Огненный рейв.

Никогда еще мне не приходилось участвовать в такой странной процессии. Первым спускался Живоглот, следом — Ремус, Петтигрю и Рон, словно участники какого–то диковинного шестиногого забега, затем близнецы и мы с отцом. Гарри и Гермиона замыкали шествие. Идти по туннелю было непросто. Ремус, Петтигрю и Рон двигались боком один за другим, причем Люпин все время держал Петтигрю под прицелом волшебной палочки. Папа держал меня за руку, чтобы я не упала, ведь несколько попыток уже было. — Принцесса, не хотела бы ты… — начал спрашивать отец, но я перебила его: — Да! Я хотела бы остаться с тобой, но и Ремуса бросать не хочется, пап, — улыбнулась я. Отец всё прекрасно понимал, так что мы оба молчали. Я пропустила Гарри и Гермиону вперед. — Я хочу это лето провести у тебя. Я тебя очень люблю, папочка. — А я то тебя как люблю, маленькая моя, — обнял меня отец. Его объятия были такими крепкими, что я начала задыхаться. До конца туннеля я рассказывала папе о том, что происходило со мной за эти три года обучения. Он не перебивал меня, а слушал внимательно и иногда смеялся. Живоглот выскочил наверх первый. И, наверное, сразу нажал лапой сучок на Иве, так что, выбравшись из–под земли, Ремус, Петтигрю и Рон не услышали даже шелеста свирепых веток. папа помог залесть мне снизу в дыру и отступил, а сверху меня уже приняли близнецы. Следующими пошли Гарри с Гермионой. Наконец все оказались снаружи. Луга были погружены в темноту, и лишь далекие окна замка светились во мраке. Не говоря ни слова, мы двинулись дальше. Петтигрю по–прежнему сопел и время от времени принимался хныкать. У меня в голове звенело: я проведу лето с Сириусом Блэком, собственным отцом! Я подошла ближе к Фреду, взяв его за руку. Мы отступили назад, чтобы поговорить. — Этим летом я уеду жить к отцу. Ты хотел бы поехать ненадолго со мной? — я так надеялась, что он скажет да. — Да, конечно, зубрилка, — хихикнул Фред, щёлкнув меня пальцем по носу. Облака разошлись, и на землю пали неясные тени. Наша компания словно окунулась в лунный свет. Ремус, Петтигрю и Рон остановились так неожиданно, что папа на них натолкнулся. Он замер, махнув рукой нашу сторону, чтобы не двигались. Я видела силуэт Люпина, крёстный точно окостенел, и тут же его руки и ноги стали дрожать. — Господи! — ахнула Гермиона. — Он же сегодня не принял зелье! Он опасен! — Бегите! — негромко крикнул папа. — Бегите немедленно! — Но как мы могли убежать: Рон–то прикован к Петтигрю и Люпину. Гарри рванулся к другу, но отец без церемоний обхватил его поперек туловища и отбросил. — Предоставь это мне… Беги! — Раздался грозный рык. Лицо Ремуса вытягивалось, то же происходило и с телом; плечи сузились, руки обратились в когтистые лапы, прямо на глазах он оброс шерстью. У Живоглота мех вновь встал дыбом, кот попятился. Превращение произошло, и оборотень лязгнул страшными длинными зубами. Гарри, Гермиона, Фред и Джордж отбежали ближе к замку, но я не тронулась с места. Отец, увидев, что я окаменела, закрыл своей спиной от удара Ремуса. Когти откинули его к дереву. Я посмотрела в сторону дерева, где лежал отец, но не смогла даже сделать шага, чтобы помочь ему. В тот же миг папа исчез — вместо него приготовился к прыжку огромный, похожий на медведя пес. Едва оборотень вырвался из наручников, пес схватил его за холку и потащил в сторону, подальше от Рона и Петтигрю. Звери сцепились, клык к клыку, царапая друг друга когтями. Я стояла, поглощенная схваткой, ничего больше не замечая. У меня за спиной раздался крик друзей, придя в себя, я обернулась. Петтигрю кинулся за упавшей волшебной палочкой Ремуса. Рон, не удержавшись на своей забинтованной ноге, упал. Грохнул взрыв, вспышка света — и Рон лишился чувств. Еще взрыв — Живоглот взлетел в воздух и рухнул на землю подобно груде тряпья. Я трясущими руками сжала палочку: — Экспеллиармус! — Я нацелила волшебную палочку на Петтигрю. Палочка Ремуса взмыла в небо и пропала. — Ни с места! — крикнул Гарри и бросился на помощь другу. Слишком поздно. Петтигрю успел превратиться. Я заметила только длинный, облезлый хвост, скользнувший сквозь наручники на откинутой руке Рона, и услышала легкий шорох в траве. Тишину разорвал вой и громовое рычание. Я оглянулась — оборотень во весь опор мчался к Запретному лесу. — Папа! Ремус! — Рокси! — Фред