Огненный рейв.

Я не знала, как себя вести. Но я должна оставаться сильной и не показывать Я очень-очень скучала по отцу и не собиралась показывать свои переживания. Мы провели с Гарри несколько дней в неловком молчании, а точнее почти не говорили, ведь мне надо было прийти в себя. Когда я возвращалась в свою комнату, то я плакала. Я кричала в подушку, и, казалось, Поттер знал об этом. Я пыталась вырвать все свои чувства и эмоции из себя. Хотела снова стать холодной и ледяной. Я лежала в постели, снова плача, и услышала шум внизу. Вытерев слёзы, я встала и приоткрыла дверь. Приехала семья Уизли и даже сейчас у меня не было желания спуститься. Также приехала и Гермиона. Я стояла у двери и слушала весь их разговор. Фред, Джордж, Джинни, Гарри и Рон обсуждали меня: Фред: А где Зубрила? Гарри: Не трогайте её, она узнала про отца. Ей сейчас очень тяжело. Гермиона: Я согласна с Гарри, давайте дадим ей время. Фред: Делайте, что хотите. Я пойду, поговорю с ней. Этот разговор заставил меня взять себя в руки. Я быстро умылась, переодела старую одежду и вышла из комнаты. Теперь я выглядела, как человек. Я улыбнулась, когда встретила Фреда на середине лестницы. Он выглядел грустным, но когда наши глаза встретились, то улыбнулся. Я просто обняла его и прошептала: — Привет. Я скучала. — Привет, я тоже. — Руки Фреда легли на талию. Теперь мой рост позволял ему это сделать. Мы стояли несколько минут, пока Фред не посмотрел на меня. — Как ты? Справляешься? — Я… — я хотела соврать, но сама не знала как, и заплакала. Слёзы лили ручьём, а дыхание сбилось. Фред прижал меня к себе. — Фред, мне так страшно, что я с ним не увижусь или я буду не нужна ему. — Всё будет хорошо, я знаю. Пойдём-ка со мной, — друг завёл меня в мою комнату и лёг в кровать. Я легла рядом. Тёплые руки обняли меня и сжали в своих объятиях. Мы молча лежали, пока наши имена кричали внизу. Я не хотела уходить и Фредерик, видимо, тоже, потому что когда в комнату ворвалась Гермиона, он выгнал её. Я была благодарна ему за это. Мы пролежали несколько часов. Когда я попыталась уснуть, то почувствовала как губы Фреда дотронулись до моего лба, он встал и ушёл из комнаты. Я не хотела идти за ним и видеться с кем-то, потому что когда рыжий спросил, как я, я снова раскисла. Я думала о том, что происходит и пыталась совладать с собой, но не могла ничего поделать. Со всем потоком мыслей, я уснула, в одежде и обуви. Солнце взошло и лучи светили прямо мне в глаза. Сегодня предпоследний день каникул и мой день рождения. 30 августа. Никто, кроме Гермионы и Ремуса не знал, что сегодня мой день и я опечалилась. Не будет никакого праздника, поздравлений и сюрпризов. Рядом не будет Ремуса. Я медленно потянулась и попыталась встать с кровати. Вышло лишь со второй попытки. Большая футболка Ремуса выглядела на мне, как платье. Я решила переодеться и надела форму. Спустившись вниз, я натянула улыбку, когда заметила торт со свечками. Все мои друзья начали петь песню и я подошла ближе. Фред и Джордж, которые держали торт, улыбались ярче солнца. Я задул свечи, загадав заветное желание, о котором думала уже несколько месяцев. — Это тебе, — близнецы протянули мне небольшую коробку и я сразу её открыла. Там был набор канцелярии: новые удобные перья, большой альбом для рисования и книга. — Мы знаем, что у тебя не было времени сходить в Косой переулок, поэтому сделали всё сами. — Парни открыли обзор на новые учебники и пергаменты. — Это же дорого! Парни! — вскрикнула я. Я понимала, что их семья не самая богатая, но им нужны самим учебники. — Я же… — Перестань, это твой день рождения. — Все начали дарить подарки, как-то поздравлять. Миссис и мистер Уизли подарили мне шарф с цветами Гриффиндора, Рон, Гарри и Гермиона подарили набор