Книга первая: Спасение трех великолепных скелетов

            Санс медленно шел к тюремной библиотеке, засунув руки в карманы и опустив голову. Охранники проходившие мимо него в коридоре, иногда кивали в знаке приветствия, в большинстве случаев они едва замечали его присутствие.       Библиотека в тюрьме не была богатой на разнообразие книг, однако в ней был отдел со смехотворной научной фантастикой. Санс прочитал все интересное за свой первый год нахождения здесь. Но из-за его безупречного поведения и способности оставаться дружелюбным со всеми, Санс мог иногда делать небольшие запросы.       — Добрый день, Грейсон, — сказал Санс, подходя к столу. — Эй, что сказал библиотекарь парню, который проверил 100 книг? Не затягивай с этим.       Грейсон вздохнул, но улыбка тронула его губы. — Смешно, Санс. Что тебе нужно?       Санс мог видеть грехи, которые тяготили человека, его карму, цвет его Души. В конце концов, он был Судьей. Душа Грейсона была оранжевой отвечающая за храбрость. Санс задавался вопросом, как храбрость помогает библиотекарю… До прошлого года, когда в библиотеке произошла ситуация с заложниками. Грейсон нокаутировал провинившегося заключенного энциклопедией. Грехи Грейсона были немногочисленны и редки. Он был достаточно невинен. Для Человека.              — Ты можешь заказать это? — Санс передал список.       Грейсон просмотрел в него. — Это все медицинские журналы.       — Да. Я решил поднапрячься. Хе-хе.       — Если я закажу их для тебя, ты прекратишь?       — Честно говоря, нет.       Грейсон закатил глаза и вернулся к своим бумагам. — Я дам тебе знать, когда они придут.       Санс мог бы дать тебе список журналов и статей по памяти, но он не хотел, чтобы ты шла и искала их сама. Он хотел показать, что может помочь тебе. Было трудно показать кого-то, кого ты могла бы обеспечить и защитить в тюрьме. Но у Санса было несколько планов. Все было бы намного проще, если бы он встретил тебя снаружи. Хотя, если бы он это сделал, возможно, он был бы слишком ленив, чтобы приложить дополнительные усилия… Найти тебя здесь было большим испытанием, но впервые Санс не возмущался этим фактом.       Ты была его. Его девушкой. Его ребенком. Санс на мгновение закрыл глаза, представляя тебя. Это было несложно. Ты, казалось, поселилась в его сознании. Опасно. Санс не совсем замечал свои недостатки. Он знал, что у него была тревожная способность одержимости. Чтобы запечатлеться.       На тебе? На Какой-то случайной медсестре? И человеческой, при этом. Учитывая, почему он вообще был в тюрьме, тот факт, что он впервые так себя чувствовал, и это было из-за человека… Ирония не ускользнула от Санса.       Он был зол на себя, когда понял, насколько глубоки его чувства. Гнев длился недолго. Это было… О звезды, просто чертовски удобно любить тебя. Но это было легко. Наверное, это было неразумно. Это определенно опасно. Но было комфортно, легко и тепло.       Ты была теплой и мягкой во всех местах, где он был холодным и твердым. Он всегда нуждался в этом. Тот, кто был открыт Душой, когда он был закрыт, и добра, когда он был суров. Кто-то, кто смотрел на мир с каким-то розовым видением, на что Санс никогда не был способен. Сансу всегда нужна была причина, чтобы вылезти из постели по утрам.       Твоя Душа была зеленой, отвечающая за дружелюбие. Красивая, яркая и смелая. Даже ползучий мрак этого места не смог сломить тебя. Пока что.       Санс застонал. Когда он влюбился? Почему он был так неосторожен? Неужели это заняло неделю? День? Час? Хе-хе. Зачем лгать самому себе? Даже когда Харрис проводил его обратно в камеру после первого осмотра, он попросил охранника присматривать за его ребенком.       