Тихое место

      Я перетащил модель домика к себе в спальню, весил он довольно прилично. Мне хотелось лучше изучить этот феномен. Было жутко и в тоже время любопытно. Оставив домик на кровати, я пошёл вниз. Ужин пропускать нельзя, тем более меня всегда очень вкусно кормили. И в этот раз ужин не разочаровал меня, картофель и мясо с овощами, выглядело всё ужасно аппетитно, и у меня немедленно заурчало в животе. Красное вино в качестве напитка, с которым я явно перебрал так, что к концу ужина у меня уже плыло перед глазами.       — Вы много выпили, сэр. Вас проводить до комнаты?       — Нет, нет. Спасибо, Ганнибал, но я сам. — Вообще-то я не был уверен, что смогу дойти без риска упасть, но я не хотел, что бы со мной нянчились. До второго этажа я добрался относительно быстро, перед глазами почти ничего не расплывалось, и координацию удавалось сохранять, но почти дойдя до своей комнаты меня отвлёк какой-то стук. Сперва один, потом второй, третий. Я повертел головой, не понимая что это такое, с трудом сфокусировав взгляд я оцепенел. Это были двери, они громко открывались и закрывались сами по себе. После моей экскурсии по дому, я не стал запирать ни единую комнату, посчитал это глупостью. А теперь я наблюдал за нереально пугающих зрелищем, когда каждая дверь на этаже словно зажила собственной жизнью. Я в ужасе прижался к стене, протрезвев одним махом. Что за чертовщина? Мне отчаянно захотелось немедленно уехать домой, даже не продавать дом, а просто бросить его и сбежать. Описать свой ужас в тот момент я не мог, просто вжался в стену ещё сильней и закрыл глаза. Двери хлопали ещё некоторое время, а потом вдруг прекратили. Осторожно открыв глаза, я увидел, что все двери закрыты и кажется ничего не произошло. Но это было, я не сошёл с ума. Но от сюда всё равно нужно уезжать. К черту все эти секреты, мне ранняя седина не нужна. Я осторожно зашёл в свою спальню и в ужасе отскочил назад. Домик, миниатюрная копия домика, который я поставил на кровать горел, полыхал словно факел, а вместе с ним полыхала и кровать.       — Пожар! Пожар! — Я выскочил за дверь, помчался по коридору, а когда оказался у самой лестницы, ощутил толчок в спину, и в следующую секунду я уже лечу вниз.       Я видел лицо своего дяди, он стоял во тьме, которая окружила меня. Он внимательно смотрел на меня пустыми глазницами, но всё равно как будто видел. Постепенно кожа на его лице стала просвечивать, и показался череп. Всё было так реально, что мне хотелось кричать, но язык присох к нёбу.       — Ты мой наследник Уилл. Ты мой. — Глухой, едва различимый голос звучал словно из могилы. Когда я очнулся, за окном было уже светло, всё тело ломило, я не мог полноценно двигаться.       — Как себя чувствуете? — Надо мной склонился доктор Абель Гидеон, единственный на всю округу.       — Всё болит. — Я сжал правую руку в кулак и тут же ощутил боль. Ладонь была перевязана широким бинтом. Я не помнил как поранился, меня больше волновали кости, которые были скорее всего сломаны.       — Что произошло?       — Вы упали с лестницы, сэр. — Я только сейчас заметил, что здесь был и Ганнибал. Тут я вспомнил, пожар в комнате, двери которые открывались и закрывались сами по себе и толчок. Я отчётливо помнил этот момент.       — В комнате был пожар. Что произошло?       — Уже всё в порядке — это было короткое замыкание, сэр. В доме довольно старая проводка.       — У меня загорелась кровать, а не настольная лампа.       — Сперва загорелась лампа, а потом пламя перекинулось на кровать.       — Думаю, мне следует поехать в больницу, у меня наверняка переломы.       — В этом нет необходимости, у вас лишь ушибы, и здесь вам окажут должный уход. — Доктор принял однозначно неверное решение, с которым я был не согласен, но решил не спорить. Просто сам вызову себе скорую, когда этот псевдо лекарь уйдёт. Как можно решить, что после падения с лестницы не нужно лечь в больницу? Могут быть переломы, внутреннее кровотечение и много других неприятных последствий.       Однако доктор Гидеон остался при своём мнении и вскоре ушёл, оставив Ганнибалу необходимые рекомендации. Когда я наконец-то остался один, я тут же потянулся к своему сотовому, который был кем-то заботливо положен на тумбочку. Это была другая спальня, не та, что принадлежала дяде. Очевидно там было ещё не всё до конца убрано или имелся запах гари. Я набрал номер скорой помощи, но ничего не произошло, даже гудков не было. Я посмотрел внимательно на экран и увидел, что связи не было, совсем. Как странно, ещё вчера всё было нормально. Я перезагрузил телефон и попробовал ещё раз. Результат был тот же. Нет сигнала и всё, хоть тресни. Тогда я потянулся к старому, стационарному телефону, но в трубке была полная тишина, гудки отсутствовали. У меня нет связи с внешним миром? Эта мысль напугала меня больше, чем всё что были до неё. Ко мне опять вернулось предположение, что Сэмуэль умер не своей смертью и что его убийца в этом доме. Теперь мне стало казаться, что я мог стать следующим, хоть я и не понимал за что меня убивать. Ладонь заболела, а бинт покраснел от небольшого количества крови. Я осторожно снял бинт, чтобы осмотреть рану. Это была идеально ровная, тонкая линия вдоль всей ладони. Не похоже, что я где-то поранился, такая рана больше походила на то, что меня порезали чем-то тонким. Но зачем? Зачем кому-то меня резать? Зачем сталкивать с лестницы? И зачем приглашать сюда? Ещё одна бредовая мысль о том, что мой приезд был кем-то спланирован. Вот только зачем? Я не мог позвонить и позвать на помощь, а значит следовало вести себя максимально тихо и набираться сил. Как только поправлюсь, сяду на ближайший самолёт до США и пошло к чёрту это наследство.       Через четыре дня, под бдительной заботой Ганнибала, я уже мог вставать, хотя спуститься самостоятельно на первый этаж и сесть за руль я пока не мог. Мне приносили вкусную еду, заботились и ухаживали за мной. Алана учила играть меня в покер, а Беделия травила такие шутки, что и самые прозженные матросы не слышали. Ганнибал в диалоги со мной не вступал и был по обыкновению молчалив и незаметен, словно тень. Эбигейл заходила пару раз, чтобы убрать мусор и протереть пыль, но она, как и Ганнибал, была молчаливой и появлялась лишь тогда, когда она была нужна. Ещё через несколько дней я рискнул спуститься на первый этаж без посторонней помощи. Мне было уже гораздо лучше, так что я заглянул в свою прежнюю комнату, чтобы забрать деньги и документы. Чемодан я решил не собирать, куплю себе новые вещи. Комната была безупречно чистой, словно и не было тут маленького пожара. Я тихо спустился на первый этаж и на минуту замер, услышав голоса в кабинете.       — Ты зачем это сделала? Совсем из ума выжила? — Я впервые услышал в голосе Ганнибала эмоции, он был недоволен. Ему кто-то отвечал, но слишком тихо, и я не смог разобрать ни слов, ни голоса.       — Он не Сэмуэль. Зачем так с ним поступать?! — Что? Речь обо мне? Я прислушался сильнее, но голос собеседника так и не расслышал.       — Я в курсе, что он его наследник, спасибо, что сообщила очевидный факт. — Опять неразборчивое бормотание в ответ.       — Мы не знаем, может ли он сделать это, и после твоей выходки можем уже не узнать. Ты какого черта пустила ему кровь? Ты ведь знаешь, что это означает. — Очередное неразличимые бормотание в ответ.       — Ну и дура. — Ганнибал был в бешенстве, а я в ужасе. Я не стал больше терять ни минуты, зашёл в гараж, сел в один из автомобилей Сэмуэля и поехал к выходу. Ворота, ведущие к шоссе, отворились, но выехать я не смог. Двигатель работал, я нажимал на газ и ничего. Тогда я решил пойти пешком, вышел из машины и, подойдя к воротам, я вдруг натолкнулся на стену, на невидимую стену. Она мешала мне выйти за пределы поместья. Я ударил кулаком по воздуху, но рука врезалась в невидимую преграду. Удар, ещё удар.       — Мне жаль, Сэр, но вы не можете покинуть границы поместья. — За моей спиной послышался голос Ганнибала, и мне почудилось, что он был печален.       — Что за чушь ты несёшь? — Бросив на него злой взгляд, я пошёл вдоль забора, чуть дальше имелся ещё один выход, маленькая калитка. Но и там меня ждало разочарование. Невидимая стена не пускала меня. Я лупил по ней кулаками со всей яростью, но всё бестолку.       — Прошу прощения, но вы не можете покинуть поместье.       — Почему? — Я посмотрел на него со страхом и ненавистью, не знал, что в тот момент было сильнее. Ганнибал молчал. — Я спросил, почему?! Отвечай мне! Немедленно! — Я был готов ударить его, но сдержался.       — Эбигейл сотворила обряд на крови, и он привязал вас к дому.       — Эбигейл? Милая и тихая горничная? Что за вздор?! — Меня начало трясти от ужаса, я был в ловушке и не понимал, что происходит, и как выбраться из этого места.       — Внешность бывает обманчива и жестока, особенно по отношению к тем, кто выглядит как невинная девушка.       — Что вы такое? — Ганнибал не стал отвечать, вместо этого я увидел то, что не давно являлось в моё сознание, пока я был в отключке. Глазницы Ганнибала впали, там не было больше глаз, лишь чёрная пустота. На лице Ганнибала выступил череп вместо лица, и мне показалось, что я опять видел кошмар. Жуткий, но всего лишь кошмар. Я всё ждал когда я проснусь, но этого не произошло. — Чердак, чердак! Беги на чердак! — Это был голос в моей голове? Или я всё-таки сошёл с ума? Однако, похоже, его слышал и Ганнибал, а я не стал ждать его следующего шага и бросился в дом. Я вспомнил как он стоял на пороге чердака и не заходил внутрь, хоть я и пригласил его. Может, эта комната и правда была уникальной. Я не мог бежать слишком быстро, я ещё не до конца восстановился. На лестнице, ведущей на третий этаж, я столкнулся с Эбигейл, её лицо было изуродовано ненавистью, она больше не походила на ту милую девушку, которой была совсем не давно. — Не пытайся убежать, Уилл, тебе не спрятаться. Ты не освободишься, пока не сделаешь то, что нам нужно. — Она двинулась вниз, но, казалось, не шла, а плыла в воздухе словно тень или призрак.       — Что я тебе сделал? В чём я виноват? — Я отступал вниз, охваченный ужасом.       — Ты такой же как он, вы все такие, весь ваш гнилой род. — Её лицо становилось таким же, каким прежде было лицо Ганнибала, с той лишь разницей, что она была в дикой ярости и, кажется, хотела порвать меня на куски. — Что? — Она вдруг остановилась, её лицо переменилось и стало расстерянным, но по-прежнему вселяющим в меня ужас. — Прекрати это! Он заслужил, он такой же! НЕТ! — Её крик, полный ярости, заложил мне уши, невидимая сила толкнула её в стену, и Эбигейл исчезла. Я застыл ровно на долю секунды, а потом ринулся на чердак, больше меня никто не пытался остановить. Я привалил к дверному проёму дверь, которую я снял с петель, и отошёл назад. Крик Эбигейл эхом разносился по всему дому, и у меня всё холодело внутри от этого звука. На чердак она не попыталась войти. Видимо, дуб - и правда особенный вид древесины. А я попал, попал по полной, и понятия не имел, как мне выжить.