как Бейл пытался его безуспешно разгрызть, потому посчитал, что сможет пережить столкновение лоб в лоб с Ужасом Бури. Да, возможно, несколько опрометчивая мысль, но рисковать другими он бы не посмел.       — Погасший, ты точно в порядке? — не сдержалась, чтобы ещё раз спросить Люмин, желая убедиться в том, что воин был в безопасности.       — Да! Вас буквально чуть не съели! Ничего не болит? — подхватила Паймон, упирая руки в боки.       Но Погасший покачал головой. Ему как-то стало неловко, что все за него так забеспокоились. В Междуземье только единицы интересовались у него о его состоянии и ещё меньше людей боялись, когда с ним происходило нечто опасное. Да, там это было обыденностью, но та же хрупкая Родерика порой не могла сдержаться, чтобы не обнять воителя при очередном рассказе о том, как тот оказался в весьма серьезной ситуации. Он не привык к такому отношению, из-за чего на несколько секунд неловко молчал.       — …Всё в порядке, — буркнул он и взглянул на Венти.       Бард как-то облегченно выдохнул, видя, что воин был как всегда невозмутим.       — Я рад, что ты цел, Погасший, — признался Анемо Архонт, мягко улыбаясь. — Честно говоря, не знаю, как я бы отреагировал, если бы Двалин… — он замялся.       Погасший понял, что хотел до него донести Венти. Похоже, несмотря на все его проказы, бард за него тоже беспокоился не меньше, чем за Двалина. Возможно, воителю следовало быть несколько терпимее с ним. Но пока не время для сентиментальностей.       — …План не сработал, — лишь подметил Погасший, желая вернуться к теме.       Венти немного улыбнулся. Да уж, непреклонности воителя можно было только завидовать. Только что побывал в смертельной ситуации, а он раздумывал над провалом их плана. Впрочем, бард был согласен с таким подвохом: всё-таки сейчас у них были проблемы куда серьезнее, чем когда-либо.       — Да, так и есть… — он взглянул на Лиру в руке. — Я не думал, что разумом Двалина настолько завладеют… — менестрель издал несколько удручающий вздох, стараясь обдумать произошедшее.       Повезло, что благодаря Погасшему Лира осталась целой — бард невольно заметил в тот быстрый момент, что всплеск Крио от мага летел не в него самого, а в инструмент. Если бы не воин, скорее всего, инструмент был бы разрушен, что, как минимум, неприятно.       — И что теперь делать? — спросила Эмбер, недоуменно раскидывая руки в сторону.       И вправду — что? План по спасению провалился и теперь Двалин явно будет яростнее, чем прежде. Возможно, теперь мелодия Лиры не поможет им его спасти, что ставило весь изначальный план Венти в тупик. И это его несколько удручало, но он постарался не поддавать виду. Впрочем, конечно, из-за этой неудачи Лира полностью бесполезной не становилась, но барду становилось очевидно, что им придется подумать над другим планом.       — Хм… предлагаю пока вернуться в Мондштадт, — решил предложить Венти, сам не знавший, что предпринять. — Стоять здесь уже бессмысленно.       Все посчитали это резонным. Тем более день подходил к концу и путешествие всех утомило. Следовало возвратиться в город, чтобы всё обдумать и собраться силами для последующих действий.       — Хм, может, как раз мы застанем Кэйю? — предположила Лиза, вспомнив о том, что капитан кавалерии ранее ушел. — Всё-таки прошло достаточно времени, думаю, он уже должен был придти с новостями.       — Думаю, да, — мягко кивнула Джинн в знак согласия. — Путешественница? — она подошла к Люмин. — Можешь нас всех переместить?       — Конечно, — она взяла за руку Джинн. — Возьмитесь все за руки.       Все собрались небольшим кругом и, как попросила Люмин, взялись за руки. Видя, что все были готовы, Путешественница сосредоточилась, представляя перед собой улицу, где находилась точка телепортации в Мондштадте. Мгновение — они исчезли с утеса, не оставив за собой ничего.