Харрис был полезным и услужливым помощником для Санса. Харрис повидал здесь слишком много дерьма. Он был одним из первых охранников во время резни в Западном дворе, когда кто стрелял боевыми патронами в толпу. Душа Харриса была синей отвечабщая за порядочность, но она была повреждена без возможности восстановления. Вероятно, он даже не чувствовал укола, когда шел против своей природы.       С монстрами такого не было. Как и у Харриса, Душа Санса была синей, такой же покрытой шрамами и избитой. Но Санс все еще чувствовал жало магии каждый раз, когда его действия или мысли противоречили природе его Души. Всего лишь одно из удовольствий быть монстром, мрачно предположил Санс. Монстры не могут игнорировать свою природу так же хорошо, как люди.       Грехи Харриса ползли по его спине, и охранник это знал. Так что теперь он стал склонен привязываться к своим боссам, делая минимум и сохраняя хорошие отношения с предпочитаемыми им заключенными.       Итак, благодаря Харрису, Санс знал, что ты любишь шахматы и чтение. Ты также стремилась прочитать как можно больше медицинских и психологических учебников. В основном о медицине монстров. Хотя ты была счастлива лечить как монстров, так и людей, тебя тянуло к монстрам. Ты была сладкоежкой, тебе нравится шоколад. Ты любишь дождь. Хорошо, что ты живешь в Нью-Эбботте, где большую часть года шел дождь или снег. Ты иногда плачешь в туалете на третьем этаже Восточного крыла после неудачной смены. Ты не делаешь личных звонков при исполнении. Ты добровольно отработала смехотворное количество неоплачиваемых сверхурочных. Ты редко ходишь в местный бар с остальным тюремным персоналом после смены. Ты живешь одна, никогда не говоришь о своей семье или друзьях, кроме двоюродного брата по имени Дон.       Санс нахмурился. Дональд Гэлбрейт. Санс не обрадовался, когда обнаружил этот лакомый кусочек. В конце концов, у тебя с Гэлбрейтом были разные фамилии, так что Сансу потребовалось некоторое время, чтобы установить связь. Дон был проблемой, для которой Санс еще не нашел решения.       И потом, конечно же, Гриллби — этот приятель — оказал Сансу хорошую услугу, проследив за тобой однажды вечером, чтобы узнать твой адрес.       Сегодняшний осмотр дал Сансу пищу для размышлений. Ты не знала, для чего он был в? Хм… Значит, ты не искала информацию и не предавались сплетням.       Санс предполагал, что твой кузен сразу же введет тебя в курс дела, но, возможно, Санс слишком много думал об этом человеке. Может быть, ты еще не упомянула Санса при нем. Возможно, Гэлбрейт не помнил этого случая — это было шесть лет назад, а у людей короткая жизнь и еще более короткая память. Во время подготовки к суду над Сансом было общеизвестно, что молодой и подающий надежды адвокат Гэлбрейт настаивал на обвинении в убийстве. К счастью, доказательств для обвинения в убийстве оказалось недостаточно. Но, тем не менее, даже шесть лет спустя Санса расстраивало то, как быстро мальчик собрал вещи, несмотря на нулевую помощь от сообщества монстров.       Санс никогда не видел его лично. Он был слишком молод, чтобы находиться в зале во время суда. Но у Санса было полное намерение когда-нибудь выследить этого адвоката. Было бы интересно посмотреть, какая душа у Гэлбрейта…       Может быть, Гэлбрейт хотел рассказать тебе, а ты отказалась его слушать. Сансу нравилась эта мысль.       Но он не тратил больше времени на «может быть». Он разобрался бы с твоим двоюродным братом, если бы ему пришлось. Дело в том, что ты не знала и, видимо, не хотела знать, за что Санс сидит в тюрьме. Санс так долго был образцовым заключенным, что успешно стал никем не примечательным. Просто бессильный, сонный, и постоянно ворчливый, но любящий каламбур Монстр. Это облегчало задачу.       Санс предпочел, чтобы ты и дальше ничего не знала. Замечательно. Не то чтобы он стыдился своих преступлений, он никогда не испытывал угрызений совести за отнятые жизни. Но беспокоился ли он о том, что произойдет, когда ты узнаешь? В целом, Санс об этом не думал.       