Мой Бэмби

      Обычный будний день. Я шёл на работу, наслаждаясь весенним теплом, наконец-то вытеснившим из города остатки зимнего холода. Сегодня мой день должен был пройти не так, как обычно, и эта новизна предвкушающе отзывалась в груди. Пустячок, а приятно.       Сегодня мне предстояло принять участие в медосмотре старшеклассников, который проводится для каждых выпускных классов в январе. Обычно в январе. Но не в этом году. Затянувшаяся в результате гнилой погоды эпидемия респираторно-вирусных вынудила перенести сие мероприятие на более теплое время года. Может это и правильно, не мне судить, но в результате в один из дней весенних каникул на крыльце районной поликлиники стояла толпа ребят и веселилась. Их гомон был слышен издалека, и я невольно вспомнил себя в том же возрасте. Юношеский азарт, вера в свои силы и свою исключительность, жажда новых впечатлений. Как же давно это всё было.       Сейчас мне двадцать восемь. За плечами медицинский институт и ординатура. В настоящее время я работаю андрологом в медицинском центре. А конкретно в данный момент направляюсь в районную поликлинику, чтобы подменить внезапно заболевшего уролога. Да, специальности разные, но некоторым они кажутся чуть ли не побратимами. Возможно это, но скорее всего назревшая необходимость отчитаться перед местными органами здравоохранения заставила руководство поликлиники обратиться к главврачу медцентра за помощью.       Из размышлений меня вывел довольно грубый разговор. — Эй, Бэмби. Знаешь, кого сегодня посетим? Андролога. Так что готовь свою попку — это ведь самый важный врач для педиков. Помацает тебя.       Придурок. Ну что за придурок! Всё равно, что сказать о гинекологе, что он трахает баб, приходящих на осмотр. Интересно, кто такой Бэмби? — Пошёл ты, Баранов. Свою жопу береги лучше. А то проникнешься удовольствием и будешь бегать к врачу за новой порцией, как на свидания.       Я улыбнулся — парнишка за словом в карман не полез. Жаль, что я не увидел его лица, но названную им фамилию запомнил.       Не то, чтобы я оскорбился за свою специальность врача, хотя сталкивался уже с подобным предубеждением и раньше. Тут дело в другом.       Я — гей. И, естественно, я это скрывал. Было бы верхом идиотизма выставлять напоказ свою ориентацию, особенно учитывая специфику моей работы. Если я захочу профессионального самоубийства, тогда да. А пока что я просто умело мимикрировал под окружающее общество.       Я осознал свою ориентацию довольно поздно, уже будучи студентом. На одной вечеринке, куда пришли каждой твари по паре, я познакомился с одной такой парой. Не в том плане, что они твари, а в плане пары. Они тоже шкерились ото всех со своими отношениями, но я их почувствовал, что ли. Парни тоже были студнями, как и я, только учились не в медицинском, а каком-то техническом. И жили в одной общаге, в одной комнате. Дружили с первого курса. И было в этих ребятах что-то такое, что потянуло меня.       Мы познакомились, поболтали, даже обменялись телефонами. И потом встретились в городе. Раз и ещё раз. Ничего такого, пицца-пиво-поболтать. А потом…       Не заметив как, я уже, оказывается, переоделся и стоял перед дверью «своего» на сегодня кабинета.       Три класса средней районной школы. Это где-то сорок — пятьдесят парней. Да уж, насмотрюсь сегодня до кроликов в глазах.       Стандартные вопросы. Имя, возраст, когда произошла первая эрекция, есть ли проблемы, вопросы. Жаль, что даже после семнадцати лет врач не должен задавать более откровенные вопросы. Жаль не потому, что мне интересно, а потому, что о некоторых вещах уже нужно говорить в этом возрасте. Я уверен, что многие из тех парней, которые сегодня впервые посетили такого специфического врача, как я, уже имели опыт интимной жизни. И не раз.       