пока нет

      Она спросила Лари, где он брал воду. Неподалеку протекал глубокий говорливый ручей. Нина и направилась к нему, но сначала она вывернула на траву все вещи, тщательно их перебрала и заново сложила.       — А зачем ты вытащила одежду, Нинуце?       — А затем, что она грязная и её нужно хотя бы сполоснуть. Одежда была выстирана, глина и песок заменили Нине мыло.       — Ничего, Лари, пока так, потом мы щелоком отстираем! — заявила Нинуце, раскладывая одежду на солнышке. Лари круглыми от удивления глазами смотрел на сестру, вот честно, он и не знал, что Нинуце обладает навыками прачки! — А сейчас пойдем, поищем, что-нибудь да найдем, что пригодится нам.       Их добычей стали помятый котелок, нож и две деревянные ложки, одна целая, а другая со сломанной ручкой. Нина не стала брать крупы, рассыпанные на месте бывшего каравана, но птицу она не собиралась бросать. На стоянке она чуть нагрела помятый котелок и осторожно толстым концом ветки выправила наиболее помятые места. С удовлетворением оглядела свою работу. На выставку не годится, но вскипятит воду или сварить похлебку сойдет. А сейчас ей предстояла пренеприятная работа. Убийство.       Представив как она будет птичкам сворачивать головы, Нину передернуло. Но есть надо, и жить хотелось. Она отослала мальчишку к ручью, перевернуть вещи и вымыть котел. Когда Лари вернулся, у костра лежало несколько тушек. Нина повесила над костром котелок, дождалась когда вода закипит и постепенно по одной засовывала в кипящую воду птицу, а затем споро обирала перья. Только вот чем потрошить птицу, не будешь же её готовить неразделанную. Она тщетно попыталась разрезать птицу острой щепой. Лари посмотрел на её потуги и вдруг протянул кинжал с голубоватым лезвием. Дело пошло быстрее. Нина отварила птицу, зажарила несколько тушек. Сварила собранные в клетках яйца. Поев, они стали собираться в дальнейший путь. Но прежде чем уйти, они открыли клетки, выпустив птиц на свободу.        Дети шли по дороге, тесно прижавшись, друг к другу. Что их ждет впереди? Нина об этом старалась не думать. А девочка показала ей жизнь, которая в одну ночь так изменилась.