Конечно, возможно, это, приведет к чувству предательства и недоверия. Может быть, даже к страху. Кто-то явно что-то сказал тебе сегодня. Санс прижал руку к своей грудной клетке, переживая мгновенную панику, когда понял, что ты была напугана и напряжена, когда он вошел на осмотр. Он сделал мысленную пометку, чтобы Харрис поспрашивал. Узнал, кто и что вбил тебе в голову.       Но Санс был уверен в своей способности выдержать все, что бы ни случилось. Он снова поговорит с тобой. Он заставит тебя смеяться и будет смотреть, как ты расслабляешься, как сегодня.       На самом деле, Санс был уверен, что его прошлые преступления не только не оттолкнут тебя, но ты воспримешь это как вызов. Шанс исправить его.       Да. Исправь его. Спаси его.       Санс нежно улыбнулся, хотя в ней был и печальный оттенок. Он не собирался отказываться от должности судьи. Но если это делает тебя счастливой, он притворится, что во всем видит свет.       Ты и он принадлежали друг другу, Санс был в этом уверен. И когда Санс, наконец, выберется отсюда, он заберет тебя с собой.

༻—༺ 

      Ред со скучающим взглядом наблюдал, как во дворе началась ссора. Всего пара горячих голов решила выпусти пар, так что он откинулся на спинку кресла и стал наблюдать. Лучше бы они прекратили это сейчас, пока не погаснет свет, а то какой-нибудь идиот не пойдет и не ёбнет другого. Когда такое случалось, вызывали охранников, всех обыскивали, и это поднимало кучи всяких скрытых контрабанд. Вот тогда все станет по-настоящему хуёво. Так что стоит позволить им урегулировать свои разногласия сейчас, пока Ред присматривает и следит за ними.       Ред провел последние восемь лет, управляя населением тюрьмы Нью-Эбботт. Охранники это знали. Чертов, надзиратель Спратт также знал это, но никто ничего не сказал. Это был неловкий факт из жизни тюремного персонала, но никто не осмеливался раскачивать лодку, если только он не нарушал относительное спокойствие. Не то чтобы он собирался захватить тюрьму… Когда он впервые прибыл сюда, Ред нанес несколько смертельных ударов, и теперь сокамерники боялись его больше, чем охранники. В конце концов, у охранников были правила. У Реда этих правил не было, и он запугал бывших лучших псов здесь всего за несколько месяцев. Это не его вина, что здешние ублюдки были кучкой слабаков без всякого содержания. Они могли танцевать, размахивая своими острыми ножами и ругаться друг с другом, но в конце дня Ред просто ломал ребра или три, и все.       Затем последовала печально известная резня в Западном дворе.       Это произошло вскоре после того, как Реда посадили в тюрьму. Заключенный-человек был забит до смерти охранником в тюремном блоке С. В те дни такие смерти не были редкостью. Это был даже не первый случай с тех пор, как Реда посадили в тюрьму. Но на этот раз друзья мертвеца решили, что с них хватит. В следующий раз, когда их выпустили во двор, главарь бросил камень в одного из охранников, сбив его с эстакады. Охранник упал во двор и был забит до смерти. Другие охранники ворвались внутрь, пытаясь спасти своего коллегу, но были атакованы заключенными. Не привыкшие к такой хорошо скоординированной атаке охранники отреагировали жестоко, немедленно обострив ситуацию. Это была цепная реакция. Чем больше сокамерников было сбито с ног, тем больше вступало в бой. А надзирателей в тюрьме всегда было меньше.       Между бунтом во дворе, охранниками, которые стреляли боевыми патронами (убивая как заключенных, так и других охранников), и последующим пожаром в лазарете, единственные заключенные, которые действительно вышли из двухдневного бунта невредимым, были те, кого защищал Ред. Видя, в какую сторону дует ветер, Ред согнал столько, сколько смог — и людей, и монстров — на тюремные кухни и забаррикадировал двери, пока не прибыла армия и не взяла все под свой контроль.       