Тихое место

      Изучив бумаги на дом, я понял несколько вещей. Во-первых, дом был огромен. Шестьдесят комнат, на первом этаже жили слуги, остальные комнаты пустовали. Мой план продать дом оставался в силе, но сперва следовало изучить его. Не хотелось бы заблудиться вместе с потенциальными покупателями. Это будет стыдно. Первый этаж я оставил на потом, не хотел тревожить слуг. Коридор на втором этаже был широким, с обоих сторон были двери, а единственным источником света являлся выход на огромный балкон. Я дёрнул ручку ближайшей двери, но она оказалась заперта, вторая тоже и третья и все последующие. Каждая комната на этаже была заперта, не считая той, в которой жил я. На третьем этаже было больше окон и света, а все двери так же были заперты. В конце коридора я приметил узкую лестницу, которая изгибалась и уходила куда-то вверх, хотя этажей больше не было. Я осторожно поднялся наверх, сюда не попадал солнечный свет и лампочек тоже не было. На самом верху была очередная запертая дверь и тёмного дуба. Это дерево, похоже, было любимым у моего дяди. Его кровать, рабочий стол и много других вещей были сделаны из этого типа древесины. Я в дереве хорошо разбирался и видел ручную работу, а все предметы из дуба были изготовленные в ручную. Мне показалось довольно странным, ставить именно здесь дверь, которую и кувалдой не выбьешь. Что за секреты там прячутся? Я вернулся на первый этаж, где в столовой, Ганнибал переставлял стулья.       — Ганнибал!       — Да, сэр? — Он распрямился по струнке смирно и, оставив своё занятие, был готов меня слушать.       — Скажи, почему все двери в доме заперты?       — Так желал ваш дядя, мы запирали все двери, в которых никто не жил.       — Ключи от этих дверей у тебя?       — Разумеется, у меня есть ключи от всех дверей.       — Ты не мог бы дать мне эти ключи? Я хочу осмотреть комнаты.       — Разумеется, сейчас принесу. — Ганнибал вышел из столовой и вернулся через пару минут с внушительной связкой серебряных ключей.       — Все ключи пронумерованы по этажам.       — Спасибо, Ганнибал.       — Всегда пожалуйста, сэр. — На лице Ганнибала по-прежнему не было ни единой эмоции, а я всё никак не привыкну к тому, что меня здесь всё время называют сэр. Это было так странно. По пути назад, я столкнулся у лестницы с Эбигейл, здесь она работала горничной, и сейчас в её руках был небольшой совочек.       — Доброе утро, Сэр. — Она мило мне улыбнулась.       — Доброе утро, Эбигейл. — Она выглядела так молодо, слишком юна для подобной работы. Она больше походила на школьницу. Интересно, а сколько ей вообще лет? Нужно бы навести справки и касательно прислуги, и моего загадочного дяди. Не хочу продавать дом, пока не буду точно уверен, кто в нём живёт. Ведь продавая дом, прислуга идёт автоматическим бонусом.       Разобраться, какой ключ к какой двери, было не сложно. На каждом ключе был рисунок идентичный рисунку на самом замке и ни разу не повторяющийся. За большинством дверей скрывались спальни, большие и чуть меньше, но всегда шикарные и богато обставленные. За другими были огромные и пустые бальные залы с панорамными окнами, и только в одном, самом большом, стоял ещё и рояль, чёрный с золотой окантовкой, он был настоящим произведением искусства. А на третьем этаже были одни лишь спальни и ничего более. Когда я уже собрался подниматься на чердак, я осознал, что у меня закончились ключи. В связке которую мне дал Ганнибал не хватало одного ключа.       — Ганнибал, а где ключ от чердака? Почему ты не дал его мне?       — Потому что у меня его нет, сэр.       — Как нет? Ты сказал, что у тебя есть ключи от любого помещения в доме.       — Кроме ключа на чердак. Ваш дядя хранил единственный экземпляр ключа у себя и никому его не доверял.       — Ты знаешь, что он хранил там?       — Нет, сэр. Прислуге запрещено заходить туда, даже для уборки.       — А где он мог хранить этот ключ, ты не знаешь?       — Нет, сэр. — На лице Ганнибала проступило огорчение. Он был опечален, потому что не смог услужить мне? Эта странная собачья преданность начинала напрягать. Я хотел знать, почему чердак был закрыт, и какие тайны там хранятся. Может, там краденное золото? Или скелет в шкафу? Почему Сэмуэль никого туда не пускал? Даже своих преданных и выдрессированных слуг? Вернувшись в спальню, я решил попытаться найти ключ. Раньше эта комната принадлежала дяде, а, значит, он вполне мог хранить его здесь. Правда, я понятия не имел где искать. Если человек хочет что-то скрыть, он это как следует спрячет туда, где никто не станет искать. И вычислить это место в теории, мог бы только близкий человек, тот кто хорошо его знал. Но я не из их числа. Я ничего не знаю о Сэмуэле, кроме того, что он богат, загадочен и, возможно, был убит кем-то из его слуг. Я осматривал комнату и пытался понять, каким был её прежний владелец. У него был хороший вкус, он любил книги, искусство и музыку. Любил дерево, в особенности дуб, любил предметы ручной работы и замысловатые узоры. В ящике стола я нашёл небольшую резную шкатулку из тёмного дуба, внутри шкатулки было множество маленьких деревяшек с вырезанными на них символами. Я не знаком с различными символами и знаками, однако даже я сумел распознать один из символов — это была пентаграмма. Что ж, теперь я выяснил о своём дяде свежую информацию. Он увлекался оккультизмом, и от этого мне становилось жутко. Я во всё подобное не верил, но Сэмуэль был, похоже, иного мнения.       Перерыв всю комнату, я так и не нашёл ключ от чердака, если он его и спрятал, то явно не здесь. Во мне росла потребность открыть эту чёртову дверь и успокоить своё любопытство, доказав, что там хранится всего лишь старый хлам, а не чан с кровью жертвенного ягнёнка. Ключ я не нашёл, но придумал другой, менее изящный план. В своей работе я специализируюсь на мебели, однако иногда делаю и двери, так что снять с петель ещё одну дверь, особого труда не составило. Правда тяжёлая дверь из цельного куска дерева едва меня не пришибла, пока я её снимал, но нужного результата я добился.       На первый взгляд чердак выглядел как обычный чердак. Тут было темно и пыльно, я не смог найти выключатель, поэтому приходилось пробирать вслепую к окну, которое сейчас было занавешено какой-то плотной тканью и только узкая прослойка солнечного света попадала внутрь. По пути я натыкался на что-то и даже что-то разлил, опять вспомнил про чан с кровью, но назад не отступил. На меня обрушилась тонна пыли и, кажется, каких-то насекомых, когда я освободил окно. Чердак заполнился ярким солнечным светом, и я наконец-то сумел рассмотреть всё вокруг. Весь пол был исписан странными символами, которых я прежде никогда не видел. Разлитая жидкость оказалась обычной водой, хоть и не свежей. У стены стоял длинный стол, накрытый брезентом, под которым оказалась миниатюрная копия этого дома. Столь искусной работы я в жизни не видел, хотя занимаюсь этим ремеслом практически всю жизнь. Здесь был скопирован даже сад и озеро, всё в точности, до мелочей. А внутри даже были фигурки обитателей дома. Вот Эбигейл подметает лестницу, Ганнибал стоит в столовой рядом с Беделией, Алана чистит столовое серебро на кухне. Фигурки были такими же искусными, как и сам домик, выглядели в точности, как оригинал. Там, на чердаке, я нашёл ещё книги, но все они были написаны не буквами, а какими-то символами, и их значение мне было непонятно. Копаясь в книгах, которые все были написаны на каком-то тарабарском языке, я заметил странную вещь внутри домика. Фигурки теперь стояли в других местах. Фигурка Эбигейл стояла снаружи у мусорных баков, Беделия словно шагала в сторону винного погреба, Ганнибал поднимался вверх по лестнице и лишь Алана оставалась на своём прежнем месте. Какого чёрта?       — Сэр, вы здесь? — На пороге чердака стоял Ганнибал. Непроизвольно обернувшись на кукольный домик, я с ужасом обнаружил, что фигурка Ганнибала стояла там же, где сейчас стоял настоящий Ганнибал.       — Проходи, Ганнибал. Ты что-то хотел?       — Я хотел сообщить, что обед подан.       — Спасибо, я сейчас спущусь. — Ганнибал ушёл как всегда бесшумно. Как странно, однако. Эта лестница ужасно скрипучая, буквально каждая ступенька, но под Ганнибалом не заскрипела ни единая половица. Было странным и кое-что ещё, ужасно учтивый управляющий, по каким-то непонятным причинам, так и не вошёл на чердак, хоть я и разрешил ему это. А его миниатюрная копия в игрушечном домике, тем временем, была уже на первом этаже.