Книга первая: Спасение трех великолепных скелетов

            Два часа спустя, после того как тебя проверила медсестра Террор и ты убежала поплакать в ванную комнату, ты сидела в комнате отдыха с чашкой горячего чая и чем-то шоколадным, что испекла одна из медсестер. И ревела.        Синтия гладила тебя по спине. Мягко приговаривая. — Ты отлично справилась, правда. Я видела, как люди возвращались в гораздо худшем состоянии после того, как столкнулись с этой штукой, — повторяла она снова и снова. — По крайней мере, у тебя все еще есть все пальцы.       Ты закрыла лицо руками. — Я не знаю, что я сделала не так, — простонала ты.        Все шло так хорошо. Все, что тебе нужно было сделать, так это снова надеть его маску и уйти. Это была иллюзия? Он не хотел, чтобы ты приходила? Нет, этого не могло так быть. Он был таким терпеливым, наклоняя голову в сторону, чтобы позволить тебе застегнуть первую застежку. Ты случайно прикоснулись к нему? Ты была уверена, что нет.       Блин, где же ты накосячила?        — Ты молодец, не вини себя.       — Я знаю, но.. — начала ты.       — Медсестра Т/и.       Ты посмотрела на вверх. Медсестра Террор стояла перед тобой. Ты прочистила горло. Села прямо. — Да, медсестра Терри?       — Идти домой.       — Да, медсестра Терри.