из серёжек, браслета и кулона в виде солнца. Гарри сказал, что это будет гармонировать с моим кулоном, что подарил отец. Я была с ним полностью согласна. Ремус так и не появился, но я знала, что увижу его. Не знаю, предчувствие это или судьба. Папа сбежал из Азкабана и я не стала ждать от него писем или чего-либо. Я знала, что он скоро найдёт меня и лично поздравит. Когда мы сели есть торт, то Мистер Уизли увёл Гарри и они шептались о чём-то, но из-за других голосов я не могла расслышать. Поттер посмотрел на меня и его взгляд выражал удивление. Вечером я снова закрылась в комнате, но долго сидеть не стала. Лишь переоделась в обычные штаны и свитер от миссис Уизли. Я открыла дверь и спустилась по лестнице, но разговор дорогих мне людей заставил меня остановиться и задержать дыхание. — Его еще не поймали? — спросил Гарри. — Нет. — Голос мистера Уизли был необычайно серьезен. — Министерство переключило всех нас на его поиски, но пока никакого результата. — А если мы его поймаем, нас наградят? — загорелся Рон. — Получить бы побольше денег! Красота! — Рон, не говори ерунды, — осек его отец, которому было явно не до шуток — Куда тринадцатилетним волшебникам до Блэка! Его проворонила стража Азкабана! — послышались голоса близнецов, миссис Уизли и Джинни. Значит они вернулись с магазина. — А мы будем ловить опасного преступника! — вскрикнул снова Рон. Сердце остановилось. Неужели Рональд действительно считал моего отца преступником? Я встала сзади рыжего друга и все посмотрели на меня. Я сделала жест, чтобы они молчали. Рон продолжил болтать о моём отце. — Да, ладно, вы чего? Он же убийца. Я знаю, что Рокси не такая, как он, но гены… — Рон, закрой рот! — Джордж и Фред закидали его магазинными пакетами. Их младший брат обернулся и встретился со мной взглядом. Я пыталась не плакать, но слёзы сами потекли. — Ненавижу, — лишь прошептала я и поднялась обратно в комнату. Я закрылась на замок, не желав кого-то видеть. Истерика снова подступила. Как мой друг мог такое сказать? Я не знала, сможем ли быть дальше друзьями, если он так считает. Даже если он извинится, то я не смогу простить его. В дверь постучали. — Рокси, открой дверь. — Фред, уходи. Уходите все! Не трогайте меня! — надрываясь, кричала я. Даже мой лучший друг не поможет мне в этой ситуации. Утром меня разбудил стук в дверь. Я поняла, что уже надо собираться на поезд. Я собрала все оставшиеся вещи в чемоданы, запустила Ким в клетку, переоделась и спустила всё, что было вниз. Хоть мне было тяжело, но я решила, что никого не буду просить о помощи. Я буду теперь сама по себе. Никто мне не нужен, кроме отца. Если все считают его убийцей, то мне не нужны такие друзья. Никто не разговаривал со мной. Мне было лучше. Мы собрали все вещи в машину и уселись в салон автомобиля. В одной машине сидели я, Фред, Джордж и Джинни. В другой же: Гарри, Рон, Гермиона и Перси. Я чувствовала эйфорию, когда поняла, что Перси их там заставит скучать. Но злобной мысли не было. Министерские машины, казалось, не отличались от магловских, я видела их и ничего другого не заметила в волшебных автомобилях. Несколько раз за поездку Фред взял меня за руку, но если сначала я убирала её, то в последний раз крепко сжала. Я не была зла на него. Да и ни на кого из друзей. На вокзал прибыли за двадцать минут до отхода поезда. Водители нашли нам тележки и погрузили чемоданы. Мистер Уизли всю дорогу до станции шагал рядом с Гарри, а мы с близнецами и Джинни. — Пришли, — сказал он, оглянувшись по сторонам. — Разобьемся на пары, а то нас многовато. Мы с Гарри идем первые. Мистер Уизли направился к барьеру между девятой и десятой платформой, толкая тележку Гарри и не сводя глаз с электрички №125, прибывшей на девятую платформу. Многозначительно