Когда заканчивал школу я сам, нам не особо сильно и подробно рассказывали об этой стороне жизни. Учительница биологии сама стеснялась больше нас. Краснея, бледнея и спотыкаясь на некоторых терминах, она пыталась рассказать нам о способах предохранения при половом акте. А мы, семнадцати- и восемнадцатилетние лбы только ржали над сальными шуточками, отпускаемыми особо развитыми членами нашего класса. Когда прозвенел звонок, она явно выдохнула с облегчением.       Как обстояло дело с половым воспитанием в школах сейчас я не имел понятия. Рассказывал ли им кто-то о необходимости предохранения? Или о возможных последствиях? О том, как уберечь себя? Это не моё дело, но проблемы лучше предотвращать, чем лечить.       Я снова окунулся в свои воспоминания.       Тогда, после нескольких встреч с моими новыми друзьями, они внезапно пригласили меня в гости к себе. Я пошёл. Я жил с родителями и посмотреть изнутри на жизнь в общаге мне было очень интересно. Что да как. Мы взяли упаковку пива, какую-то снедь. Болтали обо всём и ни о чём пока кровь насыщалась алкоголем, и вдруг ко мне подсел Саша и взял за руку.       Сердце кувыркнулось в груди, и я забыл, что хотел сказать. Я молчал и смотрел, как парень гладит мою ладонь, переплетает пальцы, сжимает запястье. Горло перехватило, я не мог вымолвить ни слова. Мне было приятно. И странно. Такой коктейль из эмоций, когда кружится голова от предвкушения, но по спине от страха ползут холодные капельки пота. Ты словно стоишь на краю пропасти и решаешься.       Когда Саша притянул меня к себе и прижался губами к моим я понял, что прыгнул.       Это был мой первый поцелуй. Смешно, да? Я уже был совершеннолетним, но до этого момента так ни с кем и не поцеловался. А тут…       Тёплые и на удивление мягкие губы сминали мои, вызывая дрожь и трепет. Я с трудом сглотнул комок в горле и приоткрыл рот. Туда тут же проник язык и начал вылизывать меня внутри. Меня вело от ощущений, алкоголь на пару с адреналином ударили по мозгам, и я поплыл.       Андрей подошёл со спины и запустил пальцы в мои волосы. Он тянул их, массировал кожу головы, целовал мои уши и шею.       То, что творили со мной парни, не поддавалось описанию. Меня захлёстывали эмоции и возбуждение, когда под одежду проникли две пары рук и начали трогать и гладить мои спину и грудь, пощипывать соски и одновременно целуя мою шею. Никогда не знал, что она у меня настолько чувствительная.       Я отдался им, внезапно осознав, что именно таких ласк хочу. Именно таких прикосновений. Мужских, сильных, надёжных. Ребята раздели меня, одновременно избавляясь от своей одежды. Вид обнажённого Александра прошиб электрическим импульсом позвоночник. Он, конечно, был красив. Но сейчас, позволяя мне увидеть то, что всегда спрятано под одеждой, он словно вывел меня на новый уровень. Доверия? Симпатии? Желания?       Я оказался прижатым спиной к обнажённой груди Андрея, который целовал мои виски, гладил меня, перебирал волосы, заставляя расслабиться, успокоиться. Помогал не бояться. Я слышал шум в висках, дыхание сбивалось с равномерного ритма. Я не мог оторвать глаз от тела Саши, впитывая в себя его образ. Он наклонился ко мне и перед самым поцелуем тихо сказал: «Не бойся, я буду осторожен.»       Я верил ему, его рукам и губам. Когда он осторожно проник в меня влажным пальцем это было странно. Хотелось вытолкнуть из себя инородное тело, но Саша не позволил. Парни продолжали ласкать меня, и я отпустил себя, перестал сжиматься и потянулся сам к Сашиным губам.       