༻—༺ 

        Ты бы предпочла остаться в тюрьме. Лазарет всегда был занят, всегда можно было чем то заняться, с кем то поговорить. Во время пятнадцатиминутной поездки на автобусе до своей маленькой квартирки, где ты жила в одиночестве, тебе нечего было делать, кроме того как думать.       Начало темнеть. Он чуть не убил тебя, он хотел тебя съесть, ты могла умереть. Но как только ты преодолела страх, приняла душ и укуталась в одеяло, твоя точка зрения изменилась.        Череп пытался тебя успокоить, те шипящие звуки. Было так тихо, что ты подозревала, что ты была единственной, кто это слышал, но он пытался тебя успокоить. При этом также свисая с кушетки прижимая тебя к себе.       Может, ему не нравилась шумная еда? Тебе бы не понравилось, если бы твоя закуска начала кричать на тебя.       Ты вздрогнула, поняв, что ведешь себя глупо. Он мог причинить тебе боль. Сильно ранить тебя. Он мог укусить тебя, оторвать тебе руку.        Но он этого не сделал. Он держал тебя. Он держал тебя и шикал.        Ты была настолько запуганной отчетами и фотографиями предыдущих нападений, что пришла туда, ожидая худшего. Ты вошла туда, ожидая найти «Хоррора». Но то, что ты нашла, было очень больным, очень напуганным и очень злым пациентом. Ты была так уверена, что сможешь ему помочь. Ты была так уверена, что знаешь, что делать.       Что ж, смотри, что из этого получилось.       Но это твоя вина, не так ли? Ты всегда знала, что лучше для других, не так ли? Ты всегда, должна была быть в курсе ситуации, которая тебя совершенно не касалась, которая была тебе не по зубам, потому что ты думала, что могла каким-то образом исправить любую ошибку.       Глупая. Ты не имела права пытаться общаться с кем-то, как Череп, у тебя не было должного образования или подготовки.        Но… даже сейчас ты ничего не могла с собой поделать. Через мгновение ты подошла к книжной полке. Вытащила свою потрепанную и всеми любимую копию Гибсона, основного учебника по медицине монстров. Ты читала одно исследование за другим в медицинском университете об опасностях смешения Человеческой медицины и медицины Монстров. Психологии тоже. В первые годы взаимодействия Человека и Монстра обычное поведение Монстров рассматривалось как агрессивное или откровенное нападение со стороны Людей.       Ну, это было очень давно. Череп определенно должен знать, что хватать кого-то таким образом было невежливо.        Но он был сумасшедшим.        Однако даже у сумасшедших были причины для своих действий. Не, понятные большинству людей.       Ты пролистываешь несколько глав, но не можешь найти ничего, что касалось бы состояния Черепа. Но кроме подтверждения, что он явно получил серьезные повреждения. Как физического, так и психологического характера. Когда дело доходило до монстров, обычно это было одно и то же. Ты ничего не нашла.       Он не пытался причинить тебе боль. На самом деле, ты начала думать, что он причинил тебе боль только потому, что охранники пытались тебя оттащить. Он просто держал и не отпускал.       Что, если бы охранники не вскочили? Могла бы ты выбраться, не нервируя Черепа? Нужно было дать ему прийти в себя, а затем медленно его успокоить. Ты не знала, с какой уровень интеллекта у Черепа. Может быть, он о чем то думал, но не мог выразить это должным образом? Может быть, он вообще не думал, и это были все эмоции? В любом случае, ему нужно было время, чтобы разобраться со своими чувствами, а у него его не было.       О чем ты только думаешь? Ты подверглась нападению! Тебе теперь стало жалко Монстра? Блядь. Сдавайся!       Ты хотела бы поговорить с кем-то. Но сейчас было почти половина одиннадцати ночи, а ты была выгнана из своей семьи после одного Инцидента. И единственными твоими ближайшими друзьями были друзья по работе, а последний бойфренд, был еще во время учебы в медицинском университете. Ты скорее прыгнешь в реку, чем позвонишь ему. Ты улыбнулась. В твоей жизни был только один человек, которому ты могла бы позвонить в любое время.         Ты подносишь свое любимое одеяло и еду к телефону, стягиваешь его вниз, распутывая шнур. Прижавшись к стене.        — Кто бы это ни был, лучше бы у тебя что-нибудь горело, — сказал тебе голос на другом конце линии.       — Это мой единственный вариант? — спросила ты.       — Ой, кто-то умер? Пожалуйста, скажи мне, что твой отец умер.       — Боюсь это не так.       — Дорогой дядюшка Эллис, старый Гринч нас всех переживет, — вздохнул твой кузен. — Ну, что случилось, моя дорогая?       Дон был последним членом семьи, кто говорил с тобой. Его также изгнали из семейного круга — всего за год или два до того, как изгнали тебя. Когда он услышал об Инциденте, он ворвался, как фея-крёстная, чтобы взять тебя под своё крыло.        Тебе нравилось думать об этом как об Инциденте. С заглавной буквы. Это звучало захватывающе и драматично. Гораздо лучше, чем просто: « — У меня была ссора на свадьбе моей сестры, которая приняла эпические масштабы, и от меня отказывались, пока я не признаю свою неправоту ».       Ты если честно немного завидовала своему двоюродному брату. Твой отец пытался убедить тебя, что Дон был отпрыском дьявола, живущим в логове греха и содействующий худшим порокам жизни. Такая суета из-за того, что у Дона был парень, а не девушка. И, что еще хуже, бойфренд-Монстр в придачу.        Что ж, Дон может быть отпрыском дьявола, а может и не быть, хотя это единственное, о чем договорились Дон и твой отец. Ты понятия не имела — дядя Родди умер еще до твоего рождения, как и его мать, сестра твоего отца. Но логовом греха Дона и его парня Ангуса был пентхаус в городе и пляжный домик с двумя спальнями недалеко от Нью-Эббота. Его грехи включали постоянно заполненный мини-бар, кальянную и чрезмерную любовь к дорогим сырам.        Ты рассказала Дону о Черепе. Он был заинтригован, но в его голосе слышалась нотка тревоги. — Ты вернешься?       — После этого, наверное, нет. Я накосячила.       Был слышан вздох. — Т/и, кого ты обманываешь? Конечно же, ты хочешь вернуться. Ты и в правду мазохистка. Т/и, ты не можешь исправить всех, ты же это знаешь.       Обычно ты споришь. Дон был одним из немногих, с кем можно было поспорить. Поддразнивания и насмешки были именно тем способом, с помощью которого он разговаривал с людьми, которые ему нравились. Ты слышала, как он разговаривал с людьми, которые ему не нравились, и да, тебе больше нравились поддразнивания. Но ты просто не могла ответить в такой-же манере.        Он это заметил. — Ох, дорогая. У тебя тяжелый случай.       Ты закрыла лицо рукой. Почувствовав, как слезы начинают сформировываться.         — Хочешь, я приеду?       — Нет, — быстро говоришь ты, прочищая горло. — Нет. Все хорошо. Спасибо, Дон. Я просто… Я просто хочу немного поспать и начать все сначала.       — Хорошо. Но если передумаешь, позвони мне. Я всегда отвечу.       — Разве у тебя нет дел на завтра?       — Кому нужно бодрствовать в суде? Судьи нет, все что я могу тебе сказать. Дон на мгновение замолчал, прежде чем спросить: — Ты хочешь, чтобы я посмотрел дела на Черепа? Посмотрим, смогу ли я откопать какие-нибудь судебные протоколы?       — Ненужно. Кажется, я прочитала в его отчете все, что действительно хочу знать, — сказала ты, чувствуя себя немного лучше. Ты отталкиваешь свою еду. — Ты знаешь, что в тюрьме есть еще один Скелет по имени Ред. Все что я знаю так это его имя, просто не могу…       — Ред? Как Ред и Эдж? Скелеты-гангстеры, которые в основном управляют преступностью в Районах Монстров?       Твоя голова ударилась о стену. Ну конечно, именно там ты слышала это имя. Он сидел в тюрьме уже несколько лет, еще до того, как ты пошла в медицинский университет так что нем больше не говорили в новостях.       — Итак, какой он?       Краска залила твои щеки, когда ты подумала о Реде. Боже, ты сегодня была просто мешаниной эмоций. — Он гангстер. Он отъявленный головорез, грубиян, хулиган и пошляк. Но он мой пациент, так что…       — Драма!       — Нет, Дон. Без драмы.       — Итак два скелета в одной тюрьме. Каковы шансы?       — Вообще-то три. Есть еще один по имени Санс. — Ты ждала реакции. Дон замолчал.— Ты еще здесь?       — Я здесь. Я и забыл, что он в тюрьме Нью-Эббот, — сказал Дон. Его тон удивил тебя, бесстрастный, внезапно лишенный всей своей напускной дерзостью. Ты подозреваешь, что именно так он звучал, когда был в зале суда. Это был его серьезный адвокатский голос. — Держись от него подальше, если можешь, Т/и.       Ох, он использовал твое имя. Не дорогая как обычно.       — Почему, что… собственно, не говорите мне. Я не хочу знать, что он сделал. Это не важно. Санс мой пациент. Это все, что имеет значение.       — Ты не можешь исправить всех, Т/и.