подбежал ко мне, осматривая моё лицо. — Тебя не ранили? — Нет, но, Фред, они поубивают друг друга! — Я слегка толкнула Фредерика и бросилась за Ремусом, точнее оборотнем. Откуда–то из мрака донесся визг собаки, которой причинили боль. — Папа… — я напряженно вгляделась во тьму. Никого. Я пустилась дальше бежать, Гарри и Фред — за мной. Звуки доносились со стороны озера. Мы помчались туда, я неслась, не чуя ног. Вой внезапно оборвался. Добежав до берега, мы увидели отца. Он снова превратился в человека и теперь стоял на четвереньках, уткнувшись ладонями в песок. Я упала рядом на колени, больно ударившись, но боли не было, думаю завтра она всё-таки появится. Руки сами нашли лицо отца. — Папа. Скажи что-нибудь. И тут мы увидели их. Дементоры, не меньше сотни, скользили к нам со всех сторон по берегу озера. Я огляделся — знакомое леденящее чувство пронизало внутренности, глаза застлал туман. Из темноты надвигались все новые группы дементоров, окружая нас. — Сейчас… Сейчас… — Я кое-как встала и подняла волшебную палочку, отчаянно моргая, чтобы прояснить зрение. Я вспомнила как встретила отца несколько часов назад. Я вспомнила его объятия. — Мне нужна минута. — Рокси, они приближаются! — вскрикнул Гарри. Я зажмурилась и вскинула палочку. — Роксана! — Экспекто Патронум! Экспекто Патронум! — Серебряная струйка вытекла из волшебной палочки и зависла в воздухе. Краем глаза я увидела, что Фред потерял сознание. Мы с Гарри одни. Я отчаянно посмотрела на друга. Тот кивнул головой, нервно улыбаясь. Я спокойно выдохнула и снова подняла палочку. — Экспекто Патронум! Из палочки вырвалось серебряное сияние. Оно разгоралось все ярче. Я упала на колени, чуть живая и дрожащая открыла глаза. Все кругом было залито слепящим светом. Холод заметно отступал. Небольшой дельфин отогнал дементоров, что защитил меня, Гарри, папу и Фреда… Хриплые, всасывающие звуки затихали… воздух теплел… дементоры удалялись. Я упала набок. Гарри подсел ко мне, держа голову. — Гарри. Папа… — Я ничего не понимала. Я больше не могла думать. Силы оставили меня. Я лишилась чувств, закрывая свои веки. Я открыла глаза от яркого солнечного света и резко приняла сидячее положение. Я была в больничном крыле, а рядом сидел Фред и Джордж. Рука первого легла мне на спину, поддерживая. Я помнила, что мы были на берегу озера, но как я попала сюда и куда делся отец не могла вспомнить. Я видела множество дементоров, что пугали меня, но не могла совладать с собой. Я их убила или нет? В глазах стояла картина как Фред падает и мы с Гарри стоим против десятка духов, я пытаюсь вызвать патронус, но с первого раза не получается. А потом… Пустота. — Ты как? Все нормально? — прервал мои мысли Джордж. Я посмотрела на них, но их лица выражали испуг. — Рокси, у тебя такое лицо, как-будто, ты не с нами… — Где мой отец? — Тебе нужно на астрономическую башню, — шепнул старший близнец. Я кое-как встала и медленным шагом направилась в сторону нужной мне башни. Хоть я и была в сорочке, я старалась не концентрироваться на взглядах, направленных в мою сторону. Я почти перешла на бег, но сил до сих пор было мало, поэтому на лестницах я уже шла пешком. Я почти была у верхушки башни, оттуда донеслись голоса. Аккуратно заглянув внутрь, я увидела Рона, Гермиону, Гарри и отца с Клювокрылом. Они стояли болтали и смеялись, но не так весело, как хотелось бы. Я с грохотом открыла дверь, ведь я поняла, что отец уходит. — Принцесса, пора прощаться, — улыбнулся сквозь слёзы отец. Я кинулась в его объятия. Мужчина шепнул мне на ухо слова: — Увидимся на каникулах? — Конечно! — ответила я, сжав его ещё сильнее. — Я очень. Очень-очень буду по тебе скучать. — Я знаю, котёнок, но придётся немного подождать. У тебя есть верные друзья. У тебя есть любящий молодой человек, который, кстати, мне очень понравился. У тебя здесь добрый крёстный, так что всё с тобой будет хорошо. Мы попрощались с ним буквально на несколько дней. Я буду ждать каникул, как сумасшедшая и никто не будет тревожить моё ожидание. Мы проведём всё лето с отцом и никто не помешает. Я буду гулять с ним. Есть. Пить. Мы будем с ним общаться. Много-много. Я расскажу ему все свои секреты. Я буду ждать, отец, когда придут каникулы. Я хочу снова побыть твоей маленькой принцессой и уснуть у тебя в объятиях. Пожалуйста, только дождись меня.