Он растягивал меня постепенно, осторожно добавив второй палец. Когда он коснулся какой-то точки внутри, заставившей меня испустить стон, парни переглянулись между собой, словно вели молчаливый диалог. А мне уже хотелось больше. Мне нужно было ещё. И Саша мне это дал. Он закинул мои ноги себе на плечи и приставил к пульсирующему от желания анусу свою головку. Толкнулся вперёд и остановился, внимательно наблюдая за моей реакцией. Потом продвинулся дальше, так постепенно он вошёл в меня до самого основания и замер, давая привыкнуть к своему размеру. А потом качнул бёдрами и начал брать меня, ускоряя темп.       Андрей наблюдал за тем как его парень трахает меня, но кажется совершенно не испытывал от этого смущения. Он поддерживал меня за плечи, позволяя опереться на него всем телом, гладил меня, целовал виски, уши, шею. Его горячее дыхание обжигало влажную от пота кожу. Я схватил Андрея за запястье и крепко сжал, словно ища поддержки. Моё собственное возбуждение пачкало мой живот предсеменем.       Повинуясь молчаливой указке Александра, Андрей наклонился и взял мой член в рот. От полноты ощущений я чуть не сошёл с ума. Такое пронзительное удовольствие настигло меня впервые в жизни. Дожив до своих лет я никогда не испытывал подобных ощущений. Даже самая первая в жизни дрочка по яркости отступила на второй план. А Саша положил ладонь на голову своего парня, задавая темп и глубину, с которой Андрей отсасывал мне.       Стоит ли говорить, что надолго моей выдержки не хватило? Я никогда ещё не кончал так обильно и ярко, как в этот раз, когда один парень трахал меня в задницу, а другой отсасывал мой член.       Лёжа на спине, я с трудом возвращался к реальности, вспоминая где я и кто я вообще. Андрей поднял голову, и посмотрев на его влажный от слюны и моего семени рот, я внезапно ощутил дикое желание, которое тут же реализовал, притянув его к себе и впиваясь в его губы. Моё семя на моих же губах, его язык сплетался с моим, а пальцы зарывались в волосы.       Всё тело парило в невесомости, подаренной ярким оргазмом. Гормоны пенили кровь, позволяя не ощущать боли в мышцах, а сознание с трудом переваривало произошедшее.       Меня трахнул парень, а другой мне отсосал. И они сделали это одновременно. И мне понравилось. Дико понравилось. Настолько сильно, что сомнений в себе больше не осталось. Я — гей, мне нравятся парни и так будет всегда. — Баранов…       Я в очередной раз за день вынырнул из своих воспоминаний. Передо мной стоял старшеклассник, и похоже именно названная им фамилия заставила меня вернуться. Так, так. Значит это ты у нас считаешь андролога врачом для педиков?       Я задал ему стандартные вопросы и услышал не менее стандартные ответы. — Занимаетесь спортом? — А как же. Хожу в качалку три раза в неделю.       В его голосе явно прозвучала гордость за себя и свою мужественность.       Оно и видно, что качает он только мышцы. Вообще это был не мой тип парня. Слишком накачанный торс, рукава футболки только что не трещат по швам. Это что, попытка показать свою мускулатуру или неумение правильно подобрать размер одежды? — Что ж, придётся осмотреть вас более тщательно. Снимайте штаны, бельё и на кушетку. — Что? Я отказываюсь!       Я устало вздохнул. Тяжело работать с недалёкими людьми. — Вы сами сказали, что занимаетесь в тренажёрном зале. Тягаете штангу, поднимаете груз? Это видно по вашему внешнему виду. Но вы вряд ли задумывались о том, что подобные упражнения могут привести к одной очень болезненной и неприятной проблеме под названием геморрой. Ведь так?       Парень смотрел на меня с явным непониманием в глазах. — Проще говоря, от большого напряжения могут вылезти вены в заднем проходе. Я хочу вас осмотреть, чтобы убедиться в вашем здоровье. — Но у меня ничего не болит. — Когда заболит будет поздно. Я врач, не надо меня стесняться. Или у вас иные мысли?       Пацан залился краской. Он быстро снял джинсы и трусы и лёг на кушетку. Я вздохнул. — Перевернитесь на живот и обопритесь на локти и колени.       