Ред никогда ничего не боялся и никогда не будет бояться… Но даже ему пришлось бы признать, что это был действительно дерьмовый день.       — Ред.       Ред посмотрел вверх. Сиг, кролик-монстр, которого Ред считает своей правой рукой, стоял там с другим кроликом-монстром. В последнее время их становилось все больше и больше. Ублюдки продолжали размножаться, как кролики. Хахаха.       После бунта у Реда появилось много верных ему последователей. Как люди так и монстры, которые считали себя мертвыми в таком месте, как это, или ждали появления кого-то вроде Реда. Ред ненавидел подлиз, но принимал преданность. В конце концов, он был криминальным авторитетом. И даже за решеткой он впал в старые привычки. Он быстро нашел свое ближайшее окружение и начал своего рода рэкет защиты. По сути, это сводилось к тому, чтобы «делай то, что я говорю, или с делай это без моей защиты. Посмотрим, как долго ты продержишься.» Это держало всех в узде.       Эдж был неохотно доволен такой договоренностью. Потому что, когда верные последователи Реда покинут тюрьму, многие из них придут к Эджу и станут частью банды братьев Сериф снаружи.       Но в основном, когда все было сказано и сделано, у Реда всегда была слабость к слабым парням. В конце концов, бить того, кто не может защитить себя, совсем не весело. И было много Людей и Монстров, которым здесь просто не место. Реду не потребовалось много времени, чтобы ему надоело смотреть, как их разрывают на части головорезы и извращенцы.              — Что? — сказал он.              — Это мой приятель, Маки. Он только что прибыл. — Маки был ниже ростом, чем большинство ему подобных, глаза его были широко раскрыты, и он дрожал. Он выглядел зеленым и нежным. Определенно не бандит — возможно, во что-то вляпался или его просто подставили. Или, кто знает, может быть, он получил штраф за парковку. Судьи-люди в последнее время стали по настоящему стервозными.       Без вмешательства Ред был почти уверен, что если Маки не убьют в первую неделю здесь, он, вероятно, пожалеет об этом. — Верно, — хрипло сказал Ред. — Отлично. Просто скажи им, что я присматриваю за тобой, Маки. И они оставят тебя в покое.       Он проигнорировал заикающиеся слова благодарности и снова обратил внимание на борьбу. Теперь они в основном пробивали, но Джимми Нос ухитрился провести хороший правый хук, спрятав в костяшках пальцев что-то острое. Брызнула кровь, и Бутс споткнулся и тяжело упал. Ред прикинул, что тот больше не встанет.       — У кого были деньги? Платите, — крикнул Ред наблюдающей толпе. Половина зрителей торжествовала, другая половина горько бормотала и отдавала сигареты, поставленные на бой.       — Люди. Этот ублюдок не остановится, пока его не убьют, — с горечью сказал Сиг.              — Который из?       Сиг усмехнулся. — Я думаю, оба.       Бутс шевелился, но у него было ещё достаточно крови, чтобы его успели отвезти в лазарет.       Ред улыбнулся, сверкнув острым золотым зубом. Ему хотелось, чтобы его направили в лазарет. Он думал о тебе, его возлюбленной. У тебя было все. Приятная улыбка, красивые волосы, красивые ноги, красивая… Кхм. Многое другое. Ты думаешь, что этого было бы достаточно, но, черт возьми, ты пошла и усугубила все тем, что была еще и чертовым ангелом. Ред жаждал узнать, что ты почувствуешь, когда его руки обнимут тебя за талию. Твои большие глаза посмотрят на него. Ред очень хотел узнать, какие звуки ты будешь издавать, когда он тебя поцелует.       Ред не то чтобы скрывал свои преступления. Он был гангстером, контрабандистом и убийцей. В конце концов, имена Ред и Эдж были легендарными, не то чтобы он мог скрыть от тебя, кем он был. Ред не был из тех, кто прячется — людям приходилось принимать его таким, какой он есть. Но тебе, кажется, было все равно, не его возлюбленной.       