***

      За неимением пока вариантов, все посчитали нужным возвратиться в штаб Ордо Фавониус. Им нужно было придумать дальнейший план действий, раз идея Венти с Лирой окончательно провалилась. Можно было конечно рискнуть ещё раз и попробовать привлечь снова дракона мелодией, но что-то всем подсказывало, что и новую попытку маги Бездны постараются пресечь на корню. Было понятно, что монстры внимательно следили за Двалином и не позволяли ему надолго оставаться наедине с собой.       Джинн шла самой первой, так что она именно открыла дверь в свой кабинет и вошла внутрь. И неожиданно застыла на пороге. Все остальные, что стояли позади неё уставились недоуменно, и попытались присмотреться к тому, что находилось такого внутри кабинета. И повод для удивления действительно имелся: в комнате сидел Кэйя собственной персоной. Капитан кавалерии помахал рукой в знак приветствия с фирменной улыбкой. Но Джинн удивило другое. Рядом с ним сидел ещё один человек — красноволосый мужчина в роскошном, но строгом, черном сюртуке. Дилюк Рагнвиндр.       — К-Кэйя? Г-Господин Дилюк? — прошептала с шоком действующий магистр.       Больше удивляло не просто факт его личного присутствия, хотя он тоже имелся, ведь молодой господин не любил связываться с Ордо Фавониус, но, что тот находился рядом с Кэйей. Почти все в Мондштадте слышали или лично наблюдали, что у них были совсем не дружеские отношения. Не сказать, что они были прямо друг другу врагами, но однозначно видеть их обоих спокойно сидящих в одном кабинете вместе — точно зрелище не из обыденных.       Когда Погасший вошел в кабинет последним, он тут же заострил внимание на Дилюке. Кровавый Волк пригляделся к его огненно-рыжим волосам, богатой одежде, к манере стойки и понял для себя, что ему это показалось смутно знакомым.       «…Когда я ловил Птеродактиля…» — неужели, тогда посреди мрака ночи, он встретил именно его? То есть, на самом деле, они уже знакомы давно, можно сказать.       — А, Джинн, вы вовремя, мне казалось, что я уже зря сюда притащил нашего сокровенного господина Дилюка, — с лукавым тоном произнес Кэйя, отвешивая красноволосому мужчине немного озорной взгляд.       Дилюк никак не отреагировал на очередной подкол со стороны капитана кавалерии, лишь холодно уставился на него в ответ красными, какими-то безжизненными глазами и сказал лаконично, без особого терпения в сторону его шуточек:       — Ближе к делу, господин Кэйя.       Альберих слегка усмехнулся и поднял руки так, словно собирался ему сдаться в заложники.       — Конечно, конечно, — однозначно, говорил он это с максимально небрежным тоном. — В общем, Джинн, мы смогли связаться с Первым.       Эта новость удивила всех ещё сильнее. Им действительно это удалось? Связаться с лидером одной из самых загадочных организаций во всем Тейвате?       — С-серьезно? — в очередной раз удивилась магистр.       — Серьезнее некуда, — с улыбкой ответил Кэйя, но потом слегка нахмурился. — И та информация, что он дал… довольно любопытная…

Некоторое время назад

      Под тусклым светом люстры, трое мужчин стояли посреди зала. У каждого из них в душе играла буря эмоций, но каждый из-за нежелания проявлять слабости к другому, сохраняли внешнее хладнокровие. Дилюк всматривался в панораму ночного неба за окном, его взгляд уходил куда-то вдаль и явно был погружен в дебри. Кэйя задумчиво потирал пальцами свой подбородок, единственный глаз капитана серебряным оттенком сверкал, намекая, что он тоже активно размышлял. Лишь Первый стоял неподвижно. За его маской нельзя увидеть эмоций. Очень удобно.       — Значит, некоторые члены Черных Ножей находятся под контролем Бездны? — решил ещё раз для понимания уточнить Кэйя, скрещивая руки на груди.       