Я обошёл его со спины. Да уж, вид волосатой задницы меня совершенно не радовал, но я ведь врач. И тем не менее мне было неприятно. Подсознательно я догадывался, что вряд ли он был готов к процедуре осмотра. Но делать нечего. Я надел перчатки и провёл ладонью по его ягодице. Вполне ожидаемо пацан сжался, дёрнулся и попытался уйти от прикосновения. Смешно. Неужели так боится за свою невинность? Но у меня на него не встало бы при всём желании, даже если бы мы не оказались в роли врача и пациента. — Расслабьтесь и вам не будет больно. Может быть немного дискомфортно.       Я отвёл в сторону ягодицу, а пальцем другой руки медленно проник внутрь. Мои опасения в его неподготовленности оказались правдивы, но сейчас я не стал на этом акцентировать внимание. Я ощупывал изнутри стенки его кишечника, преследуя две цели. Первая — нужно было действительно удостовериться, что этот гонящийся за грудой мышц придурок на самом деле ничего себе не повредил. А во-вторых… Я помнил его слова, опрометчиво брошенные на крыльце поликлиники. Я не собирался устраивать ему сеанс массажа простаты, но и не хотел упустить возможность дать почувствовать то наслаждение, которое можно от этого испытать. Через несколько толчков под разными углами, я всё же нащупал нужное место и провёл по нему пальцем. По тому, как вздрогнул стоящий в классической позе пацан, я понял, что попал правильно. Коснувшись ещё пару раз для верности, я вытащил палец из его задницы, сразу снял испачканную перчатку и выбросил пару в корзину. — Что ж, рад вам сообщить, что мои опасения оказались напрасны. У вас нет трещин и уж точно нет узлов внутри.       Я не смотрел на него пока пацан приводил себя в надлежащий вид, ведь и так понимал, что тому трудно скрыть свою эрекцию. Получить стояк от визита к доктору для педиков — этого было почти достаточно для отмщения. Почти. — Когда в следующий раз обратитесь к врачу, мой вам совет — почистите себя предварительно. Не каждому специалисту будет приятно обнаружить то, чем обычно забита прямая кишка. Можете пригласить следующего.       Я усмехнулся. Да, я, наверно, поступил не очень этично по отношению к пациенту. Но с другой стороны, какого чёрта?! Почему этот придурок позволяет себе оскорбления? В следующий раз сто раз подумает, а может лучше один раз подмоется перед визитом к врачу.       Снова и снова я заполнял карты, формы, ставил печать «Здоров» и печать со своей фамилией. Поток старшеклассников стал убывать, похоже, что осталось только несколько человек. Мне стало немного грустно — кажется я пропустил того Бэмби. Жаль, мне было бы интересно сравнить свои ожидания с реальностью. — Много вас там ещё?       Я задал вопрос уходящему старшекласснику уже в дверях. Он выглянул за дверь и обернулся. — Нет, последний остался. — Тогда зови его.       Я потянулся в кресле, разминая уставшие плечи. Последний визитёр и я смогу пойти домой с чувством выполненного долга. Меня ждал ужин и очередной сезон сериала про коллег-медиков. Я любил иногда посмотреть на эту сферу со стороны, глазами дилетантов так сказать.       Раздался стук в дверь, которая сразу же открылась. — Можно? — Нужно.       Я поднял глаза на вошедшего и понял, что пропал. Вот так сразу. В дверях кабинета стояла моя судьба, и я понял это сразу и однозначно. Вы верите в любовь с первого взгляда? Я тоже не верил. До сегодняшней встречи. До того момента, как увидел огромные серые глаза с такими ресницами, что на месте любой девчонки я бы продал за них душу. Но ведь я и так её продал. Точнее отдал даром. Вот только вошедший в кабинет паренёк об этом не знает. И не узнает никогда.       Я вспомнил, что вообще-то человеку положено дышать и сделал пробный вдох. Ладони стали мокрыми, мне пришлось незаметно вытереть их о брюки.       «Так вот ты какой, Бэмби. Мой Бэмби.»