глянув на Гарри, он как бы невзначай наклонился к барьеру. Гарри тоже. Пара исчезла внутри стены. Я видела, что близнецы мечатся и предложила маленькой Уизли сделать это вместе: — Джинни, пойдёшь со мной? — улыбнулась я ученице. Я видела злобную ухмылку на лице Джинни и почувствовала холодок. — Нет, я пойду с Джорджем, а ты можешь с Фредом, — пролепетала маленькая злобная Джинни и толкнула меня в сторону. Я навалилась на Фреда, но тот меня крепко сжал в руках. Я чувствовала прилив крови к лицу и боялась поднять глаза, пока рядом с ухом не раздался голос. — Привет. — Привет, — смущённо прошептала я. Мы с Фредом крепко сжали ручку тележки и приготовились к перемещению. Мгновение — и металлический барьер позади, мы на платформе №9 и ¾, а рядом «Хогвартс-Экспресс». Алый паровоз пускал клубы дыма, окутывавшего платформу, полную детей и провожавших волшебников. Позади нас появились Джордж и Джинни, оба тяжело дышали, видимо, преодолели барьер бегом. Вскоре подоспели остальные. Вместе мы прошли мимо забитых купе, нашли наконец пустое, внесли чемоданы и, поставив Буклю, Ким с Живоглотом на багажную полку, вышли проститься с мистером и миссис Уизли. Миссис Уизли расцеловала своих детей, Гермиону, заключила в объятия Гарри и посмотрела на меня. Я не знала, как поступить, ведь я была дочерью убийцы. Женщина подошла ко мне и крепко обняла, поцеловав в лоб. — Если ты веришь, что Сириус не убийца, значит так тому и быть. У него только ты и твоя вера, держись её, — прошептала мне миссис Уизли. Я кивнула головой в знак того, что так и есть. Мы зашли в поезд, когда раздался сигнал. В поисках свободного купе я, Гарри с Роном и Гермионой пошли по коридору. Удача нам улыбнулась в самом конце вагона. В купе находился всего один пассажир, дремавший возле окна. Мы переступили порог. Странно. «Хогвартс–Экспресс» предназначен для школьников, и, кроме волшебницы, развозившей тележки с едой, взрослых они раньше не видели. Незнакомец был одет в поношенную, штопаную–перештопаную мантию. Болезненного вида и изможденный, но совсем еще не старик, светло–каштановые волосы едва тронуты сединой. Гарри, как последний, кто заходил закрыл дверь и сел подальше от окна. — А это кто такой? — шепнул Рон. — Профессор Р. Дж. Люпин, — не замедлила с ответом Гермиона. — Откуда ты знаешь? — вскрикнула я, не боясь разбудить крёстного. — Посмотри на чемодан. — Она показала на полку над головой мужчины. Так вот его сюрприз. Я знала, что он специально его скрывал, чтобы порадовать меня и я действительно была рада. Я встала, чтобы выйти. — Ты куда? — Я пойду, найду близнецов-разрушителей, — улыбнулась я, открыв дверь. Когда раздался храп, то я поняла, что он вовсе не спит. — Кстати, отличный сюрприз, профессор Люпин, — хихикнула я и вышла за дверь, оставляя друзей в недоумении. Гарри, Рон и Гермиона видели уже много раз моего крёстного, но я, вроде как, не упоминала его имени. Надеюсь, они сами догадаются. Найти купе, где сидели Фред и Джордж было не сложно. Шум шёл по всему вагону и я зашла в нужное купе. В нём сидели близнецы, Джинни и Ли. Улыбнувшись мне, девочка пригласила сесть рядом, но меня перехватила рука старшего близнеца, посадив у окна рядом с ним. Джинни загадочно улыбнулась. Я тоже. Неужели он расстался с Анджелиной и решил посмотреть на меня, как на девушку? Это было бы здорово. Всю дорогу мы развлекались и смеялись, запуская хлопушки, ели леденцы и пели песни, которые приходили на ум. В общем, не скучали. За окном начался ливень, а «Хогвартс–Экспресс» мчал все дальше на север. Окна закрыл густой туман. Стемнело. По всему вагону и над багажными полками загорелись лампы. Стучат колеса, по окнам барабанит дождь, завывает ветер. Мы с Джинни переглянулись, ведь эта обстановка пугала. Девочка