Первый, к его сожалению, одарил молчаливым кивком. Лидер ассасинов им честно рассказал о том, какая ситуация обстояла их в рядах. Конечно, кто-то мог справедливо заметить, что неправильно раскрывать свои уязвимости тем, кто не принадлежал к их союзникам, но лидер знал, что делал. Им эту информацию можно было доверить. Ибо он понимал, что сейчас они находились в одной лодке.       — Да. Вскрытие показало, что их тела были подвергнуты заражению странной субстанции… мы провели расследование и смогли сделать вывод, что это была кровь Дурина, — рассказал немного подробнее о результатах их находок.       Это был вывод, озвученный Девятым. Он и затем предположил, что, возможно, кровь некогда убитого Двалином дракона, созданием Рэйндоттир, могла повлиять на разум их ассасинов.       — Кровь Дурина подчиняет Бездне? — удивился немного капитан кавалерии.       — Нет, — в свою очередь отрезал Дилюк. — Не подчиняет, — и взглянул с ожиданием на Первого, который, на удивление Кэйи, кивнул утвердительно.       — Сама по себе, кровь Дурина ничего не подчиняет, — голос лидера оставался ровным, не выдавая эмоций, что могли быть внутри него. — Она ядовита и чем больше её в организме, тем сильнее и быстрее влияет на человека, — Первый начал расхаживать из стороны в сторону, пока подробно рассказывал о симптомах. — Самое страшное, что человек может этого не понимать. Как я понял, первые заразившиеся ассасины даже не подозревали об этом, так как это влияние оказалось ничтожно. Но оно развивалось постепенно, как яд, — он поднял указательный палец, желая подчеркнуть слова. — И затем объявилась Бездна. И она воспользовалась тем, чтобы взять под контроль парочку наших агентов. А потом воспользовалась ещё кровью, чтобы пополнить ряды предателей, — это были предположения на основе многочисленных вскрытий трупов, но они звучали довольно логично.       Конечно, всё это звучало невероятно жутко, но это была реальность, с которой они столкнулись. Мудрец, как помнил Первый, предупреждал на самом деле о том, что с трупом Дурина что-то совсем не так. Рассказывал, что в будущем оно ещё сыграет свою отведенную роль, но не пояснял какую именно. И он предупреждал о том, чтобы они были начеку, если хотели его исследовать.       — Получается, нам следует опасаться лишь этих самых предателей? — подытожил Кэйя с хмурым видом.       Это был самый очевидный вывод, который он мог выделить из всей представленной информации. Но как опасаться тех, кто являлся одними из самых скрытных и смертоносных людей во всем Тейвате? Кэйя прекрасно знал об опасности Черных Ножей, так как ему приходилось иногда сталкиваться, как они изящно и филигранно исполняли работу. Он вспоминал все те истории о том, как люди утром разговаривали со своими знакомыми, а к вечеру те пропадали бесследно. И никто не мог объяснить куда они делись. Понимали. Но не могли доказать. И это самое страшное.       — Они засели на дно, — пояснил Первый. — Чего-то выжидают. Мы пока лишь предполагаем, — он дал им эту информацию для общего понимания. — Но опасаться уже не стоит. После нападения на капитана Лоуренс мы предприняли меры. Теперь за всеми важными персонами стоит круглосуточное наблюдение, которое вмешается, если будут проблемы.       Дилюк и Кэйя удивились. Круглосуточное наблюдение? Это звучало довольно интересно и внушало странную, но всё-таки некоторую степень доверия к безопасности. Однако сама формулировка Первого «важные персоны» звучала довольно расплывчато.       — И кто эти важные персоны? — поинтересовался Дилюк, не сдержав свое любопытство.       Но лидер ассасинов лишь покачал головой.       — Секрет, но ваши знакомые и друзья одни из них… — не без доли загадочности, но уверено ответил ему Первый.