***

      Нинуце хорошо помнит день рождения Лари. Отец Лари и Нинуце был младшим братом императора. В императорской семье нет детей. У всех близких родственников рождались девочки. Так что Лари, из всех претендентов на престол, единственный представитель мужского пола. Да, так бы, наверное, и было, Лари исполнилось восемнадцать лет, и он переехал бы жить во дворец. Ему при рождении был пожалован титул «наследный принц»        В тот злопамятный день они праздновали десятый день рождения Лари. Мальчик до шестилетнего возраста не понимал, что его ожидает, учителя, учили его всему: читать, писать само собой, фехтование и езда верхом, как дворянину без этого! Но политика и экономика были для ребенка скучны, но отец сумел внушить о необходимости изучения этих предметов! Было забавно смотреть как маленький мальчик старается рассуждать о плюсах или минусах торговли с тем или иным государством. Да и сама Нинуце училась. Училась вести дом, хозяйство, С пяти лет её обучили вышивке, вышивала она не только нитями, но и золотой канителью и маленькими стеклянными бусинами! Двоюродная тетушка показала ей, как вышивать лентами, и Нинуце вышила ко дню рождения Лари картину. Подарить не успела…        В тот вечер им позволили посидеть за столом чуть больше обычного! Нинуце даже потанцевала с сыном соседа. Ей же уже тринадцать, вполне можно танцевать! Когда мама сказала, что пора прощаться с гостями, Она и Лари, чинно держась за руки, громко поблагодарили всех, попрощались и отправились в свои комнаты. В коридоре они напрочь растеряли свою чинность и побежали в комнату Лари, рассматривать подарки.       Но завтра у них будет семейный праздник! Приедет дядя, привезет подарки и Лари, и ей — Нинуце. Дядя дарит недорогие подарки, но такие нужные и редкостные. Ей в свой прошлый приезд он подарил небольшой сундучок, а в нем оказалось настоящее богатство: иглы для вышивания, краска, для окраски ниток, наперстки, и куча всяких мелочей для вышивки! Это был самый лучший подарок.       В комнате они принялись распаковывать подарки. Та-ак! Одежда, побрякушки, игрушки это так ожидаемо! А затем Лари вытянул небольшой, в локоть взрослого мужчины, деревянный ящичек, открыл и замер, Нинуце осторожно заглянула в ящичек из-за плеча брата. На дорогой бархатной подложке лежало два боевых ножа. Простые ничем не украшенные рукояти, а клинки голубовато-дымчатые. Они казались живыми, меняя свое очертания, они становились то прямыми и широкими, то хищно изогнутыми. Нинуце уже протянула руку, чтобы взять один из них, но она даже не успела прикоснуться, клинки исчезли, Растеряно смотрела она на ящичек, пока Лари не рассмеялся, продемонстрировав ей свой пояс, на нем висели те самые кинжалы, но уже в ножнах!       — Нинуце, ты поняла, да?! — восторженно прошептал Лари, — Это же невидимки! Нинуце на минутку замерла. Неужели кто-то мог оторвать от себя эти кинжалы? О них ходили легенды, что кинжалы сами выбирают себе хозяина! И никто кроме него не может дотронуться до них! Что они могут по желанию владельца оставаться на поясе невидимыми, что они могут призываться хозяином! Она обошла Лари, разглядывая, но не заметила, как кинжалы исчезли с его пояса!        Они даже не успели договориться рассказывать ли родителям о таком подарке или нет, как в комнату вошла мать. По её лицу было видно, что она взволнованна, испугана, но спокойный голос, которым она распорядилась, чтобы дети в своих комнатах забрали дорожные мешки и пришли в её спальню, только было не понятно, что так расстроило маму. Дети, с удивлением переглянувшись, пошли в комнаты. Буквально через пять минут они с дорожными мешками, которые были уже собраны слугами, вышли из комнат, только Нинуце еще успела схватить в руки сундучок, подаренный дядюшкой. Что происходило, они не понимали, им вечерами никогда не разрешалось посещать мамину комнату, а сейчас мама сама их вела туда. В комнате они увидели вещи, лежащие на столе и кровати.       — Дети, переодевайтесь! Становилось не только не понятней, но и страшней. Скинув праздничный наряд, Нинуце надевала на себя платье, которое её сшили в прошлом году, в нем она посещала ярмарку в Винжите. Отец настоял, чтобы наряды были скромные, вот им и сшили, и в этих нарядах они смотрелись как дети богатого купца, но никак детьми принадлежавших к правящей семье.        Через минуту мать внесла в комнату еще один небольшой заплечный мешок и два плаща с капюшоном. Эти плащи тоже были сшиты к случаю посещения ярмарки. На вид они были скромными, неброскими, и никто не мог догадаеться о том, что за подкладкой был вшит теплый мех зурга, этот ценный зверек обитал в западных лесах страны и был очень редок!        Оглядев детей, мать сказала, что на замок напали, бои идут уже в холле, и что бы дети должны покинуть замок по тайному ходу. В мешке припасы, в подкладках плащей зашиты деньги, которые без надобности не тратить, если случится так, что замок падет им лучше всего добраться до столицы Подгорной империи, искать противники там их не будут. В кошелке тоже есть деньги сто лаймов, это на первичные расходы. Мать притянула детей к себе, поцеловала       — Постарайтесь за ночь уйти как можно дальше, — и провела рукой по стене. Часть стены исчезла, открывая темный проход в низ подземелья.       — Он ведет за реку. — сказала мать целуя детей на прощание. — Нинуце, береги брата! — шепнула она и закрыла тайный лаз. Стена сомкнулась, отсекая детей от прошлой жизни. Было темно, отчетливо пахло сыростью.        А в комнате мать приложила к сомкнувшийся стене медальон, он жарко вспыхнул и растворился в камне, навсегда запечатав стену. Теперь ничем, ни магическим зрением, ни специальными щупами, нельзя было определить, что здесь имелся тайный проход.        Мать побросала детские вещи в камин, тщательно перемешала жаркое пламя, и уже ничего не могло указать на то, что здесь были дети. Присев на койку, она неторопливо сняла с себя драгоценности, тоже бросила их в камин и терпеливо стала ждать своей участи.