прижалась сильнее к Джорджу, а я к Фреду под его тихий смех. — Скоро должны приехать. — прошептала я, пытаясь что–то разглядеть в темном окне. Поезд медленно замедлял ход. Шум двигателя утих, зато ветер и дождь за окном как будто усилились. Поезд дернулся и остановился. Судя по звукам в вагоне, с полок посыпались вещи. Наши тоже выпали из полок. Братья и Джордан всё подняли и сели обратно к нам с Джинни. Неожиданно погасли все лампы, и поезд погрузился в кромешную тьму. Я сжала руку Фреда, трясясь от страха. Неизвестность начала пугать. Свободной рукой я протёрла окно и отдалилась от него. — Что такое? — спросила Джинни, вжимаясь в Джорджа. Я посмотрела на неё, но она испугалась моего взгляда сильнее. Ведь за окном сотня тёмных теней, что заставили нас действительно испугаться. — Рокси! — Там кто-то есть, — прошептала я. — Фред?.. — я посмотрела на друга, который был тоже напуган. Я встала, чтобы выглянуть в коридор, но дверь со скрипом открылась. Свет из окна осветил упиравшуюся в потолок фигуру, закутанную в плащ. Лицо неизвестного было полностью скрыто капюшоном. Я упёрлась бёдрами в столик, что разделял купе на две части. Из–под плаща высунулась костлявая серая рука потянулась ко мне. То, что было под капюшоном, протяжно взвыло. Нашу компанию обдало холодом. У меня перехватило дыхание. Мороз пробирался под кожу, в грудь, в самое сердце. Глаза, сами по себе, закатились Я ничего не видела, но мне было ужасно морозно. Вой чудовища усилился. Откуда-то издалека донесся жуткий, пронзительный вопль. Мужчина плакал, надрывался. Я тянула руки, чтобы помочь, но не смогла. Меня словно окутал белый туман. — Рокси, приди в себя, Роксана Элизабет Блэк, пожалуйста, — шептал чей-то голос. Мужская рука слегка шлёпнула меня по лицу. Я приоткрыла глаза и увидела лицо Ремуса. Уже светили фонари, подрагивал пол. «Хогвартс–Экспресс» снова в пути, и горит свет. Я же лежала на сиденье, а надо мной склонились Фред и крёстный. — Как ты? — спросил мужчина и протянул мне плитку молочного шоколада. Я её с удовольствием приняла и начала есть. — Уже лучше, но я слышала мужской плач, Ремус, — прошептала я, поедая шоколадную сладость. — Кто это был? Ты не рассказывал мне про них. — Дементор. Они из Азкабана, ищут Сириуса, — печально улыбнулся крёстный. Я почувствовала страх за отца. Он может попасть в беду, если встретится с этими ужасными чудовищами в плащах. — Простите, я ненадолго уйду, мне надо кое-что сказать машинисту. Я приняла сидячье положение. Фредерик сел рядом. Я прильнула к нему под бок. Джинни, Джордж и Ли обеспокоенно смотрели на меня. — Всё правда в порядке. Уже. Уже в школе мы прошли в большой зал, где сидели все учителя и Ремус за учительским столом у окна. Я, когда шла к своему месту, посмотрела на крёстного и улыбнулась, получив в ответ мужской кулачок, направленный вверх, в знак поддержки. Я была рада, что он станет моим учителем, коим он и являлся все одиннадцать лет до школы. Я обязательно покажу ему какая я умная и способная ученица. Мы сели на места и Волшебная шляпа распределяла по факультетам новых учеников в Хогвартсе. Ее надевали на голову очередному новичку, и она выкрикивала название факультета, по ее мнению, наиболее для него подходящего Я заметила подходящего Гарри и Гермиону. На Поттера показывали пальцем и смеялись. Когда он сел, то я решила его успокоить: — Я тоже упала в обморок. Не беспокойся об этом, я знаю, что случилось, со мной было точно также, только я слышала мужской голос. — Гарри благодарно на меня посмотрел. На ноги поднялся директор Дамблдор. Хотя профессор Дамблдор был очень стар, энергия била в нем ключом. У него были серебряные волосы до плеч и такая же борода, очки–половинки и необычайно длинный крючковатый нос. О