В настоящем…

      Пока Кэйя поделился с, пожалуй, положительными результатами разговора с Первым, Джинн ему и Дилюку вкратце пояснила о Небесной Лире, о походе за слезами и о их провалившемся плане спасти Ужаса Бури. Капитан кавалерии слушал это с подлинным интересом, внимательно смотря на магистра, когда Дилюк как будто пропускал весь её рассказ мимо ушей, что, конечно, было не так. Он одновременно слушал и размышлял — такое умение в себе господин Рагнвиндр отработал очень давно.       — Ох, я пропустил всё самое интересное… — как-то грустно произнес Кэйя, притворно-тяжело вздыхая.       Не поддерживая очередное ребячество со стороны капитана, Дилюк, подытожив про себя всё рассказанное, лишь подметил спокойно:       — Хм, если мы хотим спасти Двалина, то нужно уничтожить источник зла.       Тишина повисла в кабинете. Его слова имели смысл. Чтобы спасти Двалина, нужно разобраться с Бездной, но оставался закономерный вопрос: «Как?»       — А? Вы про того мага Бездны? Но сэр Погасший его убил… — заметила немного неуверенно Паймон в ответ, почесывая затылок.       На её наивное предложение, Дилюк не сдержался в сухой усмешке. Губы при этом у него даже не дрогнули, а оставались в такой же строгой, нейтральной линии.       — Маги Бездны не работают в одиночку. Они пешки и их много, так что одним магом не ограничиваются, — поделился со своими мыслями господин Дилюк, желая разъяснить то, что он озвучил.       Погасший мог об этом давно догадаться. Учитывая, насколько периодично он встречал за свое путешествие магов Бездны, однозначно можно сказать, что они были небольшими шестеренками во всем механизме ордена. Тот убитый им монстр всего лишь оказался по воле случая, либо изначально за ними следил и готовился к тому, чтобы нарушить их план. Его легко могли заменить, если не уже заменили.       — …Я подниму своих осведомителей и выясню всё нужное.       Господин Рагнвиндр на этом направился к двери из кабинета, оставляя всех немного в недоумении.       — До тех пор, ждите моего слова. Я свяжусь с вами.       И он их покинул, не проронив более слова. Погасший не мог внутри себя подметить, что остался приятно впечатлен Дилюком. Похоже, он был одним из немногих, кто предпочитал заниматься именно делом, чем трепать языком. Несмотря на то, что тот выглядел молодо, воитель уловил в его глазах большой опыт и хладнокровие, присущее тем, кому довелось повидать самое худшее и отвратительное в мире. Прямо как сам Погасший.       Пока в кабинете повисла во второй раз немного неловкая тишина, Паймон недоуменно почесала затылок и посмотрела на Кэйю, что как-то лукаво улыбался в сторону двери.       — Он… всегда такой? — тихо спросила Паймон, слегка почесывая макушку головы.       — Да, — моментально ответил капитан кавалерии без колебаний. — Но не переживайте, господин Дилюк знает свое дело, — несмотря на улыбку, было что-то в тоне Альбериха, намекавшее, что он говорил сейчас серьезно. — Нам остается только ждать… и готовиться.       Хотя и сами слова не внушали особой убедительности, но все понимали, к чему он клонил. Так или иначе, но других зацепок у них не было, потому им следовало попробовать дождаться информации от Дилюка и уже потом действовать по обстоятельствам.       На этом решении, все решили пока разойтись. Большинство уже выбились из сил, а это могло обернуться им роковой ошибкой, если бы они продолжили что-то пробовать. Следовало отдохнуть, ведь, скорее всего, позже им не представится такой возможности вообще.       