У Реда был хороший послужной список медсестер в тюрьме. В конце концов как рассудил Ред, медсестрам, застрявшим здесь на работе, нужно позволить немного повеселиться. Такие, как Синтия Эйбл, которые продолжали обращаться с ним, как с тараканом, были редкостью. Большую часть времени он мог очаровать их. Черт, даже старая ведьма Террор уже не хмурилась на него так, как раньше.       Ред не имел склонности планировать дальше конца дня. Он никогда не видел в этом смысла. Но ночью, без теплой и мягкой компании, которая могла бы занять его мысли, его мысли блуждали. Тем не менее, ты была очень трудолюбива. Дело было не в том, что ты не хотела его. Ты, очевидно, хотела этого, как ты могла не…? Хотя Ред признал бы, что люди изначально всегда находили тела скелетов отталкивающими. Нет, в твоем случае Реду не нужно было заставлять тебя хотеть его, ему нужно было заставить тебя признать, что ты хочешь его.       Прозвенел звонок, и заключенные поплелись обратно в камеры. Ред подслушал, как все сплетничают о драке. Как он и предполагал, это было связано с бандой. Ред иногда находил человеческие банды чертовски очаровательными. Он и его братан были в бизнесе дольше, чем эти идиоты были живы. Дольше, чем большинство их отцов были живы. Он видел, как все эти человеческие банды с их дурацкими названиями приходили и уходили, но они были здесь, все еще пытаясь убить друг друга, чтобы доказать, что они что-то да значат.       Ред мог бы пожалеть их, если бы это не было чертовски весело.       — Куда пропал Бутс?       — В лазарет, — бросил Ред через плечо, продолжая подслушивать. — Он истекал кровью, как зарезанная свинья. — Ред рассмеялся. Он слышал, как за его спиной разгорается обида, но два члена банды не осмелились отомстить.       Рядом со своим локтем он услышал смешок. Лукс смотрел на него своим огромным глазом.       — У тебя проблемы, косоглазый?       — Вот где ты предпочел бы быть, верно? — спросил Лукс, снова хихикая. Должно быть, он новичок и был слишком глуп, чтобы понять, что все вокруг него замолчали. — В лазарете, прижавшись носом к этой мягкой медсестре? Она делает вид, что ей не все равно, но на самом деле она просто чертова монстрофилка. Может и мне стоит пойти и дать ей…       Ред улыбнулся.       Голос Лукса застрял в его же горле. Он сглотнул.       В конце концов, потребовалось четыре охранника, чтобы оторвать Реда от Лукса, и шквал электрошокеров, чтобы нокаутировать Скелета. Но он ушел довольным. Он знал, где проснется.

༻—༺ 

      Череп сдвинулся, когда проснулся, морщась, когда его суставы сжались от скованности.       Его усыпили транквилизаторами и снова положили на каталку.       Впервые эта мысль не наполнила его яростью.       Потому что он знал, что когда он ляжет на каталку, ты приедешь.       Череп снова почувствовал волнение. До тебя он чувствовал только гнев, одиночество и страх.       Он до сих пор помнил ощущение твоих мягких рук на его груди. На его ногах.       Его Душа содрогнулась и вспыхнула, как в последний раз, когда он чувствовал твою кожу.       Он вспомнил маленькое разочарованное лицо, которое ты сделала, глядя на сломанную шашку.       Как сморщится нос, когда ты о чем-то думала. Он хотел прикоснуться к нему.       Ненавистная смирительная куртка не позволила ему этого сделать.       Черт, он так хотел прикоснуться к тебе. Удержать тебя.       Ты кричала в прошлый раз, когда он так сделал. Твоя Душа отдалилась от него.       Это заставило Черепа чувствовать себя умершим внутри.       Но в последнее время ты не казалась такой уж испуганной.       Череп чувствовал… надежду? Он был рад. На данный момент.