нем часто говорили, что он самый великий волшебник. Дамблдор у всех вызывал доверие. — Приветствую всех! — сказал директор школы. — Приветствую и поздравляю с началом нового учебного года в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс»! Мне надо многое вам сказать. Начнем с самого важного и серьезного, чтобы уж больше к этому не возвращаться. Это не самое приятное известие, но зато нас сегодня ждет отменное пиршество. — Дамблдор кашлянул и продолжал: — Как вам уже хорошо известно, в нашу школу прислали на время несколько стражей Азкабана — дементоров, которые находятся здесь по поручению Министерства магии. Сегодня вечером они производили обыск в «Хогвартс–Экспрессе». Я посмотрела на Ремуса, который лишь пожал плечами и состроил смешную рожицу, смотрев на меня. Я тихо хихикнула, а директор школы продолжил: — Они будут стоять у всех выходов с территории школы, — продолжал директор. — И пока они здесь, — запомните хорошенько! — никто не должен даже пытаться покинуть Хогвартс без разрешения. Дементоров не проведешь ни переодеванием, ни какими–либо еще фокусами, не помогут даже мантии-невидимки. — Я посмотрела на Гарри с Роном, которые переглянулись между собой. — Дементоров тщетно умолять, тщетно просить прощения. Поэтому я вас очень прошу, всех и каждого, не давайте им повода причинить вам вред. Я уже говорил со старостами факультетов и двумя нашими новыми старостами школы, они будут следить, чтобы никто никогда не затевал с дементорами опасной игры. — Закончу на более приятной ноте, — продолжил он. — Счастлив представить двух наших новых преподавателей. Во-первых, профессор Люпин, который любезно согласился занять должность преподавателя защиты от темных искусств, — я встала, громко хлопая в ладоши. Ведь не всегда у тебя есть родственник в школе. Все друзья повторили за мной, а Фред начал гордо свистеть вместе с братом. — Что касается второго назначения, — заговорил Дамблдор после того, как стихли наши громкие аплодисменты, — должен, к сожалению, напомнить, что профессор Кеттлберн, наш специалист по уходу за магическими существами, в конце прошлого семестра подал прошение об отставке, чтобы провести больше времени с оставшимися у него руками и ногами. Так вот, с большим удовольствием сообщаю вам, что его должность согласился принять сам Рубеус Хагрид. Он будет совмещать работу лесничего с преподаванием. — Я не поверила своим ушам. И тут же присоединилась к буре аплодисментов, которые были особенно сильны за столом гриффиндорцев. Я перевела взгляд на Хагрида. Лесничий был красный как свекла, глядел, опустив глаза, на свои огромные ручищи, а в его черной всклокоченной бороде играла широкая довольная улыбка. — Как же это мы не догадались! — ударил кулаком по столу Рон. — Кто еще мог рекомендовать нам эту кусачую книгу? — Ну вот, кажется, и все, — заключил Дамблдор. — Во всяком случае, самое главное. А теперь будем праздновать! Золотые тарелки и кубки наполнились едой и питьем. Я была не сильно голодна, но когда увидела всю еду, что была на столе, то положила себе на тарелку все, до чего могла дотянуться. Зал наполнился смехом, разговорами, звоном ножей и вилок. Наконец последние куски тыквенного пирога исчезли с золотых блюд и Дамблдор намекнул всем, что пора идти спать. Я бросилась к Ремусу сквозь толпу школьников и поймала его у учительского стола. Крепко обняв крёстного, я решила его поздравить с новой должностью: — Я так рада за тебя, Ремус, ты лучший учитель, что будет у меня, — улыбалась я. — Спасибо, но я не буду к тебе более снисходителен, чем к другим, — засмеялся мужчина. Мы ещё раз обнялись и я попрощалась с ним до завтрашнего урока. Так хотелось посмотреть реакцию других детей на его преподавание. Я была уверена, что он справится.