Погасший вышел из штаба в несколько хмуром состоянии. Обычно воин всегда был таким, но сейчас он был хмурее прежнего. Влияние Бездны на Двалина заставило его задуматься, а смогут ли они действительно спасти дракона или все попытки спасения падут крахом? Воитель подумал о том, как мог на это отреагировать Венти… мог ли он поступить подобно Марике и нарушить весь порядок в Мондштадте из-за горя по ушедшему товарищу? Ему более чем была знакома боль потери близкого, но в его руках определенно не лежала жизнь целого государства…       Возможно, поэтому Венти и дурачился? Как-то Погасший слышал от Ансбаха, что порой самые страдающие люди — это те, кто постоянно улыбаются и пытаются быть всегда оптимистичными. Он объяснял это тем, что такие люди скрывали свою боль за фасадом радости, чтобы не пытаться подводить других и самим случайно не впасть в окончательную апатию. Чтобы не обратиться в пустышек. В оболочки самих себя. Вдруг Венти сейчас переживал тоже самое?       «…Возможно, мне следует с ним быть терпимее?» — мелькнуло у Погасшего такая мысль. Он не слишком задумывался в таком ключе и считал, что Венти дурачиться, потому… был простоват, мягко говоря. Но, возможно… все было гораздо сложнее?       Погасший остановился и вздохнул с тяжестью. Оказывается, понимать чувства других гораздо сложнее, чем тот себе предполагал. Хотя раньше он и так считал это для себя трудным делом. В Междуземье ему редко приходилось общаться с кем-то, потому и особых навыков общения и понимания людей ему не требовалось. Но Тейват был совсем другим. Как бы тот не хотел, но ему придется овладеть чувством эмпатии. Как минимум, это могло ему помочь в дальнейшем при налаживании полезных контактов.       — Сэр Погасший!       Вырвавшись из глубоких размышлений, воин обернулся и увидел, как к нему с плавной походкой подходила Лиза с её привычной, очаровательной улыбкой. Отбросив пока лишние мысли, он обернулся к ней и кивнул в знак приветствия.       — Вы сейчас не заняты?       В этот раз он покачал головой. От его молчаливых жестов волшебница только игривее улыбнулась, находя это несколько забавным.       — Ох, тогда, может, хотите заглянуть ко мне домой? Вы же помните о моем приглашении на чай? — от новости того, что Погасший был не занят, улыбка Лизы стала более широкой, а она сама сложила в замок свои тонкие пальцы перед собой.       Погасший вспомнил об этом. Да, изначально он раздумывал над тем, чтобы заглянуть к Лизе, но события с Черными Ножами определенно поставили всех на уши, из-за чего это несколько забылось на фоне всего прошедшего. Но теперь наступило некоторое затишье — Дилюк направился за информацией, так что им оставалось ждать, а со стороны других иных идей не предлагалось.       — …Помню, — кивнул Погасший.       — Тогда вы не против заглянуть, да? Я думаю вам не помешает отдохнуть после сегодняшнего дня… — предложила Лиза любезно, но было что-то за её улыбкой… странное.       Отдых? Отдых, конечно, был исключительной роскошью для них сейчас. Учитывая, что опасность Бездны нависала над городом, как никогда, то Погасший несколько задумался о том, а стоило ли вообще отдыхать?       С другой же стороны, именно сейчас и был тот самый редкий, мимолетный момент, когда можно передохнуть перед началом бури. Тем более Лиза показывала себя интересным собеседником, которая много знала о Тейвате и о его особенностях. Конечно, она была несколько своеобразной, а в некоторых моментах даже странноватой для Погасшего, но назвать её плохой или неприятной воин точно не мог. Пожалуй, Кровавый Волк не наврал бы, если сказал, что считал библиотекаря уже одним из своих близких товарищей.       — …Хорошо, — наконец Погасший решил дать согласие. Он не против отдохнуть у неё. Да и в случае чего… даже в самые уязвимые моменты, воин был готов встретить любую опасность.       Лиза от его согласия расцвела. Казалось, её изумрудные глаза обрели более чистый, прекрасный оттенок.       — Ах, правда? Какое счастье! — ведьма не сдержалась в радости. — Я очень рада, что вы согласились! Идемте за мной!       Она взяла его за руку и повела за собой с удивительным энтузиазмом. Погасший мало этому удивился — Лиза иногда могла быть такой…       …Но, конечно, то что будет дальше — он не мог ожидать совершенно.